Гарри Магдофф и обвинения в советском шпионаже

Введение

Гарри Магдофф был обвинен рядом авторов в соучастии в советской разведывательной деятельности во время работы в правительстве США. Его обвиняли в передаче информации советским разведывательным сетям в Соединенных Штатах, главным образом через группу, которую ФБР называло "Группой Перло". Магдофф так и не был привлечен к суду, но после окончания холодной войны ряд исследователей изучили рассекреченные документы (включая материалы проекта "Венона") из архивов США и СССР. Они приводят эти документы в подтверждение утверждения о вовлеченности Магдоффа в шпионаж. Другие авторы оспаривают некоторые широкие интерпретации этих материалов, которые вовлекают многих американцев в шпионаж в пользу Советского Союза, и утверждение о том, что Гарри Магдофф был источником информации для советской стороны, оспаривается рядом ученых и историков, которые утверждают, что у Магдоффа, вероятно, не было злых намерений и он не совершал преступлений.

Расследование

В описании дел ФБР говорится, что Магдофф и другие были проверены в рамках "масштабного шпионского расследования, охватывающего период с 1945 по 1959 год", связанного с подозреваемым "советским шпионским кольцом, которое, как утверждалось, насчитывало 27 человек, собирающих информацию как минимум из шести федеральных ведомств. Однако ни один из подозреваемых не был привлечен к ответственности большим жюри". Обширный массив ранее не публиковавшихся материалов, коллективно известных как проект "Венона", был рассекречен правительством США в 1995 году. Среди них были расшифровки советских шифротелеграмм, осуществленные армией, которые показали, что ряд американских граждан были вовлечены в шпионаж в пользу Советского Союза. Магдофф был среди тех, кого расследовали как члена так называемой группы Перло. Публичное обвинение в том, что Магдофф работал на советскую разведку, не было новым; оно впервые прозвучало от перебежчицы Элизабет Бентли, которая предоставила эту информацию ФБР и впоследствии дала аналогичные показания на открытых слушаниях. Бентли сообщила ФБР:

"В указанную дату я пошла в квартиру Джона Абта, он впустил меня, и там я встретила четырех человек, ни одного из которых раньше не видела. Меня с ними познакомили: Виктор Перло, Чарли Крамер, Генри Магдофф и Эдвард Фицджеральд. Казалось, они, по крайней мере, в общих чертах знали, что могут свободно говорить в моем присутствии, и я помню разговор о том, что они платили мне членские взносы в Коммунистическую партию, а также о том, что я снабжала их литературой Коммунистической партии. Затем последовало общее обсуждение среди всех нас о том, какую информацию эти люди, за исключением Абта, смогут предоставить. Мне было очевидно, что эти люди, включая Абта, были знакомы друг с другом уже некоторое время и занимались шпионажем для Эрла Браудера. Виктор Перло, лидер группы, спросил, предназначены ли материалы "дяде Джо" (Иосифу Сталину, генеральному секретарю Коммунистической партии Советского Союза). Разведывательный корпус армии и ФБР провели 38-летнее расследование коммунистического шпионажа с неоднозначными результатами. Согласно "Сборнику контрразведчика", проект "Венона" подтверждает достоверность большей части показаний Бентли. Критики Бентли указывают на то, что некоторые из ее утверждений оспаривались в то время, и что показания Бентли и других перед различными комитетами Конгресса во время "Красной угрозы" иногда были преувеличены или содержали обвинения, основанные на ассоциациях.

