Тау-крест: история и символика

Введение

Христианский крест в форме большой буквы Т. Тау-крест — это крест в форме буквы Т, иногда со всеми тремя концами креста расширенными. Он называется тау-крестом, поскольку имеет форму греческой буквы тау, которая в заглавной форме выглядит как латинская буква Т.

Другое название этого креста — крест святого Антония, данное ему из-за его связи со святым Антонием Египетским. Он также известен как crux commissa — один из четырех основных типов иконографических изображений креста.

Тау, представляющий крест для казней

Греческая буква тау использовалась в качестве числового обозначения 300. В Послании Варнавы (конец I или начало II века) приводится аллегорическое толкование числа 318 (в греческих цифрах τιη’) в тексте Книги Бытия 14:14 как намека на распятие Иисуса, рассматривая числа ιη’ (18) как начальные буквы имени Ἰησοῦς, Iēsus, а число τ’ (300) как предзнаменование креста: «Что же за знание было дано ему в этом? Прежде познай восемнадцать, а затем триста. Десять и восемь обозначаются так: десять – буквой Ι, а восемь – буквой Η. У тебя есть [начальные буквы имени] Иисус. И поскольку крест должен был выразить благодать [нашего искупления] буквой Т, он также говорит: «Триста». Таким образом, он обозначает Иисуса двумя буквами, а крест – одной». Климент Александрийский (ок. 150 – ок. 215) дает аналогичное толкование числа τιη’ (318), ссылаясь на крест Христа выражением «знак Господа»: «Они утверждают, что символ, представляющий 300, по форме является прообразом знака Господа, а Иота и Эта указывают на имя Спасителя». Тертуллиан (ок. 155 – ок. 240) отмечает, что греческая буква τ и латинская буква T имеют ту же форму, что и орудие казни в виде креста: «Ipsa est enim littera Graecorum Tau, nostra autem T, species crucis». В «Суде над гласными» нехристианского Лукиана (125 – после 180 г.) греческая буква Сигма (Σ) обвиняет букву Тау (Τ) в том, что она предоставила тиранам образец для деревянного инструмента, на котором распинали людей, и требует казнить Тау, используя его собственную форму: «Именно его тело тираны взяли за образец, его форму они подражали, возводя сооружения, на которых распинали людей. Этот злодейский инструмент называется Σταυρός, и он получил свое злое имя от него. Теперь, с учетом всех этих преступлений, не заслуживает ли он смерти, да и множества смертей? Я же не знаю наказания более страшного, чем то, которое ему уготовано собственной формой – той формой, которую он придал виселице, названной σταυρός в его честь людьми». Греческое слово σταυρός, которое в Новом Завете обозначает орудие, на котором умер Иисус, появляется уже в 200 году н.э. в двух папирусах – Папирусе 66 и Папирусе 75 – в форме, включающей крестообразное сочетание букв тау и ро. В 2008 году Дэвид Л. Балч согласился с этим, добавив другие папирусы, содержащие ставрограмму (Папирус 46, Папирус 80 и Папирус 91), и указав: «Ставрограмма представляет собой христианский художественный акцент на кресте в самой ранней текстовой традиции», а также «в одном из самых ранних христианских артефактов, которые у нас есть, текст и изображение объединены, чтобы подчеркнуть «Христос распятый». В 2015 году Дитер Т. Рот обнаружил ставрограмму в других папирусах и в частях вышеупомянутых папирусов, которые ранее не были замечены исследователями. По мнению Тертуллиана и Оригена (184/185 – 253/254), отрывок из Иезекииля 9:4 (KJV), в котором ангел וְהִתְוִיתָ תָּו עַל־מִצְחֹות הָאֲנָשִׁים, «пометь знак [tav; после крестообразной финикийской и раннееврейской буквы] на лбы спасенных», был пророчеством о раннехристианском обычае многократно наносить на собственные лбы знак креста.

