Введение

Маниоты или маниаты (Μανιάτες) — этническая греческая подгруппа, традиционно проживающая на полуострове Мани, расположенном в западной Лаконии и восточной Месении, в южной части Пелопоннеса, Греция. Ранее они также были известны как майноты, а полуостров — как Майна. Маниоты считают себя потомками древних спартанцев, и их часто описывают именно так. Местность здесь гористая и труднодоступная (вплоть до недавнего времени до многих деревень Мани можно было добраться только по морю), и считается, что название "Мани" изначально означало "сухой" или "бесплодный". Название "маниот" является производным от названия "Мани". В ранний новый период маниоты славились как яростные и гордые независимые воины, занимавшиеся пиратством и ожесточёнными кровными враждами. В основном маниоты жили в укреплённых поселениях (и "башнях-домах"), где защищали свои земли от войск Вильгельма II Вильардуэна, а позже — от Османской империи.

Имена

Фамилии маньотов единообразно заканчиваются на "eas" в той части Мани, которая сейчас относится к Мессенской ("внешней" или северо-западной) области, на "akis" или "akos" – в той части, которая сейчас относится к Лаконской ("внутренней" или юго-западной и восточной) области, и изредка на "oggonas".

Микенский Мани

Гомер в "Каталоге кораблей" в "Илиаде" упоминает города Мани: Месси (Мезапос), Оитил (Оитило), Кардамили (или Скардамула), Герения, Теутрон (Котронас) и Лас (Пассавас). В эпоху микенской цивилизации Мани процветал, и на мысе Тенерон был воздвигнут храм, посвященный греческому богу Аполлону. Храм был настолько значим, что соперничал с Дельфами, которые в то время были храмом Посейдона. В конечном итоге храм в Тенероне был посвящен Посейдону, а храм в Дельфах – Аполлону. Согласно другим легендам, близ Тенерона существует пещера, ведущая в царство Аида. Мани также упоминается в других преданиях, например, в истории о том, как Елена Троянская (царица Спарты) и Парис провели свою первую ночь вместе на острове Кранае, у берегов Гифея. В XII веке до н.э. в Лаконию вторглись дорийцы. Дорийцы первоначально поселились в Спарте, но вскоре начали расширять свои владения и к 800 году до н.э. захватили Мани и всю остальную Лаконию. Мани был отнесен к сословию Периоеков. В этот период в Мани прибыли финикийцы, которые, предположительно, основали колонию в Гитионе (римское название: Gythium). Эта колония занималась сбором мурекса – морского моллюска, из которого изготавливали пурпурную краску, которой было много в Лаконском заливе.

Классическая мани

В то время как спартанцы правили Мани, Тенерон стал важным местом сбора наемников. Гитий превратился в крупный порт под властью спартанцев, так как находился всего в одном дне пути от Спарты. В 455 году до н.э., во время Первой Пелопоннесской войны, он был осажден и захвачен афинским адмиралом Толмидом вместе с 50 триремами и 4000 гоплитов. Спартанское господство над Пелопоннесом продолжалось до 371 года до н.э., когда тебанцы под командованием Эпаминондаса разгромили их в битве при Левктре. Тебанцы начали кампанию против Лаконии и захватили Гитий после трехдневной осады. Тебанцы лишь ненадолго удержали Гитий, после чего город был взят 100 элитными воинами, замаскированными под атлетов. В 195 году до н.э., во время римско-спартанской войны, Римская республика и Ахайский союз при поддержке объединенных сил Пергама и Родоса захватили Гитий после продолжительной осады. Союзники затем осадили Спарту и попытались вынудить Набиса к капитуляции. В рамках условий мирного договора прибрежные города Мани были вынуждены обрести автономию. Города образовали Койнон свободных лаконийцев со столицей в Гитии под защитой Ахайского союза. Армия и флот Ахайского союза под командованием Филопомена попытались снять осаду с города, но ахайский флот потерпел поражение у Гития, и армия была вынуждена отступить в Тегею. Однако спартанцы, в поисках порта, захватили Лас. В ответ ахейцы захватили Спарту и безуспешно попытались навязать ей свои законы.

