Введение

Город и университет – два различных сообщества университетского города; под «городом» понимается неакадемическое население, а под «университетом» – университетское сообщество, особенно в старинных центрах образования, таких как Оксфорд, Кембридж, Дурхэм и Сент-Эндрюс, хотя этот термин также применяется к современным университетским городам и городам с известными частными школами-пансионами. Эта метафора имеет историческую подоплеку, но продолжает использоваться в научной литературе о городском высшем образовании и в повседневной речи.

Происхождение термина

В Средние века студенты, поступавшие в европейские университеты, часто имели незначительный церковный сан и носили одежду, похожую на одежду духовенства. Эти одеяния со временем превратились в академическую длинную черную мантию, которую носили вместе с капюшоном и шапкой. Мантия оказалась удобной для учебы в неотапливаемых и сквозных зданиях и таким образом стала университетской традицией. Мантия также служила социальным символом, поскольку она была непригодна для физического труда. Капюшон часто украшался цветами колледжей и указывал на принадлежность молодого ученого к определенному университету. Таким образом, благодаря своей отличительной одежде студенты выделялись и отличались от жителей города, что и породило выражение "город и мантия".

Университет как убежище

Идея школы высшего образования как отдельного и автономного учреждения в городской среде восходит к Академии, основанной Платоном около 387 г. до н.э. Академия была учреждена как священное убежище для обучения за стенами Афин. Преемники Академии существовали более девяти веков, пока последняя из них не была закрыта вместе с другими языческими школами императором Юстинианом в 529 году н.э. В XII веке, с появлением первых средневековых университетов – сначала в Италии, а затем по всей Европе – они основывались без собственных территорий (кампусов). Преподаватели просто арендовали аудитории в городах, где они располагались. Первоначально, идентифицируемых зданий кампусов было немного (за исключением студенческих общежитий, которые были основаны в некоторых университетах). Большинство студентов снимали жилье в университетских городах. Ученые часто собирались в определенных районах городов, наиболее известным из которых был Левый берег (Rive gauche) Сены в Париже, ставший известен как Латинский квартал (Quartier Latin) из-за использования латыни в повседневной речи. Таким образом, средневековые учебные заведения были более тесно связаны с городами, чем Академия. Не случайно большинство средневековых университетов основывались именно в городах. Для их существования требовалось постоянное население и инфраструктура, включающая оживленный рынок и систему управления, однако их зависимость от принимающих городов была ограничена. В большинстве случаев, финансирование средневековых университетов поступало преимущественно, если не полностью, из доходов католической церкви. Следовательно, университеты были в значительной степени независимы от муниципальных средств и, в большой степени, от гражданской власти. Средневековый студиум сохранял статус убежища как бенефициар католической церкви и благодаря освобождению ученых от гражданского права. Такие особые юрисдикции были нередким явлением в Средние века. Действующее право сильно различалось в зависимости от человека, организации и местности: в самих городах правовые системы существенно отличались от правовых систем окружающей сельской местности, и даже внутри города каждая гильдия обычно обладала своими особыми привилегиями и правами. Независимая юрисдикция университетов была неотъемлемой частью этой системы.

