Битва за форт Камберленд: Попытка американской революции в Новой Шотландии.

Введение

Битва при форте Камберленд (также известная как восстание Эдди) была попыткой небольшого отряда ополченцев под командованием Джонатана Эдди перенести войну за независимость США в Новую Шотландию в конце 1776 года. Эдди, располагавший минимальной логистической поддержкой от Массачусетса и четырьмя-пятью сотнями добровольцев и представителей коренных народов, попытался осадить и взять штурмом форт Камберленд в центральной части Новой Шотландии (вблизи современной границы между Новой Шотландией и Нью-Брансуиком) в ноябре 1776 года. Защитники форта, Королевский американский полк егерей под командованием Джозефа Горехема, ветерана французской и индейской войны, успешно отразили несколько штурмов ополченцев Эдди и сняли осаду 29 ноября, когда Королевский американский полк егерей и морская пехота обратили осаждающих в бегство. В отместку за поддержку осады со стороны местного населения, было разрушено множество домов и ферм, а сторонники американских патриотов были изгнаны из этого района. Успешная оборона форта Камберленд сохранила территориальную целостность британских морских колоний, и Новая Шотландия оставалась верной британской короне на протяжении всей войны.

Предыстория

Новая Шотландия была слабо защищена на ранних этапах американской войны за независимость, а беспорядки в восточных районах вызвали опасения по поводу восстания под предводительством американцев. Хотя к началу 1776 года в Галифакс прибыли некоторые подкрепления, границы провинции оставались лишь легко охраняемыми. Форт Камберленд располагался на перешейке Чиньекто, соединяющем современный материк Новой Шотландии с Нью-Брансуиком. Этот район имел стратегическое значение в более ранних конфликтах между французской колонией Акадия и британской Новой Шотландией. Первоначально построенный французами в 1750 году как Форт Бозжур, Форт Камберленд находился в крайне запущенном состоянии. Захваченный у французов в битве при Форте Бозжур в 1755 году, форт был слабо гарнизонирован британцами после Семилетней войны и заброшен в 1768 году. Уже в июне 1775 года полковник Джозеф Горем получил приказ от генерала Томаса Гейджа сформировать Королевский американский пехотный полк и привлечь местных жителей Новой Шотландии для защиты провинции от деятельности сторонников независимости. Прибыв в форт летом 1776 года, полковник Горем и гарнизон из 200 лоялистов из этого полка сделали все возможное, чтобы привести форт в оборонительное состояние. Однако Горем был недостаточно обеспечен провиантом, а его солдатам не хватало всего – от еды до униформы. Более того, местное население в целом симпатизировало делу сторонников независимости и отказывалось помогать в восстановлении форта, даже пытаясь склонить членов гарнизона к дезертирству.