Римский Мани

Маниоты жили в мире до 146 года до н.э., когда Ахайский союз восстал против римского господства, что привело к битве при Коринфе. В результате конфликта войска Луция Муммия Ахайя разрушили Коринф и присоединили Ахайский союз к Римской республике. Хотя римляне завоевали Пелопоннес, коинон был допущен к сохранению своей независимости. Маниоты пострадали от пиратских набегов критян и киликийцев, которые грабили Мани и разграбили храм Посейдона. Маниоты избавились от пиратов, когда Помпей Великий разгромил их. Вероятно, в знак благодарности, маниоты снабжали Помпея лучниками в его битвах против Юлия Цезаря во время гражданской войны Цезаря (49–45 гг. до н.э.) и потерпели поражение. Во время гражданской войны между Антонием и Октавианом (32–30 гг. до н.э.) маниоты и остальные лаконианцы предоставили Августу войска для противостояния Марку Антонию и Клеопатре VII в битве при Акции (2 сентября 31 г. до н.э.), и в благодарность они официально признали Августа императором и пригласили его в Псамат (недалеко от современного Порто-Кагио), а их коинон остался независимым государством. Это ознаменовало начало «золотого века» коинона. Мани процветал под властью римлян благодаря уважительному подчинению Риму. Коинон состоял из 24 городов (позже 18), из которых Гитий оставался наиболее значимым. Однако многие части Мани оставались под также полунезависимой (автономной под римским суверенитетом) Спартой, наиболее заметными из которых были Асине и Кардамили. Паусаний оставил нам описание Гития таким, каким он был во время правления Марка Аврелия (161–180 гг. н.э.). Агора, Акрополь, остров Крены (Маратониси), где Парис по пути в Трою отпраздновал свадьбу с прекрасной Еленой после того, как похитил её из Спарты, Мигоний или священная роща Афродиты Мигонитиды (занятая современным городом) и холм Ларисий (Кумаро), возвышающийся над ним. В настоящее время наиболее примечательные остатки театра и здания, частично погруженные в море, относятся к римскому периоду. Коинон оставался полунезависимым (автономным под римским суверенитетом) до провинциальных реформ римского императора Диоклетиана в 297 году. С началом варварских вторжений в Римскую империю, Мани стал убежищем для беженцев. В 375 году мощное землетрясение в этом районе нанесло ущерб Гитию, который был сильно разрушен. Десятилетия спустя знаменитый византийский генерал Белисарий, направляясь к своей победоносной кампании против вандалов, остановился в Кениполисе, чтобы пополнить запасы, почтить кениполитов за их победу и набрать солдат. Согласно Гринхалгу и Элиопулосу, евразийские авары (вместе со славянами) напали и оккупировали большую часть западного Пелопоннеса в 590 году. Однако нет археологических свидетельств славянского (или авара) проникновения на территорию имперской Византии до конца VI века. В целом, следы славянской культуры в Греции крайне редки.

Под деспотией Мореи

25 июля 1261 года византийцы под предводительством Михаила VIII Палеолога отвоевали Константинополь. Принц Уильям был освобожден на условии передачи крепостей Мегали-Майна, Мистрас, Геронтра и Монемвасии, а также передачи заложников, включая леди Маргарет, баронессу Пасавас. После ухода франков из Лаконии маниоты жили в мире под властью Морейского деспотата, которым управляли последовательные деспоты. Похоже, в Мани доминировала семья Никлиани, состоявшая из беженцев. Однако этот мир был нарушен, когда османские турки начали нападать на Пелопоннес. Патрик Ли Фермор утверждает, что они были выходцами из Никли. Никлиани были состоятельными представителями высшего сословия, начавшими строительство замков в Мани. Последней кастой были крепостные, Фамейи. Они не имели собственности и иногда смешиваются с Ахамномери в современных исторических исследованиях. Они могли быть освобождены и стать ахамномери. В 1453 году население Мани резко увеличилось из-за большого притока беженцев из других частей Греции после падения Константинополя. Кассис сообщает, что население Мани в то время составляло от 40 000 до 80 000 человек. Венецианцы, стремясь завоевать расположение Порты, выдали некоторых маниотских повстанцев. Османцы достигли Оитило раньше Кладаса, и маниоты напали на них, устроив резню. Спастись удалось лишь немногим, среди них был Але Бумико. Кладас вторгся на Лаконскую равнину с 14 000 маниотов и убил турецких жителей. Месяц спустя более крупный отряд под командованием Ахмеда Бея вторгся в Мани и оттеснил Кладаса в Порто-Кагио. Там его подобрали три галеры короля Неаполя Фердинанда I. В том же году пал Кипр, но флот Священной Лиги одержал победу над османским флотом в битве при Лепанто (1571). Греки надеялись, что Иоанн Австрийский возглавит их восстание под руководством епископа Монемвасии.

