Введение
Роман Дэвида Марксона "Возлюбленная Витгенштейна" – высокостилизованный, экспериментальный роман в духе Сэмюэля Беккета. Роман представляет собой преимущественно серию высказываний от первого лица; главная героиня – женщина по имени Кейт, убежденная, что она последний человек на Земле. Хотя её размышления быстро переключаются с одной темы на другую, темы часто возвращаются и нередко отсылают к выдающимся деятелям западной культуры, от Зенона до Бетховена и Виллема де Кунинга. Читатели, знакомые с «Логико-философским трактатом» Людвига Витгенштейна, заметят стилистическое сходство с этим произведением. Несмотря на то, что оригинальный рукопись Марксона была отклонена пятьдесят четыре раза, книга, наконец опубликованная в 1988 году издательством Dalkey Archive Press, получила высокую оценку критиков. В частности, в рецензии New York Times Book Review отмечалось, что роман "блестяще и остроумно затрагивает сложные философские вопросы". Десять лет спустя Дэвид Фостер Уоллес назвал его "по сути, вершиной экспериментальной прозы в этой стране" в статье для Salon под названием "Пять вопиюще недооцененных американских романов, написанных после 1960 года". Уоллес также написал развернутое эссе о романе, подробно рассматривающее его связь с Витгенштейном, под названием "Пустой плюмум: Возлюбленная Витгенштейна Дэвида Марксона" для журнала "Обзор современной художественной литературы" 1990 года. (В 2012 году эссе было добавлено в роман в качестве послесловия.)
Wittgenstein's Mistress by David Markson is a highly stylized, experimental novel in the tradition of Samuel Beckett. The novel is mainly a series of statements made in the first person; the protagonist is a woman named Kate who believes herself to be the last human on earth. Though her statements shift quickly from topic to topic, the topics often recur, and often refer to Western cultural icons, ranging from Zeno to Beethoven to Willem de Kooning. Readers familiar with Ludwig Wittgenstein's Tractatus Logico Philosophicus will recognize stylistic similarities to that work. Though Markson's original manuscript was rejected fifty four times, the book, when finally published in 1988 by Dalkey Archive Press, was met with critical acclaim. In particular, the New York Times Book Review praised it for "address[ing] formidable philosophic questions with tremendous wit." A decade later, David Foster Wallace described it as "pretty much the high point of experimental fiction in this country" in an article for Salon entitled "Five direly underappreciated U. S. novels >1960." Wallace also wrote a long essay on the novel detailing its connections with Wittgenstein, entitled "The Empty Plenum: David Markson’s Wittgenstein's Mistress" for the 1990 Review of Contemporary Fiction. (In 2012, it was added to the novel as an afterword.)
Аллюзии
"Властница" Витгенштейна насыщена аллюзиями, отсылками и параллелями, начиная с самого названия. Среди них, помимо прочего, можно выделить: Винсента ван Гога, Уильяма Гаддиса, Людвига Витгенштейна, Елену Троянскую, Ахилла, Уильяма Шекспира и Иоганна Брамса. Многие из этих фигур используются для развития тем, в особенности языка и памяти, и проведения параллелей между рассказчицей, Кейт, и персонажами из других произведений, наиболее заметно – с Еленой Троянской.
Темы
В романе исследуется множество тем, наиболее заметными из которых являются память, язык и одиночество. Ненадежность памяти играет важную роль на протяжении всего романа, поскольку рассказчица постоянно ошибается в фактах, иногда исправляя себя, а иногда противореча сама себе. Эти ошибки касаются самых разных областей – от истории искусства до прошлого рассказчицы, от деталей ее дома до того, какой сегодня день. Ее осознание ненадежности своей памяти порождает неопределенность и тревогу, что особенно ярко проявляется в сцене с описанием дома в начале романа. Как и философ, именем которого назван роман, язык играет в нем ключевую роль. Героиня чувствует себя одинокой, потому что не может общаться ни с кем, кроме себя, хотя она и делится своими мыслями с читателем. Также затрагивается вопрос изменчивости языка. Кейт рассказывает, как однажды читала английский перевод Еврипида, испытавший влияние Шекспира, а затем размышляет о греческих переводах Шекспира, вероятно, находившихся под влиянием Еврипида. Основная тема – одиночество. Сам роман является результатом того, что рассказчица, Кейт, записывает на пишущей машинке в своем доме все, что приходит ей в голову. Ее мысли редко касаются незнакомых, немифических персонажей, которые еще живы или не покинули ее жизнь. Дэвид Фостер Уоллес назвал роман важным примером "серьезной литературы", особенно в его исследовании солипсизма. Кейт, кажется, проявляет признаки солипсистического синдрома, особенно к концу книги. Многие ее тревоги связаны с чувством одиночества, покинутости и предательства, в сочетании с убеждением, что язык не способен передать события внутренней жизни человека.