Политика в отношении прав малайского и не-малайского населения Малайзии и Сингапура.

Введение

Политика, направленная против дискриминации не малайских народов.

Фраза "Малайская Малайзия" впервые была использована в середине 1960-х годов как объединяющий лозунг Малайзийской конвенции солидарности – коалиции политических партий во главе с Ли Куан Ю из Партии народных действий (ПНА), которая выступала оппозиционным блоком правительству Малайзии, Партии альянса. Хотя Ли Куан Ю не возражал против особых прав малайцев, закрепленных в статье 153 Федеральной конституции (которая предусматривает выделение специальных квот малайцам и другим коренным народам Малайзии при приеме на государственную службу, предоставлении государственных стипендий, поступлении в государственные учебные заведения и выдаче торговых лицензий), он не соглашался с подходом Партии альянса, считая, что одних лишь особых прав малайцев недостаточно для решения проблемы бедности среди малайцев. Эта разница в подходах проявляется в статье 89 Государственной конституции Сингапура (ныне статья 153 Конституции Республики Сингапур), которая устанавливает особый статус малайцев как коренного народа Сингапура и возлагает на правительство Сингапура обязанность защищать их интересы. Хотя специальные права в отношении конкретных квот не были четко прописаны, правительство все же предоставляло бесплатное образование всем малайцам, начиная с начальной школы и заканчивая университетом. Обоснованием политики позитивной дискриминации было то, что малайцы и другие коренные народы Малайзии подвергались маргинализации британцами на протяжении всего периода британского колониального правления в Малайе и Борнео. Великобритания постепенно колонизировала территории, предшествовавшие Малайзии, в период с 1786 по 1957 год после англо-голландского договора 1824 года. В эти годы британцы отказывались нанимать и переселять малайзийцев индонезийского и малайского происхождения из их традиционных деревень, поскольку последние предпочитали собирать урожай на близлежащих рисовых полях и заниматься кустарным рыболовством; они не желали работать и переезжать в новые поселения вокруг только что созданных оловянных рудников и каучуковых плантаций. В результате британцы предпочитали импортировать и нанимать китайских и индийских рабочих, тем самым избегая каких-либо перемещений или изменений в образе жизни малайцев и других коренных народов. Правительство штата Сингапур и Федеральное правительство Малайзии согласились, что экономическое положение малайцев необходимо улучшить, но не пришли к согласию относительно подхода. Хотя Ли Куан Ю поддерживал Тунку Абдул Рахмана, Абдул Разака Хусейна и других ключевых лидеров УМНО, которые выступали за постепенный переход к внеэтнической политике, он опасался второстепенных лидеров УМНО, которые, по его мнению, использовали особые права малайцев как дымовую завесу для разделения населения по расовому признаку. Он считал, что специальные квоты для малайцев в отношении лицензий и создание "малайского капиталистического класса" принесут пользу лишь аристократии из элитных малайских семей. Ли Куан Ю полагал, что проблемы малайских фермеров можно решить посредством образования и повышения стандартов малайских ферм, чтобы профессия стала прибыльной, как в Австралии и Новой Зеландии. Он также утверждал, что если сосредоточиться исключительно на создании малайского капиталистического класса, это приведет лишь к увеличению экономического разрыва как внутри малайского сообщества, так и с другими сообществами, что приведет к тому, что не-малайцы будут использоваться в качестве козлов отпущения. Ультранационалисты-малайцы, или "ультра", как их назвал Ли Куан Ю, опирались на устаревшую демографию Федерации Малайя, где малайцы составляли 65% электората, в то время как после образования Малайзии демографическая ситуация была примерно следующей: 40% малайцев, 40% китайцев, 20% индийцев, евразийцев и представителей других народов. Кроме того, Сингапур, Сабах и Саравак составляли около 35% мест в парламенте. В связи с этим Ли Куан Ю решил объединить партии из борнейских штатов Сабах и Саравак вместе с единомышленниками в штатах Малайи, таких как Пенанг и Малакка, в рамках Малайзийской конвенции солидарности, используя лозунг "Малайзийская Малайзия" для противодействия этнической политике ультра. В конечном итоге Сингапур был исключен из Малайзии, а политика позитивной дискриминации в отношении малайцев была усилена, например, в рамках Новой экономической политики. Критики называют такую позитивную дискриминацию в отношении малайцев расовой дискриминацией в отношении других граждан Малайзии, направленной на создание кетуанан Мелаю (малайского превосходства). "Малайзийская Малайзия" – это не просто тавтология, поскольку она разграничивает национальность и этническую принадлежность. Суть претензии заключалась в том, что Малайзия не была "малайзийской" и эгалитарной (из-за дискриминации в отношении не-малайцев), а вместо этого была этноцентричной "Малайской Малайзией".