Недовольство в Новой Шотландии

Джонатан Эдди был уроженцем штата Массачусетс и жил в округе Камберленд, Новая Шотландия, где находился форт. Он и Джон Аллан, оба из которых служили в провинциальной ассамблее, были главными инициаторами патриотического движения в этом районе, который являлся одним из нескольких центров агитации в Новой Шотландии. Другими крупными очагами патриотической деятельности были Могервилль в долине реки Сент-Джон округа Санбери (современный Нью-Брансуик) и Кобекид, а также существовали отдельные группы активистов в Пиктоу и районе залива Пасамакуодди, разделяющего современный Мэн и Нью-Брансуик. Патриоты в этих общинах поддерживали связь друг с другом, а жители Камберленда и Могервилля активно пытались привлечь на свою сторону соседние коренные народы (Пассамакуодди, Малисит и Микмак). В начале 1776 года Эдди отправился в Массачусетс, чтобы попытаться заинтересовать политических и военных лидеров в поддержке действий в Новой Шотландии, в то время как Аллан работал над повышением интереса к Новой Шотландии. Работе Аллана препятствовали прибытие полковника Горехема и его войск для укрепления форта Камберленд, а также деятельность Майкла Франклина, бывшего вице-губернатора Новой Шотландии и ярого лоялиста. Эдди вернулся в Новую Шотландию в июне 1776 года, ни с чем, и узнал, что Горехем объявил награду за его поимку. Действия фе́нсиблов Горехема в районе Камберленда оказались достаточно успешными, чтобы вынудить патриотическое движение уйти в подполье; центр активности был перенесен в Могервилль, отчасти из-за этого. Горехем, ветеран Франко-индейской войны, также сумел ослабить влияние патриотов на коренные общины, где Микмаки отказались принимать чью-либо сторону, а Малиситы и Пассамакуодди, первоначально поддерживавшие патриотов, в конечном итоге не присоединились к ним в том количестве, на которое надеялся или обещал Эдди. Эдди вернулся в Массачусетс в августе. Хотя Второй Континентальный Конгресс и Джордж Вашингтон не санкционировали, не финансировали и не поддерживали военные действия в Новой Шотландии, Эдди удалось убедить Массачусетский провинциальный конгресс предоставить некоторую материальную помощь (в основном мушкеты, боеприпасы, порох и другие военные материалы) для попытки захвата форта Камберленд.

Jonathan Eddy was a Massachusetts born resident of Cumberland County, Nova Scotia, where the fort was located. He and John Allan, both of whom served in the provincial assembly, were the prime movers of Patriot activity in the area, which was one of several hotbeds of agitation in Nova Scotia. The other major areas of Patriot activity were Maugerville in the St. John River valley of Sunbury County (present day New Brunswick), and Cobequid, and there were also pockets of activity in Pictou and the Passamaquoddy Bay area, which separates present day Maine and New Brunswick. Patriots in these communities were in contact with each other, and those of Cumberland and Maugerville were active in trying to interest nearby natives (Passamaquoddy, Maliseet, and Mi'kmaq) in their cause. Early in 1776, Eddy went to Massachusetts in an attempt to interest political and military leaders there in supporting action in Nova Scotia, while Allan worked to raise interest in Nova Scotia. Allan's work was made more difficult by the arrival of Colonel Goreham and his troops to refortify Fort Cumberland, and by the activities of Michael Francklin, a former Lieutenant Governor of Nova Scotia and a vocal Loyalist. Eddy returned empty handed to Nova Scotia in June 1776, only to learn that Goreham had put a price on his head. The activities of Goreham's Fencibles in the Cumberland area were successful enough that Patriot activities there were effectively forced underground; the center of these activities was shifted to Maugerville in part as a consequence of this. Goreham, a veteran of the French and Indian War, was also able to blunt Patriot inroads in the native communities, where the Mi'kmaq refused to take sides, and the Maliseet and Passamaquoddy, at first supportive of the Patriots, ultimately did not turn out in the numbers Eddy had hoped for or been promised. Eddy returned to Massachusetts in August. While the Second Continental Congress and George Washington would not authorize, fund, or otherwise support military activities in Nova Scotia, Eddy was able to convince the Massachusetts Provincial Congress to provide some material support (primarily muskets, ammunition, powder, and other military supplies) for an attempt on Fort Cumberland.