Анатомия противоборствующих отношений

Первоначальные отношения между средневековыми университетами и принимающим городом были конфликтными по ряду причин, и со временем растущая автономия и независимость университетов от местной власти привели к усилению напряженности с городами, где они располагались. Кроме того, постепенное расширение университетов на соседние территории создавало постоянный источник разногласий между горожанами и учеными (что продолжается и по сей день). Средневековые университеты формировались как гильдии мастеров (преподавателей) и/или студентов по образцу, установленному ремесленными гильдиями. Получив хартию, ученые приступали к переговорам с городскими властями для обеспечения справедливой арендной платы за аудитории и других льгот. Поскольку у них не было вложений в материальную базу, они могли угрожать переездом в другой город в случае неудовлетворения их требований. Это была вполне реальная угроза. Ученые Лиссабонского университета в Португалии перебрались в Коимбру, а затем в XIV веке вернулись в Лиссабон. Ученые также объявляли забастовки, покидали город и не возвращались годами. Так произошло в Парижском университете после бунта в 1229 году (начатого студентами). Университет не возвращался в Париж в течение двух лет. Многие студенты были иностранцами с необычными манерами и одеждой, говорившими и писавшими на латыни – лингва франка средневекового высшего образования в Западной Европе. Студенты часто не владели местным диалектом, а большинство горожан не знали латыни. Языковой барьер и культурные различия не способствовали улучшению отношений между учеными и горожанами. Отношения между городом и университетом характеризовались высокомерием с одной стороны и обидой – с другой. Студенты средневековых университетов пользовались определенными привилегиями и освобождались от юрисдикции обычных гражданских судов. Эти привилегии обычно охранялись консерватором Апостольским, как правило, епископом или архиепископом, назначаемым папой. Папской буллой *Parens scientiarum* ("Отец наук") (1231), являвшейся хартией Парижского университета, папа Григорий IX уполномочил преподавателей приостанавливать лекции в случае оскорбления, нанесенного ученому, если оно не было исправлено в течение пятнадцати дней. Этим правом приостановки лекций часто пользовались в конфликтах между городом и университетом. В ряде случаев папы сами вмешивались, чтобы защитить ученых от посягательств местных гражданских властей. Папа Николай IV в 1288 году угрожал закрыть студиум в Падуе, если городские власти не отменят в течение пятнадцати дней постановления, принятые против ученых. Университеты часто обращались со своими жалобами на городские власти в Святой Престол, и их апелляции обычно удовлетворялись. (Более подробную информацию можно найти в "Католической энциклопедии"). Таким образом, средневековые студенты находились под юридической защитой духовенства, которое оберегало их от физического насилия. Их могли судить за преступления только в церковном суде по каноническому праву. Освобождение от гражданского права давало студентам возможность безнаказанно нарушать светские законы в городской черте. Это часто приводило к злоупотреблениям и откровенному преступному поведению среди студентов, осознававших свой иммунитет от гражданских властей. Эта аномальная юрисдикционная ситуация лишь усугубляла напряженность между городом и университетом.

Город против платья

Конфликт был неизбежен в средневековых университетских городах, где два отдельно управляемых органа с разными приоритетами и лояльностью делили одно и то же ограниченное пространство. Более того, насилие было обычным явлением в средневековой жизни, не только между учеными и горожанами, но и среди простых граждан, а также между учеными из разных регионов Европы, посещавшими университеты. Насильственные столкновения между городом и университетским сообществом вспыхивали регулярно. Одной из самых известных была битва в День святой Схоластики, произошедшая 10 февраля 1355 года в Оксфордском университете. Спор в таверне – типичный сценарий – перерос в двухдневную битву, в которой местные жители, вооруженные луками, напали на студенческий городок, убив и покалечив множество ученых. Бунтовщиков жестоко наказали, и впоследствии мэр и шерифы должны были ежегодно в День святой Схоластики посещать мессу за упокой душ погибших и давать клятву соблюдать привилегии университета. На протяжении 500 лет в Оксфорде отмечали день траура по этой трагедии. Кембриджский университет был основан после стычки между жителями Оксфорда и учеными Оксфордского университета, вынудившей многих ученых бежать в новое место в 1209 году. Позже, напряженность между учеными Кембриджа и горожанами заставила короля предоставить Кембриджскому университету особые привилегии и защиту, что значительно способствовало его выживанию и дальнейшему успеху. К середине XV века короли положили конец власти студентов в университетах. Они поручили папским легатам провести реформу университетов и ограничили студенческие бойкоты и забастовки. С тех пор, будь то король или революционное правительство, диктатор или парламент, европейскими университетами обычно управляла центральная власть, хотя степень контроля сильно варьировалась в зависимости от времени и места. После потрясений Высокого Средневековья отношения между европейскими университетами и городами, в которых они располагались, развивались в направлении взаимной поддержки. Города в некоторых случаях брали на себя выплату зарплат и предоставляли ссуды, а также регулировали торговлю книгами, жилье и другие услуги, необходимые студентам. В конечном итоге города стали гордиться своими университетами, а не видеть в них противников.

