Введение

Лесбиянская радикальная феминистская группа Lavender Menace была неформальной группой лесбийских радикальных феминисток, образованной для протеста против исключения лесбиянок и их проблем из феминистского движения на Втором конгрессе по объединению женщин в Нью-Йорке 1 мая 1970 года. В состав группы входили Карла Джей, Марта Шелли, Рита Мэй Браун, Лоис Харт, Барбара Лав, Эллен Шумски, Артемида Марш, Синтия Фанк, Линда Роудс, Арлин Кушнер, Эллен Бройди и Микела Гриффо, большинство из которых были членами Фронта освобождения геев (GLF) и Национальной организации женщин (NOW). Позже они стали известны как Radicalesbians. Фраза "Лавандовая угроза" впервые была использована в 1969 году Бетти Фридан, президентом Национальной организации женщин (NOW), для описания угрозы, которую, по её мнению, связи с лесбиянством представляли для NOW и зарождающегося женского движения. Фридан и некоторые другие гетеросексуальные феминистки опасались, что такая ассоциация может помешать феминисткам добиться существенных политических изменений. Под её руководством NOW предприняла попытки дистанцироваться от лесбийских проблем, в том числе исключив нью-йоркское отделение Daughters of Bilitis из списка спонсоров Первого конгресса по объединению женщин в ноябре 1969 года. Заявление Фридан и решение исключить DOB из списка спонсоров привели к тому, что лесбийская феминистка Рита Мэй Браун в феврале 1970 года в гневе уволилась с административной должности в NOW. В статье в журнале New York Times Magazine от 15 марта 1970 года радикальная феминистка Сьюзан Браунмиллер процитировала высказывание Фридан о "лавандовой угрозе", которое Браунмиллер расценила как намёк на риторику "красной угрозы" эпохи холодной войны, и отвергла опасения Фридан как "возможно, лавандовая сельдь, но не явная и непосредственная опасность".

Второй конгресс, объединяющий женщин

Описывая активистку-лесбиянку Риту Мэй Браун, Карла Джей сказала: «Единственное, что вы не могли сказать Рите, – это замолчать». Несколько членов организационного комитета попытались вернуть сцену и вернуться к первоначальной программе, но отказались от этой затеи, столкнувшись с решительностью группы и аудитории, которые выражали свою поддержку аплодисментами и свистом. Группа и аудитория затем использовали микрофон для спонтанных выступлений о лесбиянстве в феминистском движении, и нескольких участниц «захода» пригласили на следующий день провести семинары по правам лесбиянок и гомофобии. Прямые и лесбийские женщины с конгресса присоединились к женскому танцу – часто используемому инструменту организации и общения, применяемому мужчинами и женщинами из Гей-освободительного фронта. После конгресса женщины, организовавшие протест, начали проводить группы повышения осведомленности для женщин всех сексуальных ориентаций. Они также изменили свое название, сначала на «Лесбийское освобождение», а затем на «Радикальные лесбиянки».

Эффекты

"Лавандерная угроза" и публикация "Женщина, определяющая себя как женщина" широко вспоминаются многими лесбийскими феминистками как переломный момент во втором поколении феминистского движения и как момент основания лесбийского феминизма. После акции многие организаторы продолжали встречаться и решили создать устойчивую организацию для продолжения своей деятельности, которую они в итоге назвали "Радикальсбианки". На следующем национальном съезде NOW в сентябре 1971 года делегаты приняли резолюцию, признающую лесбиянство и права лесбиянок "законным предметом для феминизма". Книжный магазин Lavender Menace, независимый гей-книжный магазин в Эдинбурге, существовавший с 1982 по 1986 год, начал свою деятельность как книжный прилавок Lavender Books в гардеробе гей-дискотеки Fire Island на Принцес-стрит в Эдинбурге; название прилавка было взято из группы Lavender Menace. В 1999 году Сьюзан Браунмиллер описала влияние протеста и последовавшей за ним лесбийской феминистской организации, написав: "Лесбиянки больше не будут молчать в женском движении". Карла Джей описала это в своих мемуарах как "самое важное действие, организованное лесбиянками, которые хотели, чтобы женское движение признало наше присутствие и потребности", и заявила, что оно "полностью изменило отношения лесбиянок к феминизму на долгие годы". "Мы также чувствовали, – писала Джей, – что эта акция – лишь первая из многих, и что освобождение лесбиянок внезапно и неудержимо набирает обороты".