Поднимая милицию

Эдди покинул Бостон в сентябре и отплыл в Макиас, где набрал около 20 человек. 13 октября эта группа отплыла из Макиаса в залив Пассамакуодди. По совпадению, Джон Аллан, который разрабатывал долгосрочный план военных действий, отплыл с острова Кампобельо в Макиас в тот же день. Обе партии встретились в море, где Аллан попытался отговорить Эдди от его плана, сообщив ему, что микмаки (крупнейшее племя в Новой Шотландии) не окажут ему помощи. Аллан добился от Эдди обещания подождать на Кампобельо, пока он отправится в Макиас для встречи с советом. Когда совет Макиаса узнал о недостаточной поддержке со стороны коренных народов, они послали Эдди письмо с настоятельной просьбой отказаться от предприятия. Эдди проявил упорство и покинул Кампобельо, пополнив свой отряд девятью новобранцами из Пассамакуодди. Из Кампобельо Эдди поднялся вверх по реке Сент-Джон до Маугервилля, где завербовал 27 человек, а затем до поселения малисетов в Аукпаке (выше по течению от современного Фредериктона). Там он узнал неприятную новость о том, что Пьер Тома, главный вождь малисетов, не желает поднимать топор. Эдди удалось убедить Амбруаза Сент-Обина, одного из соперников Томы, и 15 человек присоединиться к экспедиции в обмен на соглашение с общиной Маугервилля о поддержке семей этих людей. К его разочарованию, ни один из местных акадийцев не присоединился, вопреки заверениям, которые Сент-Обин давал Эдди во время предыдущего визита в этот район.

Прелюдия

С войском, насчитывающим теперь около 72 человек, Эдди отплыл вверх по заливу Фанди к аванпосту Шеподи. Точное местоположение этого аванпоста, основанного, вероятно, Джозефом Горехамом в сентябре, остаётся предметом споров. Это мог быть современный Хоупвелл-Кейп в Нью-Брансуике, на западном берегу залива, или Форт-Фолли-Пойнт на восточном берегу. В любом случае, именно там 25 октября Эдди захватил патруль из отряда Горехама, убив одного и ранив другого. Это пополнившее силы войско двинулось в Саквилл, где к нему присоединилось ещё больше поселенцев, увеличив его численность (по словам Эдди) до примерно 180 человек. Горехам узнал о действиях Эдди 4 ноября, когда лодка, направленная с припасами для патруля Шеподи, была проинформирована местными жителями о деятельности Эдди. 31 октября фрегат "Джуно" сопроводил снабжающий шлюп "Полли" к форту Камберленд, где он пришвартовался ниже форта на реке Аулак. "Полли" был загружен припасами, достаточными для обеспечения форта на всю зиму, и разгрузка началась немедленно. "Джуно", хорошо видимая из Саквилла, вызывала беспокойство у Эдди, поскольку её присутствие усиливало оборону форта. К счастью для Эдди, она отплыла 3 ноября, оставив "Полли" пришвартованным ниже форта. 6 ноября патрули Эдди начали действовать ближе к форту, предупредив Горехама о приближении сил. Горехам не предпринял дополнительных мер для защиты "Полли", и любые попытки сообщить о его затруднительном положении вновь были отложены из-за его решения дождаться возвращения разведчиков, которых он отправил ранее. (Судьба разведчиков остаётся неизвестной; они не вернулись до осады форта.) Вечером тридцать человек из отряда Эдди внезапно захватили спящих стражников на борту "Полли", взяв в плен тринадцать человек. Они также захватили другой корабль, принадлежащий стороннику патриотов, который случайно стоял на якоре поблизости. Утром 7 ноября Горехам решил, что пора отправить сообщение в Виндзор. Он послал группу людей к докам этим утром. Эти люди, числом около 30, были взяты в плен людьми Эдди сразу по прибытии, поскольку они не знали, что Эдди контролирует корабль. Затем "Полли" был доставлен в Форт-Лоуренс, к востоку от форта Камберленд, где были выгружены припасы. Стражи в форте заметили это перемещение, и Горехам, поняв, что Эдди захватил корабль, открыл неэффективный огонь из пушек по кораблю.