Ранние современные

На протяжении веков отношения между городом и университетом оставались двойственными. Бывали случаи, когда университет, находящийся в кризисе, спасала городская динамика вокруг него, а в другие времена городское развитие угрожало стабильности университета. В свою очередь, университет порой служил центром и объединяющим фактором культурной жизни города, но в другие периоды он замыкался в себе и ослаблял городскую культуру. Несмотря на в целом улучшение отношений между городом и университетом в постсредневековую эпоху, споры и конфликты оставались повторяющимся явлением. Городской совет Оксфорда неоднократно конфликтовал с Оксфордским университетом, и один из таких инцидентов в 1675 году касался защиты обеими сторонами своих прав на выдачу лицензий гражданам для различных ремесел. Спор завершился тем, что университет сохранил за собой право предоставлять привилегии ремесленникам (правом, которым он пользовался с XIV века), а город сохранил полномочия предоставлять свободным горожанам право заниматься ремеслами, не связанными с университетом.

Йель и Нью-Хейвен

Другая краткая хроника инцидентов с участием студентов Йельского колледжа и жителей Нью-Хейвена, штат Коннектикут, иллюстрирует сохраняющееся напряжение в отношениях между университетом и городом. Характер этих споров варьировался от богословских до силовых. Основанный в 1701 году, Йель переехал в Нью-Хейвен в 1716 году. В 1753 году президент Томас Клэп начал проводить отдельные воскресные службы для студентов колледжа, а не в Первой церкви, поскольку считал священника Джозефа Нойеса теологически сомнительным. (Йель был основан конгрегациональными пасторами, но в настоящее время не имеет религиозной принадлежности.) Этот шаг оттолкнул духовенство Коннектикута и ознаменовал начало двойственного отношения студентов Йельского университета к городу Нью-Хейвен. На протяжении столетия Нью-Хейвен был свидетелем серии насильственных столкновений между студентами и "местными жителями", напоминающих конфликты в средневековых университетских городах. В 1806 году произошел полномасштабный бунт – первый из многих – с применением кулаков, дубинок и ножей, между отставными моряками и студентами Йеля. В 1841 году произошло столкновение с городскими пожарными. После того, как студенты Йеля атаковали пожарную часть и уничтожили оборудование, городская толпа пригрозила сжечь колледж. Для поддержания порядка были вызваны военные подразделения. Затем, в 1854 году, после столкновения студентов и горожан в театре Нью-Хейвена, полетели кирпичи и пули. Когда лидер городской группы был ранен ножом, студенты отступили в колледж. Местные жители привезли два пушечных орудия ополчения и нацелили их на колледж, но были остановлены констеблями до того, как успели открыть огонь. Относительное спокойствие сохранялось до 1919 года, когда вернувшиеся с войны местные жители, возмущенные оскорблениями со стороны студентов Йеля, напали на Старый кампус. Обнаружив ворота запертыми, они разбили сотни окон и перешли к театрам и ресторанам в городе, нападая на всех встреченных студентов. В 1959 году студенческая снежная битва на городских улицах вышла из-под контроля и привела к арестам полицией Нью-Хейвена. Затем студенты забросали полицейских снежками во время парада в День святого Патрика. Так называемый "снежный бунт" привлек внимание национальных СМИ – предвестие бурных 1960-х годов.

Современный

В 1960-х годах в Северной Америке и Европе произошла волна студенческих волнений, охватившая города от Парижа до Мехико и Калифорнии. Движение за свободу слова, центром которого был Калифорнийский университет в Беркли, часто называют отправной точкой этих волнений. Студенческое движение в США формально касалось требований большей свободы и участия в принятии решений на территории кампуса, но его подпитывали два более масштабных вопроса – борьба за гражданские права афроамериканцев и протест против войны во Вьетнаме. Самые трагические инциденты произошли, когда войска Национальной гвардии открыли огонь и убили четырех студентов в Кентском государственном университете штата Огайо, а также когда полиция обстреляла общежития Университета штата Джексон в Миссисипи весной 1970 года, в результате чего погибли двое случайных прохожих. Разделение между университетом и городом заметно во многих старинных университетах по всему миру. В университетском городе Уппсала в Швеции духовенство, королевская семья и представители академических кругов исторически селились на западном берегу реки Фрис, несколько обособленно от остальной части города. Ансамбль, состоящий из собора (освященного в 1435 году), замка и университета (основанного в 1477 году), в значительной степени сохранился до наших дней. С эпохи Средневековья коммерческая деятельность географически концентрировалась на восточном берегу реки. Многие средневековые традиции сохранились и в наше время, и университеты по-прежнему пользуются определенными историческими привилегиями. Два примера это иллюстрируют: 1) Студенты в некоторых университетах были обязаны носить мантии до 1960-х годов, чтобы их можно было легко идентифицировать представителям университетских властей. 2) При русских царях полиции было запрещено входить на территорию университетов, и эта традиция соблюдалась во время советской интервенции в Прагу летом 1968 года.

