Хальвдан Кохт: историк, политик и общественный деятель Норвегии.

Введение

Норвежский историк и политик (1873–1965)

Халвдан Кохт (7 июля 1873 – 12 декабря 1965) – норвежский историк и политик, представлявший Лейбористскую партию. Родившийся на севере Норвегии в достаточно известной семье, он вскоре проявил интерес к политике и истории. Начав политическую карьеру в Либеральной партии, он перешел в Лейбористскую партию примерно в начале XX века. Он представлял эту партию в муниципальном совете Баерума на протяжении части межвоенного периода. Он так и не был избран в парламент, но, тем не менее, занимал должность норвежского министра иностранных дел с 1935 по 1940 год, входя в состав правительства в изгнании после вторжения Германии в Норвегию. В этом качестве он стремился сохранить нейтралитет Норвегии во Второй мировой войне, решение, которое принесло ему политическую дурную славу. Растущее недовольство политическими решениями Кохта в конечном итоге привело к его отставке из кабинета министров. После войны он вернулся к академической деятельности и написал ряд важных работ в 1950-х и 1960-х годах. В качестве ученого он был профессором истории в Королевском университете Фредерика (ныне Университет Осло) с 1910 по 1935 год, став научным сотрудником в 1900 году и доцентом в 1908 году. Среди множества наград он имел степень почетного доктора Оксфордского университета. Он был плодовитым писателем и затронул множество тем за свою долгую академическую карьеру. Он написал несколько биографий; его работы о Йохане Свердрупе и Генрике Ибсене занимали по несколько томов каждая. Он стал известен своими обобщениями по истории Норвегии и подчеркивал роль крестьян и наемных рабочих как исторических деятелей, нашедших свое место в расширяющемся понимании норвежской нации. Он также интересовался Соединенными Штатами и их историей, и был пионером в этом отношении в Норвегии. Взгляды Кохта на норвежский язык также принесли ему общенациональное академическое признание. Он поддерживал языковую реформу самнорск, целью которой было объединение двух литературных норм норвежского языка. Реформа, направленная на сближение формального письменного языка, действительно была проведена в 1938 году, но исторические события привели к провалу этой политики. Неутомимый и непреклонный сторонник международного мира, Кохт был одним из основателей Норвежской ассоциации мира и членом Норвежского Нобелевского комитета. Как активист и политик, он был описан как человек сильной воли и индивидуалистического склада, твердо веривший в необходимость академического и юридического подхода к политическим проблемам.

Halvdan Koht (7 July 1873 – 12 December 1965) was a Norwegian historian and politician representing the Labour Party. Born in the north of Norway to a fairly distinguished family, he soon became interested in politics and history. Starting his political career in the Liberal Party, he switched to the Labour Party around the turn of the 20th century. He represented that party in the Bærum municipal council for parts of the interwar period. He was never elected a member of Parliament, but served nonetheless as Norwegian Minister of Foreign Affairs from 1935 to 1940, as part of the government in exile following Germany's invasion of Norway. In the latter capacity he sought to preserve Norway's neutrality in the Second World War, a decision that garnered him political infamy. Growing discontentment with Koht's political decisions ultimately led to his exit from the cabinet. After the war, however, he returned to his academic career track and wrote major works in the 1950s and 1960s. As an academic he was a professor of history at the Royal Frederick University (now the University of Oslo) from 1910 to 1935, having become a research fellow in 1900 and docent in 1908. Among many honors, he held an honorary degree at the University of Oxford. He was a prolific writer, and touched on numerous subjects during his long academic career. He wrote several biographies; his works on Johan Sverdrup and Henrik Ibsen spanned several volumes each. He became known for syntheses on Norwegian history, and emphasised the roles of peasants and wage labourers as historical agents who found their place in an expanding notion of the Norwegian nation. He was also interested in the United States and its history, and was a pioneer in Norway in this respect. Koht's views on the Norwegian language also gave him nationwide academic recognition. He championed the Samnorsk language reform, the declared aim of which was to consolidate the two standards of written Norwegian. A reform pushing the formal written language in this direction was indeed implemented in 1938, but historical events led to the failure of this policy. A pertinacious and unyielding advocate of international peace, Koht was a founding member of the Norwegian Peace Association and an ordinary member of the Norwegian Nobel Committee. As an activist and politician he was described as a strong willed and individualistic person, who nurtured a strong belief in taking an academic and legal perspective on political problems.