17 век

В 1603 году маниоты обратились к папе Клименту VIII, который недавно принял крест. Два года спустя Клемент умер, и маниоты начали искать нового защитника, сосредоточив внимание на испанском короле Филиппе III. Благодаря этой связи он претендовал на трон Константинополя. Он начал сговариваться с маниотами, которые называли его "Король Константин Палеолог". Когда Порта узнала об этом, она послала Арслана с армией в 20 000 человек и 70 кораблями для вторжения в Мани. Ему удалось разорить Мани и наложить налоги на маниотов (которые они не платили). Это побудило Неверса более активно действовать в рамках крестового похода. Неверс отправил послов ко дворам Европы в поисках поддержки. В 1619 году он набрал шесть кораблей и несколько человек, но был вынужден прервать миссию из-за начала Тридцатилетней войны. Массовая миграция беженцев вызвала новые проблемы в Мани. Ограниченная площадь плодородных земель привела к многочисленным локальным войнам между семьями, кланами и разными деревнями. В Мани началась эпоха вендетты, и казалось, что только новое османское вторжение может спасти страну от гражданской войны. Многие маниоты стали наемниками в армии венецианского дожа, а некоторые стали пиратами, чтобы исполнить свой патриотический долг. Фактически, османский флот у Ханья, на Крите, был уничтожен маниотскими пиратами. После захвата Крита османы обратили свое внимание на Мани. Великий визирь Кёпрюлю Фазил Ахмет-паша послал пирата Хасан Бабу, чтобы покорить Мани. Баба прибыл в Мани, требуя от маниотов сдать заложников, но в ответ услышал только выстрелы. Ночью десять маниотов перерезали канаты кораблей Хасана. В результате некоторые корабли Бабы сели на мель, и маниоты, воспользовавшись ситуацией, напали и убили турок, захватив корабли. Баба сумел спастись лишь на одном корабле. В Багньо Константинополя жил печально известный 25-летний пират-маниот по имени Лимберакис Геракарис. В пятнадцать лет он был гребцом на венецианской галере. После освобождения венецианцами он продолжил заниматься пиратством и был захвачен турками в 1667 году. Великий визирь решил помиловать его, если он будет сотрудничать с турками и поможет им завоевать Мани. Геракарис согласился и в 1670 году стал беем Мани. Одним из первых действий Геракиса было изгнать врагов своего клана, семьи Иатриани и Стефанопулоса, из Оитило. В 1670 году Иатриани бежали и поселились в Ливорно, Тоскана. Клан Стефанопулоса был вынужден покинуть Оитило в 1676 году и, получив разрешение от Республики Генуя, отправился на Корсику. Семья Стефанопулоса сначала жила в городе Паомия, а затем переехала в Каргезе и до сих пор считает себя греками. В период с 1600 по 1700 год произошел массовый исход маниотов из Мани в европейские страны. В 1570 году некоторые маниоты эмигрировали в Вольтерру. Около 700 членов клана Стефанопулоса мигрировали на Корсику, а также Латриани (чье латинизированное имя оказалось Медичи), которые переехали жить в Тоскану после получения разрешения от Фердинанда Медичи. С османскими войсками, занятыми австрийцами, венецианцы под командованием Морозини увидели возможность захватить турецкие территории на Пелопоннесе, начав Морейскую войну. Турецкий генерал на Пелопоннесе, Исмаил, обнаружил этот план и напал на Мани с 10 000 человек. Турки разорили равнины, но ночью маниоты напали и убили 1800 турок. Остальные турки отступили в замки Келефа и Зарнатас, где их осадили маниоты. После непродолжительных осад маниотам удалось захватить и Корони, и Келефу. Однако Исмаил вернулся с 10 000 пехотинцев и 2500 артиллеристов и начал осаду маниотов в Келефе. Туркам почти удалось пробить стены, прежде чем 4500 венецианцев под командованием Морозини прибыли и заставили турок отступить в Кастанию, преследуемые маниотами. Венецианцы, при поддержке греков, завоевали остальную часть Пелопоннеса и затем осадили Афины. Во время осады Афин османы использовали Парфенон в качестве склада боеприпасов. Когда артиллерийский огонь венецианцев попал в склад, взрыв повредил значительную часть Парфенона. Венецианцы сделали Лимберакиса рыцарем Святого Марка и признали его правителем Румели. Лимберакис сначала напал на город Арта, когда османы разрушили его владения в Карпензи. Он захватил и разграбил город, прежде чем вернуться в Мани. Артеанцы отправили комиссию в Венецию и доложили обо всем дожу. В конечном итоге Лимберакис переехал в Италию, где умер четырнадцать лет спустя.

