Убийство Осей Снед: Семейная трагедия и страховое мошенничество.

Введение

Американская жертва убийства

Осеана Уордлоу Мартин Снид (сентябрь 1885 – 29 ноября 1909), также известная как Оси Снид, была американкой, которую отравили и утопили в Ист-Оранже, штат Нью-Джерси, её собственная семья с целью получения 32 000 долларов (32 000 долларов в 1909 году эквивалентны приблизительно <расчетной сумме> в настоящее время) в качестве страховой выплаты.

Рождение и семья

Осеана родилась в сентябре 1885 года, вероятно, в Нью-Йорке, у Каролины Белл Уордлоу (1848–1913) и полковника Роберта Максвелла Мартина, воевавшего за Конфедерацию в Гражданской войне в США. Её мать занималась образованием, и однажды была отстранена от должности из-за неустойчивого поведения. Оси было общепринятым прозвищем для Осеаны в то время. У Каролины Белл Уордлоу было три сестры. Мэри Элизабет Лонг Уордлоу (1849–1937) вышла замуж за Флетчера Тиллмана Снида (1829–1891). У них был сын, Флетчер Уордлоу Снид (1875–1955), двоюродный брат Оси, который впоследствии стал её мужем. Второй сестрой была Вирджиния Осиана Уордлоу (1852–1910), которая не была замужем. Обе сестры также работали в сфере образования и были вовлечены в убийство Оси. Третьей сестрой, не замешанной в смерти, была Бесси Гертруда Уордлоу (1867–1954), вышедшая замуж за Ричарда Спиндела (1855–1928). Было два брата. Джон Бэнкс Уордлоу (1854–1881) был журналистом и преподавал в школе Кристиансбурга вместе со своей тётей и сёстрами, а также женился на Мэри Элизабет "Лиззи" Дэвидсон (1857–1880). И Джон, и Лиззи умерли в Кристиансбурге, когда Джон работал в школе профессором английского языка. Вторым братом был Альберт Гудолл Уордлоу (1856–1936), священник, женатый на Харриетт Ли Филд; он не был связан со школой. Все братья и сестры были детьми Марты Элизабет Уордлоу, урождённой Гудолл (1828–1910), и Джона Баптиста Уордлоу (1817–1896), пастора и судьи Верховного суда Южной Каролины. Каролина, Мэри и Вирджиния были известны тем, что носили чёрную одежду и вели себя скрытно. В более поздней жизни за этими женщинами последовала череда странных смертей.

Брак

Оси вышла замуж за Флетчера Уордлоу Снида, своего двоюродного брата, в Луисвилле, штат Кентукки, в 1906 году. Свадьба состоялась тайно, поскольку семья изначально выступала против этого брака. Вторая церемония прошла 13 января 1908 года в Джерси-Сити, штат Нью-Джерси, после того как сестры были убеждены, незадолго до рождения их первого ребенка. Она вернулась домой и, спустя некоторое время, развелась. Затем Флетчер приехал в колледж и женился на Оси. Эти три сестры вступили в ряд мошеннических сделок в Криштиансбурге и окрестных районах, подорвав доверие местных жителей и породив множество спекуляций об их поведении. В городе распространились слухи, что сестры проводили тайные ритуалы на кладбище Сансет в Криштиансбурге, вокруг могил их брата Джона и его жены Лиззи. Посещаемость школы резко упала, и в классах воцарился хаос. К 1904 году Монтгомери мужская академия была закрыта, и студенты-мужчины стали посещать Монтгомери женскую академию, которая теперь называлась Монтгомери Холл. Вандалы нанесли школе значительные повреждения, и к 1908 году все три сестры, вместе с Флетчером и Оси Снид, покинули Криштиансбург и переехали в Нью-Йорк и Нью-Джерси.

