Введение
Ирландский республиканец (1767–1798)
Генри Джой МакКракен (31 августа 1767 – 17 июля 1798) был ирландским республиканцем, казненным в Белфасте за участие в руководстве Объединенными ирландцами в Восстании 1798 года. Убежденный в том, что дело представительного правления в Ирландии не может быть продвинуто под британской короной, МакКракен стремился заключить революционный союз между своими соотечественниками-пресвитерианами в Ольстере и преимущественно обезземеленным католическим большинством страны. В июне 1798 года, после известий о восстаниях в Ленстере, он проявил инициативу, обойдя нерешительное руководство, которое ждало французской помощи, и возглавил повстанческую силу против британского гарнизона в городе Антрим. Разгромленный, он был доставлен обратно в Белфаст, где его предали военному суду и повесили.
Ранняя жизнь и влияние
Генри Джой МакКракен родился на Хай-стрит в Белфасте в двух самых влиятельных пресвитерианских семьях города, связанных с промышленностью. Он был сыном судовладельца, капитана Джона МакКраккена, и Энн Джой, дочери Фрэнсиса Джоя, потомка французских гугенотов. Семья Джой, сделавшая состояние на производстве льна, была тесно связана с подъемом движения добровольцев в Белфасте и основала виговскую газету Belfast News Letter. Вместе с младшей сестрой Мэри Энн МакКракен он посещал школу Дэвида Мэнсона на Донегалл-стрит. Мэнсон, используя взаимное обучение и игры, стремился избавить образование детей от "тяжелого труда и страха". Он распределял своих учеников по рангам – от королей и королев до арендаторов и субарендаторов, но, в отличие от иерархии королевской власти и господствующего класса, против которых МакКракен позже восстал, эта ролевая игра была полностью меритократичной; предполагала взаимные обязательства (аренда или дань, уплачиваемая за ранг, представляла собой определенную часть чтения или урока правописания, а более высокие ранги были заинтересованы в помощи низшим, чтобы получить должное, при этом все расчеты производились в субботнем "парламенте").
Семейный пастор Третьей пресвитерианской церкви на Розмари-стрит, Синклер Келберн, был убежденным сторонником движения добровольцев. Под предлогом защиты королевства от французов во время американской войны гражданская милиция, или "Национальная гвардия", как она стала называться позже, позволила пресвитерианам вооружаться, проводить учения и собираться независимо от англиканской элиты. Келберн проповедовал в форме, прислонив мушкет к дверям кафедры, а на съездах добровольцев выступал за католическую эмансипацию и демократическую парламентскую реформу. Вместе со своей сестрой Мэри Энн МакКракен он впитывал радикальные идеи Тома Пейна (поклонницей которого была их мать), Уильяма Годвина и Мэри Уолстонкрафт. Брат и сестра, возможно, разделяли также патриотический энтузиазм к ирландской музыке: после Белфастского фестиваля арфистов в июле 1792 года семья МакКраккенов приняла Эдварда Бантинга, который собирал и записывал ирландские мелодии.
Объединенный ирландец
В ответ на предложение Уильяма Дреннана о "благотворном заговоре, заговоре во имя народа", 1 апреля 1791 года Маккракен вместе с Сэмюэлем Нилсоном, Джоном Роббом, Александром Лоури и Томасом Маккейбом решил сформировать "ассоциацию для объединения всех ирландцев [ ] с целью восстановления и сохранения нашей свободы и возрождения нашей торговли". Те, кто собрался на учредительном собрании в октябре и назвали себя, по предложению Теобальда Вулфа Тона, Обществом Объединенных Ирландцев, были людьми, с которыми Маккракен и его семья были связаны в Белфасте через пресвитерианские церкви на улице Розмари и ирландские добровольческие отряды. Хотя его имя не фигурирует в ранних записях, Маккракен с самого начала пользовался доверием исполнительного комитета Общества. К тому времени, когда Маккракен официально принял Объединенную ирландскую клятву (или "тест") 24 марта 1795 года – "неустанно стремиться к формированию братства любви среди ирландцев всякой религиозной веры" и "добиться равного, полного и адекватного представительства всего народа Ирландии" – Общество отказалось от надежд на парламентскую реформу. Прошла всего неделя с тех пор, как лорд Фицвильям, сторонник реформ, был отозван с поста лорда-лейтенанта Ирландии после всего лишь 100 дней пребывания в должности, и всего за четыре дня до того, как торговля в Белфасте и Дублине была приостановлена в "мрачном негодовании" в связи с этим уходом. При новом репрессивном режиме лорда Кэмдена, ярого противника католической эмансипации и любых других уступок, мысли все чаще обращались к перспективе восстания при французской помощи. В июне 1795 года вместе с тремя другими членами Северного исполнительного комитета движения, Томасом Расселом, Сэмюэлем Нилсоном и Робертом Симмсом, Маккракен встретился с Теобальдом Вулфом Тоном, направлявшимся в изгнание в Соединенные Штаты (и Францию). В форте МакАрта на вершине Холма Пещеры, с видом на Белфаст, они принесли знаменитую клятву "не прекращать наших усилий, пока мы не свергнем власть Англии над нашей страной и не заявим о нашей независимости". Параллельно с "объединительными" усилиями отца Джеймса Койгли, во время беспорядков в Армаге Маккракен и другие эмиссары из Белфаста много путешествовали, стремясь противостоять сектантской напряженности республиканской программой Общества. Некоторое время он жил в графстве Арма, работая среди членов организации "Защитники" вместе с Чарльзом Тилингом (и простирая свою деятельность на юг до графства Кингс), призывая их присоединиться к объединенному движению и обязываясь выплачивать значительные суммы для покрытия расходов тех, кого их протестантские соседи привлекали к суду предвзятые магистраты. Ближе к дому, в Белфасте и его окрестностях в Дауне и Антриме, Маккракен работал с Джимми Хоупом, организуя пресвитерианских фермеров-арендаторов, ремесленников и рабочих. Он также взялся за сложную задачу переманивания на свою сторону правительственной милиции и передачи информации между Белфастом и Дублином. В сентябре 1796 года лорд Кастлерэа лично вручил Нилсону, Расселу, Тилингу и еще пятерым видным членам Объединенного движения ордера на их арест и начал преследование Маккракена. Он был арестован 10 октября и заключен вместе с другими в тюрьму Килменхэм в Дублине. Однако серьезная болезнь позволила ему выйти под залог чуть более чем через год, в декабре 1797 года.