With a force now numbering about 72, Eddy sailed up the Bay of Fundy to Shepody Outpost. The exact location of this outpost, established probably by Joseph Goreham in September, is subject to debate. It may have been present day Hopewell Cape, New Brunswick on the Bay's western side, or it may have been Fort Folly Point on its eastern side. In any case, it was there that Eddy captured a patrol of Goreham's Fencibles on October 25, killing one and wounding another. The prisoners were shipped back to Machias, This enlarged force marched to Sackville, where more settlers joined the force, swelling it (by Eddy's account) to about 180 men. Goreham was finally alerted to Eddy's actions on November 4, when a boat sent with supplies for the Shepody patrol was informed of Eddy's activities by locals. Goreham heightened the guard on the fort,

On October 31, the frigate Juno escorted the supply sloop Polly to Fort Cumberland, where she docked below the fort on the Aulac River. Polly was laden with supplies to last the fort through the winter, and work began immediately to unload those supplies. Juno, easily visible from Sackville, was a concern to Eddy, since her presence added to the fort's defenses. Fortunately for Eddy, she sailed on November 3, leaving Polly docked below the fort. On November 6, Eddy's patrols began ranging closer to the fort, alerting Goreham to the approaching force. Goreham took no additional steps to protect Polly, and any attempts to get word of his predicament out were again delayed by his decision to await the return of scouts he had dispatched earlier. (The fate of the scouts is uncertain; they did not return before the fort was invested.) That evening, thirty of Eddy's men surprised the sleepy guards aboard Polly, taking thirteen prisoners. They also seized another ship, owned by a Patriot sympathizer, that happened to be anchored nearby. On the morning of November 7 Goreham decided that it was time to get a message to Windsor. He sent a party of men down to the dock that morning. These men, numbering about 30, were taken prisoner by Eddy's men as rapidly as they arrived due to their unawareness that Eddy had control of the ship. Polly was then sailed to Fort Lawrence, to the east of Fort Cumberland, where the supplies were landed. Sentries in the fort spotted the move, and Goreham, realizing Eddy had taken the ship, fired an ineffectual cannonade against the ship.

Осада

Горэм оценил свое положение. Почти четверть его гарнизона (более 60 человек) была захвачена Эдди, вместе с критически важным топливом и другими припасами, которые не успели выгрузить с "Полли" до её захвата. Его оборона состояла из поспешно возведенного частокола, охватывавшего большую часть форта, и шести пушек, для которых его люди успели установить лишь три лафета. Военный состав форта насчитывал 176 человек, включая офицеров и артиллеристов. В течение следующих нескольких дней прибыло местное ополчение, увеличив численность гарнизона примерно до 200 человек, хотя в их число входили лица, неспособные к бою из-за болезни. 7 и 8 ноября он предпринял повторные попытки отправить гонцов из окружения Эдди, но обе оказались безуспешными. 8 ноября к Эдди присоединилось около 200 человек из Кобекида и Пикто, и он, наконец, почувствовал себя готовым к действиям 10 ноября. Эдди отправил письмо с требованием сдать гарнизон. Горэм отказался, предложив в ответ Эдди самому сдаться. На следующий день власти, находившиеся за пределами района, узнали о действиях Эдди. Майкл Франклин, патрулировавший в заливе Фанди в поисках каперов, вернул захваченный паром и узнал от пассажиров, что Эдди активничает. Когда эта новость достигла Галифакса благодаря усилиям Томаса Диксона, лейтенант-губернатор Мариот Арбутнот отреагировал, 15-го отдав приказ любому доступному судну, базировавшемуся в Аннаполисе, отправиться в Форт-Эдвард в Виндзоре для сопровождения войск, предназначенных для снятия осады. Комодор сэр Джордж Коллиер ранее направил HMS Vulture в залив Фанди из-за слухов о каперской деятельности, поэтому он приказал HMS Hope найти Vulture, чтобы та могла оказать помощь. Однако Hope захватила приз и вернулась в Галифакс, после чего была вновь отправлена для сопровождения судна с провизией в Форт-Камберленд. Тем временем Vulture случайно прибыл в Виндзор, где принял на борт морских пехотинцев и фенсиблов. Не имея артиллерии, повстанцы предприняли попытку штурма форта в ночь на 12 ноября, пытаясь отвлечь силы Горема от наиболее уязвимых участков обороны. Опытный Горэм разгадал обман и отразил атаку. Один из воинов Эдди, принадлежавший к племени маласит, проник в форт и почти открыл ворота, но был остановлен в самый последний момент. После неудачной атаки Эдди фактически утратил контроль над экспедицией, поскольку против него был сформирован совет лидеров. Ночные вылазки, организованные советом 22 и 23 ноября, привели к захвату и сожжению нескольких строений, но Горэм стойко держал оборону, и нападавшие вновь были отбиты. 27 ноября прибыл Vulture. Вместо того чтобы отступить перед лицом прибывшего подкрепления, повстанцы усилили охрану. Горэм, располагая некоторыми сведениями о численности противостоящих сил, спланировал вылазку. Рано утром 29 ноября майор Томас Батт возглавил 150 человек из морского контингента Vulture и Королевских американских фенсиблов, и рассеял людей Эдди, убив и ранив нескольких, ценой двух убитых и трех раненых.

