Введение
Тайная полиция нацистской Германии (Geheime Staatspolizei), сокращенно Гестапо (/ɡ//ə/'s//t//a://p//oU/ gəSTAHpoh, ), была официальной тайной полицией нацистской Германии и в оккупированной Германией Европе. Она была создана Германном Герингом в 1933 году путем объединения различных политических полицейских ведомств Пруссии в единую организацию. 20 апреля 1934 года руководство Гестапо перешло к главе СС (Schutzstaffel), Генриху Гиммлеру, который также был назначен Гитлером в 1936 году начальником немецкой полиции. Гестапо стало национальным ведомством, являясь подразделением полиции безопасности (Sicherheitspolizei, SiPo), а не только прусским государственным учреждением. С 27 сентября 1939 года Гестапо находилось в ведении Главного управления имперской безопасности (Reichssicherheitshauptamt, RSHA). Оно стало известно как Amt (отдел) 4 RSHA и считалось организацией-партнером Службы безопасности (Sicherheitsdienst, SD). За время своего существования Гестапо совершило многочисленные зверства. Его власть использовалась для преследования политических оппонентов, идеологических диссидентов (духовенства и религиозных организаций), преступников, представителей народов синти и рома, инвалидов, гомосексуалистов и, прежде всего, евреев. Арестованные Гестапо часто содержались под стражей без судебного разбирательства, а политические заключенные по всей Германии – а с 1941 года и на оккупированных территориях в соответствии с указом «Ночь и туман» (Nacht und Nebel) – просто исчезали в заключении. Вопреки распространенному мнению, Гестапо было относительно небольшой организацией с ограниченными возможностями наблюдения; однако, благодаря готовности обычных немцев доносить на своих сограждан, Гестапо оказалось чрезвычайно эффективным. Во время Второй мировой войны Гестапо сыграло ключевую роль в Холокосте. После окончания войны Международный военный трибунал (МВТ) на Нюрнбергском процессе признал Гестапо преступной организацией, и несколько высокопоставленных членов Гестапо были приговорены к смертной казни.
The Geheime Staatspolizei (; ), abbreviated Gestapo (/ɡ//ə/'/s//t//a://p//oU/ gəSTAHpoh, ), was the official secret police of Nazi Germany and in German occupied Europe. The force was created by Hermann Göring in 1933 by combining the various political police agencies of Prussia into one organisation. On 20 April 1934, oversight of the Gestapo passed to the head of the Schutzstaffel (SS), Heinrich Himmler, who was also appointed Chief of German Police by Hitler in 1936. Instead of being exclusively a Prussian state agency, the Gestapo became a national one as a sub office of the Sicherheitspolizei (SiPo; Security Police). From 27 September 1939, it was administered by the Reich Security Main Office (RSHA). It became known as Amt (Dept) 4 of the RSHA and was considered a sister organisation to the Sicherheitsdienst (SD; Security Service). The Gestapo committed widespread atrocities during its existence. The power of the Gestapo was used to focus upon political opponents, ideological dissenters (clergy and religious organisations), career criminals, the Sinti and Roma population, handicapped persons, homosexuals, and, above all, the Jews. Those arrested by the Gestapo were often held without judicial process, and political prisoners throughout Germany—and from 1941, throughout the occupied territories under the Night and Fog Decree (Nacht und Nebel)—simply disappeared while in Gestapo custody. Contrary to popular perception, the Gestapo was actually a relatively small organization with limited surveillance capability; despite this, the Gestapo proved extremely effective due to the willingness of ordinary Germans to report on fellow citizens. During World War II, the Gestapo played a key role in the Holocaust. After the war ended, the Gestapo was declared a criminal organisation by the International Military Tribunal (IMT) at the Nuremberg trials, and several top Gestapo members were sentenced to death.
История
После того, как Адольф Гитлер стал рейхсканцлером Германии, Герман Геринг – будущий командующий Люфтваффе и номер два в нацистской партии – был назначен министром внутренних дел Пруссии. Это дало Герингу командование крупнейшей полицией в Германии. Вскоре после этого Геринг отделил политические и разведывательные подразделения от полиции и укомплектовал их нацистами. 26 апреля 1933 года Геринг объединил эти два подразделения в Geheime Staatspolizei, которое был сокращено служащим почты для штемпеля и стало известно как «Гестапо». Изначально он хотел назвать его Секретным полицейским управлением (Geheimes Polizeiamt), но немецкие инициалы «GPA» были слишком похожи на инициалы Советского государственного политического управления (Gosudarstvennoye Politicheskoye Upravlenie, или ГПУ). Первым командующим Гестапо был Рудольф Дильс, протеже Геринга. Дильс был назначен начальником Abteilung Ia (отдел 1a) прусской тайной полиции. Дильс наиболее известен как главный следователь Маринуса ван дер Люббе после поджога Рейхстага. В конце 1933 года рейхсминистр внутренних дел Вильгельм Фрик хотел объединить все полицейские силы немецких земель под своим контролем. Геринг обошел его, выведя прусские политические и разведывательные подразделения из подчинения министерству внутренних дел земли. В 1934 году Геринг взял под свой контроль Гестапо и убедил Гитлера распространить полномочия ведомства на всю Германию. Это было радикальным отходом от немецкой традиции, согласно которой правоохранительные органы были (в основном) делом земли (штата) и местных властей. В связи с этим он вступил в конфликт с рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером, который был начальником полиции второго по влиянию немецкого государства, Баварии. У Фрика не было политической силы, чтобы противостоять Герингу в одиночку, поэтому он объединился с Гиммлером. При