Введение

Парк и исторический объект в Альберте, Канада

Провинциальный парк и исторический объект Данвеган (/dʌ/n/'/v/eɪ/ɡ/ən/ dunVAYgən) – это провинциальный парк и провинциальный исторический объект провинции Альберта, расположенные вместе на одной территории. Они находятся в Данвегане, на пересечении реки Пис и шоссе №2, между Райкрофтом и Фэрвью. На этом месте располагался один из первых пунктов торговли пушниной и миссионерских центров Альберты. Местоположение оригинального форта Данвеган также является национальным историческим памятником Канады. Он был построен в 1805 году Арчибальдом Норманом МакЛеодом и назван в честь родового замка его семьи – замка Данвеган. Исторический объект включает в себя центр для посетителей и четыре исторических здания, которые в сезон обслуживаются историческими реконструкторами. Кемпинг состоит из 67 мест с подключением к электросети, зоны для дневного отдыха и детской площадки. Управлением провинциальным парком Данвеган совместно осуществляют министерства парков Альберты (кемпинг) и культуры Альберты (исторический объект). Провинциальный парк Данвеган-Уэст-Уайлдленд простирается вдоль южного берега реки Пис к западу от этого провинциального парка.

Природные условия

Данвеган расположен на равнине на северном берегу реки Пис в месте, где река достигает самой южной точки в Альберте. Пис – относительно молодая река, которая все еще формируется, что видно по регулярно происходящим оползням вдоль берегов и постоянно образующимся отмелям. Река возникла после того, как ледники последнего ледникового периода начали таять около 15 000 лет назад, и образовалось огромное озеро, покрывшее практически всю территорию страны реки Пис. Озеро было осушено рекой, которая течет сначала на восток, затем на север, являясь частью бассейна Маккензи, впадающего в Северный Ледовитый океан. По мере отступления ледникового озера на протяжении столетий уровень воды в реке понижался. Следы древних береговых линий можно обнаружить на краю широкого мыса, возвышающегося над Данвеганом с севера. В конечном итоге вдоль реки образовались террасы и поймы, в том числе и та, на которой впоследствии возник Данвеган. Поймы были покрыты огромными отложениями аллювиального грунта, который породил пышную растительность и изобиловал дикими животными. Это отметил сэр Александр Маккензи, когда проходил здесь во время своего знаменитого путешествия к Тихому океану в 1793 году. Проезжая в мае мимо будущего места расположения Данвегана, он писал:

"Великолепный театр природы обладает всеми украшениями, которые могут предложить деревья и животные этой земли: рощи тополей всевозможных форм меняют пейзаж, а промежутки между ними оживляют огромные стада лосей и бизонов. Вся страна демонстрирует буйную зелень; цветущие деревья быстро распускаются, а бархатистая кора их ветвей, отражающая косые лучи восходящего или заходящего солнца, придает сцене блистательную яркость, которую никакими словами не описать."

Первые нации

Маккензи и его группа из девяти вояжеров искали возможности для торговли пушниной, а также путь к Тихому океану. Зимой 1792–93 годов группа расположила лагерь в Форт-Форк, выше по течению от слияния рек Мир и Смоки. Здесь они встретили представителей народа бивер (Dunne za) и многое узнали об их культуре, а также о культуре их соперников – кри. Бивер (Dunne za) были народом атапаскан (дене), которые переселились в этот регион с севера более века назад. В последнее время они столкнулись с враждебностью со стороны групп кри, прибывавших с юго-востока, которые сами искали возможности для охоты и торговли. По словам Маккензи, бивер были:

превосходными охотниками, и их занятия этим делом были настолько изнурительными, что обычно приводили их к крайне худощавому виду. Они более свирепые и воинственные, чем чипевиан, от которых произошли. Хотя им не свойственен эгоизм, они щедры и великодушны [и] отличаются честностью. Это тихие, живые, энергичные люди с проницательным, темным взглядом; и хотя они легко поддаются гневу, их легко успокоить. Маккензи и последующие евроканадские путешественники стали считать бивер в целом мирным народом. Показательным был взгляд Дэниела Хармона, который проживал в Данвегане с 1808 по 1810 год. В своих мемуарах Хармон описал бивер как «мирных и тихих людей, и, возможно, самых честных на земле». В 1840-х годах торговец Джон Маклин описывал их так:

Раса менее крупная, чем чиппевиан, а их черты лица очень похожи на черты кри. Они признаны щедрыми, гостеприимными и храбрыми и отличаются строгим соблюдением правды.

