Идеализм в международной политике: история и основные принципы

Введение

Школа мысли, более широкое понимание "идеализма" в этической философии.

Идеализм в контексте внешней политики утверждает, что национальное государство должно делать свою внутреннюю политическую философию целью своего поведения и риторики в международных отношениях. Например, идеалист может полагать, что искоренение бедности внутри страны должно сочетаться с борьбой с бедностью за рубежом. Как внутри, так и за пределами Соединенных Штатов, американский президент Вудро Вильсон широко признан ранним сторонником идеализма и кодификатором его практического значения; конкретные действия, которые приводятся в качестве примера, включают публикацию знаменитых "Четырнадцати пунктов". Идеализм Вильсона стал предшественником либеральной теории международных отношений, конкретного набора взглядов, возникших среди так называемых "создателей институтов" после Второй мировой войны. Организации, возникшие как прямой результат исхода войны, включают Международный валютный фонд (МВФ) и Организацию Объединенных Наций (ООН) и другие. В более широком, философском смысле, эта международно ориентированная точка зрения может рассматриваться как продолжение морального идеализма, отстаиваемого различными мыслителями во время и после "Эпохи Просвещения". Эта эпоха была отмечена деятельностью многих выдающихся личностей, продвигавших общее чувство благожелательности и правительство, основанное на сильном моральном характере, при этом международные конфликты критиковались как противоречащие принципам разума. В более общем плане, ученый Майкл У. Дойл описал идеализм как основанный на вере в то, что заявленным позитивным намерениям других наций можно доверять, в то время как реализм считает, что эти намерения в долгосрочной перспективе подвержены дилемме безопасности, описанной мыслителем Джоном Х. Герцем. Хотя реализм в контексте внешних сношений традиционно рассматривается как противоположность идеализму, многочисленные ученые и отдельные лидеры, возглавляющие различные страны, стремились синтезировать эти две школы мысли. Ученый Хедли Булл писал:

История

С 1880-х годов наблюдается растущий интерес к изучению основных представителей этой идеалистической традиции мысли в международных отношениях, включая сэра Альфреда Циммерна, Нормана Анжелла, Джона Мейнарда Кейнса, Джона А. Хобсона, Леонарда Вулфа, Гилберта Мюррея, Флоренс Стауэлл (известную как Мелиан Стауэлл), Филиппа Генри Керра, 11-го маркиза Лотиана, Арнольда Дж. Тойнби, Лестера Пирсона и Дэвида Дэвиса. Значительная часть этих работ противопоставляет этих идеалистических авторов «реалистам» в традиции Э.Х. Карра, чья книга «Двадцатилетний кризис» (1939) не только ввела термин «идеалист», но и стала резкой и эффективной критикой идеалистов межвоенного периода. Идеализм основывается на представлении о том, что государства являются рациональными акторами, способными обеспечить прочный мир и безопасность, а не прибегать к войне. Для идеализма также характерна важная роль международного права и международных организаций в формировании политики. Одной из наиболее известных концепций современного идеалистического мышления является теория демократического мира, утверждающая, что государства с похожими формами демократического правления не воюют друг с другом. Идеалистические взгляды Вильсона нашли отражение в его речи о Четырнадцати пунктах и в создании Лиги Наций. Идеализм выходит за рамки лево-правого политического спектра. Среди идеалистов можно встретить как правозащитников (сторонников идей, традиционно, но не всегда связанных с левыми), так и сторонников американского неоконсерватизма, последнее идеологическое течение обычно ассоциируется с правыми. Идеализм может противопоставляться реализму – мировоззрению, согласно которому национальные интересы страны важнее этических или моральных соображений; однако, между ними не обязательно должен существовать конфликт (см. Неоконсерватизм как пример их сочетания). К реалистическим мыслителям относятся Ганс Моргентау, Никколо Макиавелли, Отто фон Бисмарк, Джордж Ф. Кеннан и другие. Среди современных представителей идеализма в Соединенных Штатах можно назвать Рональда Рейгана и Джорджа Буша. Линк отмечает, что Вильсон с юных лет впитал в себя убеждения своей конфессии – всемогущество Бога, мораль Вселенной, систему вознаграждений и наказаний и представление о том, что нации, как и люди, рискуют, нарушая законы Бога. Блум (1956) утверждает, что он перенял у Уильяма Эварта Гладстона мистическое убеждение в превосходстве англосаксов и их священном долге преобразить мир по своему образу. Моральные принципы, конституционализм и вера в Бога были необходимыми условиями для смягчения человеческих конфликтов. Хотя Вильсон интерпретировал международное право в таком хрупком моральном ключе, он оставался удивительно нечувствительным к новым и меняющимся социальным силам и условиям XX века. Он ожидал слишком много справедливости в морально жестоком мире, который игнорировал самодовольные резолюции парламентов и государственных деятелей, подобных ему. Главным достижением Вильсона стало то, что он стал учителем международной морали для будущих поколений. Даниэль Патрик Мойнихен видит в видении Вильсона о мировом порядке предвосхищение торжества человечества через «Святого Духа Разума», основанного на религиозной вере. Взгляды Вильсона были направлены на будущее благополучие человечества. Он призвал к созданию безопасного для демократии мира, основанного на политических, экономических и социальных стандартах. Эти принципы были изложены в его 14-пунктной мирной программе. Вильсон рассматривал эту программу как американское обязательство показать человечеству путь к свободе. В основе программы Вильсона лежала Лига Наций, приверженная миру и свержению тирании, считавшейся корнем войны. Идея заключалась в том, что распространение демократии приведет к миру и процветанию. Дипломатическая политика Вильсона оказала глубокое влияние на формирование мира. Дипломатический историк Уолтер Рассел Мид объясняет: принципы Вильсона пережили закат Версальской системы и до сих пор определяют европейскую политику: самоопределение, демократическое правительство, коллективная безопасность, международное право и Лига Наций. Вильсон, возможно, и не добился всего, чего хотел в Версале, и его договор так и не был ратифицирован Сенатом, но его видение и дипломатия, к лучшему или худшему, задали тон XX веку. Франция, Германия, Италия и Великобритания, возможно, и презирали Вильсона, но сегодня каждая из этих стран проводит свою европейскую политику в духе вильсоновских принципов. То, что когда-то считалось утопией, теперь принимается как фундаментальное. Это было значительным достижением, и ни один европейский государственный деятель XX века не оказал столь продолжительного, благотворного и широкого влияния. По словам историка Дэвида Кеннеди, американская внешняя политика с 1914 года основывалась на вильсоновском идеализме, хотя и несколько скорректированном «реализмом», представленным Франклином Делано Рузвельтом и Генри Киссинджером. Кеннеди утверждает, что каждый президент после Вильсона «придерживался основных принципов вильсонизма». Даже Никсон повесил портрет Вильсона в зале заседаний Кабинета министров Белого дома. Идеи Вильсона продолжают доминировать во внешней политике Америки в XXI веке. После событий 11 сентября они, если не стали еще более актуальными. Согласно ревизионистскому подходу, никогда не было единого «великого спора» между идеализмом и реализмом. Люсиан М. Эшворт утверждает, что устойчивость представления о реальном споре между идеализмом и реализмом говорит скорее о маргинализации либерального и нормативного мышления в международных отношениях в послевоенный период, чем об обсуждениях того времени.

