Águila Blanca (heist)

Введение

Ограбление в 1983 году в Уэст-Хартфорде, штат Коннектикут, США. Águila Blanca (названная в честь Хосе Малдонадо Романа и означающая "Белый Орел" на английском языке) – название, данное Los Macheteros (партизанской группе, добивающейся независимости Пуэрто-Рико от Соединенных Штатов) своему ограблению депо Wells Fargo 12 сентября 1983 года, в день, совпадающий с датой рождения пуэрториканского националиста доктора Педро Альбису Кампоса. Ограбление произошло в Уэст-Хартфорде, штат Коннектикут, и принесло более 7 миллионов долларов (7,0 долларов в 1983 году эквивалентны примерно <расчетной сумме> миллионам долларов сегодня). На момент ограбления это было крупнейшее денежное ограбление в истории США. Конкретная ячейка, ответственная за него, была известна как Los Taínos. По утверждению Macheteros, часть денег была передана бедным общинам Пуэрто-Рико для финансирования образования, питания, жилья, одежды и игрушек для детей. Обвинения ФБР по этому делу включают воспрепятствование коммерции путем ограбления и сговора, ограбление банка, ограбление с отягчающими обстоятельствами, кражу межгосударственных перевозок, иностранную и межгосударственную перевозку похищенных денег, а также сговор с целью воспрепятствования коммерции путем ограбления.