The phrase "Malaysian Malaysia" was originally used in the mid 1960s as the rallying motto of the Malaysian Solidarity Convention, a coalition of political parties led by Lee Kuan Yew of the People's Action Party (PAP) that served as an Opposition bloc to the Government of Malaysia, the Alliance Party. Although Lee Kuan Yew did not object to the special rights of the Malays as accorded in Article 153 of the Federal Constitution (which allows for special quotas to be allocated to the Malays and other indigenous peoples of Malaysia in admission to the public service, awarding of public scholarships, admission to public education institutions and the awarding of trade licences), he disagreed with the approach of the Alliance Party on the basis that Malay special rights alone could not solve the problem of Malay poverty. This difference in approach can be seen in Article 89 of the State Constitution of Singapore (now Article 153 of the Constitution of the Republic of Singapore) which states that the Malays are in a special position as the indigenous people of Singapore and that the Government of Singapore has a duty to safeguard their interests. Although special rights with respect to certain quotas are not specifically spelled out, free education was still given to all Malays, from primary education up until university by the government. The rationale for affirmative action was due to the Malays and other indigenous people in Malaysia being marginalised by the British, throughout British colonial rule of Malaya and Borneo. Britain colonised the predecessor entities of Malaysia gradually throughout a period from 1786 to 1957 after the Anglo Dutch Treaty of 1824. During these years, the British declined to employ and resettle Malay Indonesians and Malay Malaysians away from their traditional villages, as the latter groups preferred to harvest nearby paddy fields and engage in artisanal fishing; the latter groups were reluctant to work and move to new settlements around the then newly formed tin mines and rubber plantations. As a result, the British preferred to import and employ Chinese and Indian emigrants instead, thus preventing any relocation or lifestyle disturbances to the Malays and other aborigines. The State Government of Singapore and the Federal Government of Malaysia both agreed that the economic status of the Malays had to be alleviated, but disagreed on the approach. Although Lee Kuan Yew supported Tunku Abdul Rahman, Abdul Razak Hussein and other primary leaders of UMNO who wanted a gradual transition to non communal politics, he was wary of the secondary leaders of UMNO, whom he believed used Malay special rights as a red herring to divide the population along racial lines. He believed that special quotas allocated to Malays concerning licenses and the creation of a "Malay capitalist class" alone would only benefit the aristocrats from elite Malay families. Lee believed that the problems of Malay farmers could be solved by education and by raising the standards of Malay farms, such that the profession could be considered lucrative like in Australia and New Zealand. He also argued that if the focus was solely on creating a Malay capitalist class, it would only lead to a widening of the economic gap both within the Malay community and with other communities, which would lead to non Malays being used as scapegoats. The ultra Malay nationalists, or 'ultras' as coined by Lee Kuan Yew were operating based on the old demographics of the Federation of Malaya, where Malays made up 65% of the vote, when in fact the demographics after the formation of Malaysia were roughly 40% Malays, 40% Chinese, 20% Indians, Eurasians and others. Additionally, Singapore, Sabah and Sarawak constituted about 35% of the seats in Parliament. Due to this state of affairs, Lee Kuan Yew decided to rally the parties from the Borneo States of Sabah and Sarawak along with like minded parties in the States of Malaya like Penang and Malacca under the Malaysian Solidarity Convention using 'Malaysian Malaysia' as a slogan to counter the communal politics of the ultras. Eventually, Singapore was ejected from Malaysia and affirmative action for Malays was strengthed in policies such as the New Economic Policy. Critics have called such affirmative action for the Malays racial discrimination against other Malaysian citizens, with the goal of creating ketuanan Melayu (Malay supremacy). "Malaysian Malaysia" is not a mere tautology, because it distinguishes between nationality and ethnic classification. The complaint was that Malaysia was not being "Malaysian" and egalitarian (by discriminating against non Malays) and was instead being an ethnocentric "Malay Malaysia".

