Введение

Вкус вишни (طعم گیلاس , Ta’m e gīlās) – иранский минималистический драматический фильм 1997 года, написанный, спродюсированный, смонтированный и снятый Аббасом Киаростами, в котором Хомайун Эршади играет роль тегеранца средних лет, который ездит по окраинам города в поисках человека, согласного похоронить его после совершения самоубийства. Фильм получил Золотую пальмовую ветвь на Каннском кинофестивале 1997 года, разделив награду с фильмом "Угорь".

Сюжет

Мистер Бади, мужчина средних лет, ездит по Тегерану в поисках человека, который выполнит для него работу, за которую он предлагает крупную сумму денег. Во время поездок с потенциальными кандидатами Бади рассказывает, что планирует покончить с собой и уже выкопал могилу. Он просит людей, к которым обращается, прийти на выбранное им место следующим утром и либо помочь ему выбраться, если он решит жить, либо похоронить его, если решит умереть. Он не объясняет причин своего решения. Его первым кандидатом становится молодой, робкий курдский солдат, который отказывается от задания и убегает из машины Бади. Вторым – афганский семинарист, который также отказывается из-за религиозных соображений относительно самоубийства. Третьим – господин Багери, азербайджанский таксидермист. Он соглашается помочь Бади, потому что ему нужны деньги на больного ребенка. Он пытается отговорить Бади от самоубийства и рассказывает, что сам хотел покончить с собой в 1960 году, но передумал, когда после неудачной попытки попробовал шелковицу, упавшую с дерева. Багери рассказывает, что принес шелковицу домой и угостил ею жену, которой она очень понравилась. Он продолжает говорить о красоте жизни, включая восходы солнца, луну и звезды. Багери обещает засыпать Бади землей, если найдет его мертвым утром. Бади отвозит его к месту работы, но внезапно возвращается, прося Багери убедиться, что он действительно мертв, бросив в него камни и разбудив, если он уснул. Той ночью Бади лежит в могиле, и начинается гроза. После долгого затемнения фильм заканчивается съемкой на видеокамеру Киаростами и съемочной группы, снимающих "Вкус вишни", оставляя выбор Бади неизвестным.

Стиль

Фильм минималистичен тем, что снят преимущественно длинными планами; темп повествования неспешный, и в нем много продолжительных фрагментов фонового звука, запись которых съемочная группа демонстрирует в заключительной сцене. Мистера Бадии редко показывают в одном кадре с собеседником (это отчасти связано с тем, что во время съемок режиссер Киаростами находился на пассажирском сиденье автомобиля).

Музыка

В фильме отсутствует фоновая музыка, за исключением финальных титров. В них звучит произведение для трубы – адаптация Луи Армстронгом в 1929 году песни "St. James Infirmary Blues". Единственная другая песня, звучащая в фильме, – это "Khuda Bowad Yaret" (Да защитит тебя Бог) в исполнении афганского певца Ахмада Захера, которая играет по радио примерно на 38-й минуте фильма.

Релиз

В год выхода фильм "Вкус вишни" был удостоен престижной "Золотой пальмовой ветви" Каннского кинофестиваля 1997 года, разделив эту награду с фильмом "Угорь" Шохея Имамуры.