Стратегия и исполнение

Уэллс Фарго раньше хранила большие суммы денег в своем депо в промышленном парке Калбро в Западном Хартфорде, используя недостаточную осведомленность общественности об этом и промышленный характер города, чтобы хранить на этой площадке до 30 миллионов долларов. Корпорация нанимала работников за минимальную заработную плату, надеясь компенсировать убытки, вызванные усилением конкуренции. Однако это в основном привлекало сотрудников с небольшим опытом. Этот недостаток опыта проявился в его управлении маршрутами доставки и активами, где он предоставлял своим подчиненным свободу, выходящую за рамки инструкций, ради выполнения задачи с имеющимися ресурсами. МакКеон нанял 25-летнего Виктора Мануэля Герену своим заместителем, оба начали работать в компании с разницей всего в месяц. 29 августа 1983 года он арендовал автомобиль Malibu в месте, не требующем кредитной истории, под названием Ugly Duckling Rent A Car, и привез его в депо Wells Fargo в качестве теста, чтобы проверить, позволит ли МакКеон припарковать его в зоне погрузки фургонов, прилегающей к хранилищу. Он утверждал, что взял его у друга, который бы рассердился, если бы его повредили вандалы и воры, часто посещавшие этот район. Достигнув этой цели, Герена завершил свой рабочий день как обычно и закончил работу без происшествий. Однако МакКеон высадил Шеовкиса по дороге и сам доставил загруженный фургон в депо. Как только фургон Герены прибыл, Жирар выехал своей машиной из четвертого бокса, оставив внутри только машину Герены и фургоны Wells Fargo. План потерпел еще один удар, когда Жирар остался, вместо того чтобы уйти, как обычно, после завершения этой задачи, не сумев добраться до своего дома из-за строительства. Жирар упал на пол, а МакКеон заложил руки за спину и был закован в наручники. Герена извинился за нападение и отодвинул менеджера от двери хранилища, систематически выбирая, какие деньги извлечь, оставляя монеты и большую часть невыпущенной в обращение валюты. Жирар и МакКеон отметили, что он снял запасное колесо с машины и несколько раз перевозил деньги из хранилища на тележке, пока не было загружено 7 017 152 доллара. Герена закончил, зарядив еще один пистолет и дробовик, затем подал сигнал клаксоном автомобиля, который, предположительно, был сигналом для другого человека, и покинул территорию. МакКеон и Жирар пытались освободиться от наручников, но к тому времени, когда им удалось связаться с полицией, офицеры Джек Кейси, Джек Баннан и Джордж Муча уже ждали снаружи комплекса, ожидая отмены мер безопасности. Однако полиция отнеслась с недоверием к сообщению о том, что из хранилища было похищено не менее пяти миллионов долларов, и предположила, что дело простое, поскольку личность преступника была известна, сосредоточившись вместо этого на охране места преступления. Тем временем Герена встретился с сотрудниками, работающими на EPB, возле мотеля, передав им деньги и свое удостоверение личности. Затем обе стороны разошлись, а другие члены Macheteros отправились в Бостон, выбросив по пути свое удостоверение личности. Его брата, бывшую жену и бывшую девушку также допрашивали, но безуспешно. Все эти меры не дали результатов, и полиция не смогла установить местонахождение Герены. Они потеряли след его вероятного местонахождения, обнаружив машину, которая позже была найдена припаркованной возле мотеля, и узнав о компании, которая ее сдала в аренду. Джим Миллан, агент ФБР, работавший над ограблениями банков, был назначен руководителем поисков Герены. Несмотря на внимание СМИ по просьбе адвоката Джона Бейли, обнаружение автомобиля не дало значимых улик. Единственными найденными доказательствами были револьвер и дробовик, которые Герена использовал во время ограбления. Моральный дух полиции был подорван рядом ложных следов и шумихой в СМИ, поэтому они допрашивали людей, утверждавших, что связаны с Гереной, которые позже признались, что солгали. Были предприняты попытки восстановить образцы, взятые у МакКеона в больнице Хартфорда, но они исчезли. Время, прошедшее с момента инъекции Герены до анализов, проведенных на Жираре, и их ограниченный спектр не выявили никаких известных наркотиков. Ограбление стало крупнейшим одиночным ограблением в истории США и вторым по величине в целом. Имидж Герены мгновенно принес ему популярность, отражая разочарование среднего класса существующим порядком, и его фотография даже была выставлена в магазине. Существовало общее мнение, что ограбление забрало "деньги банка, а не деньги людей", что усиливалось их собственным разочарованием корпоративной экономикой. Даже среди полицейских, которым было поручено его выследить, он сумел вызвать определенное уважение благодаря своей дерзости. Начальник полиции Хартфорда Фрэнк Рейнольдс и глава ФБР штата Лон Лэйси провели встречу, чтобы обсудить будущее поисков, при этом первый попросил разместить штаб-квартиру общенационального расследования в Хартфорде, чтобы оставаться вовлеченным в дело. Было достигнуто соглашение об ограниченном сотрудничестве с высшими эшелонами полиции Хартфорда, но ФБР сохранило всю реальную юрисдикцию по делу. Копии, оставленные в Хартфорде, позже позволили прессе получить представление о деле. Ее адвокат, Майкл Грэм, быстро предал дело огласке и пригрозил судебным иском, если допросы продолжатся, и в конечном итоге вмешались муниципальные адвокаты. Не имея возможности продолжить эту линию расследования, допросы были перенаправлены на ее близких, и полиция обнаружила, что она поддерживала независимость Пуэрто-Рико, а один из ее работодателей считал, что она однажды носила "антиамериканскую" рубашку. Никто из допрошенных не дал отрицательных показаний, и полиция пришла к выводу, что на него, скорее всего, повлияла отчаянная ситуация, вызванная долгами. Миллан и Даффи оказали давление на Сесара Кармону, старого друга Герены и крестного отца одной из его дочерей, который настаивал на том, что Герена сделает что-то подобное только ради дела, которое он считает достойным, и сообщил им, что Герена твердо поддерживал независимость Пуэрто-Рико. В ходе дальнейшего допроса он отметил, что накануне ограбления Герена просил его пикап, но получил отказ. Это встревожило власти, которые не доверяли Кармоне из-за его прошлого, связанного с политическим активизмом, и потребовали пройти полиграф, который показал отрицательный результат. В октябре, не имея дальнейших зацепок, Миллан и Даффи поехали к дому Кармоны, где им сказали вернуться с ордером. Через несколько месяцев, когда Кармона столкнулся с другим юридическим делом, Миллан и Даффи попытались убедить его рассказать о Герене в обмен на снятие обвинений.

