Введение

Французский прелат, кардинал и политик Луи II де Лотарингия, кардинал де Гиз (6 июля 1555 года, Дампиер – 24 декабря 1588 года, Шато-де-Блуа) был французским прелатом, кардиналом и политиком во время последних Французских религиозных войн. Третьему сыну Франсуа де Лотарингии, герцога Гизского, и Анны д’Эсте, Луи была предначертана церковная карьера. Его дядя, кардинал Лотарингия, отказался от должности архиепископа Реймса в его пользу в 1574 году, а смерть другого его дяди, Людовика I де Лотарингии, кардинала де Гиз, передала ему свою церковную власть после его смерти в 1578 году. В это время король возвел его в сан кардинала. Кардинал де Гиз активно участвовал в создании первой Католической лиги, выступившей против великодушного мира в Сент-Жермен, завершившего пятую религиозную войну в 1576 году. Лиге удалось возобновить гражданскую войну в следующем году, и был заключен более суровый мир. В последующие годы мира он враждовал с Эперноном и получил новую честь от Генриха III, когда в 1578 году был принят в рыцари Ордена Святого Духа в числе первых. Наконец, достигнув возраста, необходимого для исполнения обязанностей архиепископа Реймса, в 1583 году он триумфально вошел в город и возглавил собор, на котором настаивал на провозглашении Тридентских декретов. В 1584 году умер брат Генриха, Аленсон, и поскольку у короля не было детей, право наследования престолу по умолчанию переходило к дальнему кузену Генриха, Наварре, протестанту. Это было невыносимо для семьи Гиз и кардинала де Гиза, и они попытались возродить лигу 1576 года, согласившись учредить новую лигу на совете в Нанси в сентябре того же года. 21 марта 1585 года Гизы и их союзники опубликовали Пероннский манифест, в котором осуждали неспособность короля подавить протестантизм, проблемы престолонаследия и выбор королем фаворитов. За несколько дней до этого герцог Гиз занял Шалон-сюр-Марн, фактически объявив войну короне. Кардинал де Гиз и его брат двинулись к Реймсу и сумели войти в город, взяв под контроль религиозную столицу королевства для лиги. Война с королем завершилась Немюрским договором в июле 1585 года, по которому Генрих согласился на ряд унизительных уступок и пообещал вести войну против ереси. Его усилия в этой войне были половинчатыми, и в 1586 году кардинал де Гиз встретился со своими братьями в аббатстве Урскамп, где они подтвердили, что даже если король заключит мир с протестантской Наваррой, они выступят против него и продолжат борьбу. Гиз и кардинал Бурбон, кандидат лиги на престол после Генриха, опубликовали протест, в котором осуждали двор как греховное место и выступали за реформу по образцу Тридентского собора. В мае 1588 года Генрих спровоцировал конфронтацию с герцогом Гиз во время Дня баррикад. Его план провалился, и он был вынужден бежать из столицы, в то время как правительство переворота, называющее себя "Возвышенные", взяло под контроль город. В результате этого унижения Генрих был вынужден пойти на дальнейшие уступки, в том числе пообещать добиться от Папы назначения кардинала де Гиза легатом Авиньона. У кардинала теперь были более амбициозные планы, и он отправился в Труа, где, получив доступ в город, совершил переворот лиги, очистив администрацию от роялистов и призывая своего брата выступить против короля в Шартре и заставить его уйти в монастырь. С Труа в руках кардинал де Гиз интегрировал город в лигуерский Союз Святых, наряду с Шомонтом, Реймсом и Парижем, но был разочарован нерешительностью Шалона-сюр-Марн. В сентябре Генрих созвал Генеральные штаты и, убедившись в наличии соответствующей делегации из Труа, отправился на встречу в Блуа. На Генеральных штатах он столкнулся с Генрихом, заставив короля удалить из его вступительной речи части, критиковавшие дворян, участвовавших в лиге. Кардинал де Гиз теперь все более беспечно проявлял презрение к королю, и 17 декабря поднял тост за своего брата как за короля и присоединился к своей Катерине, шутя о пострижении Генриха. 23 декабря герцог Гиз был убит, а кардинал арестован. После допроса он был зверски убит в своей камере 24 декабря. Франция была потрясена убийством герцога и его брата. Между тем, юристы-лигуэры осознали ошибку короля в казни кардинала и начали кампанию за отлучение короля от церкви Сикстом V. В то время как Генрих пытался оправдать себя перед Папой, утверждая, что действовал в целях самообороны, Папа счел его оправдания неубедительными и готовился отлучить его от церкви за это преступление, когда король был убит 1 августа.