Орловское восстание

Георгиос Папазолис, греческий офицер русской армии, был другом Орловых и убедил их склонить Екатерину Великую к отправке армии в Мани для освобождения Греции. Русские ушли и проводили собственные операции до конца года, после чего отплыли обратно в Россию. Из Кастании Хасан Гази двинулся к Скоутари и осадил башню могущественного клана Григоракисов. В башне укрывалось пятнадцать человек, которые держались три дня, пока турки не подкопали башню, не заложили порох и не взорвали весь гарнизон. К этому времени основная армия маниотов, насчитывавшая 5000 мужчин и 2000 женщин, заняла оборонительную позицию в горах над городом Парасирос. Командование всей армией осуществляли Экзарх Григоракис и его племянник Занет Григоракис. Османская армия продвинулась к равнине Ажио Пигада (что означает «Святой колодец»). Они послали к маниотам гонцов с предложением Хасана о переговорах. Маниоты знали, что если они отправят своих посланников к туркам, то в случае провала переговоров Хасан их казнит. Тем не менее, маниоты направили шестерых человек для обсуждения условий. После убийства гонцов оставшиеся маниоты атаковали османов. Бой был ожесточённым, и лишь 6000 турок смогли добраться до Мистраса. Точные потери маниотов были неизвестны, но турки понесли определённые потери в 10 000 человек. В Пасхальное воскресенье мать Экзарха призвала жителей Скоутари отомстить за смерть сына. Под командованием Занета Григоракиса скоутариотские мужчины переоделись священниками и были допущены в Пасавас. Оказавшись внутри, они достали спрятанное оружие и перебили всех турецких жителей Пасавы. В 1782 году османы заманили на корабль Михалиса Трупакиса, бея Мани, и отправили его на Лесбос, где он был казнён за пиратство. Порта пыталась склонить Занета Григоракиса к замене Трупакиса, но Занет отказался, пока его самого не заманили на корабль и не вынудили стать беем. Вскоре после Орловской экспедиции многие маниоты поступили на русскую военную службу. Остатки двух легионов пополнили ряды русских морских сил в качестве морских пехотинцев, участвуя в операциях в Эгейском и восточном Средиземном морях. Два лидера этих добровольцев, Стефанос Мавромихалис и Димитриос Григоракис, происходили из главных маниотских кланов и дослужились до звания майора.

Ламброс Кацонис

Во время правления Занетоса Мани стал базой для многих клефтов и других греческих разбойников. Среди них были известный греческий пират и офицер русской армии Ламброс Кацонис, который помогал русским в войнах против османов, Андреас Андрутсос (отец Одиссея) и Захария Барбициотис. 9 января 1792 года Екатерина II поручила своему представителю Александру Безбородко подписать Ясский мирный договор с великим визирем Коджа Юсуф-пашой Османской империи. Договор положил конец русско-турецкой войне, признал аннексию Россией Крымского ханства в 1783 году и передал Едисан России, установив Днестр в качестве русско-турецкой границы в Европе, при этом азиатская граница (река Кубань) осталась без изменений. Ламброс Кацонис сказал: "Аикатерина заключила свой договор, но Кацонис не заключил свой договор с врагом". Позже в том же году манийские вожди собрались в Гитео и избрали Феодороса Занеракоса, или Феодоробея, племянника Занетоса Григоракиса, вождем Мани. В 1815 году османы напали на Мани, но были отбиты.

