Мейтей Пангалы: история и происхождение мусульманской общины в Манипуре.

Введение

Мейтейскоязычное мусульманское сообщество Южной Азии
Мейтейскоязычное мусульманское сообщество

Мейтейские пангалы, также известные как мейтейские мусульмане или мусульмане-манипури, — это группа мусульман, говорящих на языке метей. Они проживают главным образом в штате Манипур. Слово "пангал" в языке метей просто означает "мусульманин". Различные исторические источники называют разные даты первого проникновения ислама в Манипур. Однако, дата, которую все источники подтверждают как окончательную, — 1606 год нашей эры. Происхождение общины пангалов также неоднородно.

Этимология

Слово Пангал исторически использовалось народом меитей для обозначения всех мусульман. Это слово также означает «сила». За пределами Индии они встречаются в районе Мульвибазар в Бангладеш (особенно в южном Камалгандже), где их называют Кхай Бангал.

История

В 17 веке принц Санонгба попросил помощи у царя Качари Димаша Пратафила, чтобы победить своего брата, короля Хагембу. Димаша Пратафил знал о военной силе Хагембы и понимал, что его войскам не одолеть его в одиночку. Поэтому он обратился за помощью к навабу Тарафа, Мухаммеду Назиру. Назир предоставил 1000 солдат, которые были поставлены под командование его брата Мухаммеда Сани. Сани потерпел поражение, и король Хагемба заключил его и его солдат в тюрьму. Позже король Хагемба разрешил мусульманским солдатам поселиться в долинах Манипура. Тем временем бирманская армия атаковала долину Кабау. Король Хагемба попросил мусульманских солдат помочь армии Мейтей. Они согласились и сражались на стороне армии Мейтей, одержав победу. Хагемба был очень доволен этим и даровал имя мусульманским солдатам. Благодаря бракам, принятию языка Мейтей и местных обычаев, не противоречащих исламу, мусульманские солдаты со временем были натурализованы как Мейтей Пангалы. Мейтей Пангалы произошли от двух мусульманских миграций в 1606 и 1724 годах. Манипур предоставил убежище шаху Шудже, могольскому принцу, бежавшему (и преследуемому), чтобы спастись от гнева своего брата, могольского императора Аурангзеба. По словам Генри Рула Кате, мусульмане являются результатом смешения (плавильного котла) мусульман, прибывавших в разные эпохи из разных направлений – Бенгалии, Аракана, Качара и самого Манипура. Они широко занимались шелкопрядением. Мейтей Пангалы из Манипура были разорены и взяты в рабство вторгшимися бирманскими армиями. Хотя некоторые мусульмане уже жили в Манипуре, значительный приток мусульман начался с 1660 года, когда беженцы последовали за свергнутым могольским шахом Шуджей (Шангкусумом) из Индустана, проигравшим войну за престолонаследие Аурангзебу. Бегство Шуджи имеет важное значение в исламском фольклоре северо-восточной Индии и Бангладеш. 6 июня 1660 года Шуджа бежал из Дакки (Дакка), изначально намереваясь отправиться через Читтагонг в Аракан (Рахин). Аракан, столица королевства Мраук У, был пунктом назначения, поскольку Санда Судамма (Тхудамма) якобы обещал предоставить корабли, чтобы доставить Шуджу и его свиту в Мекку для хаджа (паломничества). Шуджа путешествовал со своей женой Пиари Бану Бегум (также известной как Правин Бану, Пиара Бану или Пай Рибану) и ее сестрой Сабе Бану, своими сыновьями Зайнулом Абидином (Зайнибуддином, Бон Султаном или Султаном Бангом), Буландом Ахтаром и Зайн уль Дином Мухаммадом (Зайнулом Абеди), а также дочерьми Гулрух Бану, Рошанара Бегум и Аминой Бегум, а также двумя сосудами с золотом и серебром, драгоценностями, сокровищами и другими царскими регалиями на спинах полудюжины верблюдов, в то время как около 1000 паланкинов (носильщиков) перевозили гарем Шуджи. После некоторого времени, проведенного в Читтагонге, Шуджа пошел по сухопутному пути (все еще называемому Шуджа-роуд) на юг. Шуджа совершил праздничный намаз в месте под названием Эдгунг (что означает идга) в Дулахазре. Далее путь пролегал через реку Наф, в полумиле к северу от Маунгдау, которое иногда до сих пор известно как "деревня Шуджа". Последним этапом было морское путешествие в Аракан, где Шуджу принял посланник короля Санда Судаммы и проводил его в предназначенные для него помещения. Однако после прибытия Шуджи в Аракан Судама, как сообщается, отказался от своего обещания и конфисковал часть сокровищ Шуджи. В ответ Зайнул Абидин и другой брат возглавили нападение моголов на Судаму и почти сумели поджечь королевский дворец. Два или три сына Шуджи погибли в последующих боях и/или при бегстве моголов в джунгли. Многие другие моголы были убиты. Дочь Шуджи Гулрух, как сообщается, покончила с собой после захвата и изнасилования Судамой. Выжившие члены свиты Шуджи, которым, как сообщается, помогали моголы и патаны, проживавшие в Аракане, отправились на север с португальскими моряками, заплатив высокую цену золотом и драгоценностями. Индуистские короли Трипуры и Манипура были более гостеприимными хозяевами – вероятно, потому, что им не нравилась экспансионистская политика Аурангзеба, – и сыграли решающую роль в сокрытии местонахождения Шуджи. Шах Шуджа и его свита прибыли в Трипуру 16 мая. Узнав, что разведчики и шпионы Аурангзеба ищут бывшего шаха, чиновники Трипуры распространили дезинформацию о том, что Шуджа умер в Аракане или направляется в Мекку, среди прочего. Мир Джумала II узнал о ситуации и отправил троих человек в Манипур в конце декабря…