Предыстория

Халвдан Кохт родился 7 августа 1873 года в Тромсё, одном из крупнейших городов Северной Норвегии. Он был вторым из четырех детей, рожденных Полом Стинструпом Котом (1844–1892), педагогом и политиком, и Бетти Гиевер (1845–1936), учителем с частичной занятостью, увлекавшейся пением, языками и рисованием. Происхождение Бетти было смешанным: по материнской линии она происходила из Северной Германии, однако по отцовской линии – из Норвегии; выдающимся предком с этой стороны был её прадед, государственный служащий Йенс Холмбоэ из Тромсё. Благодаря потомкам материнского дяди, Халвдан Кохт был третьим кузеном парламентария Олы Крогсенга Гиевера. В родословной Пола Кохта дальним предком был Кьелд Стуб. Фамилия Кохт происходит от немецких иммигрантов в Норвегию в XVII веке. Ему предполагалось дать имя Иоаким, но Иоахим Г. Гиевер выразил своё неприятие этого имени, и переименование было отменено. Впоследствии его крестили Хальфданом, а спустя несколько лет имя изменили на Халвдан. Семья жила в Тромсё, где Пол Стинструп Кохт был директором школы и мэром. Когда Халвдану исполнилось двенадцать лет, семья переехала в Скиен, где его отец вновь активно занялся политикой: он был мэром и депутатом парламента от Либеральной партии. Кохт закончил школу здесь, получив экзамен артиум в 1890 году. В 1893 году, спустя год после смерти отца Кохта, семья переехала в Беккелагет, район в Акере. Кохт учился в Королевском университете Фредерика (ныне Университет Осло). В конце 1920-х годов ухудшение здоровья Карен и поглощенность Халвдана работой стали причиной напряженности в их отношениях. Разочарованный безрадостным союзом, Кохт в последующее десятилетие завязал несколько внебрачных дружеских отношений, часто переписываясь с друзьями. После 1945 года отношения с Карен вновь окрепли. Он изучал историю, с географией в качестве дополнительной специальности, до 1895 года; его основным преподавателем истории был Густав Шторм. В 1895 году, после окончания исторических исследований, он провел три месяца в Средиземноморье, путешествуя на трех кораблях: первый – из Норвегии в Венецию, второй – из Венеции в Константинополь, третий – обратно в Норвегию. Во время этих путешествий он изучал немецкую литературу. В декабре 1896 года Кохт сдал экзамен у Софуса Бугге и получил степень. Он был одним из трех студентов, сдавших экзамены по норвежскому и немецкому языкам в конце 1896 года, и единственным кандидатом по истории в предыдущем году. Перерыв в учебе наступил во второй половине 1892 года. После смерти отца он не мог позволить себе учиться в университете в течение этого семестра. Он непродолжительное время работал частным репетитором в районе Скиен и получал плату за публикации в газете «Варден». Вернувшись к учебе, он работал корреспондентом газеты в Кристиании, а затем и в Päivälehti. В 1901 году он сменил Эрика Вулума на должности некролога и автора юбилейных статей в «Верденс Ганг». В последующие годы он активно сотрудничал с такими изданиями, как Den 17de Mai, Syn og Segn, Samtiden, Dagbladet и Tidens Tegn, которые в основном были либеральными или норвежскими националистическими изданиями. Несколько месяцев после окончания университета Кохт работал неоплачиваемым волонтером в университетской библиотеке Осло, одновременно продолжая посещать университетские лекции. Затем он получил стипендию, «Густав Бруун Эндоумент», которая удвоила его награду до 3600 норвежских крон. С 1897 по 1899 год он учился за границей по этой стипендии. Он учился в Копенгагенском университете, Лейпцигском университете и в Париже (École des hautes études, École des Chartes). Особенно сильное влияние на него оказал Карл Лампрехт в Лейпциге. С 1899 по 1901 год Кохт работал заместителем в университетской библиотеке Осло и одновременно учителем на неполный рабочий день. В 1908 году, после восьми лет работы, Кохт завершил два последних тома Norsk Forfatter lexikon, биографического словаря норвежских писателей.

Halvdan Koht was born on 7 August 1873 in Tromsø, one of the larger cities in Northern Norway. He was the second of four children born to Paul Steenstrup Koht (1844–1892), an educator and politician, and Betty Giæver (1845–1936), a part time teacher with a penchant for singing, languages and drawing. Betty's antecedents were mixed: she was maternally descended from Northern Germany, yet on her father's side she was of Norwegian origin—a distinguished forebear on that side was her great grandfather, the civil servant Jens Holmboe from Tromsø. Through the offspring of his maternal grand uncle, Halvdan Koht was a third cousin of the parliamentarian Ola Krogseng Giæver. In Paul Koht's lineage, Kjeld Stub was a distant ancestor. The name Koht stems from German immigrants to Norway in the 17th century. He was intended to have the name Joachim, but this was stopped on request from Joachim G. Giæver who voiced his dislike for the name. He was then christened Halfdan, changed to Halvdan some years later. The family lived in Tromsø, where Paul Steenstrup Koht was a headmaster and mayor. The family moved to Skien when Halvdan was twelve years old, where his father again immersed himself in politics: he served as mayor as well as parliamentarian for the Liberal Party. Koht finished school here, taking his examen artium in 1890. In 1893, one year after the death of Koht's father, the family moved to Bekkelaget, a borough in Aker. Koht studied at the Royal Frederick University (now the University of Oslo). In the late 1920s, Karen's declining health and Halvdan's preoccupation with his work placed a strain on their relationship. Disenchanted with the loveless union, Koht entered several extramarital friendships in the following decade, often pen friends. After 1945 the relationship to Karen regrew in strength. He studied history with geography as a minor subject until 1895; his main history teacher was Gustav Storm. In 1895, after finishing his history studies, he spent three months in the Mediterranean, travelling with three ships, the first from Norway to Venice, the second from Venice to Constantinople, the third back to Norway. He studied German literature during this travels. In December 1896, Koht was finally examined by Sophus Bugge and earned his degree. He was one of just three students to be examined in Norwegian and German in late 1896, and had been the only candidate in history the previous year. A break from the studies came in the second half of 1892. After his father's death, he could not afford to attend university that semester. He worked briefly as a private tutor in the Skien district, and was paid to write in the newspaper Varden. On returning to his studies he worked as a Kristiania correspondent for the newspaper; eventually he also worked for Päivälehti. In 1901, he took over from Erik Vullum as obituarist and anniversary writer in Verdens Gang. Over the next years, he would contribute extensively to publications such as Den 17de Mai, Syn og Segn, Samtiden, Dagbladet, and Tidens Tegn; these were mostly Liberal or Norwegian nationalist publications. For some months after graduating Koht worked as an unpaid volunteer at the University Library of Oslo, while also continuing to attend university lectures. He was then given a scholarship, the "Gustav Bruun Endowment" of The University doubled Koht's award to NOK 3600. From 1897 to 1899 he studied abroad with this fellowship. He studied at the University of Copenhagen, the University of Leipzig and in Paris (École des hautes études, École des Chartes). He was especially influenced by Karl Lamprecht in Leipzig. From 1899 to 1901, Koht worked as a substitute at the University Library of Oslo, and part time as a school teacher. In 1908, after eight years of work, Koht completed the two last volumes of Norsk Forfatter lexikon, a biographical dictionary of Norwegian writers.