Wells Fargo used to store large amounts of money in its depot at Culbro Industrial Park in West Hartford, exploiting a lack of public awareness about it and the city's industrial nature to keep as much as $30 million at the site. The corporation employed individuals at minimum wage, hoping to offset losses caused by an increase in competition. However, this mostly attracted employees with little to no experience. This lack of experience manifested itself in his management of the delivery routes and assets, where he granted liberty beyond the rule book to his subordinates for the sake of completing the task with the resources available. McKeon employed 25 year old Víctor Manuel Gerena as his second in command, with both starting their employment with the company with only a month of difference. On August 29, 1983, he rented a Malibu at a non credit locale named Ugly Duckling Rent A Car and brought it to the Wells Fargo depot as a test to see if McKeon's laxity would allow it to be parked inside the delivery van area adjacent to the vault. He claimed that it was borrowed from a friend who would be mad if it was damaged by vandals and thieves who frequented the area. Having accomplished this goal, Gerena completed his schedule as usual and finished the work day without incident. However, McKeon dropped Sheowkis in the return trip and drove the loaded van to the depot by himself. Once Gerena's van arrived, Girard moved his car out of bay four, leaving only Gerena's car and the Wells Fargo vans inside. The plan suffered another setback when Girard stayed behind instead of leaving as usual after this task was completed, unable to reach his house due to construction. Girard dropped to the floor while McKeon placed his hands behind his back and was handcuffed. Gerena apologized for the assault and moved the manager away from the vault door, systematically selecting which money to remove from it, leaving behind coins and most uncirculated currency. Girard and McKeon noted that he removed the car's backup wheel and made several trips with a cart that he would use to move the money from the vault to it, until $7,017,152 were loaded. Gerena concluded by loading another gun and a shot gun, then honking the horn of the car to what is believed to have been a signal to another individual and then left the premises. McKeon and Girard struggled to release their bonds afterwards, but by the time that they managed to contact the police, officers Jack Casey, Jack Bannan, and George Mucha were outside the compound waiting for the security measures to be dropped. The police, however, were skeptical when they were told that at least five million dollars were taken from the vault and assumed that the case was easy since the identity of the perpetrator was known, instead focusing on securing the crime scene. Meanwhile, Gerena met associates working for the EPB near a motel, handing over the money and his identification. From here, both parties went in different directions, with the other Macheteros heading to Boston and dropping his identification along the way. His brother, ex wife and an ex girlfriend was also interrogated to no avail. All of these measures failed, and the police were unable to pinpoint Gerena's location. They lost track of his plausible locations by finding the car, which was later found parked outside a motel, and the knowledge of the locale that leased it. Jim Millan, an FBI agent that worked on bank robberies, was placed in charge of the search for Gerena. Despite receiving media attention at the behest of attorney John Bailey, the recovery of the vehicle failed to provide notable clues. The only piece of evidence found was the revolver and shotgun that Gerena had used during the heist. With the police's morale being affected by a number of false leads and media hype, they interviewed individuals who claimed to have relationships with Gerena, only to later admit that they lied. Attempts were made to recover the samples taken from McKeon at Hartford Hospital, but they had disappeared. The time lapsed between the time that Gerena injected them and the tests performed on Girard and their limited spectrum failed to turn any known drug. The heist was the largest single handed in American history and the second largest in total. Gerena's image instantly gathered him popularity by reflecting a hit of the middle class' frustrations with the establishment, with his photo even being exhibited in a store. There was a general perception that the heist had taken "bank money, not people money", which was reinforced by their own frustrations with the corporate economy. Even among the policemen assigned to track him down, he managed to muster a form of respect due to his boldness. Hartford police chief Frank Reynolds and FBI state chief Lon Lacey held a reunion to discuss the future of the search, with the first requesting to host the headquarters for the nationwide investigation in an effort to remain relevant to the case. A limited cooperation with the upper echelons of the Hartford PD was agreed, but the FBI retained all real jurisdiction of the case. The copies left behind at Hartford would later allow the press the insights into the case. Her attorney, Michael Graham, quickly took the matter public and threatened with taking legal action if the interrogatories continued and eventually municipal attorneys intervened. Unable to continue this line of inquiry, the interviews turned to those close to her, with the police discovering that she was a supporter of Puerto Rican independence from an employer that felt that she had once wore a shirt that was "un American". No negative testimony came from those interviewed and the police concluded that he was most likely influenced by desperation brought forth by debt. Millan and Duffy put pressure on César Carmona, an old friend of Gerena and godfather to one of his daughters, who insisted that Gerena would only do something like this for the benefit of a cause that he considered worthy, and let them know that Gerena strongly supported Puerto Rican independence. Further into the interrogation, he noted that Gerena had asked for his pickup truck the night before the heist but had been refused. This alarmed the authorities, who mistrusted Carmona due to a past of arrests related to political activism and requested a polygraph test which was negative. In October, with no further leads, Millan and Duffy went to Carmona's house, only to be told to come back with a warrant. Months later, while Carmona was facing an unrelated legal case, Millan and Duffy tried to convince him to talk about Gerena in exchange for the charges being dropped.