Торговцы мехом

В 1823 году Форт Сент-Джон должен был быть закрыт, предположительно для того, чтобы сохранить торговлю компании «Бовер» в Данвегане, а их соперники, сикани, торговали бы в Хадсон Хоуп. Очевидно, возмущенные этим, группа охотников из племени «Бовер» убила торговца Гая Хьюза и четверых его людей в Форте Сент-Джон. После этого были закрыты как Данвеган, так и Форт Сент-Джон. В 1828 году, когда на реке Мир, по-видимому, был восстановлен мир, Данвеган был вновь открыт, и торговля возобновилась. Вскоре к группам «Бовер» присоединились кри и даже некоторые ирокезы. Стало обычной практикой, когда группы приходили из таких отдаленных мест, как переправа реки Мир, озеро Стерджен, Гранде-Прери, Форт Сент-Джон и Пуш-Куп-Прери весной и осенью, чтобы запастись товарами, оплачиваемыми мехом и мясом, которые они привозили с собой при возвращении. В Данвегане мех выделали, прессовали и упаковывали в тюки для отправки вниз по реке в Форт Чипевян и Форт Макмюррей. Оттуда его отправляли на восток по реке Клируотер, через перенос Метье и в систему реки Черчилль. В конечном итоге он прибывал в Форт-Принц-оф-Уэльс в Гудзоновом заливе, откуда его отправляли в Лондон, Англия. За эти годы Данвеган вырос до поселения с более чем 40 работниками, включая женщин. Главного торговца сопровождали несколько «слуг», большинство из которых были наняты по контракту с компанией. Многие были этническими шотландцами, но их ряды пополняло все большее число метисов. Кроме того, для охоты, ловли и грузоперевозок для компании привлекались «свободные охотники». Большинство из них были метисами, хотя некоторые кри и «боверы» также были непосредственно наняты компанией в качестве охотников при форте.

Беда бобра

Из-за интенсивной охоты и использования ловушек в этом районе численность пушных зверей резко сократилась. Это принесло большие страдания коренным общинам, особенно тяжелым было положение в 1840-х годах. В 1842 году главный торговец Фрэнсис Бутчер сделал следующие записи в своем журнале:

8 февраля – Прибыли Гранд Орель и юноша, первый был настолько истощен, что мы едва узнали его; он оставил свою семью с сыном Кассе немного по другую сторону рощи виноградных лоз, так как они были слишком слабы, чтобы добраться до Форта. 10 февраля – Днем, измученный и голодный (тесть Ракетта), едва живой, дополз до Форта и рассказал, что оставил свою семью из двенадцати человек недалеко от холмов, неспособных дойти до Форта. Двое уже умерли. Мы немедленно отправились за ними. Невозможно описать их вид – подобное горе редко увидишь. 15 февраля – Прибыл голодный сын Свиноеда (Сент-Джона), за ним жена и ребенок. Они оставили Старого Свиноеда, его второго сына и сына Бон-Вью с их семьями в трех днях пути отсюда, не имея сил двигаться. 16 февраля – После захода солнца прибыл второй сын Ренара, измученный голодом, что было видно по его виду. Он сообщил, что сын Ламале и семья покойного Канады находятся неподалеку, но не смогли последовать за ним из-за слабости. Голод усугублялся распространением болезней, принесенных белыми людьми. На протяжении всего XIX века происходили эпидемии гриппа, оспы, кори, коклюша, скарлатины и туберкулеза, унесшие бесчисленные жизни. Учитывая столь высокий уровень заболеваемости и голода, неудивительно, что к концу XIX века евроканадские путешественники считали бобров вымирающим видом. Однако они выжили, многие из них переселились на запад, в Британскую Колумбию. Несмотря на опустошительную эпидемию испанского гриппа 1918–1919 годов, их популяция постепенно восстанавливалась в последующие годы, хотя многие стали вступать в межэтнические браки с представителями других коренных народов.