The Greek letter tau was used as a numeral for 300. The Epistle of Barnabas (late first century or early second) gives an allegorical interpretation of the number 318 (in Greek numerals τιη’) in the text of Book of Genesis 14:14 as intimating the crucifixion of Jesus by viewing the numerals ιη’ (18) as the initial letters of Ἰησοῦς, Iēsus, and the numeral τ’ (300) as a prefiguration of the cross: "What, then, was the knowledge given to him in this? Learn the eighteen first, and then the three hundred. The ten and the eight are thus denoted—Ten by Ι, and Eight by Η. You have [the initials of the name of] Jesus. And because the cross was to express the grace [of our redemption] by the letter Τ, he says also, 'Three Hundred'. He signifies, therefore, Jesus by two letters, and the cross by one." Clement of Alexandria (c. 150 – c. 215) gives the same interpretation of the number τιη’ (318), referring to the cross of Christ with the expression "the Lord's sign": "They say, then, that the character representing 300 is, as to shape, the type of the Lord’s sign, and that the Iota and the Eta indicate the Saviour’s name." Tertullian (c. 155 – c. 240) remarks that the Greek letter τ and the Latin letter T have the same shape as the execution cross: "Ipsa est enim littera Graecorum Tau, nostra autem T, species crucis". In the Trial of the Court of the Vowels of non Christian Lucian (125 – after 180), the Greek letter Sigma (Σ) accuses the letter Tau (Τ) of having provided tyrants with the model for the wooden instrument with which to crucify people and demands that Tau be executed on his own shape: "It was his body that tyrants took for a model, his shape that they imitated, when they set up the erections on which men are crucified. Σταυρός the vile engine is called, and it derives its vile name from him. Now, with all these crimes upon him, does he not deserve death, nay, many deaths? For my part I know none bad enough but that supplied by his own shape—that shape which he gave to the gibbet named σταυρός after him by men"

The Greek word σταυρός, which in the New Testament refers to the structure on which Jesus died, appears as early as AD 200 in two papyri, Papyrus 66 and Papyrus 75 in a form that includes the use of a cross like combination of the letters tau and rho. In 2008 David L. Balch agreed, adding more papyri containing the staurogram (Papyrus 46, Papyrus 80 and Papyrus 91) and stating: "The staurogram constitutes a Christian artistic emphasis on the cross within the earliest textual tradition", and "in one of the earliest Christian artifacts we have, text and art are combined to emphasize 'Christus crucifixus'". In 2015, Dieter T. Roth found the staurogram in further papyri and in parts of the aforementioned papyri that had escaped the notice of earlier scholars. In the view of Tertullian and of Origen (184/185 – 253/254) the passage in Ezekiel 9:4 (KJV) in which an angel וְהִתְוִיתָ תָּו עַל־מִצְחֹות הָאֲנָשִׁים, "set a mark [tav; after the cross shaped Phoenician and early Hebrew letter] on the forehead of the men" who are saved was a prediction of the Early Christian custom of repeatedly tracing on their own foreheads the sign of the cross.

Связь с Антонием Египетским

Госпитальные братья Святого Антония, известные как антонины, были католическим религиозным орденом Латинской церкви, основанным в конце XI века. Они носили чёрную монашескую одежду, отмеченную синим тау. Эта одежда стала ассоциироваться с их покровителем, Антонием Египетским, которого изображали с крестом в форме тау на своём плаще. Благодаря этой связи с антонинами, крест стал известен как крест святого Антония, а заболевание эрготизм, лечением которого антонины занимались особенно усердно, стало известно как «огонь святого Антония». Около 1500 года у антонинов всё ещё было 370 больниц, но с установлением причины эрготизма – грибка, сокращением эпидемий и конкуренцией со стороны больниц Ордена рыцарей госпиталя Святого Иоанна Иерусалимского (обычно известных как рыцари Мальты), их количество уменьшилось. Их последний дом в Европе был окончательно закрыт в 1803 году. Антонины сохранились на Ближнем Востоке, особенно в Ливане, как орден Маронитской церкви, включающий 21 монастырь и множество школ и семинарий. Они по-прежнему используют ярко-голубой крест тау на своих чёрных одеждах. В настоящее время он используется как символ светского францисканского ордена.

