Введение

Спирхафок был англосаксонским художником и бенедиктинским монахом XI века, чей художественный талант, по всей видимости, стал причиной его быстрого возвышения до аббата Абиндонского монастыря в 1047–1048 годах и избрания епископом Лондона в 1051 году. После того, как его посвящение в сан епископа не состоялось, он исчез вместе с золотом и драгоценностями, которые ему были предоставлены для изготовления короны для короля Эдуарда Исповедника, и больше никогда не был замечен. Он также прославился чудом, оказавшим влияние на его карьеру. Его имя означает «ястреб-перепелятник» на древнеанглийском языке (Speraver на латыни).

Служебная карьера

Спирхафок был монахом в аббатстве Бьюри-Сент-Эдмундс, который, согласно нескольким источникам, включая норманнского летописца Госселина, лично знавшего его, "отличался в живописи, золотой гравировке и ювелирном деле", причем живопись, вероятно, была сосредоточена главным образом на иллюминированных рукописях. Вероятно, именно его художественные работы привели его к контакту с королевской семьей и Годвинами. Король Эдуард Исповедник назначил его аббатом Абиндона после смерти Этельстана 29 марта 1047 или 1048 года. В 1051 году Эдуард возвел его в ранг епископа Лондона, но после возвращения прежнего епископа Лондона, Роберта Жумиежа, недавно ставшего архиепископом Кентерберийским, из поездки в Рим за паллием, Роберт отказался посвящать Спирхафока, утверждая, что папа Лев IX запретил это. После затянувшегося противостояния "всё лето и осень", когда Спирхафок, не получивший посвящения, оставался во владении кафедрой, падение графа Годвина в сентябре 1051 года, с которым, по-видимому, был связан Спирхафок, ускорило события. Спирхафок был изгнан из Лондона и бежал за границу, прихватив с собой золото и драгоценные камни, предназначенные для короны короля Эдуарда, а также сокровища из епархиальных хранилищ Лондона, наполнив ими "очень много мешков": auri gemmarumque electarum pro corona imperiali cudenda, regis ejusdem assignatione receptam haberet copiam. Hinc et ex episcopii pecunia marsupiorum farsisset plurimum receptacula, clanculo Anglia secedens ultra non apparuit. Точная последовательность и скрытые мотивы событий различаются в источниках, но даже история его собственного монастыря заключила: "Божья кара постигла тех, чьим обманом Церковь была умалена ради собственной выгоды". В англосаксонской хронике бегство Спирхафока, датированное 1052 годом, описывается сразу после упоминания об отстранении Эдуардом своей королевы, что может указывать на связь между этими событиями. Норманнский родственник короля, Родульф, уже заменил Спирхафока в Абиндоне, хотя и умер в 1052 году. Спирхафока сменил Уильям Норманн, и он стал последним епископом Лондона английского происхождения на долгие годы, вероятно, до назначения Роджера Нигера в 1228 году.

Художественные работы

Англосаксонское металлоделие пользовалось известной репутацией вплоть до Италии, однако до наших дней сохранилось крайне мало образцов, переживших разорения Норманнского завоевания 1066 года и Английской Реформации, а также продажи, совершенные владельцами для приобретения земли или по иным причинам, о которых, например, сохранились записи об изделиях аббатства Спирхафока в Абингдоне после завоевания. Упоминания о трех конкретных проектах Спирхафока (корона и два набора статуй в Кентербери, описанные ниже), ни один из которых не дошел до нас, относятся к изделиям из драгоценных металлов, и он входит в число немногих художников-металлистов того времени, чьи имена нам известны и работы которых описаны хоть как-то. Даже неточные детали, в основном предоставленные Госцелином, представляют собой ценное свидетельство того, каким было англосаксонское металлоделие. Англосаксонское мастерство в золотой гравировке, узоры и фигуры, выгравированные на золотых предметах, упоминаются во многих иностранных источниках, а немногочисленные сохранившиеся гравированные изображения тесно перекликаются с гораздо более многочисленными рисунками пером в рукописях – также англосаксонской специализацией. Настенные росписи, которые, по-видимому, иногда содержали золото, также часто создавались иллюминаторами рукописей, и описание талантов Госцелина позволяет предположить, что художник был искусен во всех основных англосаксонских техниках изобразительного искусства, среди которых ювелирное дело считалось наиболее престижным. Многие монастырские художники занимали высокие посты; карьере Спирхафока в металлоделии в менее сенсационной форме соответствовала карьера его современника Маннига, аббата Эвешема (аббат в 1044–1058 годах, умер в 1066 году), а в конце предыдущего века святой Дунстан был очень успешным архиепископом Кентерберийским. Преемник Спирхафока на посту аббата Абингдона, святой Этельвольд Винчестерский, к тому времени приобрел репутацию ювелира и ему приписывают создание ряда металлических изделий в аббатстве, включая множество фигур и предметов из драгоценных металлов, колокола и даже орга́н. Однако отсутствие упоминаний о таких навыках в современной биографии Вульфстана позволяет предположить, что это более поздняя приписка, хотя она и свидетельствует о высоком статусе ювелирного дела в то время. Как и в случае со Спирхафоком, биография Маннига с некоторыми подробностями содержится в хронике, хранившейся в его аббатстве. Его работу также сопровождало чудо: мирянин-ювелир Годрик поранил руку шилом во время работы над большой святыней в Эвешеме, и она чудесным образом исцелилась за одну ночь. Спирхафок и Манниг – «единственные два ювелира, о которых у нас есть развернутые сведения», а дополнительная информация о Годрике, руководителе команды, приглашенной Маннигом для работы над святыней, также уникальна среди сохранившихся свидетельств. Примерно через двадцать лет после чуда Годрик присоединился к аббатству Эвешем, вероятно, на пенсии, а его сын позже стал приором там.

Чудо Копьяного Огнестрела

Согласно Госселину, когда Спирхафок работал над металлическими фигурами в аббатстве Святого Августина в Кентербери, он потерял ценное кольцо, подаренное ему королевой Эдуарда и дочерью Годвина, Эдит Уэссекской, вероятно, для использования в качестве материала в его работе. В отчаянии он вознес молитву святому Летарду, погребенному в церкви, после чего кольцо было найдено. В благодарность он украсил гробницу Летарда "статуями огромных размеров и красоты", изображающими святого и королеву Берту Кентскую, чьим капелланом был Летард. Из других упоминаний следует, что такое описание подразумевает, что статуи были, по крайней мере, почти в натуральную величину. Чудо, очевидно, усилило его репутацию и, возможно, сделало его более подходящим кандидатом на епископский пост. Для искусствоведа это одна из немногих ссылок на большие металлические статуи, помимо распятий, в англосаксонской Англии, и единственная, связывающая их с гробницей или реликвиарием. В одном из других упоминаний говорится, что другая фигура была изготовлена из тонких листов золота и серебра, укрепленных на деревянном каркасе, предположительно, по аналогии с Эссенской Золотой Мадонной и другими сохранившимися континентальными образцами. Сравнительно ранние ростовые кресты с фигурками Марии и Иоанна, по-видимому, не сохранились, хотя мы знаем большие деревянные распятия, такие как Крест Геро, созданный около 980 года в Германии, и Вольто Санто из Лукки (с обновленной более поздней фигурой), который, как известно, вдохновил Леофстана, аббата Бюри (ум. 1065), создать подобную фигуру, возможно, покрытую драгоценным металлом, после возвращения из Рима.