"Объявление войны" и вклад в греческую революцию

Маниоты, известные своими боевыми традициями, были одними из первых, кто присоединился к греческому освободительному движению (утверждение, разделяемое многими другими греческими регионами), и их вклад оказался решающим. Общество «Финики Этерия» направило своих представителей Перревоса и Хрисоспатиса для организации маниотов. 17 марта 1821 года 12 000 маниотов собрались в церкви Таксиархов (Архангелов) города Ареополи и объявили войну Османской империи, опередив остальную Грецию примерно на неделю. Их флаг был белым с синим крестом в центре. Над флагом был девиз «Победа или смерть». Маниоты написали на своем знамени «Победа», а не «Свобода», поскольку Мани всегда была свободной землей. Внизу флага была древняя спартанская надпись: «С щитом или на щите». 21 марта армия из 2000 маниотов под командованием Петра Мавромихалиса, Теодора Колокотрониса и Папафлесса двинулась к Каламате. 23 марта они захватили город. Колокотронис, убежденный в своей правоте, перебрался в Аркадию с 300 маниотами. Войдя в Аркадию, его отряд из 300 человек сразился с турецким войском численностью 1300 человек и одержал победу. Ибрагим воспользовался этой смутой и высадился со своей армией (25 000 пехотинцев, кавалерии и артиллерии, поддержанной османско-египетским флотом) в Метони. Ибрагим вскоре вернул контроль над Пелопоннесом, за исключением Нафплио и Мани. Когда он попытался захватить Нафплио, его отразили Димитриос Ипсилантис и Константин Мавромихалис, брат Петра. Ибрагим решил двинуться в Мани. Он послал посланника к маниотам с требованием сдаться, иначе он разорит их земли. Вместо того чтобы сдаться, маниоты ответили: Он был остановлен у стен Альмироса и Верги, протянувшихся примерно на 500 метров. Оборону стен осуществляли 2000 маниотов под командованием Илиаса Мавромихалиса (Кацакоса) и 500 греческих беженцев. Когда Ибрагим направил свою пехоту и кавалерию против позиций маниотов, он также приказал двум своим кораблям, включая флагманский, атаковать маниотские укрепления с моря артиллерийским огнем. Египетская армия восемь раз атаковала позиции маниотов и была отброшена. Маниоты преследовали египтян до Каламаты, а затем вернулись в Вергу. Эта битва дорого обошлась Ибрагиму, который потерял 2500 человек, и сорвала его план вторжения в Мани с севера. Раздраженный поражениями при Верге и Диросе, Ибрагим грабил Пелопоннес в течение месяца, прежде чем вновь обратить свое внимание на Мани. Он послал армию из 6000 арабов, чтобы продвинуться к Тайгету и захватить Гитеио и Лаконийскую Мани. Во главе армии стоял греческий предатель из деревни Вордония по имени Босинас. Продвигаясь к Полицаравосу (ныне заброшенное место в южной части Тайгета), он был остановлен Феодором Стафакосом, который вместе со своей семьей из тринадцати человек ждал в своей башне. Босинас попытался заставить Стафакоса сдаться, и когда последний притворился, что сдается, Босинас приблизился к башне. Однако, как только Босинас оказался в пределах досягаемости, Стафакос и его небольшой отряд убили его. В ответ армия Босинаса обстреляла башню из пушек и разрушила ее. Затем египтяне двинулись к городу Полицаравосу и достигли его 28 августа. Жители города отправили женщин и детей укрыться в горах, прежде чем укрепить там свои укрепления. Городскую милицию подкрепили другие маниоты, и вскоре число защитников достигло 2500 человек. Как только арабы прибыли, маниоты сплотились вокруг своих укреплений и атаковали арабов. Арабы отступили из Полицаравоса, понеся 400 потерь, в то время как маниоты потеряли всего девять человек. Каподистрия попросил брата Петра, Цаниса, отправиться в Нафплион, тогдашнюю столицу Греции, для переговоров. Как только Цанис прибыл, его арестовали и заключили в тюрьму. Каподистрия послал солдат в Мани, чтобы арестовать Петра, заключить его в тюрьму и обвинить в государственной измене. Его брат Константин, защитник Нафплио, и сын Петра, Георгий Мавромихалис, были помещены под домашний арест в столице. 27 сентября 1831 года (9 октября по григорианскому календарю) Каподистрия пошел на церковную службу в церковь Святого Спиридона. Он заметил, что Константин и Георгий ждали у дверей церкви. Проходя мимо, он ненадолго остановился, а затем вошел в церковь. Когда он собирался войти в церковь, Константин выстрелил из пистолета, и пуля попала Каподистрии в затылок, в то время как Георгий ударил его ножом в сердце. Каподистрия рухнул в объятия своих слуг. Телохранитель Каподистрии выстрелил в Константина, когда тот убегал, и Константин был ранен несколькими пулями, прежде чем умер. Тело Константина затем волокли разъяренная толпа, которая бросила его в море. Георгия схватили и казнили на острове Бурци у побережья Нафплио, в то время как его отец наблюдал за этим. Совет отправил баварскую армию, чтобы усмирить Месу Мани. Они добрались до Ареополи, но ночью маниоты окружили и захватили их, заставив покинуть этот район. 14 мая 1834 года четыре роты баварских войск, поддержанные четырьмя пушками, осадили город Петровуни. В конечном итоге 800 маниотов из окрестных городов атаковали баварцев. Баварцы были перебиты, поскольку большинство из них были убиты маниотами или упали в овраг возле города, пытаясь бежать. Позднее в том же году армия из 6000 человек с пятью пушками под командованием генерала Кристиана фон Шмальца, поддержанная пятью эскадронами маниотов-роялистов, вновь осадила Петровуни. Когда до них дошла новость о приближении армии из 1000 маниотов, они отступили в Гитеио.