В францисканстве

Использование креста в францисканстве восходит к самому святому Франциску Ассизскому, который использовал его как свою подпись и личную печать. Во времена святого Франциска и со времени Четвертого Латеранского собора, созванного папой Иннокентием III, тау был символом, широко используемым Католической Церковью в целом как знак обращения и знак креста. Открывая этот собор, папа Иннокентий III проповедовал на Книге пророка Иезекииля, 9-й главе, и призвал всех христиан совершать покаяние под знаком тау, знаком обращения и знаком креста. Как рассказывает Омер Энглеберт в своей книге «Жизнь святого Франциска Ассизского», после описания печального положения Святых мест, попираемых сарацинами, папа сокрушался о скандалах, которые дискредитировали паству Христову и угрожали ей божественным наказанием, если не произойдет исправления. Он вспомнил видение Иезекииля, когда Господь, исчерпав терпение, воскликнул громким голосом: «Придите, стражи города, придите с орудием истребления в руках». И вот, пришли шестеро мужчин с двумя кнутами в руках. Среди них был человек, одетый в льняную одежду, с письменным свиточком на поясе. И сказал ему Господь: «Пройди по Иерусалиму и поставь знак тау на лбы праведных, находящихся в нем». И сказал он пяти другим: «Идите за ним по городу и безжалостно истребляйте всех, кого найдете, но не прикасайтесь к тем, кто отмечен знаком тау». [ ] «Кто же, – продолжил Папа, – эти шестеро мужчин, ответственные за божественное возмездие? Это вы, Отцы Собора, которые, используя все имеющиеся в вашем распоряжении средства: отлучения, лишения сана, приостановления служения и интердикты, должны безжалостно наказывать тех, кто не отмечен умилостивляющим тау и упорствует в бесчестии христианства». [ ] В своей латеранской речи Иннокентий III отметил знаком тау три класса предопределенных: тех, кто вступил в крестовый поход; тех, кто, не имея возможности лично участвовать, сражается с ересью; и, наконец, грешников, которые искренне обязуются исправить свою жизнь. Святой Франциск Ассизский, который участвовал в Соборе как генеральный министр Ордена, утвержденного Церковью, несомненно, воспринял призыв Иннокентия III очень серьезно, поскольку, по словам его сподвижников и первых биографов, он любил и почитал тау, «потому что он представляет крест и означает истинное покаяние». В начале любого дела он крестился этим знаком, предпочитая его любому другому, и изображал его на стенах келий. В своих беседах и проповедях он часто рекомендовал его и использовал как подпись во всех своих письмах и сочинениях, «как будто его единственной заботой было выгравировать знак тау, согласно пророческому изречению, на лбы людей, стонущих и плачущих, истинно обращенных ко Христу Иисусу». Среди автографов святого Франциска Ассизского, в которых он подписывается знаком тау, находится его знаменитое «Благословение брату Лео» – реликвия, хранящаяся в базилике святого Франциска Ассизского.

The cross’s use in Franciscanism dates back to St. Francis of Assisi himself, who used it as his signature and personal seal. During the time of Francis and from the Fourth Lateran Council, called by Pope Innocent III, the Tau was a symbol widely used by the Catholic Church, in general, as a sign of conversion and sign of the cross. In inaugurating that Council, Pope Innocent III preached on Ezekiel 9 and called all Christians to do penance under the sign of the tau, a sign of conversion and the sign of the cross. As Omer Englebert recounts in his "Life of St. Francis of Assisi", the Pope, after describing the sad situation of the Holy Places trampled by the Saracens, lamented the scandals that discredited the flock of Christ and threatened it with divine punishment if was not amended. He evoked the vision of Ezekiel, when the Lord, patience exhausted, exclaims with a powerful voice: «"Come near, you who watch over the city; come near with the instrument of extermination in your hands'. And behold, six men arrived with two whips in their hands. Among them was a man dressed in linen, with a writing message around his waist. And Yahweh said to him: 'Go through Jerusalem, and mark with a tau the foreheads of the righteous who are in it.' And he said to the other five: 'Go through the city after him, and mercilessly exterminate as many as you find; but do not touch anyone who is marked with the tau.' [ ] Who are" continued the Pope "the six men in charge of divine vengeance? Those are you, Council Fathers, who, using all the weapons you have at hand: excommunications, dismissals, suspensions and interdicts, you have to relentlessly punish how many are not marked with the propitiatory tau and are obstinate in dishonoring Christianity.'" [ ] In his Lateran speech, Innocent III had marked with the tau sign three classes of predestined: those who enlisted in the crusade; those who, prevented from crossing paths, fight against heresy; finally, the sinners who really commit themselves to reforming their lives.»
St. Francis of Assisi, who participated in the Council as superior general of an Order approved by the Church, must have taken Innocent III's invitation very seriously, since, according to his companions and his first biographers, he loved and revered the tau , "because it represents the cross and means true penance". At the beginning of any activity, he crossed himself with said sign, preferring it to any other sign, and painted it on the walls of the cells. In his conversations and sermons he often recommended it, and drew it as a signature in all his letters and writings, "as if all his concern was to engrave the sign of the tau, according to the prophetic saying, on the foreheads of the men who moan and weep, truly converted to Christ Jesus." Among St. Francis of Assisi's autograph manuscripts in which he signs with the tau is his famous "Blessing to Brother Leo", a relic that is preserved in the Basilica of St. Francis of Assisi.

Главная задача

В обсуждениях римских крестов для казней крест тау называется crux commissa. Этот термин был изобретен Юстусом Липсием (1547–1606), который использовал его, чтобы отличать этот Т-образный крест от более известного креста в форме латинской буквы "T" (†) и креста в форме буквы "X" (☓).