Московские архивы

В Москве запрос был обработан. Доказательства, обнаруженные в архивах Коминтерна в конце 1980-х годов, свидетельствуют о том, что генерал-лейтенант Павел Фитин, руководитель операций внешней разведки КГБ, запросил у генерального секретаря Коминтерна Георгия Димитрова информацию для вербовки Магдоффа. Этот документ был опубликован в книге историков Харви Клера, Джона Эрла Хейнеса и Фридриха Игоревича Фирсова, а также в мемуарах советского оперативного сотрудника, работавшего с Юлиусом Розенбергом и Клаусом Фуксом, Александра Феклисова, опубликованных в 2001 году. Московский центр ответил в штаб-квартиру КГБ в Нью-Йорке 25 февраля 1945 года в дешифровке Веноны № 179180. Авторы книги «Преследуемый лес: советский шпионаж в Америке», исследователи Аллен Вайнштейн, в настоящее время архивист Соединенных Штатов, и бывший сотрудник КГБ Александр Васильев утверждают, что оперативный псевдоним «КАНТ» был заменен на «ТАН». Московский центр выразил обеспокоенность тем, что информация о вербуемых лицах была широко известна среди других членов ЦК КПСА, поэтому смена кодовых имен была обычным явлением. Кодовое имя «ТАН» встречается в меморандуме Анатолия Горского от декабря 1948 года, документе из архивов КГБ, проанализированном Александром Васильевым. Горский в то время был старшим должностным лицом Комитета информации (КИ), советского ведомства, курировавшего советскую внешнюю разведку. Сверхсекретная внутренняя служебная записка ФБР от 1 февраля 1956 года от помощника Алана Х. Белмонта директору и главе отдела внутренней безопасности ФБР Л. В. Бордмана рассматривает преимущества и недостатки использования материалов Веноны для привлечения подозреваемых к ответственности. В этом меморандуме, который оставался засекреченным сорок один год, пока Комиссия Мойнихана по вопросам государственной тайны не добилась его рассекречивания в 1997 году, Бордман цитирует стенограмму Веноны от 13 мая 1944 года, в которой были названы несколько членов группы Перло, включая Магдоффа. Хотя Белмонт полагал, что доказательства Веноны могут привести к успешным обвинительным приговорам, в конечном итоге было решено, в целях сохранения секретности усилий военной радиотехнической разведки, не начинать судебное преследование. В записке также поднимаются вопросы о разглашении секретной информации посторонним лицам на основании исключения из правила о недопустимости свидетельских показаний, требующего экспертных заключений криптографов, раскрывающих свои методы и приемы для идентификации конкретных кодовых имен.

In Moscow the request was processed. Evidence was unearthed in the Comintern Archives in the late 1980s has Lt. General Pavel Fitin, head of KGB foreign intelligence operations, requesting of Comintern Secretary General Georgi Dimitrov, information to pursue Magdoff's recruitment. This document was published in a book by historians Harvey Klehr, John Earl Haynes, and Fridrikh Igorevich Firsov , and also in the memoirs of the Soviet Case Officer for Julius Rosenberg and Klaus Fuchs, Alexandre Feklisov, published in 2001. The Moscow Center then responded to New York KGB headquarters on 25 February 1945 in Venona decrypt #179,180. The authors of Haunted Wood: Soviet Espionage in America, researchers Allen Weinstein, currently Archivist of the United States, and ex KGB Officer Alexander Vassiliev say cover name "KANT" was replaced with "TAN". Moscow Center expressed concern that knowledge of some persons being recruited was widely known among other CPUSA members, so it was not uncommon for code names to change. The code name "TAN" appears Anatoly Gorsky's Memo dated December 1948, a document from the KGB archives analyzed by Alexander Vassiliev. Gorsky was then a senior official of the Committee of Information (KI), the Soviet agency at the time supervising Soviet foreign intelligence. A top secret internal FBI memo dated 1 February 1956 from Assistant Alan H. Belmont to the Director and head of the FBI's Internal Security Section, L. V. Boardman, discusses the advantages and disadvantages of using Venona materials to prosecute suspects. In this memorandum, which remained classified forty one years until the Moynihan Moynihan Commission on Government Secrecy obtained its release to the public in 1997, Boardman quotes the 13 May 1944 Venona transcript, which named several members of the Perlo group, including Magdoff. Though Belmont was of the opinion that Venona evidence could lead to successful convictions, it was ultimately decided, in consideration of compromising the Army Signals Intelligence efforts, that there would not be prosecutions. The memo also raises questions about the disclosure of classified information to unauthorized persons based upon an exception to the hearsay rule requiring expert testimony of cryptographers revealing their practices and techniques to identify specific code names.