После 1960-х годов: изменение климата, изменение проблем

Города и их университеты эволюционировали от интегрированных жилых моделей Высокого Средневековья к более четкому разделению. По мере приобретения колледжами материальной базы формировались видимые кампусы с компактным студенческим населением. Жилые колледжи стали обычным явлением в европейских университетах, в то время как американские колледжи (часто расположенные в небольших городах) изолировали студентов в общежитиях под строгим контролем. Границы между этими двумя сообществами были четко очерчены, но к 1970-м годам это различие стало стираться, а затем и последующими судебными решениями. Маятник качнулся бы обратно к средневековой модели, где студенты могли бы пользоваться значительной автономией в выборе места жительства и образа жизни. Тенденция американских студентов жить вне кампуса появилась в послевоенную эпоху. Закон о перевооружении военнослужащих, широко известный как «G.I. Bill», предоставил большому количеству вернувшихся ветеранов финансовую поддержку для получения высшего образования. Многие ветераны были старше обычных студентов или имели семьи, которых нужно было содержать, что еще больше стимулировало рост внекампусного жилья. По оценкам, к концу века до 85% американских студентов колледжей жили вне кампуса (Комиссия Карнеги). Эта тенденция в жилищной сфере – и другие факторы – смягчили разделение между городом и университетом (но не обязательно напряженность). Университеты все больше интегрировались в города, поскольку города поглощали и приспосабливали университеты. Колледжи с разъездным обучением, такие как Государственный университет Сан-Франциско, теперь принимают большое количество студентов, которые живут на расстоянии, добираются до кампуса на занятия, а затем уезжают в конце каждого учебного дня. Одновременно американские университеты открывали филиалы и даже предлагали занятия в помещениях на первых этажах зданий. Однако недавняя интеграция кампуса и сообщества не обошлась без проблем. Например, городской университет может создавать интенсивное движение и усугублять проблемы с парковкой в соседних районах. Качество районов, прилегающих к университету, может ухудшиться. Определенные отрасли, требующие высококвалифицированных работников, такие как биотехнологии, могут привлекаться к университетским городкам. Рост этих экономик знаний и увеличение числа жителей с растущим достатком могут усилить конкуренцию за общественное пространство или привести к росту стоимости земли. Расширение кампусов привело к сносу некоторых районов и перемещению большого числа жителей города. Эти факторы создают постоянную напряженность между городом и университетом, но в некоторых случаях университет и местное сообщество сотрудничают в проектах по возрождению. Местные жители и представители университетского сообщества могут сталкиваться с разногласиями по другим политическим, экономическим и демографическим вопросам. Некоторые населенные пункты на северо-востоке Соединенных Штатов пытались запретить студентам регистрироваться для голосования на выборах в качестве местных жителей, вместо этого требуя, чтобы они голосовали по почте по месту жительства своих родителей. Многие университеты в университетских городках расположены на неинкорпорированных территориях, что лишает студентов, проживающих в общежитиях, права голоса на местных выборах. По мере роста и усложнения городских университетов они нанимают большое количество сотрудников из числа горожан. На кампусах создаются профсоюзы, которые ведут коллективные переговоры о заключении контрактов. В 1971 году 53-дневная забастовка сотрудников Йельского университета стала самой продолжительной в истории учебного заведения. Лидеры профсоюзов заявили, что считают социальную ответственность Йельского университета по отношению к Нью-Хейвену ключевым вопросом в трудовом споре. Работники университета в Нью-Хейвене снова и снова бастовали в 1970-х, 1980-х и 1990-х годах. Исторически более половины всех студентов колледжей в США жили независимо вне кампуса. Однако в сообществах, где количество студентов увеличивается, а жилья недостаточно, конкуренция между студентами и жителями за жилье вне кампуса стала распространенным источником трений в отношениях между городом и университетом. Муниципалитеты и университеты продолжают вести переговоры о юрисдикции полиции на территории кампуса и вблизи него. Сегодня многие университеты и колледжи содержат