Назначения и докторская степень

В 1901 году он был назначен научным сотрудником в Королевском университете Фредерика. Он редко отвечал за преподавание студентам, и, поскольку он часто был занят работой над «Norsk Forfatter leksikon», он оставался научным сотрудником до 1907 года. В 1908 году он получил степень доктора философии, защитив диссертацию «Die Stellung Norwegens und Schwedens im Deutsch-Dänischen Konflikt 1863–1864». В 1908 году Кохт был принят на должность доцента в университете. Из-за наличия внутренних оппонентов в университете, назначение было оформлено по специальности «культурная история», а не «история». Позже университет изменил специализацию на «историю». Затем кабинет министров вернул ее к «культурной истории», прежде чем парламент окончательно утвердил «историю». С 1908 по 1909 год Кохт путешествовал по Соединенным Штатам, Англии и Швеции, посещая мирные конференции в Лондоне (1908), Чикаго (1909) и Стокгольме (1910). Затем Кохт вернулся в Норвегию и университет, где оставался доцентом до повышения до профессора в 1910 году. Он оставался профессором до 1935 года и также был деканом своего факультета с 1912 по 1917 год. Кохту было поручено провести исследование о Неергаарде в Нордморе. В 1896 году профессор Катринус Банг ответил на просьбу Кохта изучать социальную историю: «Да, только не становись социалистом!». В 1910 году Кохт завершил диссертацию «Bonde mot borgar i nynorsk historie», в которой развил свои теории о роли крестьян в истории. Опубликованная в журнале «Historisk Tidsskrift» в 1912 году, она содержала дальнейшую разработку теории Кохта о классовой структуре и нации. По мнению Кохта, общность нации расширялась демократическим путем, когда аграрное движение, а затем рабочее движение, оба вышли из политической пассивности, чтобы заявить о своем месте в политической и национальной сферах. Книга «Norsk bondereisning», опубликованная в 1926 году как сборник материалов, представленных Котом в его университетских лекциях, стала кульминацией его работы по теме классового конфликта между крестьянством и городским населением. Кохт утверждал, что крестьянское движение отказалось от защиты классовых интересов в пользу универсальных прав и социальных реформ. Тот же подход, по мнению Кохта, должен был быть применен и к борьбе рабочего движения. Именно в этой лекции окончательно оформировался его исторический материализм. Американская культура в то время не пользовалась особым престижем в Норвегии. В школе Кохт не получил достаточного знания английского языка. Перед поездкой в США некоторые коллеги-историки намекнули, что у этой страны «едва ли есть история» и что она не стоит посещения. Первой его работой на эту тему стала лекция 1910 года «Genesis of American Independence». За ней последовала работа «Pengemakt og arbeid i Amerika» («Денежная власть и труд в Америке», 1910), основанная на лекциях, прочитанных в «Народной академии».

In 1901 he was appointed as a research fellow at the Royal Frederick University. He rarely had responsibility for any teaching of the students, and since he was often busy with Norsk Forfatter lexikon he remained a research fellow until 1907. In 1908 he took his dr. philos. degree on the thesis Die Stellung Norwegens und Schwedens im Deutsch Dänischen Konflikt 1863–1864. Koht was then hired as a docent at the University in 1908. Because Koht had internal opponents at the university, the appointment was designated to cover "cultural history" instead of "history". A while later the university changed it to "history". The cabinet changed it back to "cultural history", before the Parliament finally decided on "history". From 1908 to 1909 Koht travelled around in the United States, England and Sweden, visiting the peace conferences in London (1908), Chicago (1909) and Stockholm (1910). Koht then returned to Norway and the university, and remained docent until being promoted to professor in 1910. He remained professor until 1935, and also served as the dean of his Faculty from 1912 to 1917. Koht was given to do research in Nordmøre on Neergaard. In 1896 professor Cathrinus Bang replied to Koht's wish to study social history: "Yes, do not go out and become a socialist!" In 1910, Koht completed the dissertation Bonde mot borgar i nynorsk historie, in which he further developed his theories on the role of the farmers in history. Published in the journal Historisk Tidsskrift in 1912, it featured an elaboration on Koht's theory about class and the nation. According to Koht, the community of the nation was expanded in a democratic way when the agrarian movement, then the labour movement, both rose from political passivity to demand a place in the political and national sphere. The book Norsk bondereisning, published in 1926 as a compilation of Koht's presented material in his university lectures, represented the culmination of Koht's work on the topic of class conflict between the agrarian and the urban population. Koht argued that the peasant movement had abandoned the cause of class interest in favour of universal rights and social reforms. The same perspective had to be applied to the struggle of the labour movement, Koht maintained. This lecture was also where his historical materialism came to fruition. American culture did not have a particularly high standing in Norway at the time. In school, Koht did not learn proper English. Before he embarked to the US, some historian colleagues insinuated that the country "barely had any history" and was not worth visiting. Koht's first writing on the subject came in 1910 with the lecture Genesis of American Independence. He followed with Pengemakt og arbeid i Amerika ("Monetary Power and Labor in America", 1910), which was based on "People's Academy" lectures,

Стремясь объединить материализм и идеализм, Кохт заинтересовался психологией и ролью личности в истории. Последнее направление привело к тому, что он стал, по словам его биографа Асмунда Свендсена, «одним из величайших биографов XX века». Он был членом Норвежского генеалогического общества с 1928 по 1940 год и Международного комитета исторических наук с 1926 по 1933 год.