поддержке Фрика Гиммлер (подталкиваемый своим правой рукой, Рейнхардом Гейдрихом) взял под контроль политическую полицию в земле за землей. Вскоре осталась только Пруссия. Беспокоясь, что Дильс недостаточно жесток, чтобы эффективно противостоять силе Штурмбайтюлинга (SA), Геринг передал контроль над Гестапо Гиммлеру 20 апреля 1934 года. В тот же день Гитлер назначил Гиммлера начальником всей немецкой полиции за пределами Пруссии. Гейдрих, назначенный Гиммлером начальником Гестапо 22 апреля 1934 года, также продолжил руководить Службой безопасности СС (Sicherheitsdienst; SD). Гиммлер и Гейдрих немедленно начали назначать своих людей на ключевые должности, некоторые из которых были непосредственно из баварской политической полиции, такие как Генрих Мюллер, Франц Йозеф Губер и Йозеф Майзингер. Многие сотрудники Гестапо в вновь созданных отделениях были молодыми и имели высшее образование в различных областях, а также представляли новое поколение сторонников национал-социализма, которые были трудолюбивыми, эффективными и готовы продвигать нацистское государство посредством преследования политических оппонентов. К весне 1934 года СС Гиммлера контролировали СД и Гестапо, но для него оставалась проблема: технически СС (и Гестапо по доверенности) были подчинены СА, которая находилась под командованием Эрнста Рёма. Гиммлер хотел полностью освободиться от Рёма, которого он считал препятствием. Положение Рёма было угрожающим, поскольку под его командованием находилось более 4,5 миллионов человек после поглощения СА ополченцами и организациями ветеранов, что подпитывало его амбиции; его мечта о слиянии СА и рейхсвера подрывала отношения Гитлера с руководством немецких вооруженных сил. Несколько нацистских лидеров, в том числе Геринг, Йозеф Геббельс, Рудольф Гесс и Гиммлер, начали скоординированную кампанию, чтобы убедить Гитлера принять меры против Рёма. И СД, и Гестапо опубликовали информацию о готовящемся путче со стороны СА. Убежденный Гитлер приказал СС Гиммлера действовать, и они приступили к убийству более 100 идентифицированных противников Гитлера. Гестапо предоставило информацию, которая вовлекла в это СА и в конечном итоге позволила Гиммлеру и Гейдриху полностью освободиться от организации. Для Гестапо следующие два года после Ночи длинных ножей, так называемого путча против Рёма и СА, характеризовались «кулуарной политической борьбой за власть в полиции». 17 июня 1936 года Гитлер издал указ об объединении всех полицейских сил в Германии и назначил Гиммлера начальником немецкой полиции. Это фактически объединило полицию с СС и вывело ее из-под контроля Фрика. Гиммлер формально подчинялся Фрику как начальник полиции, но как рейхсфюрер СС он подчинялся только Гитлеру. Этот шаг также предоставил Гиммлеру оперативный контроль над всей детективной службой Германии. Гестапо стало общенациональным государственным органом. Гиммлер также получил власть над всеми униформированными правоохранительными органами Германии, которые были объединены в новую Ordnungspolizei (Orpo; полиция порядка), ставшую национальным агентством под руководством генерала СС Курта Далюге. Вскоре после этого Гиммлер создал Kriminalpolizei (Kripo; криминальная полиция), объединив ее с Гестапо в Sicherheitspolizei (SiPo; полиция безопасности) под командованием Гейдриха. Генрих Мюллер в то время был начальником оперативного управления Гестапо. Он подчинялся Гейдриху, Гейдрих подчинялся только Гиммлеру, а Гиммлер – только Гитлеру. Гестапо имело право расследовать дела о государственной измене, шпионаже, саботаже и преступных нападениях на нацистскую партию и Германию. Основной закон о Гестапо, принятый правительством в 1936 году, предоставил Гестапо [[фактически неограниченные полномочия действовать без судебного надзора – фактически поставив его выше закона. Гестапо было специально освобождено от ответственности перед административными судами, куда граждане обычно могли подать иск к государству с требованием соблюдать законы. Уже в 1935 году прусский административный суд постановил, что действия Гестапо не подлежат судебному пересмотру. Офицер СС Вернер Бест, в свое время возглавлявший юридический отдел Гестапо, суммировал эту политику, сказав: «До тех пор, пока полиция выполняет волю руководства, она действует законно». 27 сентября 1939 года органы безопасности и полиции нацистской Германии – за исключением полиции порядка – были объединены в Главное управление имперской безопасности (RSHA) во главе с Гейдрихом. Гестапо стало отделом IV (отдел IV) RSHA, а Мюллер стал начальником Гестапо, с Гейдрихом в качестве непосредственного начальника. После убийства Гейдриха в 1942 году Гиммлер взял на себя руководство RSHA до января 1943 года, когда начальником был назначен Эрнст Кальтенбруннер. Мюллер оставался начальником Гестапо. Его непосредственный подчиненный Адольф Эйхман возглавлял Отдел переселения Гестапо, а затем его Отдел по еврейским делам (Referat IV B4 или Подразделение IV, Секция B4). Во время Холокоста отдел Эйхмана в Гестапо координировал массовую депортацию европейских евреев в лагеря уничтожения нацистов. В полномочия Гестапо входило использование так называемого [[защитного ареста (нацистская Германия)] – «защитного ареста», эвфемизма для права заключать людей в тюрьму без судебного разбирательства. Особенностью системы было то, что заключенный должен был подписать свой Schutzhaftbefehl, приказ, объявляющий, что человек запросил заключение в тюрьму – предположительно из-за страха причинения вреда. Кроме того, политические заключенные по всей Германии – и с 1941 года на оккупированных территориях в соответствии с указом «Ночь и туман» (Nacht und Nebel) – просто исчезали, находясь под стражей Гестапо. По состоянию на 30 апреля 1944 года по указам «Ночь и туман» было арестовано не менее 6639 человек. Однако общее число людей, исчезнувших в результате этого указа, неизвестно.