Молодежь

Людовик II Лотарингский был третьим сыном Франсуа де Лотарингского, герцога Гизского, и Анны д’Эсте. Он родился в 1555 году, после его старших братьев Анри де Лотарингского и Шарля де Лотарингского, родившихся в 1549 и 1554 годах соответственно, а также старшей сестры Екатерины де Лотарингской, родившейся в 1552 году. В отличие от своих старших братьев, Луи был предначертан для церковной карьеры. В юности Жиль д’Або служил его воспитателем, за что впоследствии был вознагражден местом в доме кардинала во время его карьеры. Его образование было консервативным и велось бенедиктинским ученым, что резко контрастировало с гуманистическим образованием, которое получил его дядя Лотарингия.

Церковное наследие

После смерти его дядей, первого кардинала де Гиза и кардинала Лотарингского де Гиза, многие из их бенефициев перешли к нему, обеспечив ему значительный и прибыльный доход. Среди аббатств, которые он унаследовал, было аббатство Фэкамп – одно из двух великих аббатств Нормандии, которое Лотарингский передал ему в 1574 году. Кардинал Лотарингский приложил немало усилий, даже в последний год своей жизни, чтобы добиться согласия Генриха на передачу ему своих бенефициев после смерти, включая важнейшее архиепископство Реймское. Реймсское архиепископство давало право на титул первого пэра Франции. Его кузен Клод де Лотарингский, шевалье д’Омаль, владел другим крупным нормандским аббатством – Беком. В 1578 году, после смерти первого кардинала де Гиза, Гиз был возведен в сан кардинала. Его возвышение во многом стало результатом усилий Генриха. Однако Гиз не ограничился лишь наследованием церковного имущества, и с 1574 по 1588 год он приобрел еще шесть бенефициев, чему способствовала поддержка Папы Римского. Он соблюдал традиционные правила о каноническом возрасте, и лишь в 1583 году вступил во владение полномочиями, унаследованными им как архиепископ Реймский, совершив в том же году торжественный въезд в древний город. Обладая властью архиепископа, он созвал в мае провинциальный синод, который ориентировался на Трентский собор как на образец для церковной реформы, и встал во главе движения покаянных процессий, которое набирало силу, привлекая тысячи паломников в Реймс. Несмотря на все эти усилия, в Риме его в то время критиковали за подрыв авторитета Святого Престола.

Отношения

Несмотря на запреты, налагаемые церковным саном, Гиз не соблюдал целибат и имел четырех внебрачных детей от своей любовницы Аймери де Лешерен. Впоследствии он вступил в соперничество с Эперноном, фаворитом Генриха III, из-за взаимной симпатии к одной из дочерей мадам д’Эстре. Эта репутация ловеласа послужила причиной того, что папа Сикст V окрестил его "Галеро", а не кардиналом.

Первая лига

С образованием первой национальной католической лиги в 1576 году, созданной в противовес Миру Мюсю, который предоставлял широкие права протестантам в целом и их аристократическим лидерам в особенности, кардинал Гиз увидел выгоду для своей семьи в присоединении к ней. Будучи единственным членом семьи, в то время состоявшим в епископате, он оказал их делу свою духовную поддержку. Лига успешно вынудила Генриха возобновить гражданские войны в 1577 году. Не имея средств от Генеральных штатов, он не смог содержать армию, и в связи с этим при дворе быстро сформировалась мирная партия. В ходе дебатов в марте 1577 года о требовании духовенства, высказанном на Генеральных штатах, о допущении во Франции лишь одной религии, кардинал Гиз поддержал это предложение вместе со своим братом-герцогом, братьями Майенном и Неверским. Екатерина Медичи тем временем возглавила оппозицию в совете, утверждая, что мира во Франции не будет, если это предложение будет принято. Гражданская война продолжалась еще несколько месяцев, пока распад королевской армии из-за нехватки финансирования не привел к заключению Бержеракского мира в сентябре.