Конец XIX века

Во время правления Отто в Мани проливалась кровь из-за кровной мести, терзавшей этот район на протяжении веков. В 1841 году Крит восстал против османов. Маниоты, которых считали родственниками критян, поспешили на Крит, чтобы поддержать их. Критяне вместе с маниотами заставили турок укрыться в крепости, где осадили их. Объединенный османско-британский флот сумел подавить восстание критян, но непобежденные маниоты предпочли вернуться в Мани. В 1866 году на Крите вспыхнула новая революция, и 2000 маниотов под командованием Петропулакоса отправились помогать своим соплеменникам. Однако критяне потерпели поражение, и непобежденные маниоты вновь вернулись в Мани. Во время Второй мировой войны вооруженные силы маниотов оказали значительную помощь греческой армии в битве за Грецию. Среди лидеров вооруженных сил был полковник Константинос Давакис, маниот по происхождению. Во время оккупации Мани стало оплотом отрядов безопасности из-за антикоммунистических настроений маниотов. Немцы и итальянцы покинули Грецию в 1944 году, но сразу после этого началась Гражданская война. Армии Коммунистической партии Греции, ЭЛАС и ДСЕ, сражались против греческой армии и роялистов. Мани так и не оправилась от обеих войн, и вскоре многие молодые люди покинули Мани, отправившись в Афины, Соединенные Штаты и Австралию. В настоящее время Мани разделена между двумя региональными единицами: Лаконией и Мессенией. В Мани проживает около 18 000 жителей, самым важным и густонаселенным городом является Гитейо. Основным источником дохода Мани является туризм. Самыми известными достопримечательностями являются пещеры Дирос, представляющие собой две пещеры с подводными реками.

Маньотский диалект

Маниотский диалект современного греческого обладает несколькими архаичными чертами, которые отличают его от большинства основных вариантов. Одной из них, общей с сильно отличающимся цаконским, а также со старыми диалектами, на которых говорили в окрестностях Афин до XIX века, является особое обращение с историческим звуком (обозначаемым в письменности <υ>). В то время как этот звук слился с [и] повсюду, в этих диалектах сохранилось произношение [в] (например, [вúло] против стандартного [íло] – «дерево»). Считается, что эти варианты являются реlictными областями ранее более обширной ареальной диалектной группы, которая разделяла эти особенности и впоследствии была разделена распространением арванитикских поселений на большей части её территории в позднем Средневековье. Другие особенности маньотского диалекта включают палатализацию велярных согласных, то есть реализацию [к] и [г] как [ч] и [дж] перед [и]. Эта черта распространена во многих южных диалектах греческого языка, особенно в критском.

Экономика

Существует немного информации об экономике Мани на ранних этапах османского господства в Греции, и то, что известно об экономике в 17-м и 18-м веках, исходит от иностранных наблюдателей. В Эксо-Мани («внешний Мани») выращивали большое количество оливок, но широкое распространение оливок в Меса-Мани («внутренний Мани») произошло только в 18-м веке. Экспорт из Эксо-Мани также включал сосну для мачт, терпентин, шкуры, дубильные вещества и принококи – багряный краситель. Северо-западные районы Меса-Мани были богаты тутовником и шелком. Мед также отличается превосходным качеством. Важной частью экономики маньотов было также пиратство. В настоящее время основными отраслями в Мани являются сельское хозяйство и туризм.

