Введение
Laird v. Tatum, 408 U.S. 1 (1972), было делом, в котором Верховный суд США отклонил иск за отсутствием достаточной обоснованности, в котором истец обвинил армию США в проведении якобы незаконной "наблюдательной деятельности в отношении законной политической активности граждан". Конкретный характер вреда, причиненного наблюдением, заключался в том, что оно подавляло права всех граждан, гарантированные Первой поправкой, и подрывало право на выражение политического несогласия.
Предыстория
Арло Тейтум, исполнительный секретарь Центрального комитета по делам отказников от военной службы по совести, подал в суд на Мелвина Лэрда, министра обороны. Тейтум подал в суд после того, как журнал Washington Monthly опубликовал статью, раскрывающую тот факт, что разведывательные подразделения вооруженных сил США собирали информацию о гражданских лицах и гражданских организациях в США.
Мнение
Суд изначально разделился на три лагеря. Судьи Ренквист и Пауэлл первоначально призывали консерваторов установить конституционность программы наблюдения. Однако, председатель суда Бергер и судьи Блэкмун и Уайт сочли, что для Суда было бы более рискованно вмешиваться в политический вопрос. После дальнейших размышлений Пауэлл пришел к выводу, что выносить решение о конституционности программы наблюдения преждевременно, и что этот вопрос лучше всего решать, исходя из принципа достаточности основания для рассмотрения дела. То есть, при отсутствии ощутимого ущерба, вопрос был слишком спекулятивным для Суда. Бергеру в итоге удалось убедить Ренквиста отказаться от отдельного мнения и присоединиться к большинству. Суд установил, что иск истца основан на опасении, что в будущем армия может причинить вред, используя информацию, полученную в ходе наблюдения, но реальной угрозы на данный момент нет. Следовательно, иск был слишком "спекулятивным". Судья Дуглас написал особое мнение, к которому присоединился судья Маршалл:
Это дело – раковая опухоль в теле нашей государственности. Это показатель болезни, поразившей нас. Армейское наблюдение, как и армейская регламентация, противоречит принципам Первой поправки. Те, кто уже покорно смирились, скажут, что нет причин для беспокойства. Но покорность – не часть нашего наследия. Первая поправка была разработана, чтобы право на восстание оставалось неотъемлемой частью нашего наследия. Конституция была разработана, чтобы оградить народ от произвола власти. Билль о правах был добавлен, чтобы защитить сферы убеждений и выражения мнений, прессы, политической и общественной деятельности от слежки. Билль о правах был разработан, чтобы не допускать агентов правительства и тайных прослушивателей к собраниям людей. Цель состояла в том, чтобы люди были свободными и независимыми и могли отстаивать свои права перед правительством. Нет более парализующего фактора для достижения этой цели, чем армейское наблюдение. Когда сотрудник разведки заглядывает через плечо каждому несогласному в библиотеке, невидимо следует за ним в пикете или внедряется в его клуб, Америка, некогда прославленная как голос свободы, звучащий по всему миру, перестает соответствовать образу, созданному Джефферсоном и Мэдисоном, и все больше напоминает Россию.
This case involves a cancer in our body politic. It is a measure of the disease which afflicts us. Army surveillance, like Army regimentation, is at war with the principles of the First Amendment. Those who already walk submissively will say there is no cause for alarm. But submissiveness is not our heritage. The First Amendment was designed to allow rebellion to remain as our heritage. The Constitution was designed to keep government off the backs of the people. The Bill of Rights was added to keep the precincts of belief and expression, of the press, of political and social activities free from surveillance. The Bill of Rights was designed to keep agents of government and official eavesdroppers away from assemblies of people. The aim was to allow men to be free and independent and to assert their rights against government. There can be no influence more paralyzing of that objective than Army surveillance. When an intelligence officer looks over every nonconformist's shoulder in the library, or walks invisibly by his side in a picket line, or infiltrates his club, the America once extolled as the voice of liberty heard around the world no longer is cast in the image which Jefferson and Madison designed, but more in the Russian image.
Участие судьи Рехнквиста
Отмена дела стала возможной благодаря своевременному выдвижению Ричардом Никсоном помощника генерального прокурора Уильяма Ренквиста на должность судьи Верховного суда. Ранее Ренквист давал показания в комитете сенатора Сэма Эрвина, что не видит "серьезных конституционных проблем в отношении сбора данных или ведения наблюдения за лицами, осуществляющими свое право на мирные собрания или подачу петиций с целью устранения несправедливости". Он также заявил, что полагает, что дело Лэрд против Татума следует отклонить по процессуальному основанию, поскольку у истцов отсутствовал право на иск. Тем не менее, впоследствии он отказался от самоотвода из дела, хотя почти все специалисты по юридической этике сошлись во мнении, что он должен был это сделать. После подачи ходатайства о пересмотре дела в связи с его участием, Ренквист опубликовал служебную записку, в которой утверждал, что критика его беспристрастности по существу является критикой его консервативной судебной философии, и реальной предвзятости по отношению к истцу не было.