Годы мира

После ухода брата Генриха, Аленсона, от двора в феврале 1578 года, фавориты Генриха обратили своё внимание на фаворитов молодых людей из окружения герцога Гиз. В апреле произошла знаменитая дуэль, в которой погибли два фаворита короля и два фаворита Гиз. Генрих был в ярости от случившегося, а семья Гиз, столь же недовольная двором и опасаясь королевского возмездия, решила устроить массовый уход. 10 мая кардинал Гиз и его два брата вместе со своими кузенами, герцогом Омальским и герцогом Эльбёфским, покинули двор. Генрих желал, чтобы его любимец Эпернон сменил нынешнего губернатора ключевого портового города Булонь, Антуана д’Эстре. Это привело его в конфликт с кардиналом Гизом, который пытался через свои связи с семьей д’Эстре воспрепятствовать этому назначению. Генрих пожаловался кардиналу на его усилия, и в итоге Эпернон получил должность губернатора. В 1578 году Генрих решил учредить новый рыцарский орден, заменивший прежний Орден Святого Михаила, который в 1560-х годах был дискредитирован из-за его массового вручения. Орден Святого Михаила принял своих первых рыцарей 31 декабря 1578 года. Кардинал Гиз, вместе с кардиналом Бурбоном, был возведён в рыцари Ордена Святого Духа при первом приёме. В июле 1581 года семья получила значительную выгоду, когда был организован брак между Анной де Жуайез, главной фавориткой Генриха, и Маргаритой де Лотарингией-Водемон, кузиной Гиз. Кардинал и его братья присутствовали от имени Маргариты при подписании брачного договора. Свадьба состоялась 24 сентября 1581 года. Кардинал устроил один из многочисленных свадебных пиров, сопровождавших это событие, приняв новую пару 9 октября в отеле Гиз.

Вторая лига

В то время как первая Лига распалась после Бержеракского договора, смерть Аленсона и последовавшая за ней ситуация, в которой Наварра, дальний кузен Генриха и протестант, стал наследником престола, вновь активизировала движение в 1584 году. Герцог Гиз и его два брата встретились с союзниками из числа знатных семей в Нанси в сентябре, где договорились создать ассоциацию для исключения Наварры из линии престолонаследия. С этой целью они обратились за поддержкой к Филиппу II, который стремился помогать радикальным католикам за рубежом. 31 декабря того же года обе стороны подписали тайный договор в Жойнвилле, по которому Филипп предложил финансовую поддержку в обмен на ряд уступок. В 1585 году герцог Гиз и кардинал Гиз встретились с союзными представителями духовенства, чтобы разработать стратегию действий Лиги в провинции Шампань. В феврале того же года партия оружия (7000 аркебузов и 250 кирасс), которую эсквайр Гиза Рошет тайно перевозил вверх по реке Марна, была перехвачена в Ланьи. Генрих отреагировал на это открытие с яростью, которую разделил герцог Гиз, заявив, что оружие предназначалось для его защиты в Жойнвилле. 21 марта лигисты опубликовали Манифест Перонны, в котором изложили причины, побудившие их взяться за оружие, как и в случае захвата Шалона-сюр-Марн Гизом 16 марта. Перонна была выбрана Гизами в качестве места публикации, чтобы символически связать их Лигу с Лигой 1576 года, которая возникла именно там. В манифесте были изложены проблемы, стоящие перед королевством: от вооруженных протестантов до отсутствия дофина и монополизации доступа к королю узким кругом приближенных. Также в манифесте утверждалось, что Генрих, согласно их мнению, нарушил свои обещания, данные на Генеральных штатах в 1576 году, о воссоединении своих подданных в католической вере. Вероятно, автором этого манифеста был член окружения кардинала Гиза, Клод Матье. Захватив Шалон, герцог Гиз объединился со своим братом, кардиналом, и вместе они двинулись на Реймс, надеясь на радушный прием в городе. Однако их встретили недружелюбно: барон де Люкс, прибывший в город раньше, принес приказ Генриха не впускать их. Городской совет, состоявший из 200 видных горожан, собрался, чтобы решить, разрешить ли им въезд, и постановил следовать прямым указаниям короля. Кардинал Гиз немедленно приступил к действиям и в течение следующих 24 часов убеждал членов совета в добрых намерениях своего брата, в конечном итоге добившись отмены приказа. Однако комендант ворот Весль продолжал отказываться пропускать их, заявив, что не получил никаких отменяющих распоряжений к тем, что были ему переданы накануне. Поэтому отряд направился к другим воротам, через которые им удалось проникнуть в город и добраться до резиденции кардинала Гиза в аббатстве Сен-Реми. Хотя герцог Гиз поначалу не произвел хорошего впечатления на знать Реймса, кардинал Гиз занялся распределением привилегий среди влиятельных горожан, подкупая многих других, тем самым укрепив свою власть в Реймсе.