Раннее использование

Фраза «малайзийская Малайзия» широко ассоциируется с Ли Куан Ю, тогдашним лидером Сингапурской партии народного действия (PAP), основной составляющей Конвенции малайзийской солидарности, который был главным критиком расовой экономической политики. В своей речи Ли утверждал, что руководствоваться расой – не замена разумной экономической политике. Хотя он признавал необходимость улучшения экономического положения малайцев, он считал, что один лишь расовый подход не приведет к эффективному распределению богатства среди сельских малайцев, поскольку любой человек может конституционно считаться малайцем, исповедуя ислам и соблюдая малайские обычаи, независимо от того, родился и вырос ли он в Малайе или нет: «Согласно историческим данным, считается, что человек Перак жил в Малайзии 10 000 лет назад, а в Сараваке обнаружено больше скелетов, указывающих на присутствие человека там с 3000–4000 годов до нашей эры. Из 50,1% малайцев, проживающих в Малайзии сегодня, около трети – относительно новые иммигранты, такие как генеральный секретарь UMNO, Дато Сайед Джаафар Альбар, который прибыл в Малайю из Индонезии незадолго до войны в возрасте более тридцати лет. Поэтому сторонники «малайзийской Малайзии» утверждают, что неправильно и нелогично для какой-либо этнической группы считать себя более вправе называться малайцами, чем другие, и что другие могут стать малайцами только по их милости». Ли по-прежнему верил в позитивные меры в пользу малайцев, как коренного населения, и считал глупостью демонизировать не-малайцев, чтобы заручиться поддержкой малайцев, поскольку демографическая ситуация в Малайзии была более сбалансированной, чем в старой Федерации Малайя. Он утверждал, что использование особых прав в качестве поддержки откроет множество лазеек, которые неизбежно приведут к расовой и классовой сегрегации в обществе, что нанесет ущерб Малайзии, поскольку это может быть использовано в интересах элиты малайских аристократов. Кампания за «малайзийскую Малайзию» не пользовалась поддержкой правительства Малайзии и партий правящей коалиции Альянса (позже Barisan Nasional). Противники концепции «малайзийской Малайзии» указывали на то, что Малайя постепенно колонизировалась британцами с середины XIX века, достигнув пика в 1926 году. В этот период в Малайю и Сингапур прибыло большое количество рабочих-иммигрантов, в том числе китайцев и индийцев. Они утверждали, что в колониальную эпоху малайцам приходилось приспосабливаться к другим народам. Эти исторические иммигранты и их потомки, которым было разрешено остаться после обретения страной независимости, должны понимать, что их присутствие было привилегией, а не правом. Некоторые утверждали, что приток иммигрантов негативно повлиял на права и ресурсы малайцев. Этот аргумент выдвигался, несмотря на существование малайских китайских перанаканов с конца XVIII века, а также регулярное присутствие китайских купцов в Малайе задолго до прибытия британцев. Однако и Альянс, и PAP выступали за постепенную интеграцию малайской нации, разница заключалась в акценте и темпах. Альянс делал упор на культурную интеграцию, вовлекая не-малайцев в нормы малайцев через использование национального языка, что должно было способствовать формированию национальной идентичности. PAP делал упор на экономическую интеграцию, помогая малайцам конкурировать с не-малайцами посредством разумной экономической политики, ориентированной на формирование нового малайзийского самосознания. Ни одна из сторон не оспаривала фундаментальные принципы (национальный язык, особый статус малайцев), но расходилась во взглядах на акценты и сроки. Политическая взаимная критика в конечном итоге вызвала ответную реакцию со стороны части политиков в Объединенной малайской национальной организации (UMNO), которые считали, что «малайзийская Малайзия» угрожает особому положению малайцев в Малайзии. Они считали Ли опасным и подстрекательским деструктивным элементом; один политик назвал его предателем страны. Более умеренный премьер-министр Малайзии, Тунку Абдул Рахман, был обеспокоен этой кампанией. Он считал, что она приведет к беспорядкам, поскольку полагал, что малайцы еще не готовы конкурировать без своих особых привилегий. В конечном итоге Сингапур был исключен из Федерации в 1965 году.