Пуэрто-Рико

30 октября 1983 года по зданию Федерального управления, где в то время располагалась штаб-квартира ФБР Пуэрто-Рико, была выпущена противотанковая ракета. Организация назвала эту операцию "Operación La Guillotina", и несмотря на публичное заявление об успехе, ее стратеги были разочарованы тем, что из-за недостатка удобных позиций командос не смогли нанести удар непосредственно по офисам ФБР, использовали зарегистрированные автомобили и отклонились от запланированного маршрута отхода. Бюро потратило 8 миллионов долларов на расследование, осуществляя прослушивание нескольких транспортных средств, зданий и общественных телефонов, а также фиксируя всю активность в окрестностях. В ноябре Герена бросил вызов властям Хартфорда, отправив письма своей матери и девушке, предположительно из Буффало. После подтверждения подлинности писем в городе был проведен еще один безуспешный обыск. ФБР продолжало собирать информацию о посещениях Охеды членами группировки "Мачетерос", не подозревая, что они находятся под наблюдением, и не замечая активности в этом районе. Хосе Родригес был назначен руководителем расследования на Пуэрто-Рико, в то время как бюро испытывало трудности с сопоставлением информации из-за использования группировкой EPB псевдонимов. Там они вели наблюдение за тремя членами "Мачетерос" во время встречи с другим человеком и проследили за ними до Нью-Пальца, где они вошли в дом на колесах. В апреле 1984 года полиция Пуэрто-Рико случайно обнаружила тайник EPB во время расследования другого преступления, обнаружив взрывчатые вещества и арсенал оружия. Члены EPB провели встречу в Дорчестере, обсудив, что делать с домом на колесах, и в итоге оставили его в Бостоне, где его позже захватили преследовавшие их агенты. 25 января 1985 года EPB атаковала здание Федерального суда из базуки в знак протеста против размещения в нем американского военного призывного центра. После угрозы ответных мер повестки, выданные третьим лицам, были отозваны.