Раннее участие и местная политика

Отец Кохта познакомил сына с политикой, взяв его на национальный съезд Либеральной партии в 1891 году, куда ему было разрешено войти, так как он учился в университете. Первой политической ареной Кохта было Норвежское студенческое общество, где он страстно отстаивал мнение, что флаг Норвегии не должен содержать значок союза ("флаг"). В 1893 году он покинул этот форум и стал соучредителем нового студенческого объединения под названием Den Frisinnede Studenterforening, а поскольку студенческое объединение коллективно вступило в Либеральную партию, он стал членом правления местного отделения партии в Кристиании. Он начал ощущать солидарность с рабочим движением и рабочим классом, что привело к радикализации его взглядов: с 1900 года он голосовал за Норвежскую рабочую партию. Живя в Соединенных Штатах, он разработал форму исторического материализма, что привело к слиянию исторических исследований и политических взглядов. Он рассматривал Либеральную партию как важного действующего лица в норвежской истории, поскольку она провозгласила права фермеров, но теперь считал рабочий класс следующим классом, который должен быть вовлечен в политическую жизнь, и в частности через Рабочую партию. Он жил со своей семьей в Стабэке, но в 1910 году заказал строительство дома в Лисакере. Дом, спроектированный архитектором Арнштейном Арнебергом, получил название "Каристуа". Университет не предоставил ему кабинета, поэтому ему пришлось проводить исследования дома. Кохт был членом муниципального совета Баерума в течение периодов 1916–1919, 1928–1931 и 1931–1934 годов.

Политик по иностранным делам

На международном уровне Кохт стремился поддержать институты, обеспечивавшие функционирование международного публичного права. В 1923 году он участвовал в арбитраже между Данией и Норвегией относительно Восточной Гренландии. В 1930-х годах Кохт стал ведущим международным политиком Лейбористской партии. Он позиционировал себя в партии как вероятного министра иностранных дел в случае формирования правительства. Это было связано с тем, что его коллега-историк и министр иностранных дел в 1928 году, Эдвард Булл-старший, скончался, сделав Кохта неофициальным кандидатом на эту должность. Лейбористская партия также показала хорошие результаты на парламентских выборах в Норвегии в 1933 году, что позволило ей готовиться к власти. Лейбористское правительство было сформировано 20 марта 1935 года. Кохт стал министром иностранных дел в кабинете Йохана Нигардсвольда. Одним из первых шагов Кохта на посту министра стало убеждение Лейбористской партии не выходить из Лиги Наций, о чем партия заявляла еще в 1934 году. В вопросах внешней политики Кохт и Нигардсвольд обычно принимали решения без консультаций с другими министрами, лишь информируя кабинет о принятых решениях. После того как Лига Наций перестала быть эффективным международным органом, Кохт вновь склонился к политике строгого нейтралитета, которой Норвегия придерживалась до вступления в Лигу Наций. На протяжении многих лет он противился расширению норвежской военной обороноспособности. В 1936 году Кохт выразил серьезную обеспокоенность последствиями гонки вооружений в Европе, которая, по его мнению, могла легко привести к войне. После начала гражданской войны в Испании в 1936 году кабинет Нигардсвольда придерживался политики невмешательства в конфликт между испанским правительством и повстанцами во главе с генералом Франко. Кохт считал, что Норвегия не должна вмешиваться в конфликт ни в какой форме, и эта политика была принята правительством на весь период гражданской войны. Правительство вскоре запретило продажу или передачу норвежского оружия, самолетов и кораблей в Испанию. Сам Кохт продвигал запрет на использование норвежских судов для транспортировки оружия, боеприпасов и самолетов в зарубежные страны в целом, чтобы исключить какую-либо связь Норвегии с поставками в Испанию. Политика строгого невмешательства, проводимая Котом и Нигардсвольдом, подверглась резкой критике со стороны части Лейбористской партии. Мартин Транмэль, влиятельная фигура в аппарате Лейбористской партии и редактор партийной газеты Arbeiderbladet, возглавил критиков этой политики в отношении Испании. Транмэль и другие критики считали, что политика невмешательства правительства ставит в равное положение законное правительство Испании и повстанцев. Кохт прилагал все усилия, чтобы избежать прямого участия Норвегии в конфликте, особенно стремясь не допустить отправки норвежцев в Испанию для вступления в Интернациональные бригады. 19 сентября 1936 года Кохт попытался добиться от Лиги Наций введения перемирия в Испании, за которым должен был последовать всенародный референдум о конституции страны. Предложение Кохта не получило поддержки и провалилось. Для Кохта лично гражданская война в Испании несколько раз ставила под угрозу его карьеру в кабинете министров. 9 апреля 1937 года, после серии инцидентов, когда франкистские военные корабли перехватывали норвежские суда, направлявшиеся в испанские порты, и конфисковали грузы и суда, а норвежские протесты не принесли результатов, Кохт официально предложил отправить норвежский миноносец «Олав Трыгвасон» в Испанию для защиты норвежского судоходства. Когда предложение встретило сопротивление в парламенте и его отклонение было неизбежно, Кохт предложил уйти в отставку. Премьер-министр Нигардсвольд отказался принять отставку Кохта, заявив, что он "предпочел бы быть застреленным, чем потерять Кохта". Ситуация чуть не привела к падению всего кабинета в парламенте, но в итоге было решено отказаться от этого предложения. Когда в 1938 году Кохт попытался заключить торговое соглашение с Франко, ему помешали его собственная партия и Норвежская конфедерация профсоюзов. Снова попросив разрешения на отставку, Кохт остался после нескольких месяцев дебатов, которые завершились тем, что партия предоставила кабинету полную свободу действий в отношении торговли с Франко. К октябрю 1938 года Кохт заключил торговое соглашение с Франко. Официальное признание Норвегией правительства Франко в качестве представителя Испании последовало 31 марта 1939 года, через три дня после падения Мадрида под натиском националистических сил.