Контрразведка
Польское правительство в изгнании в Лондоне во время Второй мировой войны получало секретную военную информацию о нацистской Германии от агентов и информаторов по всей Европе. После захвата Польши Германией (осенью 1939 года) чиновники гестапо полагали, что нейтрализовали польскую разведывательную деятельность. Однако определенная польская информация о перемещении немецкой полиции и подразделений СС на Восток во время вторжения Германии в Советский Союз в 1941 году оказалась схожей с информацией, которую британская разведка тайно получила путем перехвата и дешифровки сообщений немецкой полиции и СС, отправленных по радиотелеграфу. В 1942 году гестапо обнаружило тайник польских разведывательных документов в Праге и с удивлением обнаружило, что польские агенты и информаторы собирали подробную военную информацию и контрабандой вывозили ее в Лондон через Будапешт и Стамбул. Поляки выявляли и отслеживали немецкие военные поезда на Восточном фронте и идентифицировали четыре батальона Полиции порядка, отправленные в оккупированные районы Советского Союза в октябре 1941 года, которые участвовали в военных преступлениях и массовых убийствах. Польские агенты также собирали подробную информацию о моральном духе немецких солдат на Востоке. После ознакомления с частью информации, предоставленной поляками, гестапо пришло к выводу, что польская разведка представляет собой серьезную угрозу для Германии. Вплоть до 6 июня 1944 года Генрих Мюллер, обеспокоенный утечкой информации союзникам, создал специальное подразделение под названием Sonderkommando Jerzy, целью которого было уничтожение сети польской разведки в западной и юго-западной Европе. В Австрии существовали группы, лояльные Габсбургам, которые, в отличие от большинства жителей Великого Германского рейха, оставались полны решимости сопротивляться нацистам. Эти группы стали особым объектом внимания гестапо из-за их мятежных целей – свержения нацистского режима и восстановления независимой Австрии под руководством Габсбургов – а также из-за ненависти Гитлера к семье Габсбургов. Гитлер категорически отвергал многовековые принципы плюрализма Габсбургов – принцип "живи и дай жить" по отношению к этническим группам, народам, меньшинствам, религиям, культурам и языкам. План Карла Буриана, лоялиста Габсбургов (позднее казненного), взорвать штаб-квартиру гестапо в Вене представлял собой уникальную попытку агрессивных действий против гестапо. Группа Буриана также организовала секретную курьерскую службу для Отто фон Габсбурга в Бельгии. Членам групп австрийского сопротивления во главе с Генрихом Майером удалось передать союзникам планы и местоположение производственных мощностей для ракет V-1, V-2, танков Tiger и самолетов (Messerschmitt Bf 109, Messerschmitt Me 163 Komet и т.д.). Группа Майера очень рано сообщила о массовом убийстве евреев. Группа сопротивления, позже обнаруженная гестапо из-за двойного агента Абвера, поддерживала контакт с Алленом Даллесом, главой Управления стратегических служб США в Швейцарии. Несмотря на жестокие пытки, которым подверглись Майер и другие члены группы, гестапо не смогло раскрыть существенное участие группы сопротивления в операциях "Кросбоу" и "Гидра".
Устранение сопротивления и преследования
В начале существования режима жесткие меры применялись к политическим оппонентам и тем, кто оказывал сопротивление нацистской доктрине, например, к членам Коммунистической партии Германии (КПД); эту роль первоначально выполняли СА, пока СД и Гестапо не ослабили их влияние и не взяли под контроль охрану безопасности Рейха. Из-за того, что Гестапо казалось всеведущим и всемогущим, атмосфера страха, которую оно создало, привела к преувеличению масштаба его деятельности и силы; ошиночная оценка, которая снижала эффективность оперативной работы подпольных организаций сопротивления.
Профсоюзы
Вскоре после прихода нацистов к власти они решили распустить 28 федераций Всеобщей немецкой конфедерации профсоюзов, поскольку Гитлер, отметив их успех на выборах в производственные советы, намеревался консолидировать всех немецких рабочих под управлением нацистского правительства, решение о чем он принял 7 апреля 1933 года. В качестве подготовки к этому шагу Гитлер объявил 1 мая Национальным днем труда в честь немецких рабочих, что было встречено с одобрением профсоюзными лидерами. Под развевающимися профсоюзными флагами Гитлер произнес воодушевляющую речь перед 1,5 миллионами собравшихся на берлинском поле Темпельхоф, транслировавшуюся по всей стране, в которой он прославлял возрождение нации и солидарность рабочего класса. На следующий день вновь сформированные офицеры гестапо, которые вели наблюдение за 58 профсоюзными лидерами, арестовали их, где только могли их найти – многих прямо в их домах. Тем временем СА и полиция заняли штаб-квартиры профсоюзов, арестовали функционеров, конфисковали их имущество и активы; все это было сделано намеренно, чтобы 12 мая их заменил Германский трудовой фронт (DAF) – нацистская организация, возглавляемая Робертом Леем. Для гестапо это было первое оперативное действие под новым названием с момента его основания 26 апреля 1933 года в Пруссии.