Goreham took stock of his situation. Nearly one quarter of his garrison (more than 60 men) had been captured by Eddy, along with critical fuel and other supplies that had not been unloaded from the Polly before her seizure. His defenses consisted of a hastily constructed palisade that encompassed most of the fort, and six cannon, for which his men had only completed three mounts. The fort's military complement was 176 men, including officers and artillerymen. Over the next few days, local militia arrived to raise the garrison's size to about 200, although this included individuals not effective for combat due to illness. On both November 7 and 8 he again attempted to get messengers out of Eddy's cordon, without success. On November 8 Eddy was joined by about 200 men from Cobequid and Pictou, and he finally felt ready to act on November 10. Eddy sent a letter demanding that Goreham surrender his garrison. Goreham refused, suggesting in retort that Eddy surrender. The next day authorities outside the area learned of Eddy's activities. Michael Francklin, patrolling in the Bay of Fundy for privateers, recovered a ferry that had been taken, and learned from its passengers that Eddy was active. When the news reached Halifax through the efforts of Thomas Dixson, Lieutenant Governor Marriot Arbuthnot responded by dispatching orders on the 15th for any available ship based at Annapolis to go to Fort Edward in Windsor, to convoy troops to relieve the siege. Commodore Sir George Collier had previously dispatched HMS Vulture into the Bay of Fundy on rumors of privateering activity there, so he ordered HMS Hope to locate Vulture so that she could assist. However, Hope captured a prize and returned to Halifax; she was then sent out again to accompany a supply ship to Fort Cumberland. In the meantime, Vulture fortuitously arrived at Windsor, where she took on some marines and Fencibles. Lacking artillery, the rebels attempted to storm the fort on the night of November 12, attempting a feint to draw Goreham's strength away from the weak points of the defenses. The experienced Goreham saw through the feint and repulsed the attack. One of Eddy's Maliseet warriors sneaked into the fort and very nearly opened a gate but was stopped at the last moment. Following the failed attack, Eddy effectively lost control of the expedition, as a council of leaders formed against him. Night attacks ordered by the council on November 22 and 23 succeeded in capturing and burning several buildings, but Goreham grimly held his ground, and the invaders were again repulsed. On November 27, Vulture arrived. Rather than retreat in the face of arriving relief, the rebels increased their guard; Goreham, with some intelligence about the size of the force opposing him, planned a sortie. Early on the morning of November 29, Major Thomas Batt led 150 men from Vultures marine contingent and the Royal Fencible Americans, and scattered Eddy's men, killing and wounding several, at the cost of two dead and three wounded.