Миссионеры

Особую заботу о бобрах в окрестностях Данвегана проявили англиканские и католические миссионеры, прибывшие в конце XIX века для основания церквей у торгового поста. Первым христианским миссионером, посетившим этот район, был методист Джеймс Эванс в 1841 году, но он не задержался. В 1867 году облатский миссионер отец Кристоф Тиссье основал миссию Святого Карла на земле к востоку от торгового поста. Переписка Тиссье раскрывает физические и душевные тяготы, которые испытывали многие священники-облаты, отправлявшиеся в те годы в отдалённые форпосты на Северо-Западе. Он оставался там до середины 1880-х годов и был заменён несколькими священниками, в основном отцом Эмилем Грауаром, при котором миссия была обновлена и построены новое церковное здание и пасторский дом. Эти здания, ныне восстановленные, являются одной из главных достопримечательностей исторического Данвегана. В 1880 году англиканцы основали миссию на западной стороне торгового поста. Первого англиканского миссионера, Томаса Банна, вскоре сменил Джон Гоф Брик, а в 1886 году – Альфред Кэмпбелл Гарриох, чьи мемуары «A Hatchet Mark In Duplicate» дают редкий взгляд на жизнь вокруг Данвегана и Северо-Запада того времени. Гарриох оставался там до 1891 года вместе со своей женой Агнес. Хотя от миссии Святого Спасителя не осталось никаких построек, на этом месте сохранились некоторые из клёнов Манитобы, которые он привёз, а также могила их младенческой дочери, Кэролайн.

Позднейшая торговля мехом

Отъезд Гарриока был ускорен, отчасти, спадом пушноторговли в районе Данвегана. Хотя миссионер-обла́т, Джозеф ЛеТрест, оставался до 1903 года, посещаемость миссии Святого Карла также уменьшалась. Спад пушноторговли начался в 1880-х годах, вскоре после того, как Данвеган стал штаб-квартирой торгового округа реки Мир, обслуживающего поселения в Форте Сент-Джон, Хадсон-Хоуп, Форте Вермилион, Батл-Ривер, на реке Мир и озере Малый Раб. Среди зданий, возведенных к востоку от старого участка Северо-Западной компании, находились контора по торговле мехом, два больших склада и дом управляющего. Построенный в 1878 году, дом управляющего – старейшее сохранившееся жилое здание в северной Альберте и одна из главных достопримечательностей исторического Данвегана. Однако в 1878 году Компания Гудзонова залива решила направить больше ресурсов на реки Атабаска и Маккензи, доставляя мех в Форт-Эдмонтон по Атабаске. Предыдущие десять лет характеризовались сильной конкуренцией на реке Мир со стороны независимых торговцев, таких как братья Элмор, Уильям Каст, Дэн Кэри и Генри Фуллер "Двенадцатифутовый" Дэвис, который основал торговый пост на противоположном берегу реки от Данвегана.

Договор No 8 и его последствия

В 1899 году был заключен Договор № 8 с коренными народами, проживавшими на территории нынешней северной Альберты. Всем лицам с хоть какими-то признаками аборигенного происхождения предлагали земельные сертификаты (скрипы) в качестве альтернативы договору. Это происходило во время золотой лихорадки в Клондайке, когда правительство Доминиона было уверено в скором притоке поселенцев в этот регион. После подписания Договора и последующих присоединений, правительство посчитало, что может безопасно поощрять сельскохозяйственное освоение страны реки Мир, выделив при этом некоторые земли в качестве резерваций для коренных народов, выбравших договор вместо скрипов. К северу от Данвгеана в 1905 году был разделён крупный заповедник бобров. Однако масштабное заселение региона было отложено из-за отсутствия железной дороги. Когда правительство Альберты в 1909 году объявило о выгодных гарантиях облигаций для крупных железнодорожных компаний с целью продления железнодорожных линий в регион реки Мир, было объявлено о нескольких проектах. В связи с этим в Грауарде было открыто земельное управление Доминиона, территория была разделена на тауншипы и квартальные участки, и началось освоение земель посредством фермерских хозяйств.

