Введение

Арчибальд Кэмпбелл Колкхун (8 сентября 1756 – 8 декабря 1820) — шотландский политик и юрист из Глазго. Он занимал должность лорда-адвоката, высшую должность в шотландской юридической системе.

Жизнь

Он родился Арчибальд Кэмпбелл в Глазго в 1756 году, был допущен к адвокатской практике в 1768 году и назначен шерифом Перта с 1793 по 1807 год и ректором Глазгоского университета с 1807 по 1809 год. После падения министерства «Всех талантов» он был назначен лордом-адвокатом 28 марта 1807 года. В то время значительная часть шотландского влияния на назначение на высокие юридические должности находилась в руках семьи Дандасов, Уильяма Эрскина, Александра Маконохи и Генри Кокберна, которые фактически были выбраны заместителями лордом Мелвиллом до того, как Колкхун получил назначение. В мае следующего года он был избран членом парламента от округа Эльгин, но через три года сложил свои полномочия. В июле 1810 года он был избран депутатом от Дамбартоншира, который он продолжал представлять до своей смерти в 1820 году. Колкхун, будучи лордом-адвокатом, участвовал в реформировании конституции Суда сессии и был назначен одним из тринадцати комиссаров, которые впервые собрались 30 ноября 1808 года для расследования отправления правосудия в Шотландии. Переписка между ним и покойным лордом-адвокатом Эрскином по поводу относительных достоинств законопроектов лорда Гренвилла и лорда Элдона о реформе судопроизводства содержится в журнале «Scots Magazine» за 1808 год, на страницах 70–72, 149–152. После смерти лорда Фредерика Кэмпбелла Колкхун был назначен лордом-клерком-регистратором 4 июля 1816 года, к большому разочарованию друзей Эрскина, которые надеялись, что эта должность будет предложена ему. Он был партнером в банке Thistle Bank в Глазго, одним из основателей которого был его отец. Колкхун умер 8 декабря 1820 года после нескольких дней болезни в доме своего зятя Уолтера Лонга в Хартхеме, Уилтшир, и был похоронен на приходском кладбище Нью-Килпатрик недалеко от Глазго.

Оценка

Колкхун был хорошим знатоком классической литературы, солидным юристом и красноречивым адвокатом. Обладая независимым состоянием и сдержанными манерами, он не занял в адвокатской практике того положения, на которое его способности имели право. Его единственная зафиксированная речь не имела особого успеха. Он выступил, когда зал наполнился шумными выкриками «Вопрос! Вопрос!», чтобы принять участие в дебатах о поведении герцога Йоркского, но не успел много сказать, как в зале поднялся такой шум по поводу вопроса, что его уже невозможно было расслышать.