The phrase "Malaysian Malaysia" is widely associated with Lee Kuan Yew, then leader of the Singapore based People's Action Party (PAP), the prime constituent in the Malaysian Solidarity Convention, who was foremost a critic against the raced based economic policy. In a speech, Lee argued that operating based on race was no substitute for sound economic policy. While he acknowledged that the Malay economic status had to be alleviated, he believed that a racial approach alone would not lead to efficient distribution of wealth across the rural class of Malays as anyone could constitutionally become a Malay by professing the religion of Islam and practice Malay customs, whether they were born and bred in Malaya or not: "According to history, the Perak Man was believed to survive in Malaysia 10,000 years ago and more skeletons were found in Sarawak indicating the human living there since 3,000 – 4,000 years ago. Of the 50.1% percent Malays in Malaysia today, about one third are comparatively new immigrants like the secretary general of UMNO, Dato' Syed Ja'afar Albar, who came to Malaya from Indonesia just before the war at the age of more than thirty. Therefore, the supporters of "Malaysian Malaysia" argue that it is wrong and illogical for a particular ethnic group to think that they are more entitled to be called Malaysians than others, and that the others can become Malaysian only through their favour." Lee still believed in affirmative action for the Malays who were the indigenous people, he believed that it was folly to demonise non Malays as a crutch to win Malay support as the demographics of Malaysia were more balanced instead of the old Federation of Malaya. He asserted that using special rights as a crutch would open up a lot of loopholes which would inevitably lead to a racial and class segregation in the population which would be detrimental to Malaysia as it could be exploited to benefit the elite Malay aristocrats. The campaign for a "Malaysian Malaysia" was not viewed highly by the government of Malaysia and the parties in the ruling coalition of the Alliance (later the Barisan Nasional). Those against the concept of a Malaysian Malaysia cited the fact that Malaya was progressively colonised by the British from the mid 19th century to its height in 1926. During this period, a large number of immigrant labourers, including Chinese and Indian peoples, came to Malaysia and Singapore. They suggest that during the colonial era, the Malays were forced to accommodate other peoples. Those historic immigrants and their descendants allowed to remain after the nation achieved independence should understand their presence was a privilege, not a right. Such people said that the influx of immigrants had negatively affected the rights and resources of the Malays. The argument was made in spite of the existence of Malay Chinese Peranakans since the late 18th century, as well as regular Chinese merchant presence in Malaya long before the arrival of the British. However, the Alliance and the PAP both wanted gradual integration of a Malaysian nation, the subtle difference was in emphasis and speed. The Alliance focused on the cultural emphasis, bringing the non Malays into the norms of the Malays through the speaking of the national language which will precipitate a national identity. The PAP focused on the economic emphasis, helping the Malays compete with the non Malays through sound economic policy with the focus on the new Malaysian consciousness. Neither disagreed on the fundamentals (national language, special position of the Malays) but disagreed with the other on accent and timing. The political mudslinging eventually provoked a response from a segment of politicians in the United Malays National Organisation (UMNO) who thought Malaysian Malaysia threatened the Malays' special position in Malaysia. They considered Lee to be a dangerous and seditious trouble maker; one politician called him a traitor to the country. The more moderate Prime Minister of Malaysia, Tunku Abdul Rahman, was perturbed by the campaign. He thought it would lead to trouble, as he believed that the Malays were not ready to compete without their special privileges. Eventually, Singapore was ejected from the Federation in 1965.