Религиозное инакомыслие
Во многих частях Германии (где религиозное инакомыслие существовало после прихода нацистов к власти) произошла быстрая трансформация; об этом свидетельствовало гестапо в консервативных городах, таких как Вюрцбург, где люди соглашались с режимом либо путем приспособления, сотрудничества, либо простого подчинения. Растущее религиозное неприятие нацистской политики привело к тому, что гестапо тщательно следило за церковными организациями. В большинстве своем члены церкви не оказывали политического сопротивления, а лишь стремились сохранить нетронутой доктрину своей организации. Однако нацистский режим стремился подавить любые идеологии, отличные от своей собственной, и намеревался подавить или уничтожить церкви в так называемом Кирхенкампфе. Когда церковные лидеры (духовенство) выразили обеспокоенность программой эвтаназии и расовой политикой нацистов, Гитлер дал понять, что считает их «предателями народа» и даже назвал их «разрушителями Германии». Крайний антисемитизм и неоязыческие ереси нацистов побудили некоторых христиан к открытому сопротивлению, а папа Пий XI издал энциклику Mit brennender Sorge, осуждающую нацизм и предостерегающую католиков от вступления или поддержки партии. Некоторые пасторы, такие как протестантский священник Дитрих Бонгоффер, заплатили за свою оппозицию жизнью. В попытке противостоять силе и влиянию духовного сопротивления, нацистские документы показывают, что Реферат B1 гестапо внимательно следил за деятельностью епископов, отдавая указания внедрить агентов в каждую епархию, получать отчеты епископов в Ватикан и выяснить сферы их деятельности. Деканы должны были стать объектом внимания как «глаза и уши епископов», и создать «обширную сеть» для наблюдения за деятельностью рядового духовенства: «Значение этого врага настолько велико, что инспекторы полиции безопасности и службы безопасности должны уделить особое внимание этой группе людей и обсуждаемым ими вопросам». В книге «Дахау: Официальная история 1933–1945» Пол Бербен писал, что духовенство находилось под пристальным наблюдением, часто подвергалось доносам, арестам и отправлялось в нацистские концентрационные лагеря: «Одного священника заключили в Дахау за то, что он заявил, что в Англии тоже есть хорошие люди; другой постигла та же участь за предупреждение девушки, которая хотела выйти замуж за члена СС после отречения от католической веры; еще одного – за проведение службы по умершему коммунисту». Других арестовывали просто на основании «подозрения в деятельности, враждебной государству», или по причине «основания предполагать, что его действия могут нанести вред обществу». Только в Дахау было заключено более 2700 католических, протестантских и православных священнослужителей. После убийства Гейдриха (который был ярым противником католицизма и христианства) в Праге его преемник, Эрнст Кальтенбруннер, смягчил некоторые меры и затем распустил Департамент IVB (противники по религиозным мотивам) гестапо.
Гомосексуализм
Насилие и аресты не ограничивались противостоящими политическими партиями, членством в профсоюзах или лицами, придерживающимися иных религиозных взглядов, но распространялись и на гомосексуальность. Гитлер относился к ней негативно. Гомосексуалисты, соответственно, рассматривались как угроза для «Национального сообщества» (Volksgemeinschaft). С момента прихода нацистов к власти в 1933 году число судебных приговоров в отношении гомосексуалистов неуклонно росло и сократилось лишь с началом Второй мировой войны. В 1934 году в Берлине был создан специальный отдел гестапо для работы с гомосексуальностью. Несмотря на то, что мужская гомосексуальность считалась большей угрозой для «национального выживания», лесбиянство также считалось неприемлемым – рассматривалось как гендерное нонконформизм – и в архивах гестапо можно найти ряд отчетов об отдельных случаях лесбиянок. В период с 1933 по 1935 год было арестовано около 4000 мужчин, а с 1936 по 1939 год – осуждено еще 30 000 мужчин. Если гомосексуалисты проявляли какие-либо признаки симпатии к расовым врагам, идентифицированным нацистами, их считали еще более опасными. Согласно материалам дел гестапо, большинство арестованных за гомосексуализм были мужчинами в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти лет.
Студенческая оппозиция
В период с июня 1942 года по март 1943 года студенческие протесты призывали к свержению нацистского режима. Среди них – ненасильственное сопротивление Ганса и Софи Шолл, двух лидеров студенческой группы «Белая роза». Однако деятельность групп сопротивления и тех, кто находился в моральной или политической оппозиции к нацистам, сдерживалась страхом перед репрессалиями со стороны гестапо. Опасаясь внутреннего переворота, гестапо обрушило свои силы на оппозицию. Такие группы, как «Белая роза», а также «Пираты Эдельвейса» и «Свингующая молодежь», оказались под пристальным наблюдением гестапо. Некоторые участники были отправлены в концентрационные лагеря. Ведущие члены самой известной из этих групп, «Белой розы», были арестованы полицией и переданы гестапо. Несколько лидеров были приговорены к смерти. В течение первых пяти месяцев 1943 года гестапо арестовало тысячи подозреваемых в сопротивлении и провело многочисленные казни. Лидеры студенческой оппозиции были казнены в конце февраля, а крупная оппозиционная организация, «Круг Остера», была ликвидирована в апреле 1943 года. Попытки сопротивления нацистскому режиму имели очень мало успеха и обладали незначительными шансами на успех, особенно учитывая, что значительная часть немецкого населения не поддерживала подобные действия.