Internationally, Koht tried to prop up the institutions that maintained public international law. In 1923 he participated in the arbitrations between Denmark and Norway about the disposition of Eastern Greenland. In the 1930s Koht became the foremost international politician of the Labour Party. He positioned himself in the Labour Party as the prospective Minister of Foreign Affairs should the party form a government. He did so because fellow historian and Minister of Foreign Affairs in 1928, Edvard Bull Sr., had died, making Koht the "Foreign Minister designate". The Labour Party also polled well in the 1933 Norwegian parliamentary election, leading them to prepare for office. The Labour government was formed on 20 March 1935. Koht became Minister of Foreign Affairs in Johan Nygaardsvold's Cabinet. Among Koht's first actions as minister was to persuade the Labour Party not to pull Norway out of the League of Nations, something the party had declared that it would do as recently as 1934. In foreign policy matters Koht and Nygaardsvold usually made decisions without consulting the other ministers, merely informing the rest of the cabinet of the decisions that had been made. After the League of Nations failed as an effective international body, Koht again favoured the strict neutrality policy to which Norway had adhered before the League of Nations membership. For many years, he was reluctant to an expansion of a Norwegian military defense capacity. In 1936 Koht expressed great concern for the consequences of the arms race taking place in Europe, which he felt could easily lead to war. Following the 1936 outbreak of the Spanish Civil War, the Nygaardsvold Cabinet followed a policy of non intervention in the conflict between the Spanish government and rebels led by General Franco. Koht's view of the matter was that Norway should not be involved in the conflict in any way; this became the policy of the government for the duration of the civil war. The government soon banned the sale or transfer of Norwegian arms, aircraft and ships to Spain. Koht himself promoted a ban on the use of Norwegian ships to transport arms, ammunition and aircraft to foreign countries in general, to ensure that there could be no Norwegian connection to any such items that were delivered to Spain. The strict non intervention policy promoted by Koht and Prime Minister Nygaardsvold was heavily criticised by forces within the Labour Party. Martin Tranmæl, a central figure in the apparatus of the Labour Party and the editor of the party newspaper Arbeiderbladet, led the critics of the policy towards the conflict in Spain. Tranmæl and other critics saw the non intervention policy of the government as giving equal standing to both the elected government of Spain and the rebels. Koht went to great lengths to avoid any direct Norwegian involvement in the conflict, especially trying to block Norwegians from travelling to Spain to join the International Brigades. On 19 September 1936, Koht attempted to have the League of Nations impose a ceasefire in Spain, to be followed by a popular referendum on the country's constitution. Koht's proposal received little support and failed. For Koht personally the civil war in Spain came close to ending his cabinet career on several occasions. On 9 April 1937, following a series of incidents where Francoist warships intercepted Norwegian vessels sailing on Spanish ports and confiscated both cargoes and ships, and Norwegian protests failing to gain results, Koht made a formal proposal to dispatch the Norwegian minelayer Olav Tryggvason to Spain to protect Norwegian shipping. After the proposal met opposition in parliament and was set to fail, Koht offered to resign. Prime Minister Nygaardsvold refused to accept Koht's resignation, stating that he "would rather be shot than lose Koht". The case came close to causing the whole cabinet's fall in parliament, before it was agreed that it would be dropped. When Koht in 1938 attempted to establish a trade agreement with Franco, he was blocked by his own party and the Norwegian Confederation of Trade Unions. Again requesting to be allowed to resign, Koht stayed after months of debating ended with the party giving the cabinet free rein to do what it saw as best with regards to trade with Franco. By October 1938 Koht had negotiated a trade agreement with Franco. The formal Norwegian recognition of the Franco government as the representative of Spain followed on 31 March 1939, three days after the fall of Madrid to the nationalist forces.