Немурский договор

В последовавшие месяцы гражданской войны Екатерина Медичи, мать короля, вела переговоры с кардиналом Гизом и кардиналом Бурбоном в Эперне, однако они не смогли достичь приемлемого компромисса. Во время переговоров кардинал Гиз потребовал город Реймс в качестве личной гарантии. Последующие переговоры, в которых Гиз не участвовал и которые вела Екатерина, положили конец короткой войне в июле Немюрским миром. Мир стал почти полной капитуляцией перед лигой и Манифестом Перонны. Протестантизм был запрещен, все проповедники изгнаны, а семье Гиз и их сторонникам были переданы ряд городов-заставов. В день своей политической победы кардинал Гиз встретился со своими братьями, принцем Жуанвилем, сыном герцога, и Эсклаволь, чтобы отметить это событие серией торжеств. Среди празднований было ритуальное сожжение чучела ереси. Теперь, настроенный на войну против своего наследника Наварры, Генрих вяло продолжал конфликт, постоянно посылая посредников для переговоров со своим кузеном. Герцог Гиз встретился со своим братом-кардиналом и кардиналом Бурбоном в аббатстве Урскамп, в нескольких километрах от Нуайона, в сентябре 1586 года. Вместе они подтвердили свой союз и договорились отвергнуть любой мир, заключенный Генрихом, и продолжать борьбу с ересью в одиночку, если потребуется. Кардинал Гиз и Бурбон согласились выступить против короля и призвали к реформированию французской церкви. Оба осудили двор Генриха как рассадник порока. Несмотря на эти заявления, когда Генрих попытался привлечь средства для продолжения войны путем секуляризации церковных земель, кардинал Гиз резко возразил против этого предложения. Обращаясь к кардиналу с вопросом: «Разве это не священная война?», он получил ответ, что изъятие средств у церкви может поставить под угрозу продолжение богослужений. В сентябре 1587 года кардинал Гиз вошел в Лангр, который недавно принимал у себя Динтвиля и Гиза во время одной из их стычек. Он стремился привлечь город к лиге ненасильственными методами, предложив мэру Руссату крупную пенсию в качестве взятки. Однако Русса отказался, и этот поступок был увековечен в памяти города.

День баррикад

День баррикад в Париже радикально изменил соотношение сил между Анри и лигой в королевстве. 5 июня король был вынужден уступить требованиям лиги, согласившись издать Эдикт о союзе, которым он подтверждал исключение Наварры из линии престолонаследия и помиловал всех, кто участвовал в беспорядках в Париже. Вскоре после этого герцог Гиз был назначен генерал-лейтенантом армии, Бурбону было даровано право назначать мастеров городских цехов, а кардиналу Гизу Анри пообещал добиться для него от Папы папской легации в Авиньоне. Однако кардинал Гиз остался недоволен и призвал своего брата воспользоваться преимуществом, двинуться на короля, находящегося в ссылке в Шартре, и захватить его, чтобы тот мог быть свергнут и заключен в монастырь.