Лечение и смерть

По неизвестной причине, после смерти их первого ребенка и в то время как Оси была в начале беременности вторым, Флетчер Снид переехал в Канаду под вымышленным именем и больше никогда не связывался со своей женой, оставив ее на попечение этих женщин. По-видимому, Оси всегда была объектом презрения со стороны матери и теток, которые намеренно пытались умертвить ее голодом практически с самого рождения. После отъезда мужа здоровье Оси стало ухудшаться. Был вызван доктор Уильям Петтит для осмотра больной беременной женщины. Он обнаружил у нее депрессию, "общую слабость" и недоедание. "Она казалась подавленной и, действительно, боялась окружающих", – рассказал он позже полиции. Петтит несколько раз посещал дом Уордлоу и неоднократно убеждался, что его указания по уходу за Оси не выполняются. Поскольку сестры не сотрудничали и не платили ему, он прекратил посещения. Сестры вызвали другого врача, который, увидев ее состояние, тайно доставлял Оси еду. Вскоре после рождения ребенка Оси, он проскользнул через окно, чтобы проверить ее, но Вирджиния выгнала его. Позже адвокат сообщил ему, что ничего нельзя сделать. Через несколько месяцев Петтит был вызван снова и обнаружил, что Оси стала еще слабее, и больше не беременна. Мальчика по имени Дэвид отвезли в больницу, где он был в плохом состоянии. Затем его поместили в приют сестрами; однако он умер в возрасте 9 месяцев и похоронен рядом с матерью. Вирджиния сказала Петтиту сообщить Оси, что она умирает, и попросить ее составить завещание. Вместо этого Петтит пригласил медсестру для ухода за Оси; медсестра пробыла всего один день, прежде чем ее удалили сестры. Вместо оплаты счета врача в 100 долларов сестры предложили сделать его наследником в завещании Оси на 1000 долларов. Он отказался и решил предпринять шаги против семьи, полагая, что Оси находится "под каким-то гипнотическим влиянием". Он не знал, что мать и тетки регулярно давали Оси ненужные дозы морфина от послеродовых болей. Когда Петтит вернулся, чтобы проверить Оси перед тем, как сообщить о странном случае в полицию, он обнаружил место заброшенным, а сестер не было. Семья вновь появилась в другом районе Бруклина в сентябре 1909 года, когда Вирджиния, одетая в толстый слой черных вуалей, посетила Джулиуса Караббу, нью-йоркского адвоката, и попросила его помочь умирающей женщине составить завещание. Карабба пришла к постели Оси, пока ее мать и тетки читали молитвы над ней. После молитв Вирджиния спросила Оси, хочет ли она составить новое завещание, на что Оси согласилась. Карабба сказала женщинам, что Оси нужен врач и еда. Сестры сказали, что не могут себе этого позволить. Карабба предложила выписать им чек, и пока сестры ушли в поисках ручки, она поговорила с Оси. Оси сказала ей, что умирает, потянулась под подушку и отдала ей завещание, в котором все оставляла своей бабушке и просила назначить ее исполнителем завещания. Сестры предложили Караббе 7000 долларов (7000.0 в 1909 году эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> в наши дни), чтобы сделать их бенефициарами. Карабба отказалась, и сестры отказались от ее услуг. В октябре 1909 года Вирджиния была привлечена к ответственности в качестве ответчика в иске о неуплате за новое пианино. Ее ответ истцу был: "Подождите, пока мы не похороним наших мертвецов". В это время Оси была близка к смерти из-за недостатка пищи и медицинской помощи и была перевезена в квартиру по адресу 89 East 14th Street, East Orange, Нью-Джерси. Там не было ни отопления, ни газа для приготовления пищи, а мебель состояла всего из двух кроватей, ковра, стула и бочки вместо стола. 29 ноября 1909 года семья вызвала полицию и сообщила о "несчастном случае". Полиция отправила к ним домой врача. Вирджиния провела доктора Герберта М. Симмонса, помощника окружного врача, в ванную комнату наверху, где обнаженное тело Оси сидело в ванне с водой, а ее голова была наклонена под кран. Рядом с ванной лежал записка, прикрепленная к ее одежде. В ней было написано: "В прошлом году умерла моя маленькая дочь. Другие близкие и дорогие родственники тоже ушли на небеса. Я тоже хочу туда. Я уже давно больна и слаба. Смерть станет для меня благословенным облегчением в моих страданиях. Когда вы это прочитаете, я совершу самоубийство. Моя печаль и боль в этом мире невыносимы." Оси была похоронена 7 декабря 1909 года на кладбище Mount Hope рядом со своим отцом, семилетним братом и двухдневной дочерью Мэри Альбертой в Хастингс-он-Хадсон, округ Вестчестер, штат Нью-Йорк. Ее младенец, Дэвид Поллок Снид, которого сестры забрали вскоре после рождения и поместили в приют, умер 18 июля 1910 года в возрасте 9 месяцев и похоронен со своей семьей.