Хронология

25 февраля или 5 марта 1944 года, в дождливое воскресенье, Элизабет Бентли встречается с Гарри Магдоффом и другими в квартире Джона Абта в Нью-Йорке, первоначальный контакт с группой Перло (Haynes and Klehr, Venona, 1999, стр. 409); "группа конкретно обсудила информацию, которую они могли бы ей предоставить, и в отношении Магдоффа Бентли сообщила: "Магдофф, который только что вернулся из шестимесячной госпитализации, ожидал вернуться в Военное производственное управление, но не был уверен, что именно он сможет предоставить" (стр. 182, абзац 3). 5 мая 1944 года, расшифровка Веноны 629, КГБ Нью-Йорк – Москва, запрашивает "срочно сообщить о возможности встречи с КАНТом"; КАНТ идентифицирован как Гарри Сэмюэль Магдофф. 13 мая 1944 года, расшифровка Веноны 687, КГБ Нью-Йорк – Москва, сообщает о контакте Бентли с новой группой в Вашингтоне, "МАГДОФФ – КАНТ", "надежный", "политически зрелый", "они хотят помочь информацией". КАНТ идентифицирован как Гарри Сэмюэль Магдофф. *Агент КГБ и Эрл Браудер инструктируют Бентли о новых вербовках, Венона 687, Нью-Йорк – Москва, 13 мая 1944 года. 30 мая 1944 года, Венона 769, 771, КГБ Нью-Йорк – Москва, адресовано главе КГБ Павлу Фитину, новоприбывшие в новую группу предоставляют биографические данные: "'КАНТ' давно является членом КПСА, работает в отделе станкостроения ДЕПОТ" (KGB NY Reports on new Agents from ACP working in US Govt, Venona 769, 771 KGB New York to Moscow, 30 May 1944, стр. 1); КАНТ идентифицирован как Гарри Сэмюэль Магдофф. 29 сентября 1944 года, в Москве, Фитин в меморандуме Димитрову просит Генерального секретаря Коминтерна предоставить главе КГБ любую информацию о членах группы Перло, включая "Магдофф, работает в WPB". 25 февраля 1945 года, Центр – Венона – Нью-Йорк 179, 180, КГБ Москва, использует кодовое имя "TAN"; последующие исследователи идентифицируют TAN как Гарри Магдофф. 20 декабря 1946 года, "Магдофф выразил радость по поводу ухода из Министерства торговли" (стр. 176). 30 декабря 1946 года Магдофф уходит в отставку с государственной службы. В декабре 1948 года Анатолий Горский, высокопоставленный сотрудник Комитета информации (КИ), ведомства, курировавшего советскую внешнюю разведку, в файле КГБ 43173, том 2 (v), перечисляет Магдоффа под номером "3. 'Тан' – Гарри Магдофф, бывший сотрудник Министерства торговли" в своем отчете о скомпрометированных американских источниках и сетях; оперативники НКВД ранжируются либо в алфавитном, либо в хронологическом порядке, начиная с имен, появившихся до Второй мировой войны, затем с имен времен Второй мировой войны, а сам советский сотрудник – последним в списке. 1 февраля 1956 года, меморандум ФБР Belmont – Boardman обсуждает преследование членов группы Перло, включая "'Канта' (Гарри Магдофф)", но рассматривает последствия раскрытия правительственных методов и практик в области криптографии посторонним лицам, что может подорвать усилия правительства в области коммуникационной разведки.