собственные полицейские силы. В городах, где значительное число студентов проживает вне кампуса, университетской полиции может быть разрешено патрулировать эти районы для обеспечения дополнительной безопасности. Между тем, защитники гражданских прав утверждают, что представители учебных заведений должны обращаться в местные правоохранительные органы только тогда, когда это необходимо для обеспечения безопасности людей на территории кампуса. Такое вмешательство юридически санкционировано в некоторых юрисдикциях, когда у представителей учебного заведения есть разумные основания полагать, что студент нарушает закон. Как правило, местная полиция неохотно заходит на территорию кампуса, если в колледже есть собственная служба безопасности (стрельба в Кентском государственном университете и Джексонском государственном университете – примеры того, как вмешательство привело к трагедии). Шумные вечеринки вне кампуса и чрезмерный шум и пьянство, связанные с ними, также могут вызывать враждебность между городом и университетом. Университет Колорадо (Боулдер, Колорадо, США) и Университет Квинс (Кингстон, Канада) приводятся в качестве примеров, когда уличные вечеринки перерастали в беспорядки. В 1995 году в Университете Вилфрида Лориа в тихом Ватерлоо, Онтарио, произошел «бунт на улице Эзра», когда на студенческой вечеринке в конце года на улице Эзра собралось 1500 человек. Участники вечеринки выпили огромное количество пива, бросали бутылки и вели себя так, что привели к 42 арестам и двум серьезным травмам – одна, когда женщину ударил кусок бетона, брошенный на вечеринку, другая, когда человека переехал джип. В результате университет принял новый «Кодекс поведения» для регулирования поведения студентов. Постоянные незначительные нарушения также могут усилить напряженность в отношениях с местными сообществами. Например, на протяжении всего существования Йоркского университета местное население Хеслингтона протестовало против попыток продлить часы работы пабов из-за беспорядков, возникающих при закрытии пабов. В 1970-х и 1980-х годах частое внимание уделялось братствам и женским клубам вне кампуса, чьи иногда шумные мероприятия высмеивались в фильме 1978 года «Анимал Хаус». Ирония заключается в том, что введение мер «социальной ответственности» для ограничения мероприятий в братских домах усугубило напряженность, поскольку мероприятия переместились на вечеринки в не-братских домах и зданиях, расположенных дальше от кампуса. Перенос социальных мероприятий вне кампуса также увеличивает количество случаев вождения в нетрезвом виде, поскольку студентов, желающих повеселиться, вытесняют за пределы кампуса. В США возникло множество споров между государственными университетами и городами-хозяевами относительно затрат и выгод от связи между городом и университетом. Университеты утверждают, что их существование является основой экономики города, в то время как города отвечают утверждениями о том, что учебное заведение «грабит» их, лишая налоговых поступлений; но по мере расширения кампусов все больше земли и собственности исключаются из местной налоговой базы. Предпринимаются попытки переопределить основные финансовые условия, на которых основаны отношения. Как освобожденные от налогов учреждения, университеты не имеют юридического обязательства вносить средства в городскую казну, но некоторые делают выплаты в качестве компенсации за налоги на основании согласованных соглашений (как это происходит в Бостоне). Несмотря на рост числа судебных разбирательств, университеты и города-хозяева заинтересованы в сотрудничестве, поскольку учебные заведения нуждаются в городских услугах и нуждаются в одобрении города для долгосрочных планов, а университетские города нуждаются в возмещении за предоставленные общественные услуги. «Вовлеченный университет» — это недавний термин, описывающий партнерские отношения с обществом и совместное планирование с городскими властями. Кроме того, в некоторых университетских городках местная культура создается как студентами, так и не студентами, например, в Этенсе, штат Джорджия, который журнал Rolling Stone признал лучшим музыкальным университетским городком № 1. В Этенсе местная культура, с которой студенты отождествляют себя и участвуют в ней, часто поддерживается или создается не студентами, в данном случае музыкантами. Хотя определенная степень непонимания или соперничества может сохраняться между «студентами» и «местными жителями», сосуще...