Прием

На сайте агрегатора рецензий Rotten Tomatoes фильм имеет рейтинг одобрения 83% на основе 40 рецензий, а «консенсус критиков» гласит: «Некоторая простота эстетики «Вкуса вишни» скрывает за собой богатое и неоднозначное исследование персонажа с впечатляющим амбициозным тематическим размахом». Роб Алдам из Backseat Mafia описал фильм как «уверенную и вдумчивую медитацию над вопросом, стоит ли жить». Мэтью Лукас из From the Front Row написал: «Концовка неоднозначна в самой прекрасной традиции Киаростами, но переход к кадрам со съемочной площадки столь же волнующий, как и дезориентирующий. Словно фильм находится на грани раскрытия всех ответов о самой жизни, а затем в последнюю секунду отступает, возвращая загадку зрителю. Тем самым он достигает своеобразного преследующего мистицизма, глубоко меняя восприятие реальности. Это лучшая работа Киаростами и один из лучших фильмов 1990-х». Стивен Холден из The New York Times назвал фильм «одновременно эпическим и до мельчайших деталей крошечным», написав: «только когда Бади встречает таксидермиста, фильм обретает лирический голос, соответствующий его мощным визуальным образам. Его великолепный, грубо обтесанный монолог о возвращении вкуса к жизни после попытки повеситься на шелковице – простая и красноречивая притча о чувствах, открывающихся для освежающей простоты жизненных удовольствий». По словам Стэнли Кауфмана из The New Republic, «по мере того, как замысел фильма становится ясен, в нем начинает ощущаться тихая просторность». Среди немногочисленных негативных рецензий наиболее резкой была рецензия Роджера Эберта в The Chicago Sun-Times, где он поставил фильму 1 из 4 звезд. Эберт назвал фильм «мучительно скучным» и добавил: «Я интеллектуально понимаю, что делает Киаростами. Я не требую немедленных действий или событий. Однако я считаю, что стиль Киаростами здесь – это аффектация; тема не делает его необходимым и не выигрывает от него. Если мы должны сочувствовать Бади, не помогло бы узнать о нем больше? В конце концов, хоть что-нибудь о нем? Какова цель предположения, что он может быть гомосексуалистом? (Не для аудитории, а для самого Бади? Он, должно быть, осознает, что его намерения неправильно истолковывают.) И почему мы должны видеть съемочную группу Киаростами – утомительную стратегию дистанцирования, чтобы напомнить нам, что мы смотрим фильм? Если есть что-то, в чем «Вкус вишни» не нуждается, так это в таком напоминании: фильм настолько безжизнен, что мы воспринимаем его только как кино». Позже Эберт включил фильм в список самых ненавистных фильмов всех времен. В своей рецензии на фильм Киаростами критик Джонатан Розенбаум из Chicago Reader оценил его на все четыре звезды. В ответ на критику Эберта Розенбаум написал: «Коллега, который считает «Вкус вишни» «мучительно скучным», особенно возражает против того, что мы ничего не знаем о Бади, против отвлекающего предположения, что Бади может быть гомосексуалистом в поисках секса, и против устаревшей «стратегии дистанцирования», напоминающей нам в конце, что мы смотрим фильм. С точки зрения истории коммерческого западного кино, он прав во всех трех случаях. Но Киаростами не заботится о соответствии этой точке зрения, и, учитывая его возможности, я не вижу причин, по которым он должен заботиться. Самое важное в радостном финале – это то, что он является полной противоположностью «эффекту дистанцирования». Он приглашает нас в лабораторию, из которой возник фильм, и ставит нас на равные с режиссером, но делает это в духе коллективной эйфории, внезапно освобождая нас от угнетающего одиночества и тьмы Бади в его могиле. Киаростами представляет жизнь во всей ее богатой сложности, переконфигурируя элементы из предыдущих 80 минут видео, чтобы прояснить, что реально, а что выдумано. Вместо того чтобы утверждать, что «Вкус вишни» – это «только» фильм, этот чудесный финал говорит, среди прочего, что это также и кино». С момента выхода фильма многие другие критики также назвали его шедевром; в опросе British Film Institute 2012 года Sight & Sound шесть критиков и два режиссера назвали «Вкус вишни» одним из десяти лучших фильмов, когда-либо снятых. Журнал Slant Magazine также назвал его девятым лучшим фильмом 90-х годов. О концовке и ее критиках Калум Марш написал: «Поразительно, что кто-то может посмотреть «Вкус вишни» Аббаса Киаростами, с энтузиазмом полюбить его, а затем предложить исключить его утверждающий жизнь постмодернистский эпилог, как сделали многие авторитетные критики после премьеры фильма на Каннском кинофестивале 1997 года (что еще более удивительно, Киаростами последовал их совету, вырезав концовку для театрального проката в Италии). Эти драгоценные последние моменты – метатекстуальный разрыв с действием, снятый на видео, в котором показаны актеры и съемочная группа, готовящиеся к сцене из фильма под звуки «St. James Infirmary» – это величественный и изящный шаг за пределы текста как фильма, так и жизни, освобождение от могилы героя и завершения повествования. Именно туда нас приводит долгое путешествие в ночь и смерть: мы просыпаемся при дневном свете, вне мира фильма, радуясь действию кино. Это ничему не противоречит; это расширяет, обогащает, оживляет все, что было раньше. Это высший пилотаж: несколько минут видео с ручной камеры превращают очень хороший фильм о смерти в великий фильм о жизни».

Домашние медиа

1 июня 1999 года The Criterion Collection выпустила фильм на DVD. 21 июля 2020 года Criterion выпустила фильм на Blu-ray с новой реставрацией в 4K.