Общественное открытие

Наблюдение вскоре показало, что Герена возьмет на себя ответственность за ограбление от имени EPB на пресс-мероприятии, которое должно было состояться 24 сентября 1984 года. После утечки показаний ФБР на слушаниях 1982 года, предположительно в связи с расследованием, бюро прекратило общение с полицией Хартфорда. Иронично, но политический аспект был наиболее точным, но при этом наименее популярным среди циркулирующих слухов, однако он связывал Герену с ФАЛН. В Вест-Хартфорде сообщалось, что агент ФБР сообщил прессе, что Герена будет выступать перед СМИ в День труда, хотя дата была неверной, но слух оказался правдивым. Одно из писем было отправлено в Hartford Courant и адресовано одному из его бывших корреспондентов, Марку Стиллману, откуда оно было передано местной полиции, которая подтвердила подлинность почерка. В нем Герена поздравил Стиллмана и его коллегу-репортера Дэйва Лешера с опубликованной полгода назад статьей, но также отметил, что их гость, автор криминальных романов Джей Роберт Нэш, лишь частично прав в своем предположении о том, что он нацелился на Wells Fargo, чтобы отомстить системе и добиться "американской мечты", и пообещал развеять заблуждения в будущем. Во всех своих письмах Герена использовал открытку с изображением известного американского символа, имеющего двойной смысл, в частности, Статуя Свободы как символ независимости Пуэрто-Рико. Использование сложного испанского языка и изменение подписи вызвали предположения о том, когда именно Герена присоединился к EPB. 19 октября 1984 года неизвестный член группировки "Мачетеро" связался с репортером United Press International в Пуэрто-Рико и направил ее к коммюнике, в котором EPB взяла на себя полную ответственность за ограбление, получившее кодовое название "Питирре III" и рассматриваемое как одно из серии "военных экономических операций", проводимых группой против Wells Fargo и, следовательно, американской экономики. Группа также объяснила причину выбора даты – день рождения Педро Альбису Кампоса, и уточнила, что Герена проходил у них обучение более года до этого события. ФБР стало скрытным к концу года, практически прекратив общение с полицией и СМИ. Тем временем EPB предпринимало попытки связаться с СМИ Хартфорда по телефону и почтовым открыткам. Однако местный заместитель командира дал добро на мероприятие с одобрения Хуана Сегарры. Тем не менее, 6 января 1985 года три боевика EPB арендовали фургон и раздали подарки детям в районе, где жила Герена в Вест-Хартфорде. Агент ФБР участвовал в раздаче подарков и зафиксировал все происходящее. После этого он вышел и позволил агентам арестовать его. Также возникли споры относительно процедур, в частности, о том, что десятилетнему ребенку разрешалось ходить в туалет только в сопровождении вооруженного агента, и о конфискации бесполезных доказательств, таких как неоконченный роман, культурные записи и детские кассеты. Обвинения были предъявлены и другим лицам, из которых только Пола Вайнберга не обвинили в членстве в EPB, в общей сложности 19 подсудимых. ФБР представило 1300 записей телефонных разговоров, которые они считали доказательствами, а также фотографии с камер наблюдения и материалы, конфискованные в обнаруженном тайнике и автодоме.

The surveillance soon revealed that Gerena would take credit for the heist on behalf of the EPB in a press event to be held on September 24, 1984. Following the leak of FBI declarations in a 1982 hearing in apparent conjunction with the investigation, the bureau stopped its communication with the Hartford police. Ironically, the political angle was the most accurate but also the least popular among the rumors circling the case, but it linked Gerena with the FALN. In West Hartford, it was reported that an FBI agent leaked to the press that Gerena would be talking to the media on Labor Day, although the date was off the rumor proved accurate. One of then was sent to the Hartford Courant and addressed to one of its former correspondents, Mark Stillman, from where it was relayed to the local police, who certified that the hand writing was real. In it, Gerena congratulated Stillman and fellow reporter Dave Lesher for a story published half a year before, but also noted that their guest, crime author Jay Robert Nash, was only partially correct about his assumption that he had targeted Wells Fargo to get back at the system and get the "American Dream" and promised to clear the misconceptions in the future. In all of his letters, Gerena used a card that depicted a prominent American symbol with a double meaning intended, in particular the Statue of Liberty as a symbol for Puerto Rican independence. The use of sophisticated Spanish and a change in his signature fueled speculation about exactly when Gerena had joined the EPB. On October 19, 1984, an unidentified Machetero contacted a United Press International reporter in Puerto Rico directing her to a communiqué where the EPB took full responsibility for the heist, which was codenamed Pitirre III and considered one in a series of "military economic operative[s]" carried out by the group against Wells Fargo and by extension, the American economy. The group also explained the reason behind the date, the birthday of Pedro Albizu Campos, and clarified that Gerena had trained with them for more than a year before the event. The FBI became secretive through the year's end, virtually severing its communication with the police and media. Meanwhile, the EPB made attempts to contact the Hartford media through calls and postcards. However, the local second in command green lighted the event with the approval of Juan Segarra. Nevertheless, on January 6, 1985, three EPB commandos rented a van and gave presents to the children in the neighborhood where Gerena lived in West Hartford. An FBI agent participated in the give away and recorded everything that took place. Afterwards, he walked outside and allowed the agents to arrest him. There was also controversy over the procedures, in particular over a 10 year old being allowed to go to the bathroom only with an armed agent by his side and the seizing of useless evidence such as an unfinished novel, cultural recordings and children's cassettes. Several others were also charged, of which only Paul Weinberg was not accused as a member of the EPB, for a total of 19 defendants. The FBI presented 1,300 wiretap recordings that they considered evidence along surveillance photos and the material confiscated in the discovered safe house and the RV.