Общая оппозиция и военный заговор
В период между 1934 и 1938 годами стали появляться противники нацистского режима и их соратники. Среди первых, кто высказался, были религиозные диссиденты, но за ними последовали преподаватели, аристократические предприниматели, служащие, учителя и другие представители практически всех слоев общества. Большинство людей быстро поняли, что открытое сопротивление опасно, поскольку информаторы и агенты гестапо были повсеместно. Однако значительное число из них продолжало действовать против национал-социалистического правительства. В мае 1935 года гестапо разоблачило и арестовало членов "Круга Марквица", группы бывших социалистов, связанных с Отто Штрассером, стремившимся к свержению Гитлера. С середины 1930-х до начала 1940-х годов различные группы, состоявшие из коммунистов, идеалистов, представителей рабочего класса и крайне правых консервативных оппозиционных организаций, тайно боролись против правительства Гитлера, и некоторые из них разрабатывали планы, включавшие покушение на Гитлера. Почти все они, включая группу Рёмера, группу Робби, кружок Зольфа, "Черную рейхсвер", Партию радикального среднего класса, "Юнгдойчер Орден", "Черный фронт" и "Штальхельм", были либо обнаружены, либо внедрились агенты гестапо. Это привело к арестам, отправке в концентрационные лагеря и казням. Одним из методов, используемых гестапо для борьбы с этими фракциями сопротивления, было "превентивное заключение", которое облегчало отправку диссидентов в концентрационные лагеря и против которого не было никакой юридической защиты. Первые попытки сопротивляться нацистам при поддержке из-за рубежа были сорваны, когда мирные предложения оппозиции западным союзникам не нашли отклика. Это было частично связано с инцидентом в Венло 9 ноября 1939 года, когда агенты СД и гестапо, выдававшие себя за антинацистов в Нидерландах, похитили двух офицеров британской секретной разведывательной службы (SIS), заманив их на встречу для обсуждения условий мира. Это побудило Уинстона Черчилля запретить любые дальнейшие контакты с немецкой оппозицией. Позднее британцы и американцы не хотели связываться с антинацистами, опасаясь, что Советский Союз посчитает это попыткой тайных переговоров. К концу весны и началу лета 1943 года немецкая оппозиция оказалась в тяжелом положении. С одной стороны, свергнуть Гитлера и партию было практически невозможно, а с другой – требование союзников о безоговорочной капитуляции не оставляло возможности для компромиссного мира, что не оставляло военным и консервативным аристократам, выступавшим против режима, иного выбора (по их мнению), кроме продолжения вооруженной борьбы. Несмотря на страх перед гестапо после массовых арестов и казней весной, оппозиция продолжала замышлять и планировать. Одной из наиболее известных схем была операция "Валькирия", в которой участвовали несколько высокопоставленных немецких офицеров и которую возглавил полковник Клаус Шенк граф фон Штауффенберг. В попытке убить Гитлера Штауффенберг заложил бомбу под конференц-столом в полевом штабе "Волчьего логова". Эта попытка покушения, известная как заговор 20 июля, провалилась, и Гитлер получил лишь легкие ранения. По имеющимся данным, гестапо не подозревало о заговоре, поскольку не имело достаточной охраны в соответствующих местах и не предприняло никаких профилактических мер. Штауффенберг и его группа были расстреляны 21 июля 1944 года, а его сообщники были арестованы гестапо и отправлены в концентрационный лагерь. Затем состоялся показательный суд под председательством Роланда Фрайслера, после которого их казнили. Некоторые немцы были убеждены, что их долг – использовать все возможные средства для скорейшего прекращения войны. Саботаж осуществлялся членами руководства Абвера (военной разведки), которые вербовали людей, известных своей оппозицией нацистскому режиму. Гестапо жестоко подавляло диссидентов в Германии, как и везде. Сопротивление становилось все более трудным. Аресты, пытки и казни были обычным делом. Террор против "врагов государства" стал настолько привычным, что присутствие и методы гестапо в конечном итоге нормализовались в сознании людей, живших в нацистской Германии.
Карьера женщины в криминальном расследовании
Согласно положениям, изданным Главным управлением имперской безопасности в 1940 году, женщины, получившие образование в области социальной работы или имеющие схожую квалификацию, могли быть приняты на службу в качестве женских детективов. Женщины, руководившие молодежными организациями, юристы, администраторы с опытом работы в социальной сфере, лидеры женских отделений Reichsarbeitsdienst и сотрудники кадровых служб Bund Deutscher Mädel принимались на службу в качестве детективов после годового курса, при условии наличия нескольких лет профессионального опыта. Впоследствии медсестры, воспитательницы детских садов и обученные делопроизводители, проявлявшие способности к полицейской работе, принимались на службу в качестве женских детективов после двухлетнего курса обучения на должность Kriminaloberassistentin и могли быть повышены до Kriminalsekretärin. После еще двух-трех лет службы в этом звании, женщина-детектив могла быть продвинута до Kriminalobersekretärin. Дальнейшее продвижение по службе до Kriminalkommissarin и Kriminalrätin также было возможно.