For some unknown reason, after the death of their first child, and while Ocey was early in her pregnancy with their second, Fletcher Snead moved to Canada under an assumed name, and never contacted his wife again, but left her in the care of these women. Ocey had apparently always been the object of scorn from her mother and aunts, who deliberately tried to starve her to death virtually from the day she was born. Subsequent to the departure of her husband, Ocey's health began to fail. Dr. William Pettit was called in to look at the sickly pregnant woman. He found her suffering from depression, "general weakness", and malnutrition. "She seemed depressed and indeed afraid of those about her," he told police later. Pettit visited the Wardlaw household several times and repeatedly found that his instructions for Ocey's care were not being followed. Because the sisters were not cooperating, nor were they paying him, he stopped visiting. The sisters called another doctor, who smuggled food to Ocey when he saw her condition. Not long after Ocey's baby was born, he sneaked through a window to check on her, but Virginia threw him out. A lawyer subsequently told him there was nothing that could be done. Several months later, Pettit was once again summoned and found Ocey to be even weaker than before, and no longer pregnant. The baby, named David, had been taken to a hospital, where he was in poor health. He was later placed in an orphanage by the sisters; however, he died when just 9 months old and is buried next to his mother. Virginia told Pettit to inform Ocey that she was dying and to tell her to make a will. Instead, Pettit had a nurse brought in to care for Ocey; the nurse stayed just one day before being removed by the sisters. Rather than pay the $100 bill presented by the doctor, the sisters offered to make him a $1,000 beneficiary in Ocey's will. He declined and decided to take steps against the family, believing that Ocey was "under some hypnotic influence." What he did not know was that Ocey was being given regular but unnecessary doses of morphine for her post partum pain by her mother and aunts. When Pettit returned to check on Ocey before he reported the strange case to police, he found the place abandoned and the sisters gone. The family next surfaced in another Brooklyn neighborhood in September 1909, when Virginia, wearing a thick layer of black veils, visited Julius Carabba, a New York attorney, and asked him to help a dying woman prepare a will. Carabba came to Ocey's bedside while her mother and aunts chanted prayers over her. After the prayers, Virginia asked Ocey if she wanted to make a new will, to which Ocey agreed. Carabba told the women that Ocey needed a doctor and some food. The sisters said they could afford neither. Carabba offered to write them a check and, while the sisters left the room in search of a pen, talked to Ocey. She told him that she was dying, reached under her pillow and gave him her will, in which she left everything to her grandmother and asked him to make himself executor. The sisters offered Carabba $7,000 (7000.0 in 1909 is equivalent to about <calculated amount> in recent years) to make them the beneficiaries. Carabba refused and the sisters dropped him as their attorney. In October 1909, Virginia was served as defendant in a lawsuit for nonpayment of the price of a new piano. Her response to the plaintiff was "wait until we bury our dead." At this time, Ocey was near death from lack of food and medical care and was moved to an apartment at 89 East 14th Street, East Orange, New Jersey. There was no heat or gas for cooking and the place was furnished with just two cots, a rug, a chair, and a barrel for a table. The police were called by the family on November 29, 1909, and told there was an "accident". The police then sent a physician to their home. Virginia led Dr. Herbert M. Simmons, the Assistant County Physician, to an upstairs bathroom where Ocey's naked body was sitting in a tub of water with her head tilted under the faucet. A suicide note pinned to her clothes was beside the bathtub. It read as follows:

Last year my little daughter died. Other near and dear kindred too have gone to Heaven. I long to go there too. I have been ill and weak a very long time now. Death will be a blessed relief to me in my sufferings. When you read this I will have committed suicide. My sorrow and pain in this world are greater than I can endure.|Ocey W. M. Snead

Ocey was buried on December 7, 1909, at Mount Hope Cemetery, beside her father, 7 year old brother, and 2 day old infant daughter Mary Alberta, in Hastings on Hudson in Westchester County, New York. Her infant son, David Pollock Snead, who had been taken by the sisters shortly after birth and placed in an orphange, died July 18, 1910, at the age of 9 months, and is buried with his family.

Расследование и судебное разбирательство

Симмонс посчитал ответы Вирджинии на вопросы о смерти Оси подозрительными и вызвал полицию для проведения расследования. Причиной смерти Оси было утопление, а голод – сопутствующим фактором. Подозрение в ее смерти быстро пало на семью, особенно на мать и двух теток. Следователь, прибывший в дом, отметил, что там было холодно и казалось, что дом не занят, а также то, что жертва была мертва не менее 24 часов, что заставило следствие задуматься о причинах задержки с обнаружением тела. Доказательства против сестер включали несколько полисов страхования жизни, оформленных на молодую женщину, несколько предсмертных записок, найденных у матери Оси, написанных тем же почерком и в том же стиле, что и предполагаемая предсмертная записка Оси, а также отношение семьи к Оси незадолго до ее смерти. Все трое были арестованы и обвинены в убийстве. Вирджиния Уордлоу умерла от голода в тюрьме в 1910 году, ожидая суда. Кэролайн Мартин, уже в ходе судебного процесса, признала себя виновной в непредумышленном убийстве и была заключена в тюрьму, а затем переведена в психиатрическую больницу, где умерла в 1913 году. Мэри Снид была освобождена по процессуальному нарушению, поскольку не предусмотрено обвинение в соучастии в непредумышленном убийстве, и уехала в Колорадо, чтобы жить со своим младшим сыном Альбертом Чарльзом Снидом. Позже они переехали в Калифорнию, где она умерла в 1937 году.