Троя

Кардинал Гиз стремился воспользоваться усилением лигеров, обеспечив семейное владение городами Шампани. Он написал в Руан, Труа и Сен, призывая их поддержать Лигу и сохранять единство в верности движению. 16 мая представители Лиги прибыли в Труа, надеясь получить от города декларацию о лояльности. Они изложили свою позицию перед городским советом, но к этому моменту были переиграны Анри, который отправил в город сообщение о том, что сторонников Гизов принимать не следует, и в результате президент де Месгриньи объявил о верности города короне. Сам кардинал Гиз прибыл к Труа 4 июня, к воротам Сен-Жак. Ему отказали во въезде в город, и он направился к воротам Кронсель, где на встрече с несколькими видными горожанами вновь получил отказ. Возмущенный таким приемом, Гиз отступил от стен. 9 июня он предпринял новую попытку, понимая, что его преимущество может быть недолгим с прибытием генерал-лейтенанта Динтвиля, и попросил о встрече с несколькими городскими чиновниками, чтобы донести до них волю Генриха и герцога Гиза. К этому времени его планы переворота были в стадии реализации, и на следующий день он получил доступ с помощью симпатизирующих Лиге людей внутри, контролировавших ворота Кронсель, которые позволили ему войти вместе с Эсклавольсом и вооруженной охраной. Он прибыл в епископскую резиденцию в сопровождении 200 телохранителей и мэра д’Обетерра. Он немедленно приступил к укреплению своей власти над Труа, сначала назначив Николя де Ольта мэром – человека, давно связанного с семьей Гизов, а затем, через неделю, проведя общую чистку администрации, чтобы отстранить всех советников, враждебно настроенных к Лиге. В результате переворота было отстранено 2/3 состава совета. Гиз представлял себя лидером более популистского режима, однако лишь немногие из тех, кто заменил отстраненных советников, были новыми лицами. Среди новых советников были те, кто помог ему установить контроль над городом, в том числе командир ворот, которые обеспечили ему вход. Среди отстраненных от совета был д’Обетерр, сопровождавший Гиза при его силовом входе в город. Д’Обетерр был назначен королем и поддерживал отношения с де Месгриньи, что вызывало подозрения. Де Месгриньи был изгнан из города Гизом, и в это время многие другие жители покинули город, отправившись в изгнание. Новый режим ожидал, что жители Труа будут возносить тосты за здоровье Гизов и не упоминать Генриха. Кардинал Гиз распорядился восстановить водоснабжение Труа, которое он ранее перекрыл, и начал внушать рвение посредством регулярных религиозных процессий. Собирались костры, на которых сжигали врагов Лиги. Он обратился с письмами в Шалон-сюр-Марн, надеясь привлечь их в Священный союз. После того, как несколько советников были отправлены на встречу с Гизом, они затягивали время, утверждая, что не могут принять решение до созыва трех сословий в Шалоне для рассмотрения их жалоб. Гиз и его брат, герцог, все больше разочаровывались тактикой промедления Шалона, город заключил лишь предварительное соглашение с Лигой после того, как король уже согласился подписать Эдикт об Союзе 21 июля, находясь в Руане. Другие города были более расположены к сотрудничеству, и представители Шомона, Сейза в Париже и Реймса встретились в Труа, чтобы подтвердить свою верность лигуерскому Священному Союзу. Гиз был восхищен Шомоном и отправил принца де Жуанвиля в город, чтобы поздравить их. В то время как кардинал Гиз добился успеха в Труа для семьи, его кузен Карл, герцог Омальский, испытывал большие трудности в Пикардии. В отличие от Гиза, ему не удалось захватить желаемый город, Булонь.