25 February or 5 March 1944, a rainy Sunday, Elizabeth Bentley meets with Harry Magdoff and others in John Abt's apartment in New York, the initial contact with the Perlo group (Haynes and Klehr, Venona, 1999, pg. 409); "the group specifically discussed the information they would be able to furnish her and with respect to Magdoff, Bentley advised, ' Magdoff, who had just returned from a period of approximately six months hospitalization, expected to return to the War Production Board but was uncertain as to what specifically he would be able to furnish ' " (pg. 182, paragraph 3)
5 May 1944, Venona decrypt 629 KGB New York to Moscow asks to "Urgently advise about the possibility of a meeting with KANT"; KANT identified as Harry Samuel Magdoff. 13 May 1944, Venona decrypt 687 KGB New York to Moscow reports on Bentley's contact with a new group in Washington, "MAGDOFF – KANT" "reliable" politically highly mature" "they want to help with information". KANT identified as Harry Samuel Magdoff. *KGB agent & Earl Browder instruct Bentley on new recruits, Venona 687 New York to Moscow, 13 May 1944. 30 May 1944, Venona 769, 771 KGB New York to Moscow, addressed to KGB head Pavel Fitin the probationers of the new group gives personal histories, " 'KANT' became a member of the CPUSA a long time ago works in the Machine Tool Division of the DEPOT" (KGB NY Reports on new Agents from ACP working in US Govt, Venona 769, 771 KGB New York to Moscow, 30 May 1944, p. 1); KANT identified as Harry Samuel Magdoff. (p. 3)
29 September 1944, in Moscow, Fitin to Dimitrov Memo asks to Comintern General Secretary to provide any information to KGB head on members of the Perlo group, including "Magdoff, works on the WPB." 25 February 1945, Moscow Center to Venona to New York 179, 180 KGB Moscow, uses code name "TAN"; subsequent researchers identify TAN as Harry Magdoff. 20 December 1946, "Magdoff indicated that he was happy to be leaving the Commerce Department " (pg. 176). 30 December 1946, Magdoff retires from government service. December 1948, Anatoly Gorsky, senior official of the Committee of Information (KI), the agency then supervising Soviet foreign intelligence reports in KGB file 43173 vol.2 (v) lists Magdoff as number "3. 'Tan' – Harry Magdoff, former employee of the Commerce Department" of Elizabeth Bentley's contacts in his report on compromised American sources and networks; NKVD operatives are ranked either alphabetically or in chronological order, beginning with pre World War II names, followed by World War II names, with the Soviet Case Officer himself the last in line. 1 February 1956, FBI Belmont to Boardman Memo discusses prosecution of the members of the Perlo group, including " 'Kant' (Harry Magdoff)" but weighs the disclosure of Government techniques and practices in the cryptography field to unauthorized persons and would compromise the Government's efforts in the communications intelligence field.

Скептические взгляды

Виктор Наваски, редактор и издатель журнала The Nation, опубликовал редакционную статью, резко критикующую интерпретацию недавних исследований по теме советского шпионажа. Он утверждает, что историки, чрезмерно полагающиеся на материалы "Веноны", виновны в том, что используют любое упоминание человека в депешах как неопровержимое доказательство его связи с советской разведкой. В приложении А к своей книге о "Веноне" Хейнс и Клер приводят список из 349 имен (и псевдонимов) людей, которые, по их утверждению, "поддерживали тайные связи с советской разведкой, что подтверждается данными перехвата "Веноны"". Они не оговаривают этот список, в который включены все, от Алджера Хисса до Гарри Магдоффа, бывшего экономиста времен "Нового курса" и марксистского редактора журнала Monthly Review, а также Уолтера Бернштейна, левого сценариста, освещавшего деятельность Тито для журнала "Янк". Хейнсу и Клеру пришло в голову перепубликовать двусмысленные материалы "Веноны", касающиеся Магдоффа и Бернштейна, но не побеспокоиться о том, чтобы связаться с ними (или с любым другим живым человеком из их списка) и узнать их точку зрения на произошедшее или неполучившееся.

Изображения

Венона 629 КГБ Нью-Йорк в Москву, 5 мая 1944 года. *Агент КГБ и Эрл Браудер инструктируют Бентли относительно новых вербовщиков, Венона 687 Нью-Йорк в Москву, 13 мая 1944 года. КГБ Нью-Йорк сообщает о новых агентах из АКП, работающих в правительстве США, Венона 769, 771 КГБ Нью-Йорк в Москву, 30 мая 1944 года, стр. 1, 2, 3. Сеть Альберта и фотоматериалы. Сеть Сильвермастеров широко известна, Венона 179, 180 КГБ Москва в Нью-Йорк, 25 февраля 1945 года.