Since the 1880s, there has been growing study of the major writers of this idealist tradition of thought in international relations, including Sir Alfred Zimmern, Norman Angell, John Maynard Keynes, John A. Hobson, Leonard Woolf, Gilbert Murray, Florence Stawell (known as Melian Stawell), Philip Henry Kerr, 11th Marquess of Lothian, Arnold J. Toynbee, Lester Pearson and David Davies. Much of this writing has contrasted these idealist writers with 'realists' in the tradition of E. H. Carr, whose The Twenty Years' Crisis (1939) both coined the term 'idealist' and was a fierce and effective assault on the inter war idealists. Idealism is centered on the notion that states are rational actors capable of ensuring lasting peace and security rather than resorting to war. Idealism is also marked by the prominent role played by international law and international organizations in its conception of policy formation. One of the most well known tenets of modern idealist thinking is democratic peace theory, which holds that states with similar modes of democratic governance do not fight one another. Wilson's idealistic thought was embodied in his Fourteen points speech, and in the creation of the League of Nations. Idealism transcends the left right political spectrum. Idealists can include both human rights campaigners (advocates for a cause traditionally, but not always, associated with the left) and promoters of American neoconservatism, with the latter ideological movement usually associated with the right. Idealism may find itself in opposition to realism, a worldview which argues that a nation's national interest is more important than ethical or moral considerations; however, there need be no conflict between the two (see Neoconservatism for an example of a confluence of the two). Realist thinkers include Hans Morgenthau, Niccolò Machiavelli, Otto von Bismarck, George F. Kennan and others. Recent practitioners of Idealism in the United States have included Ronald Reagan and George W. Bush. Link finds that Wilson from his earliest days had imbibed the beliefs of his denomination in the omnipotence of God, the morality of the Universe, a system of rewards and punishments and the notion that nations, as well as man, transgressed the laws of God at their peril. Blum (1956) argues that he learned from William Ewart Gladstone a mystic conviction in the superiority of Anglo Saxons, in their righteous duty to make the world over in their image. Moral principle, constitutionalism, and faith in God were among the prerequisites for alleviating human strife. While he interpreted international law within such a brittle, moral cast, Wilson remained remarkably insensitive to new and changing social forces and conditions of the 20th century. He expected too much justice in a morally brutal world which disregarded the self righteous resolutions of parliaments and statesmen like himself. Wilson's triumph was as a teacher of international morality to generations yet unborn. Daniel Patrick Moynihan sees Wilson's vision of world order anticipated humanity prevailing through the "Holy Ghost of Reason," a vision which rested on religious faith. Wilson's views were based on the future welfare of humankind. He called for a world made safe democracy, this was organized around political, economic and social standards. These principles were stated in his 14 point peace program. Wilson thought of this program as an American commitment to show man kind the way of liberty. The core of Wilson's program was a League of Nations committed to peace, and bringing down tyranny which was thought to be the root of war. The idea was that if democracy could be widespread peace and prosperity would prevail. Wilson's diplomatic policies had a profound influence on shaping the world. Diplomatic historian Walter Russell Mead has explained:
Wilson's principles survived the eclipse of the Versailles system and they still guide European politics today: self determination, democratic government, collective security, international law, and a league of nations. Wilson may not have gotten everything he wanted at Versailles, and his treaty was never ratified by the Senate, but his vision and his diplomacy, for better or worse, set the tone for the twentieth century. France, Germany, Italy, and Britain may have sneered at Wilson, but every one of these powers today conducts its European policy along Wilsonian lines. What was once dismissed as visionary is now accepted as fundamental. This was no mean achievement, and no European statesman of the twentieth century has had as lasting, as benign, or as widespread an influence. American foreign relations since 1914 have rested on Wilsonian idealism, says historian David Kennedy, even if adjusted somewhat by the "realism" represented by Franklin Delano Roosevelt and Henry Kissinger. Kennedy argues that every president since Wilson has "embraced the core precepts of Wilsonianism. Nixon himself hung Wilson's portrait in the White House Cabinet Room. Wilson's ideas continue to dominate American foreign policy in the twenty first century. In the aftermath of 9/11 they have, if anything, taken on even greater vitality." According to revisionist narrative, there was never a single 'great debate' between idealism and realism. Lucian M. Ashworth argues, the persistence of the notion that there was a real debate between idealism and realism, says less about the actual discussions of the time, and more about the marginalisation of liberal and normative thinking in the international relations in the post war period.</blockquote>

Последующие теории

Собственно идеализм считается относительно недолговечной школой мысли, и его сторонники особенно остро пережили кризис уверенности после провала Лиги Наций и начала Второй мировой войны. Однако последующие теории международных отношений в значительной степени заимствовали элементы идеализма в духе Вильсона при формировании своих представлений о мире. Более того, ученые, которые называют себя идеалистами или испытывают симпатии к этой школе мысли, продолжают активно работать в области изучения международных отношений.

Либерализм

Либерализм проявился как умеренная версия идеализма Вильсона после Второй мировой войны. Осознавая провалы идеализма в предотвращении возврата к изоляционизму после Первой мировой войны в некоторых регионах и его неспособность поддерживать баланс сил в Европе, чтобы не допустить новой войны, либеральные мыслители разработали систему международных институтов, основанных на правовом порядке и упорядоченном взаимодействии. Эти международные организации, такие как Организация Объединенных Наций и НАТО, или даже международные режимы, такие как Бреттон-Вудская система и Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ), были призваны одновременно поддерживать баланс сил и упорядочивать сотрудничество между государствами.

Неоконсервативный

Неоконсерватизм заимствует из исторического либерализма свою острую сосредоточенность на продвижении "универсальных ценностей", таких как демократия, права человека, свободная торговля, права женщин и защита меньшинств. Однако он отличается тем, что в меньшей степени ориентирован на сохранение международных институтов и договоров, предпочитая занимать решительные или агрессивные позиции, которые считает морально оправданными, и готов использовать силу или угрозу применения силы, в том числе в одностороннем порядке, для достижения своих целей.