Слушания

Предварительное слушание по делу проходило под председательством судьи Юсто Аренаса, а семьи обвиняемых устроили бдение в знак протеста у здания суда. Защита, считая большинство доказательств косвенными и полагая, что показания можно интерпретировать как политические дебаты, которые местные жители могут воспринять соответствующим образом, настаивала на проведении суда в Пуэрто-Рико, в то время как обвинение, возглавляемое Х. Мануэлем Эрнандесом, настаивало на переносе дела за границу. Аренас назначил слушание по вопросу о смене юрисдикции на 1 сентября 1985 года. Обвинение также ходатайствовало о проведении слушания по мере пресечения во время предварительного слушания, но в этом было отказано. Опасаясь, что проведение слушания по мере пресечения в Коннектикуте, куда подсудимых могли отправить в случае смены юрисдикции, навредит их делу, защита заявила, что не имела возможности встретиться со своими клиентами индивидуально. Женщина по имени Энн Гассин, предположительно связанная с Сегаррой, была арестована и впоследствии ей предложили сотрудничество со следствием. Защита, в лице Уильяма Кунстлера и Брюса Рубенштейна, утверждала, что подобная охрана лишь предвзято настроит общественность и СМИ против подсудимых, и потребовала разъяснений, почему им не разрешают общаться со своими клиентами. Эган разрешил присутствовать на суде адвокату из Пуэрто-Рико, и подсудимым было разрешено выбрать адвокатов, все из которых предпочли пуэрториканских юристов, придерживающихся политической линии защиты. Во время слушания по мере пресечения некоторых подсудимых освободили под залог, а другим было предписано внести залог в виде денежных средств. Эти меры содержали их в камерах 22–23 часа в сутки, запрещая частные свидания и посещения детей. 23 сентября 1985 года EPB опубликовала коммюнике, восхваляя подсудимых как мучеников за их дело. В декабре 1985 года националистическая газета Libertad предупредила федеральное правительство, что в случае продолжения арестов им следует "начать готовить свои кладбища", поскольку они намерены вернуть федеральных агентов (называемых "наемниками") обратно. Это событие ознаменовало вовлечение американских активистов в дело. Один из адвокатов защиты пожаловался на прослушивание его почты, что вызвало протест со стороны обвинения. 2 июня 1986 года защита вновь потребовала вернуть дело в Пуэрто-Рико, где политические мотивы были бы поняты, и утверждала, что Шестая поправка к Конституции США гарантирует право на суд в округе, где было совершено преступление, ссылаясь на прецеденты Верховного суда США о суде над подсудимыми в их собственном сообществе. Майкл Дойч привлек социолингвиста Уильяма Лабова, который установил, что из-за низкого качества записи только носители испанского языка смогли разобрать слова на пленках во время тестов, и даже в этом случае не было единого мнения о том, что было сказано. Клэр отказалась перенести дело, сославшись на то, что оно связано с ограблением в Хартфорде и что аргументы не будут касаться политики Пуэрто-Рико. Затем защита попыталась добиться признания доказательств, представленных правительством, недопустимыми из-за процессуальных ошибок при их сборе, включая их опечатывание спустя несколько месяцев после того, как это было предписано процедурой. 21 октября 1986 года Апелляционный суд США по второму округу постановил, что такой длительный срок предварительного заключения является неконституционным. В 1999 году он был одним из членов FALN, чьи приговоры были смягчены президентом Биллом Клинтоном. Филиберто Охеда Риос был приговорен заочно к 55 годам тюремного заключения. Его адвокат заявил, что Охеда не явился в суд, поскольку не верил, что ему обеспечат справедливое судебное разбирательство. В деле, вызвавшем критику со стороны правительства Пуэрто-Рико, Охеда был застрелен в перестрелке во время рейда ФБР на его убежище в Пуэрто-Рико в 2005 году. В 2010 году Авелино Гонсалес Клаудио был приговорен к семи годам тюремного заключения за участие в планировании ограбления и "обязан был вернуть украденные деньги", согласно The Hartford Courant. Виктор Мануэль Герена все еще находится в бегах и до 11 апреля 2010 года числился в списке десяти самых разыскиваемых преступников ФБР, став беглецом, находившимся в списке дольше всех. Роберто Малдонадо Ривера был приговорен к пяти годам тюремного заключения и штрафу в размере 100 000 долларов. Он отбыл свой срок и был освобожден за несколько лет до помилования Клинтона.