Предвоенная фаза

С началом Второй мировой войны в сентябре 1939 года правительство Норвегии объявило о нейтралитете страны в конфликте. Обе воюющие стороны впоследствии заявили, что будут уважать норвежский нейтралитет, при условии, что Норвегия будет защищать его от нарушений со стороны другой стороны. Кохт с самого начала четко дал понять, что Норвегия должна оставаться нейтральной, но также и что в случае вынужденного вступления в войну, критически важно, чтобы она оказалась на стороне британцев. В первые месяцы Второй мировой войны норвежский нейтралитет неоднократно нарушался в воздухе и на море обеими воюющими сторонами, наиболее ярко это проявилось 16 февраля в ходе инцидента с «Альтмарком» в Йоссингфьордене. Это, наряду с другими инцидентами и отсутствием решительного ответа со стороны Норвегии, привело воюющие стороны к мнению, что Норвегия не сможет или не захочет эффективно защищать свой нейтралитет. Первоначально немцы рассматривали норвежский нейтралитет как благоприятный для своих военных усилий, позволяя немецким торговым судам перевозить грузы через норвежские территориальные воды без помех со стороны британцев. 5 апреля союзники направили ноты Норвегии и Швеции, предупреждая, что предпримут любые необходимые действия, если немцам будет позволено использовать территорию нейтральных стран в своих интересах. Кохт ответил речью, в которой заявил, что союзникам невыгодно вмешиваться в норвежское судоходство, поскольку Великобритания поддерживала более значительный объем торговли с Норвегией, чем Германия. На следующий день союзники приняли решение о проведении операции по установке мин на норвежском побережье и высадке войск в Нарвике в случае, если немцы ответят на установку мин высадкой в Норвегии. Непосредственно перед началом операции по установке мин Кохт предупредил британцев, что дальнейшие нарушения нейтралитета не будут терпимы, и что в будущем норвежцы будут отвечать силой. Немцы также неоднократно нарушали норвежский нейтралитет, и после визита норвежского фашистского лидера Видкуна Квислинга к Гитлеру в декабре 1939 года начали серьезно планировать возможную оккупацию Норвегии. После инцидента с «Альтмарком» Гитлер отдал приказ о вторжении в Норвегию. В ответ на британскую операцию по установке мин 8 апреля 1940 года норвежское правительство направило официальные протесты британскому и французскому правительствам, при этом тайно стремясь избежать войны с союзниками любой ценой. Кохт заявил норвежскому парламенту, что считает, что союзники пытаются втянуть Норвегию в войну. Установка мин союзниками на норвежском побережье случайно отвлекла внимание норвежского правительства от осознания того, что крупные немецкие силы уже несколько дней двигались к вторжению в Норвегию.

With the outbreak of the Second World War in September 1939, the Norwegian government declared the country neutral in the conflict. Both warring sides subsequently stated that they would respect Norway's neutrality, provided that she protect her neutrality against trespasses by the other side. Koht was clear from early on that Norway should remain neutral, but also that in the event of her being forced to enter the war it was critical that it was on the side of the British. Over the first months of the Second World War Norwegian neutrality was violated repeatedly in the air and at sea by both warring parties, most dramatically with the 16 February Altmark Incident in Jøssingfjorden. This, along with other incidents, and the lack of a firm Norwegian response, led the warring parties to the impression that Norway could or would not effectively protect her neutrality. Initially the German view of Norwegian neutrality had been one of it being positive for the German war effort, allowing German merchant ships to transport cargo via Norwegian territorial waters without interference from the British. On 5 April the Allies sent notes to both Norway and Sweden warning that they would take any action necessary if the Germans were allowed to use the neutral countries' territory to their advantage. Koht responded with a speech in which he said that the Allies had nothing to gain by interfering with Norwegian shipping lanes—the British had a more significant trade with Norway than the Germans. The next day the Allies decided to launch a mining operation on the Norwegian coast, and to land troops at Narvik in case the Germans responded to the mining by landing in Norway. Shortly before the mining was carried out, Koht warned the British that no further neutrality violations would be tolerated, and that in the future the Norwegians would respond with force. The Germans too repeatedly violated Norwegian neutrality, and, following a visit from the Norwegian fascist leader Vidkun Quisling to Hitler in December 1939, began serious planning for a possible occupation of Norway. Following the Altmark Incident, Hitler ordered the invasion of Norway. In response to the British mining operation on 8 April 1940, the Norwegian government lodged formal protests with the British and French governments, while secretly remaining set on avoiding war with the Allies at all cost. Koht told the Norwegian parliament that he believed that the Allies were trying to bring Norway into the war. The Allied mining of the Norwegian coast coincidentally distracted the Norwegian government from realising that large German forces had been on their way to invade Norway for several days prior.