Современное использование

В 1999 году споры вновь разгорелись, когда Лим Кит Сианг из Партии демократического действия (DAP, бывшего малайзийского отделения PAP) призвал к второй кампании за "Малайзийскую Малайзию". Тогда исполняющий обязанности главы молодежной организации УМНО Хишамуддин Хусейн гневно ответил предупреждением не "играть с огнем" и обвинил Лима в политизации вопроса, который был решен в момент обретения независимости посредством социального договора. Лим утверждал, что концепция "Малайзийской Малайзии" не сильно отличается от государственной политики по созданию Бангса Малайзии (малайзийской расы или малайзийской нации). Некоторые отметили, что дед Хишамуддина, Дато Онн Джаафар, основатель УМНО, покинул партию, чтобы сформировать Партию независимости Малайи, основываясь на концепции отмены особых привилегий для малайцев. В 2006 году на съезде УМНО в Джохоре министр-глава (Chief Minister) Джохора Абдель Гани Осман связал кампанию "Малайзийская Малайзия" с теми, кто выступает за концепцию Бангса Малайзии, намекая, что Бангса Малайзия представляет угрозу для привилегий бумипутра/малайцев, закрепленных статьей 153 Конституции. Однако другие раскритиковали Гани, а заместитель премьер-министра Наджиб Тун Разак заявил: "Бангса Малайзия не ставит под сомнение особые права малайцев, наши квоты или что-либо подобное". В 2023 году член Высшего совета УМНО Нур Джазлан Мохамед призвал ДАП исключить лозунг "Малайзийская Малайзия" из своей конституции, если партия хочет завоевать поддержку малайцев. УМНО в то время находилась в коалиционном правительстве с ДАП, когда было сделано это заявление.

Концепция Малайзии

1Малайзия или Одна Малайзия (малайск. Satu Malaysia) – идея, предложенная шестым премьер-министром Малайзии Наджибом Тун Разаком 5 апреля 2009 года. Основной девиз – «Народ прежде всего, результаты сейчас» (Rakyat Didahulukan, Pencapaian Diutamakan). Концепция 1Malaysia, согласно объяснению YAB Dato'Sri Mohd Najib Tun Abdul Razak: «Мы стоим, мыслим и действуем как малайзийская нация. И мы принимаем решения, основываясь на потребностях всех этнических групп в нашей стране» («Kita berdiri, kita berfikir dan bertindak sebagai bangsa Malaysia. Dan kita mengambil tindakan berdasarkan kehendak semua kumpulan etnik dalam negara kita»). Хотя 1Malaysia не стремится отменить статью 153 Конституции Малайзии, она делает акцент на защите прав и благосостояния не-малайцев. Это означает, что 1Malaysia по-прежнему не предоставляет равные права всем гражданам, как это предполагалось в концепции «Малайзийской Малайзии» 1960-х годов, связанной с Ли Куан Ю, который впоследствии стал премьер-министром Республики Сингапур. Концепция 1Malaysia направлена на гармонизацию граждан страны независимо от расы, не изменяя ее расовую идентичность. Интеграция в рамках 1Malaysia отличается от ассимиляции, при которой стираются идентичности различных рас и заменяются единой национальной идентичностью. Вместо этого 1Malaysia ценит и уважает принципы Федеральной Конституции и этническую идентичность различных рас в Малайзии, рассматривая это как достояние или преимущество, которым можно гордиться. 1Malaysia подчеркивает важность принятия в многорасовом обществе, где каждая раса/этническая группа признает расовые различия других, чтобы все могли жить вместе, уважая друг друга как граждан одной страны.