Подозреваемые

Флетчер Уордлоу Снид (1875–1955), муж Оси, был обнаружен под именем "Джон Лукас", работающим поваром в отеле New Murray в Сент-Катаринс, Онтарио, Канада, и был допрошен. Уличающих доказательств против него не найдено, и он никогда не был обвинен в связи с убийством своей жены. Он умер в Лос-Анджелесе, Калифорния, 12 января 1955 года под своим настоящим именем. Вирджиния Осиана Уордлоу (1852–1910), незамужняя тетя Оси по материнской линии, училась в колледже Уэлсли и замуж так и не вышла. Она преподавала в школе Прайс в Нэшвилле, штат Теннесси, а затем в 1892 году стала директором женского колледжа Суль в Мёрфрисборо, штат Теннесси. Вскоре после этого она перешла в женскую академию Монтгомери в Кристенсбурге, штат Вирджиния. Она умерла 12 августа 1910 года от голода, вызванного самоубийственным воздержанием от пищи, ожидая начала суда. Ее тело было отправлено в Кристиансбург для захоронения на кладбище Сансет. Каролина Белл Уордлоу Мартин (1845–1913), мать Оси, посвятила себя образованию, но в какой-то момент была отстранена от должности из-за неустойчивого поведения. Считалось, что она была вдохновителем убийства своей дочери. Она признала себя виновной в менее тяжком преступлении – непредумышленном убийстве – в рамках сделки со следствием. Ее приговорили к семи годам тюремного заключения и отправили в тюрьму штата Нью-Джерси в Трентоне. 18 мая 1912 года она была признана психически неуравновешенной и переведена в психиатрическую больницу штата Нью-Джерси в Трентоне, где умерла 20 июня 1913 года. Спустя годы появились доказательства, указывающие на то, что она отравила своего мужа, чтобы получить страховую выплату в размере 10 000 долларов (10 000 долларов в 1901 году эквивалентны примерно <расчетной сумме> в настоящее время). Также ее подозревали в том, что она столкнула своего 7-летнего сына Хью Ходжа Мартина (1881–1888) с лестницы, получив страховую выплату в размере 22 000 долларов. Мэри Элизабет Лонг Уордлоу Снид (1849–1937), тетя Оси по материнской линии и ее свекровь, была оправдана по техническим причинам. Ее старшая сестра признала себя виновной в непредумышленном убийстве, поэтому Мэри не могли обвинить как соучастницу. Она переехала на ранчо своего сына в Колорадо и жила с ним в Калифорнии, когда умерла в октябре 1937 года.

Fletcher Wardlaw Snead (1875–1955), Ocey's husband, was located under the name "John Lucas" cooking at the New Murray hotel in St. Catharines, Ontario, Canada and questioned. No incriminating evidence was found against him and he was never charged in connection with his wife's murder. He died in Los Angeles, California, on January 12, 1955, under his own name. Virginia Oceana Wardlaw (1852–1910), Ocey's unmarried maternal aunt, had attended Wellesley College and had never married. She taught at the Price School in Nashville, Tennessee, then, in 1892, became the head of the Soule Female College in Murfreesboro, Tennessee. Around, she moved to the Montgomery Female Academy in Christiansburg, Virginia. She died of self induced starvation on August 12, 1910, while waiting for the trial to begin. Her body was sent to Christiansburg for burial in Sunset Cemetery. Caroline Belle Wardlaw Martin (1845–1913), Ocey's mother, had a career in education, at one point being removed from a position due to unstable behavior. She was considered to have been the instigator of her daughter's murder. She pleaded guilty to a lesser charge of manslaughter as part of a plea bargain. She was sentenced to seven years in prison and sent to the New Jersey State Prison in Trenton. She was declared mentally unstable on May 18, 1912, and then transferred to the New Jersey State Lunatic Asylum in Trenton, where she died on June 20, 1913. Years later, evidence emerged that suggested she had poisoned her husband to collect on a $10,000 (10000.0 in 1901 is equivalent to about <calculated amount> in recent years) life insurance policy. She was also suspected of pushing her 7 year old son, Hugh Hodge Martin (1881–1888) down a flight of stairs, for which she collected on a $22,000 life insurance policy. Mary Elizabeth Long Wardlaw Snead (1849–1937), Ocey's maternal aunt and mother in law, was cleared of all charges on a technicality. Her oldest sister had pleaded guilty to manslaughter; Mary could not be charged as an accessory. She moved to her son's ranch in Colorado and was living with her son in California when she died October 1937.

Другие потенциальные жертвы

Хью Мартин (1881–1888), брат Оси. Предположительно, его столкнули с лестницы, и он скончался спустя несколько дней.

Архив

Университет медицины и стоматологии Нью-Джерси, Библиотеки, "Фотоальбом фотографических доказательств, касающихся смерти Оси Снид", Документы Харрисона С. Мартланда, MD.