Генеральные усадьбы 1588 года

Получив известие о созыве Генеральных штатов, Гиз приготовился к отъезду из Труа, удостоверившись перед отъездом, что его будут сопровождать достойные представители лиги, чтобы представлять город на штатах: Ив Ле Тартрье, Филипп де Верд и Жак Ангенуст. Для собственного участия он обеспечил себе избрание через собрание в Руане. На Генеральных штатах, собравшихся в Блуа в сентябре, Гиз получил должность президента первого сословия, вместе с Карлом I, кардиналом де Бурбоном. Лига в общей сложности имела большинство в первом сословии, семнадцать из двадцати шести прелатов в разное время были связаны с движением. Тем не менее, прелаты-роялисты оказались гораздо более активными в последующих заседаниях. Увидев кардинала, Генрих, как утверждается, заметил: «Посмотрите! Генеральный сборщик налогов в Шампани», – это была насмешка над финансовой эксплуатацией Труа, которую осуществлял Гиз. Генрих открыл Генеральные штаты тщательно подготовленной речью. В ней он упомянул «некоторых вельмож», которые в прошлом создавали лиги в его королевстве, и заявил, что, хотя он прощает и забывает прошлое, любой из его подданных, вступающий в подобные организации в будущем, будет виновен в государственной измене. При этих словах герцог Гиз побледнел, и после окончания заседания был отведён в сторону кардиналом Гизом, который упрекнул герцога в том, что он не последовал его совету после Дня баррикад и довольствовался половинчатыми мерами. Проведя совет с герцогом и кардиналом де Бурбоном, архиепископ Лионский и кардинал Гиз отправились к королю. Они объяснили, что эта часть его речи вызвала глубокое недовольство у собравшихся, и что если она не будет удалена из опубликованной версии, штаты покинут Блуа. Генрих уступил угрозе и исключил оскорбительные фразы. Это новое унижение усилило неприязнь Генриха к Гизам. Несмотря на их теоретический союз с депутатами Третьего сословия, герцог Гиз и его брат все больше разочаровывались в непреклонности Третьего сословия по мере продолжения работы Генеральных штатов. На встрече с Ла Шапель Марто, мэром Парижа и президентом Третьего сословия, кардинал Гиз попытался убедить его в том, что негибкость его депутатов в финансовых вопросах приведет к разрушению Французского государства. Генрих, со своей стороны, видел руку Гизов за радикальными требованиями Третьего сословия.

Убийство

Ситуация между Гизами и Анри становилась все более напряженной. На ужине 17 декабря кардинал Гиз поднял тост за своего брата, назвав его королем, а Екатерина де Лотарингия, сестра герцога, пошутила, что ей скоро понадобятся ножницы (чтобы постричь Анри), на что кардинал Гиз добавил, что он будет держать голову короля неподвижно. О событиях вечера королю доложили венецианэлли. Не в силах терпеть дальнейшее подрывание своей власти, которое проявлялось и в действиях Генеральных штатов, Генрих решил убить герцога Гиза и его брата. 23 декабря кардинал Гиз прибыл на королевский совет вместе со своим братом, герцогом Гизом, и архиепископом Лиона. Архиепископ и кардинал прибыли первыми, что заставило Анри опасаться, будто кто-то предупредил герцога о его плане, и он решил не являться. Вскоре после их прибытия герцога вызвали на встречу с королем в соседнюю комнату, и по пути к Анри он был убит несколькими членами королевской гвардии – "Сорок пять". Звуки убийства были слышны, и Гизы и Лион услышали борьбу, вскочили, чтобы поспешить на помощь брату и соратнику. Кардинал, в ужасе, взмолился к капитану шотландской гвардии о спасении. Четырем советникам пришлось удержать кардинала Гиза от того, чтобы он бросился к двери. Тогда маршал Омон положил руку на меч и предупредил Гизов и Лиона оставаться на местах. Вскоре после этого обоих мужчин арестовали. В течение остальной части дня Гиза допрашивал маршал Рец относительно "истинных замыслов" Лиги. Под давлением он признался, что Лига планировала, чтобы герцог Неверский захватил короля. Оставшись на ночь в камере с Лионом, оба мужчины боялись, что их казнят, и дали друг другу взаимное отпущение грехов, готовясь к смерти. Помимо отпущения грехов, Гизы и Лион поддерживали друг друга всю ночь и отказывались от предложенной им пищи, опасаясь, что она отравлена. Генрих принял решение казнить кардинала Гиза 24 декабря 1588 года, хотя изначально рассматривал возможность пощадить его из-за его высокого церковного сана. Вспомнив, что кардинал говорил о нем во время ужина 17-го числа, он решил пощадить только архиепископа Лиона. Сама мысль об убийстве кардинала была отвратительна даже для членов его личной охраны, и лишь одного из "Сорока пяти" удалось убедить совершить этот поступок. Капитан Мишель де Гаст и несколько солдат, каждый из которых получил по несколько сотен ливров за участие, вошли в его камеру и зарубили его хальбердами. Вскоре после убийства их тела, вместе с телом его брата, были сожжены, чтобы их кости не стали реликвиями и предметом поклонения.