Членство
В 1933 году не проводилось чисток в немецкой полиции. Подавляющее большинство офицеров гестапо происходило из полицейских сил Веймарской республики; члены СС, СА и НСДАП также вступали в гестапо, но их было меньше. К марту 1937 года в гестапо работало около 6500 человек в 54 региональных отделениях по всему Рейху. В марте 1938 года, после аннексии Австрии, и в октябре 1938 года, после присоединения Судетской области, штат был увеличен. В 1939 году из общего числа в 20 000 сотрудников гестапо лишь 3000 имели звания СС, причем в большинстве случаев это были почетные звания. Один из сотрудников прусского гестапо 1933 года вспоминал, что большинство его коллег «вовсе не были нацистами. По большей части это были молодые профессиональные государственные служащие». Нацисты ценили полицейскую компетентность выше политических убеждений, поэтому в целом в 1933 году почти все, кто служил в различных земельных полицейских силах Веймарской республики, остались на своих должностях. В Вюрцбурге, одном из немногих мест в Германии, где сохранились значительные архивы гестапо, каждый член гестапо был профессиональным полицейским или имел опыт полицейской службы. Канадский историк Роберт Геллатели писал, что большинство сотрудников гестапо не были нацистами, но при этом не выступали против нацистского режима, которому они были готовы служить в любой поставленной задаче. Со временем членство в гестапо включало в себя идеологическую подготовку, особенно после того, как Вернер Бест в апреле 1936 года возглавил обучение. Используя биологические метафоры, Бест подчеркивал доктрину, которая побуждала сотрудников гестапо рассматривать себя как «врачей» «национального организма» в борьбе с «патогенами» и «болезнями»; к подразумеваемым болезням относились «коммунисты, масоны и церкви, а над всеми ними и за ними стояли евреи». Гейдрих придерживался схожих взглядов и выступал за оборонительные и наступательные меры со стороны гестапо для предотвращения любой подрывной деятельности или разрушения национал-социалистического организма. Независимо от того, были ли они изначально обучены как полицейские, сотрудники гестапо формировались под влиянием социально-политической среды. Историк Джордж К. Браудер утверждает, что существовал четырехэтапный процесс (санкционирование, укрепление, рутинизация и дегуманизация), который легитимизировал психосоциальную атмосферу, обуславливающую членов гестапо радикальным насилием. Браудер также описывает эффект «сэндвича», когда сверху на сотрудников гестапо оказывалось влияние идеологически ориентированного расизма и криминальных биологических теорий, а снизу гестапо трансформировалось за счет сотрудников СС, не имевших надлежащей полицейской подготовки, что проявлялось в их склонности к неограниченному насилию. Это смешение, безусловно, сформировало публичный имидж гестапо, который они стремились поддерживать, несмотря на растущую нагрузку; имидж, который помогал им выявлять и устранять врагов нацистского государства.
Коэффициенты численности населения, методы и эффективность
Вопреки распространенному мнению, гестапо не было всепроникающим и всемогущим органом в немецком обществе. В самой Германии во многих городах и поселках насчитывалось менее 50 штатных сотрудников гестапо. Например, в 1939 году в Штеттине и Франкфурте-на-Майне вместе было всего 41 сотрудника гестапо. В Дюссельдорфе местный отдел гестапо, состоявший всего из 281 человека, отвечал за всю область Нижнего Рейна, где проживало 4 миллиона человек. В Нижней Франконии, включая Вюрцбург, за 840 000 и более жителей отвечали всего двадцать два офицера гестапо; это означало, что нацистская тайная полиция «зависела от того, что немцы доносили друг на друга». Этих «агентов V», как называли сотрудников гестапо под прикрытием, использовали для проникновения в Социал-демократическую партию Германии (СДПГ) и коммунистические оппозиционные группы, но это скорее было исключением, чем правилом. В офисе гестапо в Саарбрюкене в 1939 году было 50 штатных осведомителей. Районный офис в Нюрнберге, отвечавший за всю северную Баварию, использовал в общей сложности 80–100 штатных осведомителей в период с 1943 по 1945 год. Большинство осведомителей гестапо не были штатными сотрудниками, работавшими под прикрытием, а скорее обычными гражданами, которые решили доносить на других людей в гестапо. Согласно анализу канадского историка Роберта Геллатели, гестапо «в основном» состояло из бюрократов и канцелярских работников, которые полагались на доносы граждан для получения информации. Геллатели утверждал, что из-за широкой готовности немцев доносить друг на друга в гестапо, Германия в период с 1933 по 1945 год была ярким примером паноптицизма. Гестапо «иногда» было перегружено доносами и большую часть времени тратило на отделение достоверных от менее достоверных. Многие местные отделения были укомплектованы недостаточным количеством сотрудников и перегружены работой, испытывая трудности с большим объемом бумаг, вызванным таким количеством доносов. Геллатели также предположил, что гестапо было «реактивной организацией, созданной в немецком обществе, и функционирование которой структурно зависело от постоянного сотрудничества немецких граждан». После 1939 года, когда многие сотрудники гестапо были призваны на военную службу, например, в айнзатцгруппы, уровень перегрузки и нехватки кадров в местных отделениях увеличился. Для получения информации о происходящем в немецком обществе гестапо по-прежнему в основном зависело от доносов. 