Немецкое вторжение и война

После начала немецкой операции «Везерюбунг», вторжения в Норвегию 9 апреля 1940 года, Германия направила посланника Курта Брауэра с требованиями о капитуляции. Кохт лично встретился с Брауэром и отверг его требования и угрозы войны, заявив, что «война уже началась». Кохт и кабинет министров покинули столицу Норвегии утром 9 апреля. Несмотря на то, что Кохт отверг первоначальный контакт Брауэра, он убедил кабинет министров выслушать дальнейшие немецкие предложения о переговорах позднее в тот же день. Все норвежские переговоры с немцами прекратились после неудачной попытки захвата норвежского короля и правительства в Мидцкогене в начале 10 апреля. Кохт был готов к борьбе с захватчиками. Он написал несколько ключевых речей, некоторые из которых были произнесены королем Хоконом VII, чтобы выразить решительное сопротивление немецким требованиям. Когда остальная часть правительства бежала из Молде в Тромсё, прибыв 1 мая, Кохт и Льюнберг (министр обороны) продолжили путь оттуда на крейсере HMS Glasgow в Лондон. Там, начиная с 5 мая, они вели переговоры с представителями британского правительства (лорд Галифакс, Чемберлен и адмирал Филипс) о британской помощи Норвегии. Кохт также выступил с радиоречью из Лондона на BBC, транслировавшейся в Норвегию, и с речью на американском радио. 8 и 9 мая он встретился с Рейно, Гамеленом и Даладье в Париже. Норвежские министры выехали из Лондона 11 мая и вернулись в Норвегию 17 мая. Переговоры с союзниками привели к конкретным обещаниям и планам о значительном французском подкреплении для норвежского фронта. Однако 24 мая 1940 года союзники отказались от этих планов из-за ухудшения ситуации для союзников во Франции и приняли решение об эвакуации. 1 июня британский министр в Норвегии сэр Сесил Дормер сообщил Кохту, что союзные войска решили отступить из Норвегии из-за сложной обстановки на Западном фронте. В ответ на решение союзников об эвакуации кабинет министров отправил Кохта в Лулео в Швецию, чтобы попытаться реанимизировать ранее отклоненный план создания демаркационной линии между немцами и норвежцами в Северной Норвегии. Шведские войска планировали оккупировать Нарвик. План был назван планом Мовинкеля в честь его инициатора, бывшего премьер-министра Йохана Людвига Мовинкеля. Во время встречи со шведским министром иностранных дел Кристианом Гюнтером, который должен был выступать посредником с немцами по этому плану, Кохт сообщил, что союзники собираются эвакуировать Норвегию. Хотя Гюнтер не раскрыл планы эвакуации немцам, Кохт подвергся резкой критике со стороны своих коллег по возвращении в Норвегию.

At the advent of the Nazi German Operation Weserübung, the invasion of Norway of 9 April 1940, Germany sent the envoy Curt Bräuer to present demands of capitulation. Koht personally met with Bräuer, and rejected his demands and threats of war, stating that "war had already started". Koht and the cabinet fled Norway's capital in the morning of 9 April. Even though Koht rejected Bräuer's initial contact, he did convince the cabinet to listen to further German proposals for negotiations later the same day. All Norwegian negotiations with the Germans ended after a failed attempt to capture the Norwegian king and government in Midtskogen early on 10 April. Koht was willing to take up the fight against the invaders. He wrote several key speeches, some of which were delivered by King Haakon VII, to convey staunch resistance to the German demands. When the rest of the government fled from Molde to Tromsø, landing on 1 May, Koht and Ljungberg (Minister of Defense) continued from there with the cruiser HMS Glasgow to London. Here, from 5 May they negotiated with British government representatives (Lord Halifax, Chamberlain and Admiral Philips) on British aid to Norway. Koht also made a radio speech from London on the BBC, broadcasting to Norway, and a speech on American radio. On 8 and 9 May he met Reynaud, Gamelin and Daladier in Paris. The Norwegian Ministers departed from London on 11 May, arriving back in Norway on 17 May. The talks with the Allies resulted in concrete promises and plans for large French reinforcements for the Norwegian front. These plans were however abandoned by the Allies on 24 May 1940, following the worsening situation for the Allies in France, and an evacuation decided. Koht was informed by British Minister to Norway Sir Cecil Dormer on 1 June that the Allied Forces had decided to retreat from Norway, owing to the difficult situation at the Western Front. In response to the Allied decision to evacuate, the cabinet sent Koht to Luleå in Sweden to try to reinvigorate a previously rejected plan to create a demarcation line between the Germans and Norwegian in Northern Norway. Swedish troops were planned to occupy Narvik. The plan was named the Mowinckel plan, after its initiator, the former prime minister Johan Ludwig Mowinckel. During a meeting with the Swedish minister of foreign affairs, Christian Günther, who was to act as a middle man with Germans in relation to the plan, Koht revealed that the Allies were about to evacuate Norway. Although Günther never revealed the evacuation plans to the Germans, Koht was heavily criticised for doing so by his colleagues upon his return to Norway.

В изгнании

Кабинет министров в конечном итоге покинул страну 7 июня. Кохт прибыл в Лондон 19 июня 1940 года, возглавив в изгнании Министерство иностранных дел. Начиная с осени 1940 года, Тригве Ли выступал за изменение политики, направленное на поиск долгосрочных союзников в западном мире. Кохт воспринял это как "недоверие". Разрыв между ним и остальными членами кабинета министров усиливался, особенно после того, как стало известно, что Министерство иностранных дел Кохта получило донесения о возможном скором нападении на Норвегию, не уведомив об этом кабинет министров в полном объеме. Кроме того, вызвало недовольство решение Кохта разместить штаб-квартиру Министерства иностранных дел в изгнании в Брэкнелле, в нескольких милях к западу от штаб-квартиры кабинета министров. У Кохта практически не было альтернатив политике нейтралитета, и во многом он построил всю свою карьеру в сфере внешней политики на этой основе. Тригве Ли утверждал, что до Второй мировой войны политика нейтралитета для Кохта "стала религией". Роль Кохта в слабой и неорганизованной обороне против операции "Везерюбунг" обсуждалась во время и после оккупации. После Второй мировой войны была создана комиссия под названием Undersøkelseskommisjonen av 1945 ("Комиссия по расследованию 1945 года"), которой было поручено изучить действия норвежского правительства в 1940 году. Комиссия пришла к частичной критике действий Кохта.