Последствия убийства

После двойного убийства Париж и Франция в целом вспыхнули яростью. На улицах звучали крики: «Убийство!» «Огонь!» «Месть!» Сэйз, правивший Парижем, поклялся, что они потратят последнюю каплю крови, чтобы отомстить за двух принцев. В начале 1589 года Руан пал в результате переворота лигеров, и слуги покойного кардинала вошли в состав нового лигерского совета в этом ключевом городе. Хотя население Парижа было глубоко возмущено убийством своего католического героя, герцога Гиз, для юридически подкованных лигеров убийство кардинала Гиз было гораздо более стратегически выгодным для их дела. Можно было заявить, что, убив кардинала, Генрих автоматически понёс отлучение, даже без решения Папы. Таким образом, они были юридически обязаны восстать против него, чтобы восстановить «христианское правление». Доктора Сорбонны придерживались этой точки зрения и, предвидя неминуемое отлучение короля за убийство кардинала, объявили Генриха свергнутым и заявили, что все французы обязаны сопротивляться ему силой. Папа Сикст V сочувствовал этим усилиям и отметил, что убийство Генрихом кардинала Гиза было кощунственным актом, влекущим за собой возможность отлучения. Уже 24 декабря Генрих попросил о встрече с папским легатом Морозини, чтобы объяснить свои действия. Он утверждал, что предпочел бы судить братьев Гиз обычным правовым путем, но их угрозы его власти были слишком немедленными. Морозини был возмущен и сообщил королю, что он нарушил папскую буллу *In Cena Domini*, убив кардинала, и должен просить прощения у Папы. Генрих возразил, что как король Франции он не подлежит отлучению. Хотя Морозини имел полномочия отлучить его на этой встрече, он решил не делать этого, оставив решение Папе. 25 декабря Генрих признался богослову в Блуа в убийстве кардинала Гиза и был им отпущен в грехах. В начале января Генрих отправил кардинала Жуайёза в Рим, чтобы оправдать убийство кардинала перед Папой. Жуайёз попытался представить оправдания короля Сиксту, но был прерван разгневанным Папой, который заметил, что кардинала Гиза следовало отправить в Рим на суд, и что «никогда прежде король не убивал кардинала». Сикст заключил, что ожидает от Генриха письменного прошения о прощении. 9 января Сикст провел консисторию, на которой обсуждалась смерть кардинала. Он рассказал о «невыразимой боли», которую испытал, узнав о случившемся, и о том, как император Феодосий I был отлучен от церкви за меньшее. Он предупредил, что если Генриху сойдет это с рук, другие кардиналы также окажутся в опасности. Клод д’Анжен, епископ Ле-Мана, был отправлен в следующем месяце, чтобы продолжать умолять Папу. Он был несколько раз принят в присутствии Сикста, но не смог добиться прощения для короля. Когда Генрих умирал после покушения 1 августа, он попросил об отпущении грехов у своего исповедника. Исповедник отказал, поскольку Генрих еще не выполнил требования Сикста: освободить кардинала Бурбона и совершить покаяние за убийство кардинала Гиза. Генрих, отчаянно желая умереть благочестивым католиком, пообещал выполнить все требования Папы.