80% всех расследований гестапо начинались в ответ на информацию, предоставленную обычными немцами, 10% – в ответ на информацию, предоставленную другими ведомствами немецкого правительства, и еще 10% – в ответ на информацию, которую само гестапо обнаружило. Информация, полученная в результате доносов, часто помогала гестапо определить, кого арестовать. Распространенный образ гестапо со своими шпионами, терроризирующими немецкое общество, был отвергнут многими историками как миф, придуманный после войны, чтобы скрыть широкое соучастие немецкого общества в деятельности гестапо. Работы таких социальных историков, как Детлев Пёкерт, Роберт Геллатели, Рейнхард Манн, Инге Марссолек, Рене Отто, Клаус Майкл Маллманн и Пауль Герхард, которые, сосредоточившись на деятельности местных отделов, показали почти полную зависимость гестапо от доносов обычных немцев, и серьезно подорвали более старый образ «Большого брата» с гестапо, имеющим глаза и уши везде. Например, из 84 дел в Вюрцбурге о «расовом осквернении» (сексуальные отношения с неарийцами) 45 (54%) были начаты в ответ на доносы обычных людей, два (2%) – на информацию, предоставленную другими ведомствами правительства, 20 (24%) – на информацию, полученную во время допросов людей по другим вопросам, четыре (5%) – на информацию от (нацистских) организаций НСДАП, два (2%) – в ходе «политических оценок», а в 11 (13%) случаях источник не указан, при этом ни одно дело не было начато по собственным «наблюдениям» гестапо за жителями Вюрцбурга. Исследование 213 доносов в Дюссельдорфе показало, что 37% были мотивированы личными конфликтами, мотив не удалось установить в 39%, а 24% были мотивированы поддержкой нацистского режима. Гестапо всегда проявляло особый интерес к доносам, касающимся сексуальных вопросов, особенно в случаях «расового осквернения» с евреями или между немцами и иностранцами, в частности, польскими рабочими; гестапо применяло еще более жесткие методы к иностранным рабочим в стране, особенно к полякам, евреям, католикам и гомосексуалистам. Со временем анонимные доносы в гестапо создавали проблемы различным чиновникам НСДАП, которые часто оказывались объектом расследования гестапо. Из политических дел 61 человек был расследован по подозрению в принадлежности к КПГ, 44 – к СДПГ и 69 – к другим политическим партиям. Большинство политических расследований проходили в период с 1933 по 1935 год, с пиком в 57 дел в 1935 году. После этого года количество политических расследований сократилось: только 18 расследований в 1938 году, 13 в 1939 году, два в 1941 году, семь в 1942 году, четыре в 1943 году и одно в 1944 году. В категорию «другое», связанную с нонконформизмом, входило все: от человека, нарисовавшего карикатуру на Гитлера, до католического учителя, подозреваемого в нежелании преподавать национал-социализм в своем классе. Категория «административный контроль» касалась тех, кто нарушал закон о проживании в городе. Категория «обычная преступность» касалась экономических преступлений, таких как отмывание денег, контрабанда и гомосексуализм. Обычные методы расследования включали различные формы шантажа, угроз и вымогательства для получения «признаний». Кроме того, лишение сна и различные формы преследований использовались в качестве методов расследования. В противном случае пытки и подбрасывание улик были обычными методами разрешения дела, особенно если дело касалось еврея. Жестокость со стороны допрашивающих, часто вызванная доносами и сопровождавшаяся облавами, позволяла гестапо раскрывать многочисленные сети сопротивления; это также создавало впечатление, что они все знают и могут делать все, что захотят. Хотя общее количество сотрудников гестапо было ограничено по сравнению с численностью населения, средний фольксгеноссе (нацистский термин для «члена немецкого народа») обычно не находился под наблюдением, поэтому статистическое соотношение между сотрудниками гестапо и жителями, по мнению некоторых современных ученых, «в значительной степени бесполезно и не имеет значения». Как заметил историк Эрик Джонсон, «нацистский террор был выборочным террором», сосредоточенным на политических противниках, идеологических диссидентах (духовенстве и религиозных организациях), преступниках, населении синти и рома, инвалидах, гомосексуалистах и, прежде всего, на евреях. «Выборочный террор» со стороны гестапо, упомянутый Джонсоном, также подтверждается историком Ричардом Эвансом, который утверждает, что «насилие и запугивание редко затрагивали жизнь большинства обычных немцев. Доносительство было исключением, а не правилом, насколько это касалось поведения подавляющего большинства немцев». Участие обычных немцев в доносительстве также необходимо рассматривать в перспективе, чтобы не оправдывать гестапо. Как подчеркивает Эванс, «именно гестапо занималось наблюдением, а не обычные немцы; ничего не происходило, пока гестапо не получало донос, и именно активное преследование отклонений и инакомыслия гестапо придавало доносам смысл». Эффективность гестапо заключалась в способности «проецировать» всемогущество, они использовали помощь немецкого населения, используя доносы в своих интересах, доказывая в конечном итоге, что это мощный, безжалостный и эффективный орган террора в нацистском режиме, который, казалось, был везде.
Операции на оккупированных нацистами территориях
Гестапо, как инструмент нацистской власти, террора и репрессий, действовало по всей оккупированной Европе. Подобно своим аффилированным организациям, СС и СД, Гестапо "играло ведущую роль" в порабощении и депортации рабочих с оккупированных территорий, пытках и казнях гражданских лиц, выявлении и убийстве евреев, а также жестоком обращении с союзными военнопленными. С этой целью Гестапо было "важным компонентом как в нацистских репрессиях, так и в Холокосте". Как только немецкие армии вступали на территорию противника, их сопровождали айнзатцгруппы, укомплектованные офицерами Гестапо и Крипо, которые обычно действовали в тылу для управления и поддержания порядка на оккупированной земле. Как только регион полностью переходил под немецкую военную оккупационную юрисдикцию, Гестапо осуществляло все исполнительные действия под руководством военного коменданта, хотя и действовало относительно независимо от него. Бывший партизан и советский офицер Герш Гуревич свидетельствовал о методах пыток, используемых Гестапо. Он вспоминал, как партизана привязали к столу в комнате, и "немец повернул рычаг, и стол раздвинулся на части, как дыба. Мужчина закричал, и кости его ног прорвались сквозь кожу. Рычаг повернули снова, и его руки разорвались в клочья. После того, как мужчина потерял сознание, его мучители застрелили". Он также утверждал, что его самого привязали, и проволоку медленно вводили через нос в легкие, что приводило к