Вендетты

Другим важным аспектом культуры маниотов были вендетты, которые часто терзали Мани. Обычно решение начать вендетту принималось на семейном собрании. Главной целью вендетты обычно было полное уничтожение вражеской семьи. Вовлеченные семьи запирались в своих башнях и, при любой возможности, убивали членов противостоящей семьи. Остальные семьи в деревне также запирались в башнях, чтобы не оказаться втянутыми в конфликт. Вендетты могли длиться месяцами, а порой и годами, и обычно заканчивались, когда одна из семей была истреблена или покидала город. В некоторых случаях (например, в ответ на убийство) вендетта завершалась после убийства виновных. В других случаях, особенно если вендетта была затяжной, она заканчивалась мирным соглашением или обменом имущества. В случае длительных вендетт семьи часто договаривались о временном перемирии (τρέβα, «трева»), чтобы обеспечить сбор урожая или посещение религиозных обрядов; с окончанием тревы убийства возобновлялись. Основополагающим принципом культуры вендетт маниотов было соглашение о немедленной остановке всех вендетт при объявлении всеобщего перемирия в случае турецкой угрозы. Самая продолжительная трева была объявлена кланом Мавромихалис в марте 1821 года, когда была объявлена война Османской империи, положившая начало греческой войне за независимость. Вендетты продолжались и после освобождения Греции, несмотря на попытки Регентства снести башни.

Этнология

Жители Мани утверждают, что являются прямыми потомками древних спартанцев и считаются греками с более "чистой кровью". Согласно их преданию, после захвата Лаконии римлянами, многие спартанские граждане, верные спартанским законам Ликурга, предпочли уйти в горную Мани вместе с остальными спартанцами, нежели служить ахейцам или, позднее, римлянам. Кириакос Кассис утверждает, что маниоты редко вступали в браки с людьми, не принадлежащими к Мани, вплоть до XX века. Мани стало убежищем в IV веке, когда в Европе начались варварские нашествия. Когда авары и славяне вторглись в Пелопоннес, многие греческие беженцы нашли приют в Мани, поскольку захватчикам не удалось проникнуть в горную местность. По словам Константина Порфирогенита, маниоты не были покорены славянами и происходили от древних "ромеев".

Генетические исследования

В статье "Генетика пелопоннесских популяций и теория вымирания средневековых пелопоннесских греков" (2017), опубликованной в Европейском журнале генетики человека, показано, что представители популяции маниотов в среднем имеют 0,25% своего генома (или 35–36 сМ), идентичного по происхождению, при этом у 95% пар индивидуумов обнаружен хотя бы один IBD-сегмент. Маниоты отличаются от всех остальных пелопоннесцев по результатам PCA и ADMIXTURE анализа. Они также отличаются от популяций материковой Греции, островов и Малой Азии, которые были сопоставлены с помощью PCA, но "частично" перекрываются с сицилийцами и южными итальянцами. Это можно объяснить тем, что маниоты (наряду с цаконами) унаследовали наименьшее количество славянского аутосомного происхождения на всём Пелопоннесе, особенно это касается жителей Внутреннего (Меса) Мани. А именно, в случае Внутреннего (Меса) Мани (22 образца) доля славянского происхождения составляет 0,7–1,6%, тогда как у маниотов из Западного Тайгета (Эксо/Внешний Мани) (24 образца) – 4,9–8,6%, а у маниотов из Восточного Тайгета (Като/Нижний Мани) (23 образца) – 5,7–10,9% общего предкового происхождения со славянами (белорусами, русскими, поляками и украинцами) соответственно. Доля славянского происхождения у последних двух групп в пять-восемь раз выше, чем у жителей Внутреннего Мани, но ниже, чем у других пелопоннесцев (148 образцов, исключая цаконов), которые разделяют со славянами 4,8–14,4% общего предкового происхождения, что, хотя и невелико, всё же относительно выше, чем у маниотов (и цаконов). Несмотря на то, что цаконы, разделенные на южную (15 образцов) и северную (9 образцов) группы, также имеют низкий уровень общего предкового происхождения со славянами – 0,2–0,9% и 3,9–8,2% соответственно – они остаются отдельной популяцией как от маниотов, так и от остальных пелопоннесцев, что объясняется изоляцией по расстоянию и предположением, что в древности Цакония была заселена ионийцами, говорившими на дорическом диалекте (по Геродоту), а консервативный Мани – собственно дорианцами.