Введение

Американский помощник и шпион, американский архитектор. Подполковник Дункан Чаплин Ли (1913–1988) в период с 1942 по 1946 год был конфиденциальным старшим помощником генерал-майора Уильяма ("Дикого Билла") Донована, основателя и директора Управления стратегических служб (OSS) – предшественника ЦРУ времен Второй мировой войны. Проект "Венона" посмертно идентифицировал Ли как агента НКВД, внедрившегося в OSS под кодовым именем "Кох", что делает его самым высокопоставленным предполагаемым шпионом, завербованным Советским Союзом в разведывательном сообществе США.

ОСС

В качестве офицера УСС Ли возглавлял китайский отдел СРБ, Секретного разведывательного бюро. Будучи офицером, по словам советского курьера Элизабет Бентли, Ли, предположительно потомок генерала Конфедерации Роберта Э. Ли, тайно снабжал её информацией об "антисоветской деятельности УСС" и других темах, представлявших интерес для Москвы, которая формально являлась союзником (в Европе) после разрыва пакта между нацистской Германией и Советским Союзом. В ноябре 1944 года Анатолий Горский доложил в Москву, что, по словам Элизабет Бентли, Мэри Прайс вступила в сексуальные отношения с одним из своих источников, Дунканом Чаплином Ли. "Прайс завязала интимные отношения с Ли, и сообщила нам об этом лишь недавно". Горского беспокоило, что эта связь может привести к раскрытию Ли, поскольку его жена, также являвшаяся членом Коммунистической партии США (КПСС), знала о его разведывательной деятельности. "Ли и Прайс встречались в двух местах: у неё дома и у него. Встречи проходили в присутствии жены Ли, которая была осведомлена о тайной работе мужа". Жена Ли узнала об измене и устроила серию ревнивых сцен. НКВД встревожило это развитие событий и приказало Прайс прекратить работу с Ли в качестве куратора. Эрл Браудер сообщил Искаку Ахмерову, что "нервы Прайс были сильно расшатаны" из-за этого. Однако, как отмечает Кэтрин С. Олмстед: "Мэри Прайс продолжала роман, надеясь, что Ли разведется с женой и женится на ней. Измученный ухудшением брака, давлением романа и усилением проверок безопасности в УСС, Дункан Ли к концу 1944 года стал крайне неохотным советским источником. Более того, он не доверял Элизабет Бентли, которая теперь выполняла роль его основного курьера и связного с советской разведкой". Как Бентли рассказала ФБР, когда перешла на сторону американцев в 1945 году, она передала эту информацию своим советским связным.

УВК

В августе 1948 года, выступая перед Комитетом Палаты представителей по расследованию антиамериканской деятельности (HUAC), Бентли показала, что Ли предоставлял ей "различные типы информации", которую она затем передавала советской разведке, включая, по словам Бентли, сведения о том, "выявило ли УСС кого-либо из наших людей [коммунистов]" в этой организации. По мере отступления нацистской Германии, Бентли дополнительно свидетельствовала, что Ли назвал нескольких агентов УСС, которые, по его словам, могли бы создать проблемы для послевоенного советского господства в Восточной Европе и на Балканах. Ли также сообщил ей, что "что-то очень секретное происходило" в Оук-Ридже, штат Теннесси; это была отсылка к "Манхэттенскому проекту". Ли, бывший стипендиат Родоса, который вместе с сотрудником УСС Дональдом Нивеном Уилером (идентифицированным в проекте "Венона" как советский агент, работавший в УСС под псевдонимом "Изра") учился в Оксфордском университете, неоднократно отрицал под присягой обвинения Бентли, но признал, что он и его жена знали Бентли как давнего знакомого (хотя и под вымышленным именем) и, "вероятно", "Арену"), а также ветерана НКВД Якоба Голоса, идентифицированного в "Веноне" как "Звук". Ли заявил, что в конечном итоге понял, что Бентли придерживалась "коммунистических" взглядов и прекратил с ней отношения.

Свидетельские показания Ли вызвали у члена HUAC, конгрессмена Джона Макдауэлла (R, Пенсильвания), комментарий: "Впервые со времен заговора Аарона Берра высокопоставленный офицер армии был публично обвинен в нарушении Устава о воинской службе, наказание за которое он, несомненно, осознает". Ли, однако, так и не был привлечен к уголовной ответственности, не говоря уже об осуждении за лжесвидетельство или какое-либо другое преступление, несмотря на обвинения, выдвинутые его бывшей связной Элизабет Бентли. Сама Бентли не всегда была эффективным свидетелем. Лишь один из десятков советских шпионов, которых она разоблачила, был когда-либо осужден за преступление, связанное с ее обвинениями, и лишь немногие были даже преданы суду. Многие открыто признавались в шпионаже на публичных слушаниях после истечения срока давности, а вина большинства названных ею лиц была независимо подтверждена показаниями других очевидцев и, в конечном итоге, материалами проекта "Венона".

Проект "Венона" и советские архивы

Дешифровки проекта "Венона", касающиеся Коха, лишь подтверждают, что Бентли передавала в Москву информацию, которую она утверждала, что получила от Ли, и сами по себе не содержат независимых доказательств, подтверждающих обвинение Бентли в том, что Ли был источником этой информации. Дешифровка "Веноны" 1944 года подтверждает, что Ли предупредил Бентли о том, что Донован отправляет его на секретную миссию в Китай. Согласно Комиссии Мойнихана, "из сообщений "Веноны" следует, что Дункан Чаплин Ли, специальный помощник директора УСС Уильяма Дж. Донована, был советским агентом". В рецензии на книгу Марка А. Брэдли 2014 года "A Very Principled Boy" Пит Финн, редактор по вопросам национальной безопасности в The Washington Post, отметил, что настойчивость Ли в передаче разведывательной информации исключительно устно помогла ему избежать преследования, "Однако рассекречивание в 1995 году расшифрованных советских военных депеш и публикация записных книжек бывшего офицера КГБ, скопировавшего фрагменты дела Ли в Москве, не оставили сомнений в том, что аристократ из Вирджинии предал свою страну".

После ОСС

Ли продолжил успешную карьеру адвоката в частном секторе. Он продолжал представлять интересы таких клиентов, как Клэр Ченно и Уайтинг Виллаурер. В 1949 году, после падения Китая под контроль коммунистов, Ли представлял компанию, связанную с ЦРУ, в судах Гонконга и Великобритании, успешно предотвратив захват большого парка транспортных самолетов, ранее принадлежавшего националистическому китайскому правительству, новым коммунистическим режимом Китая после его признания Великобританией. В 1953 году Ли присоединился к страховой компании American International Group, где до выхода на пенсию в 1974 году занимал должность главного юрисконсульта AIG в Нью-Йорке.

Личная жизнь и смерть

Впоследствии Ли переехал в Торонто с канадской женой, Фрэнсис Ли Смит, и скончался там в 1988 году.