Городские территории Данвегана

Железная дорога, которая наконец достигла страны реки Мир в 1915 году, была Эдмонтон-Данвеган-Британская Колумбия, принадлежавшая Джону Дункану МакАртуру. Поскольку первоначальный план предусматривал пересечение линии реки Мир в Данвегане, несколько предпринимателей приобрели землю вокруг старого торгового поста и даже в окружающие холмы и за их пределы, чтобы основать поселения. Уверенные в том, что железная дорога пройдет через Данвеган, многие инвесторы купили участки в этих поселениях, полагая, что Данвеган станет мегаполисом. Вскоре, осознав практическую невозможность строительства моста через реку Мир в Данвегане из-за её высоких, широких и скалистых берегов, МакАртур изменил трассу от Ватино до реки Спирит, намереваясь в конечном итоге достичь границы Британской Колумбии и далее. Другая железная дорога пересекла реку Мир в 1919 году. Поселения в Данвегане так и не развились, хотя многие инвесторы продолжали владеть разбитыми на участки землями в этом районе вплоть до недавнего времени, некоторые даже на склонах холмов.

Рыночные сады

В 1918 году торговый пост компании Гудзонова залива, к тому времени уже коммерческий магазин, был окончательно закрыт. Однако это не означало прекращения коммерческой деятельности на этом месте. В 1909 году провинциальное правительство установило паром, который вскоре стал важным транспортным сообщением между северной и южной частями страны реки Мир, где проходила Альбертская трасса №1 (позже №2). В 1912 году к дороге был добавлен телеграфный офис Доминиона. В 1921 году в Дом Фактора въехали Роберт и Лили Питерс, которые также приобрели у компании Гудзонова залива 32 акра земли вокруг него. Они и их дети жили на этом месте до 1943 года. Дом Фактора служил им не только жильем, но и продуктовым магазином, автозаправочной станцией, почтовым отделением и телефонной станцией. Миссионерский участок служил домом и ремонтной мастерской для работников парома, а часовня превратилась в бакалейный магазин. Семья Питерс также разводила большой огород, который давал обильные урожаи фруктов и овощей. Высокая сельскохозяйственная продуктивность была характерной чертой Данвегана с начала 1800-х годов и одной из причин, по которой правительство считало страну реки Мир идеальной для земледелия. Майк Марусиак из Райкрофта это понимал и в 1946 году приобрел у семьи Питерс землю с намерением разбить товарный огород. Со временем этот огород стал самым продуктивным в северо-западной Альберте, прославившись кукурузой, огурцами, другими овощами и разнообразными фруктами, особенно клубникой и арбузом.

Исторический объект Дунвеган

В то же время, собственность, включающая миссию и резиденцию Святого Карла, оставалась в собственности Римско-католической епархии Атабаски. На этой территории часто устраивали пикники, а отделение рыцарей Колумба из Фэрвью взяло на себя заботу о церковных зданиях, в конечном итоге превратив церковь в музей. В 1956 году они убедили правительство провинции приобрести часть территории для создания провинциального парка. Затем правительство приступило к программе реставрации зданий. Район к западу, место старой миссии Святого Спасителя, ныне известный как «Клёны», также был любимым местом для пикников, в основном используемым англиканцами. Впоследствии он стал муниципальным парком, обслуживаемым муниципальным округом Фэрвью. В 1960 году правительство провинции заменило паром на большой подвесной мост. В 1978 году Дом Фактора был объявлен провинциальным историческим памятником. В 1984 году правительство выкупило здание и прилегающую территорию, включая миссию Святого Карла и резиденцию. Земля к востоку была преобразована в провинциальную кемпинговую зону. В 1994 году был открыт Центр приема посетителей, куда путешественников приглашали приезжать в летние месяцы. Центр продолжает обслуживать посетителей и находится в ведении Департамента культуры при тесном сотрудничестве с Историческим обществом Форт-Дунвеган.