Командир повстанцев
Север не откликнулся на призыв из Дублина и юга к восстанию 23 мая 1798 года. 1 июня Роберт Симмс — один из немногих лидеров «Объединенных ирландцев», все еще находившихся на свободе, — сложил с себя обязанности графского командира в графстве Антрим, предпочтя не действовать без большей уверенности в французской помощи. На следующий день, когда оставшиеся «полковники» продолжали колебаться, младшие офицеры обратились к МакКракену. Авторитет МакКраккена среди «Защитников» мог способствовать его выдвижению: Дэвид Бейли Уорден (который 10 июня должен был возглавить повстанцев против Ньютаунарда) вспоминает, что его командование в Норт-Дауне получило сообщение о том, что, в то время как полковники Антрима были «не склонны к действиям», «Защитники» были «5000 человек, полностью готовых к бою». Маккракен был одним из немногих пресвитерианских лидеров движения, широко известным католикам, что подтверждается его спасением от йеоменов в Белфасте, всего за несколько дней до этого, жителями «ирландского квартала» города на улице Геркулес-стрит. 6 июня Маккракен провозгласил «Первый год свободы». В графстве были проведены массовые местные сборы, включая захват Баллимены и Рэндалстауна (а вместе с ними и Магеры в графстве Лондондерри), но прежде чем они смогли скоординировать свои действия, большинство закопали оружие и вернулись к своим фермам и работам. К следующему вечеру вопрос был решен. Маккракен, командуя отрядом в четыре-шесть тысяч человек, потерпел неудачу, понеся значительные потери, при попытке захватить город Антрим, где он планировал застать врасплох собрание окружных магистратов. Католические «Защитники» выступили, но в ходе марша на город напряженность с пресвитерианскими «Объединенными ирландцами» могла привести к некоторым дезертирствам и задержке запланированного штурма МакКраккена. Королевские войска тем временем подготовились и смогли застать МакКраккена врасплох подкреплениями, прибывшими с их главной базы в Лисберне.
Военный суд и казнь
Сестра МакКраккена, Мэри Энн, встречалась с ним дважды, пока он скрывался, снабжая его деньгами и одеждой. В письме к ней от 18 июня он предположил, что роковое разделение в стране было не религиозным, а классовым: «Вы, несомненно, услышите множество рассказов о положении дел в стране. Ее нынешнее несчастное состояние связано исключительно с предательством: богатые всегда предают бедных».
8 июля Мэри Энн получила известие, что ее брат находится в тюрьме Каррикфергус. Его вместе с двумя товарищами схватили, когда они пытались сесть на иностранное судно. 17 июля его предали военному суду, но он отказался от помилования в обмен на имя Роберта Симмса. Последней просьбой к сестре, которая позже в тот день сопровождала его к виселице, было передать его другу Томасу Расселу (который пять лет спустя постигла та же участь) простое сообщение о том, что он выполнил свой «долг». Маккракен был повешен на виселице, установленной перед Рыночным домом на главной улице Белфаста (где десять лет назад он преподавал в воскресной школе) 17 июля 1798 года, в возрасте 30 лет. Он хотел, чтобы обряд совершил преподобный Келберн, семейный священник, но, не сумев собраться с мыслями, Келберн уступил место преподобному Стил Диксону, находившемуся под арестом. Последними словами Генри, обращенными к сестре Мэри Энн МакКракен, были: «Скажи Расселу, что я выполнил свой долг». В Рыночном доме были выставлены головы соратников Маккракена, казненных несколько недель назад: Джеймса Дики и Джона Стори, сражавшихся с ним при Антриме, и Хью Граймса и Гарри Байрса, лидеров при Баллинахинче. Генерал сэр Джордж Нюгент, однако, решил избавить тело Маккракена от дальнейшего позора обезглавливания. Он приказал быстро снять тело и передал его Мэри Энн. Она попросила хирурга попытаться вернуть брата к жизни, но все усилия оказались тщетными. Фрэнсис Джозеф Биггер перезахоронил то, что он считал останками Маккракена, на кладбище Клифтон-стрит в Белфасте, рядом со своей сестрой Мэри Энн и его дочерью Марией (считается, что она была дочерью Мэри Боделл), о которой заботилась Мэри Энн. Джеми Хоуп, переживший и 1798 год, и попытку вместе с Робертом Эмметом и Томасом Расселом возобновить восстание в 1803 году, назвал двух своих сыновей (первенец умер в младенчестве) Генри Джой Маккракен Хоуп. «Когда все наши лидеры оставили нас, – вспоминал Хоуп, – только Генри Джой МакКракен остался верен до конца. Он возглавил последнюю надежду этого дела».