Последствия

Люди Бэтта преследовали Эдди, но плохая погода и отсутствие подходящей обуви в конечном итоге вынудили его прекратить преследование. Силы Эдди рассеялись, и многие отступили по суше в Могервилль. Некоторым из мужчин из Массачусетса потребовалось более двух месяцев, чтобы добраться до Макиаса. Дома и фермы сторонников повстанцев были сожжены в качестве возмездия, но британские власти проявили снисходительность к захваченным повстанцам, включая Ричарда Джона Юникака, который впоследствии стал генеральным прокурором Новой Шотландии. Горехам предложил амнистию тем, кто сдаст оружие, и более ста местных жителей приняли это предложение. Победа при Форте Камберленд укрепила британское присутствие в Новой Шотландии, отчасти изгнав из провинции сторонников патриотов, таких как Аллан и Эдди, но также и запугав оставшихся, часто требуя от них присяги на верность Короне. Некоторые беспорядки продолжались до конца войны (например, битва при Мирамичи), хотя более серьезной военной угрозы не последовало. Наиболее значительная попытка произошла летом 1777 года, когда Джон Аллан получил от Конгресса полномочия на действия в Новой Шотландии; однако для этой операции в Сент-Джон удалось собрать лишь небольшое количество сил, и демонстрация британской силы положила ей конец. Эдди, по-видимому, был вовлечен в работу Аллана, но его передвижения до августа 1777 года остаются неизвестными. Коммодор Коллиер предпринял атаку на Макиас, намереваясь сорвать планы Аллана. Эдди возглавил оборону Макиаса во время битвы 13–15 августа 1777 года. (Действия Коллиера были, по сути, излишними; в начале августа Конгресс провинции Массачусетс проголосовал за расформирование сил, набранных для экспедиции Аллана, из-за неминуемой угрозы, исходящей от армии генерала Джона Бургойна в северной части штата Нью-Йорк.) Битва при Форте Камберленд была плохо задокументирована в исторических трудах о Новой Шотландии и Нью-Брансуике XIX века и часто упоминалась лишь вскользь. Участие местных жителей (коренных народов, акадийцев и англоговорящих) в осаде обычно замалчивалось или было неизвестно. Территория Форта Камберленд сохранена как Национальный исторический памятник Канады и находится в ведении Parks Canada.

Batt's men chased Eddy's, but bad weather and the lack of adequate footwear eventually caused him to call off the pursuit. Eddy's forces scattered, with many retreating overland to Maugerville. Some of the Massachusetts men took more than two months to reach Machias. Homes and farms of rebel supporters were burned in reprisal but British authorities took a lenient approach toward captured rebels, including Richard John Uniacke, who went on to become Attorney General of Nova Scotia. Goreham issued an offer of pardon for those who would surrender their arms, which more than 100 locals accepted. The victory at Fort Cumberland strengthened the British presence in Nova Scotia, in part by driving Patriot sympathizers like Allan and Eddy out of the province, but also by cowing those that remained, often by requiring people to make pledges to the Crown. Some unrest continued for the remainder of the war (e. g., the Battle at Miramichi), although no further large scale military threat occurred. The most significant attempt occurred in the summer of 1777, when John Allan was authorized by Congress to take actions in Nova Scotia; however, only a small number of forces were raised for this effort at Saint John, and a British show of force put an end to the attempt. Eddy appears to have been involved with Allan's work, but his movements prior to August 1777 are uncertain. Commodore Collier followed up by attacking Machias, intending to break Allan's plans. Eddy led the defense of Machias during the battle on August 13–15, 1777. (Collier's action was in fact unnecessary; the Massachusetts Provincial Congress had in early August voted to disband forces recruited for Allan's expedition, because of the imminent threat posed by the army of General John Burgoyne in upstate New York.) The Battle of Fort Cumberland was poorly documented in 19th century histories of Nova Scotia and New Brunswick, often receiving only minimal mention. The involvement of local inhabitants (natives, Acadians, and English speakers) in the siege was generally understated or unknown. The site of Fort Cumberland has been preserved as a National Historic Site of Canada, and is administered by Parks Canada.