Языковые представления

Родом из Тромсё, Кохт в раннем возрасте говорил на севернонорвежском диалекте. В Скиене его диалект вызвал негативную реакцию со стороны сверстников. Вдохновленный диалектами окрестностей Скиена (Телемарка), с 1891 года он писал на «сельской» языковой форме Landsmål с выраженными чертами диалекта Бё. Ранние публикации, посвященные норвежскому языковому вопросу, – «Det norske målstrævs historie» (1898) и «Det vitskapelege grunnlage for målstræve» (1900). Кохт рассматривал язык в социальном контексте, в особенности в связи с классовой борьбой. В конечном итоге он использовал Лейбористскую партию как инструмент для своей языковой деятельности, особенно после того, как партия попросила его написать «Arbeidarreising og målspørsmål» в 1921 году. В этой работе он объединил классовую и языковую борьбу в Норвегии, и, будучи сторонником интеграции, стремился к объединению вокруг единого письменного языка. По словам историка Каре Лундена, многие ненавидели Кохта из-за его языковых реформ, которые часто воспринимались как посягательство и принижение их предпочтительного языка. Его идеи прозвали «det kohtske knot», то есть «кохтовской мешаниной». Сам Кохт часто использовал орфографию, отличавшуюся как от нюнорска, так и от бокмола. Определенный артикль, формально представленный суффиксом «-et», он заменял суффиксом «-e», например, в названиях своих работ «Det vitskapelege grunnlage for målstræve» и «Sosialdemokratie». За ним последовали другие, что стало следствием раскола в Ассоциации мира между пацифистами и более прагматичными активистами. Кохта также оценивали как неэффективного организационного лидера. Вопрос об обороне в значительной степени разрешился сам собой, когда шведско-норвежский союз был мирно распущен в 1905 году. Позже Кохт вернулся в Ассоциацию мира, где с 1910 по 1912 год был членом правления. С 1904 по 1913 год он был консультантом Норвежского Нобелевского института. В 1931 году он произнес речь на церемонии вручения Нобелевской премии мира Джейн Аддамс и Николасу Мюррею Батлеру, но отсутствовал на решающем заседании в 1936 году, на котором премию Карлу фон Оссиетцкому. Он также отсутствовал, исполняя обязанности министра иностранных дел, не желая совмещать эти две роли. Он ненадолго вернулся, а затем снова покинул пост в 1942 году. Еще одной причиной его бездействия было то, что с 1940 года он не жил в Норвегии, но в любом случае премия не присуждалась ни в один из годов с 1939 по 1943 год. Академические труды Кохта также охватывали тему мира. Его книги по этой теме включают «Histoire du mouvement de la paix en Norvège» («История движения за мир в Норвегии», 1900) и «Fredstanken i Noregs sogo» («Представление о мире в истории Норвегии», 1906). Две работы Кохта были опубликованы посмертно: мемуары «Minne frå unge år» в 1968 году и дневник «Rikspolitisk dagbok 1933–1940» в 1985 году. Его зять Сигмунд Скард написал его биографию «Mennesket Halvdan Koht» («Хальвдан Кохт – человек») в 1982 году.

Hailing from Tromsø, Koht spoke a Northern Norwegian dialect in his early life. In Skien his dialect provoked negative reactions from his peers. He was inspired by the dialects of Skien's surroundings (Telemark); from 1891 he wrote the "rural" language form Landsmål with strong tinges of Bø dialect. Early publications on the Norwegian language controversy were Det norske målstrævs historie (1898) and Det vitskapelege grunnlage for målstræve (1900). Koht spoke of language in a social context in general and of the class struggle in particular. He eventually used the Labour Party as a vehicle for his language activism, especially after being asked by the party to write Arbeidarreising og målspørsmål in 1921. In it, he synthesised the class struggle and language struggle in Norway, and because he was an integrationist he wanted a popular gathering around one written language. According to historian Kåre Lunden, Koht was much hated by many because of his language reforms, which were routinely perceived as attacks and degradations on their preferred language. His ideals were dubbed "det kohtske knot", i. e. "the Kohtian mishmash". For his own part, Koht often used spellings that contrasted with both Nynorsk and Bokmål. The definite article, which is formally the suffix " et", was substituted with the suffix " e", such as in the titles of his publications Det vitskapelege grunnlage for målstræve and Sosialdemokratie. He was followed by others, as a result of a schism in the Peace Association between the pacifists and the more pragmatic peace activists. Koht has also been assessed as an ineffective organisational leader. The defense question more or less solved itself when the Swedish Norwegian union was peacefully dissolved in 1905. Koht later returned to the Peace Association to serve as a board member from 1910 to 1912. He was a consultant for the Norwegian Nobel Institute from 1904 to 1913, In 1931, he gave the Award Ceremony Speech for the Nobelists Jane Addams and Nicholas Murray Butler, but was absent in the decisive meeting in 1936 that awarded the Nobel Peace Prize to Carl von Ossietzky. He was also absent while serving as Minister of Foreign Affairs, not wishing to combine the two roles. He returned briefly afterwards, before leaving again in 1942. Another reason for his inactivity was that he had not lived in Norway since 1940, but either way the Prize was not awarded in any of the years from 1939 to 1943. Koht's academic writing also encompassed the peace issue. His books on the subject include Histoire du mouvement de la paix en Norvège ("History of the Peace Movement in Norway", 1900) and Fredstanken i Noregs sogo ("The Notion of Peace in the History of Norway", 1906). Two works by Koht have been released posthumously: the memoirs Minne frå unge år in 1968 and the diary Rikspolitisk dagbok 1933–1940 in 1985. His son in law Sigmund Skard wrote a biography of him, Mennesket Halvdan Koht ("Halvdan Koht the Man") in 1982.