После 2000-х годов: агломерация университетов и переливание знаний

После 2000-х годов отношения между городом и университетом претерпели изменения, поскольку эффекты агломерации все активнее изучались и понимались в сфере городской экономики. Университетская агломерация, или кластеризация, возникает, когда большое количество высших учебных заведений концентрируется в одной географической области. Этот сдвиг имеет важное значение для отношений между городом и университетом, поскольку связи между университетами и окружающими их сообществами все чаще становятся не двусторонними, а многосторонними; речь идет уже не об одном университете и городе, а об университетах и городах. Яркими примерами такой агломерации в Соединенных Штатах являются большое количество колледжей и университетов в районе залива Сан-Франциско, способствующих развитию Кремниевой долины, а также широко известный Исследовательский треугольник в Северной Каролине. Эти агломерации в крупных городах приводят к тому, что эксперты называют «передачей знаний», определяемой как обмен идеями между людьми. Физическая близость организаций обеспечивает быстрый обмен знаниями, идеями, опытом и кадрами. Типичным примером передачи знаний является бизнес-парк, где множество компаний, зачастую не связанных друг с другом, располагаются в одном комплексе и извлекают выгоду просто из присутствия друг друга. В колледжах Клермонта пять бакалаврских колледжей гуманитарных наук и два аспирантских института расположены прямо напротив друг друга, что позволяет студентам каждого колледжа общаться со студентами других колледжей в социальной и клубной жизни. Более того, поскольку колледжи Клермонта сотрудничают, студенты могут посещать занятия в других колледжах, питаться в их столовых и пользоваться расширенными общими ресурсами, такими как библиотека Хоннольд-Мадд, студенческая поликлиника и служба безопасности кампуса. Однако близость колледжей и университетов приносит пользу не только самим учебным заведениям, но и регионам, в которых они расположены. Эксперты из Калифорнийского университета в Мерседе и Национального бюро экономических исследований смогли количественно оценить эффект от университетов на местные сообщества, обнаружив, что «увеличение расходов на высшее образование на 10% увеличивает доход в местном секторе труда, не связанном с образованием, примерно на 0,8%». Кроме того, исследователи из Калифорнийского университета в Беркли обнаружили, что увеличение числа университетских исследователей на местном рынке труда коррелирует с увеличением количества выданных патентов в этом регионе. Таким образом, многие регионы выигрывают от большого количества высших учебных заведений на своей территории. Однако эти преимущества часто сопровождаются издержками, поскольку большое количество студентов, преподавателей и ресурсов, необходимых для поддержки университетов, может создавать нагрузку на местные органы власти. В городе Клермонт (Калифорния) местные власти пытались повысить налог с продаж, чтобы сбалансировать налоговое бремя и финансировать основные городские услуги, поскольку многие студенты колледжей не платят налоги городу, но совершают в нем покупки. Напряженность в XXI веке усилилась из-за расширения университетов, что привело к «студентификации» городов, когда местные жители вытесняются студентами, а частные дома переоборудуются в дома с несколькими арендаторами. Это может привести к росту цен на недвижимость, делая жилье недоступным для местных жителей, закрытию школ и других служб, а также к увеличению числа нарушений общественного порядка. Примеры в Великобритании включают Сент-Эндрюс, Дарем и Фэллоуфилд (Манчестер). Это привело к инициативам, направленным на лучшую интеграцию студентов в местные сообщества, например, к программе в Шеффилде, в рамках которой студенты работают волонтерами в местных домах престарелых, и к общежитию в Бристольском университете, где студенты делят жилье с молодыми местными жителями, включая выпускников детских домов, работников ключевых профессий и людей, переживших бездомность.