The preliminary hearing in the case took place overseen by judge Justo Arenas, with the families of the accused holding a vigil in protest outside. Feeling that most of the evidence was circumstantial and that the tales could be interpreted as political banter that could be interpreted accordingly by locals, the defense pushed to keep the trial in Puerto Rico, while the prosecution led by H. Manuel Hernández insisted in taking it abroad. Arenas opted to hold the removal hearing on September 1, 1985, with the prosecution requesting that the bail hearing was held in the preliminary hearing as well, but with the request was not granted. Feeling that it would hinder its case to hold the bail hearing in Connecticut, where the defendants were expected to be sent in a removal hearing, the defense instead opted to argue that they had not been able to meet their clients individually. A woman named Anne Gassin, with apparent ties to Segarra, was arrested and later offered a cooperation deal. The defense, led by William Kunstler and Bruce Rubenstein, argued that the use of that kind of security would only bias the community and media against the defendants and demanded to know why they were not allowed to talk with their clients. Egan allowed a Puerto Rican lawyer to remain in court and the defendants were allowed to choose their lawyers, all of whom chose Puerto Rican lawyers who adopted the political angle. During the bail hearing, some of the defendants were released on bail, with some being ordered to pay in secured funds. These measures kept them 22–23 hours a day in their cells, with no private visits being allowed between couples or children being allowed to visit. On September 23, 1985, the EPB published a communiqué praising the defendants as martyrs for their cause. In December 1985, nationalist paper Libertad warned the federal government that if the arrests continued they should "begin preparing their cemeteries also" because they intended to send federal agents (referred to as "mercenaries") back to them. The event marked the introduction of American activists to the case. One of the defense lawyers complained that his mail had been monitored, to the protest of the prosecution. On June 2, 1986, the defense requested for the case to move back to Puerto Rico, where the political motives would be understood and argued that the Sixth Amendment of the US Constitution offered a right to be tried in the district of offense and cited SCOTUS precedents of defendants being tried in their own community. Michael Deutsch brought in sociolinguist William Labov who exposed that due to low quality recording, only native Spanish speakers had been able to understand words in what recorded in the tapes during tests, and that even then there was no agreement about what was being said. Claire declined to move the case, citing that it revolved around a heist in Hartford and that the arguments would not involve Puerto Rican politics. The defense then moved to argue the suppression of government evidence due to procedural errors in its collection that included being sealed months after dictated by procedure. On October 21, 1986, the US Court of Appeals for the Second District argued that such a period of pre trial detention was unconstitutional. In 1999, he was one of the FALN members whose sentences were commuted by President Bill Clinton. Filiberto Ojeda Rios was sentenced in absentia to 55 years in prison. His lawyer stated that Ojeda jumped bail because he did not think he could get a fair trial. In a case that drew criticism from the government of Puerto Rico, Ojeda was shot and killed in a shootout when the FBI raided his hideout in Puerto Rico in 2005. In 2010, Avelino González Claudio was sentenced for his part in planning the robbery to seven years in prison and "ordered to pay back the money," according to The Hartford Courant. Victor Manuel Gerena is still at large and was listed as one of the FBI Ten Most Wanted Fugitives until April 11, 2010, when he became the fugitive to have spent the most time on the list. Roberto Maldonado Rivera was sentenced to five years in prison and fined $100,000. He had served his sentence and was released several years prior to Clinton's clemency offer.