Введение

Энтомологическое общество Штеттина (нем. Entomologischer Verein zu Stettin) или Штеттинское энтомологическое общество, базировавшееся в Штеттине (Щецин), было одним из ведущих энтомологических обществ XIX века. В его состав входили большинство немецких энтомологов, а также многие ученые из Англии, Швеции, Италии, Франции и Испании. Общество располагало обширными коллекциями и богатой библиотекой. Это первое немецкое энтомологическое общество было основано в 1839 году. После смерти в возрасте 39 лет первого и недолговечного президента, доктора Вильгельма Людвига Эвальда Шмидта, его вторым президентом стал Карл Август Дохрн (1806–1892), коренной житель тогдашнего прусского города Штеттин. Он был избран на юбилейном собрании 5 ноября 1843 года. Проработав секретарем общества предыдущие четыре года, он продолжил исполнять эту роль и обязанности президента в течение последующих сорока лет. Под руководством Дорна общество приобрело такую же значимость, как энтомологические общества Лондона и Парижа. Как и в этих странах, общество отражало растущую профессионализацию во второй половине XIX века, что требовало специализации. Специализация сопровождалась повышением технических требований к аргументации и представлению результатов, а также тенденцией к использованию специальной терминологии. Однако существовали и различия: немецкие университеты и академии становились все более передовыми по сравнению с английскими и французскими, организуя семинары (с публикацией материалов) и поощряя раннюю публикацию, например, докторских диссертаций, академических «программ» и технических монографий. Кроме того, после 1850 года каждый энтомолог, стремящийся быть в курсе последних достижений в своей области, должен был владеть как минимум английским, французским, немецким, итальянским и, в некоторых случаях, шведским языками. Латинский и греческий языки были необходимы. В Англии и Франции было значительно меньше многоязычных энтомологов, чем в Германии. Ирландский энтомолог Александр Генри Халидей, один из первых членов общества, был заметным исключением. Штеттин (Щецин) расположен недалеко от Лунда в Швеции, родины выдающегося шведского специалиста по двукрылым Иоганна Вильгельма Зеттерштедта, а также от Месрица, где Германн Лёве, величайший диптиролог века, должен был стать директором Королевской «Realschule». Оба были членами общества. Журнал общества назывался Stettiner Entomologische Zeitung, сокращенно Stett. Ent. Zeit.

Цитаты

Стеттинское энтомологическое общество продолжало активную деятельность, и число энтомологов, как в Германии, так и в других странах (шесть из них – члены этого общества), принятых в качестве действительных членов в течение прошлого года, свидетельствует о том, что их публикации вызвали больший интерес к научным исследованиям и обмену знаниями. Некоторые из поездок секретаря общества, доктора Шаума, в Англию нашли отражение в их сборнике трудов, в частности, статьи об определении спорных линнеевских видов жуков-чернотелок (Coleoptera), для изучения которых была использована коллекция Линнея, хранящаяся в Лондонском Линнеевском обществе. Помимо различных интересных докладов, представленных в этом сборнике (в числе которых критика Суфриана по поводу систематики семейства Curculionidae, предложенной Шёнхерром, и подробное исследование Грейвенхорстом родственных связей брахиэлитр рода Quedius), общество опубликовало второй том своего ежегодного журнала (Linnaea), содержащий, наряду с обычными материалами о жуках-чернотелках, чешуекрылых и двукрылых, представленными Суфрианом, Зеллером и Лёвом, значительный вклад в изучение почти микроскопического и малоизученного семейства перепончатокрылых Mymaridae, сделанный профессором Фёрстером; в качестве дополнения к этому можно упомянуть открытие Лёвом до сих пор неизвестного жизненного цикла и предыдущих стадий развития этих насекомых, опубликованное в журнале "Entomologisches Zeitung". Процветание общества на протяжении всего этого времени является лучшим доказательством способности Дорна привлекать и объединять большинство энтомологов Германии и многих других стран, и его влияние оставалось значительным. Жуки-чернотелки (Coleoptera) были в центре его внимания, но он проявлял интерес и к насекомым других отрядов, хотя бы потому, что это позволяло ему общаться с любителями природы. Он сочувствовал энтомологам не только как ученым, но и как людям, культивирующим чувство удовольствия и наслаждения от многообразия природы, и, как правило, мог предоставить гораздо больше информации по смежным вопросам, чем получал.