потере сознания. Позже его привязали к лошади, заставив ее скакать на полной скорости, и он помнил, как его неоднократно бросало о землю, пока он не потерял сознание от удара твердым предметом. Оккупация означала управление и поддержание порядка – обязанность, возложенная на СС, СД и Гестапо еще до начала боевых действий, как это было в случае с Чехословакией. Соответственно, в ранее оккупированных территориях создавались отделения Гестапо. Некоторые местные жители помогали Гестапо, будь то в качестве профессиональных полицейских помощников или выполняя другие обязанности. Тем не менее, операции, проводимые либо немецкими членами Гестапо, либо вспомогательными силами из числа готовых к сотрудничеству лиц других национальностей, были непоследовательны как по характеру, так и по эффективности. В каждом месте требовались различные меры по усмирению и поддержанию порядка, в зависимости от того, насколько местные жители сотрудничали или сопротивлялись нацистским указаниям и расовой политике. На всех восточных территориях Гестапо и другие нацистские организации привлекали к сотрудничеству местные полицейские подразделения, почти все из которых были в форме и могли совершать радикальные действия. Многие из вспомогательных полицейских, работавших от имени немецкой полиции порядка, СД и Гестапо, были членами Шуцманшафта, в который входили украинцы, белорусы, русские, эстонцы, литовцы и латыши. Хотя во многих странах, оккупированных нацистами на Востоке, местные силы внутренней безопасности дополняли немецкие операции, историк Холокоста Рауль Хильберг отметил, что "польские силы были наименее вовлечены в антиеврейские действия". Тем не менее, немецкие власти приказали мобилизовать резервные польские полицейские силы, известные как Синяя полиция, которые укрепили присутствие нацистской полиции и выполняли многочисленные "полицейские" функции; в некоторых случаях их сотрудники даже выявляли и задерживали евреев или выполняли другие неблаговидные обязанности по поручению своих немецких хозяев. В таких местах, как Дания, около 550 датчан в форме в Копенгагене работали с Гестапо, патрулируя и терроризируя местное население по приказу своих немецких надзирателей, многие из которых были арестованы после войны. Другие датские гражданские лица, как и во многих местах по всей Европе, действовали в качестве информаторов Гестапо, но это не следует рассматривать как безоговорочную поддержку нацистской программы, поскольку мотивы сотрудничества были разными. В то время как во Франции число членов Карлингу (французского Гестапо), работавших на нацистов, превышало 30 000–32 000 человек; они проводили операции, почти неотличимые от операций их немецких коллег.
Нюрнбергские процессы
Между 14 ноября 1945 года и 3 октября 1946 года союзники учредили Международный военный трибунал (МВТ) для суда над 22 главными нацистскими военными преступниками и шестью организациями за преступления против мира, военные преступления и преступления против человечности. Девятнадцать из 22 были признаны виновными, а двенадцать – Мартин Борман (заочно), Ганс Франк, Вильгельм Фрик, Герман Геринг, Альфред Йодль, Эрнст Кальтенбруннер, Вильгельм Кейтель, Йоахим фон Риббентроп, Альфред Розенберг, Фриц Заукель, Артур Зейсс-Инкварт, Юлиус Штрайхер – приговорены к смертной казни. Трое – Вальтер Функ, Рудольф Гесс, Эрих Радер – получили пожизненные сроки, а остальные четверо – Карл Дёниц, Константин фон Нейрат, Альберт Шпеер и Бальдур фон Ширах – получили более короткие тюремные сроки. Трое других – Ханс Фрицше, Хьяльмар Шахт и Франц фон Папен – были оправданы. В то время гестапо было осуждено как преступная организация, наряду с СС. Однако глава гестапо Генрих Мюллер так и не предстал перед судом, поскольку исчез в конце войны. Лидеры, организаторы, следователи и пособники, участвовавшие в разработке или осуществлении общего плана или заговора с целью совершения указанных преступлений, были признаны ответственными за все действия, совершенные любыми лицами при реализации этого плана. Официальное положение обвиняемых в качестве глав государств или лиц, занимающих высокие государственные должности, не должно было освобождать их от ответственности или смягчать наказание; также не могло служить оправданием то, что обвиняемый действовал по приказу вышестоящего лица, хотя это могло быть учтено МВТ при определении меры наказания. В ходе судебного процесса над любым членом группы или организации МВТ был уполномочен заявить (в связи с любым действием, за которое лицо было признано виновным), что группа или организация, к которой он принадлежал, является преступной. После того как группа или организация объявлялась преступной, компетентные национальные органы государств-подписантов имели право привлекать к суду лиц за членство в этой организации, при этом преступный характер группы или организации считался доказанным. Впоследствии МВТ признал виновными три организации: нацистский руководящий корпус, СС (включая СД) и гестапо. Члены гестапо Герман Геринг, Эрнст Кальтенбруннер и Артур Зейсс-Инкварт были осуждены индивидуально. Хотя три организации были оправданы по обвинению в совершении коллективных военных преступлений, это не освобождало отдельных членов этих организаций от осуждения и наказания в рамках программы денацификации. Члены трех осужденных организаций, однако, подлежали задержанию Великобританией, Соединенными Штатами, Советским Союзом и Францией. Общая численность этих организаций – нацистской партии и правительственного руководства, немецкого генерального штаба и Верховного командования (OKW), штурмовых отрядов (SA), охранных отрядов (СС), включая службу безопасности (СД), и гестапо – превышала два миллиона человек, что делало большое количество их членов подлежащими судебному преследованию после признания организаций виновными.
Последствия
В 1997 году Кёльн превратил бывшую региональную штаб-квартиру гестапо в Кёльне – EL DE Haus – в музей для документирования преступлений гестапо. После войны американская контрразведка использовала бывшего начальника гестапо в Лионе Клауса Барби в своих антикоммунистических целях и также помогла ему бежать в Боливию.