In the 17th century, Meitei Prince Sanongba requested aid from Cachari King Dimasha Prataphil to defeat his brother King Khagemba. Dimasha Prataphil was aware of Khagemba's military strength and knew that his forces alone could not win. So, he requested help from the Nawab of Taraf, Muhammad Nazir. Nazir supplied 1000 troops, who were placed under the command of his brother Muhammad Sani. Sani was defeated and King Khagemba imprisoned him and his soldiers. Later, King Khagemba allowed the Muslim soldiers to settle in the valleys of Manipur. Meanwhile, the Burmese army attacked the Kabaw Valley. King Khagemba asked the Muslim soldiers to help the Meitei army. They agreed and fought alongside the Meitei army and were victorious. Khagemba was very happy with that and bestowed the name on the Muslim soldiers. Through marriage, adoption of the Meitei language and local practices which did not conflict with Islam, the Muslim soldiers were eventually naturalised as the Meitei Pangals. The Meitei Pangals were result of two Muslim migrations in 1606 and 1724. Manipur provided shelter to Shah Shuja, the Mughal prince who fled (and was pursued) to save himself from the wrath of his brother Mughal Emperor Aurangzeb. According to Henry Rule Kathe, Muslims are the result of intermixing (melting pot) of Muslims coming in different eras from different directions – Bengal, Arakan, Cachar and Manipur itself. Silk spinning was a trade widely practised by them. The Meitei Pangals of Manipur devastated and were taken as slaves by the invading Burmese armies. While some Muslims were already living in Manipur, there was a significant influx of Muslims from 1660 onwards, as refugees followed the deposing of the Mughal Shah Shuja (Shangkusum) of Hindustan, who lost a war of succession to Aurangzeb. Shuja's flight is significant in the Islamic folklore of both north east India and Bangladesh. On 6 June 1660, Shuja fled from Dacca (Dhaka), initially intent on travelling, via Chittagong to Arakan (Rakhine). Arakan, capital of the Mrauk U Kingdom, was the destination, because Sanda Sudamma (Thudamma) had reportedly promised to provide ships to take Shuja and his entourage to Mecca for haj (pilgrimage). Shaju travelled with his wife Piari Banu Begum (a. k. a. Praveen Banu, Piara Banu, or Pai Ribanu) and her sister Sabe Banu, his sons Zainul Abidin (Zainibuddin, Bon Sultan or Sultan Bang), Buland Akhtar and Zain ul Din Muhammad (Zainul Abedi), and daughters Gulrukh Banu, Roshanara Begum and Amina Begum, as well as two vessels of gold and silver, jewels, treasures and other royal trappings, on the backs of half a dozen camels, while about 1,000 palanquins (carriers) transported Shuja's harem. After staying for some time at Chittagong, Shuja took a land route (still called Shuja Road) southward. Shuja prayed the Eid prayer at a place called Edgoung (meaning eidgah) in Dulahazra. The part crossed the Naf River, half a mile north of Maungdaw, which is sometimes still known as "Shuja Village". The final leg was a sea voyage to Arakan where Shuja was received by an envoy of king Sanda Sudamma and escorted to quarters provided for him. However, after Shuja arrived in Arakan, Sudama reportedly reneged on this promise and confiscated some of Shuja's treasure. In retaliation, Zainul Abidin and another brother led a Mughal attack on Sudama and almost succeeded in setting fire to the royal palace. Two or three of Shuja's sons died in subsequent fighting and/or the Mughals' flight into the jungle. Many other Mughals were massacred. Shuja's daughter Gulrukh reportedly committed suicide after being captured and raped by Sudama. The surviving members of Shaju's party, helped reportedly by Mughals and Pathans resident at Arakan, travelled north with Portuguese mariners, at a high cost in gold and jewels. The Hindu kings of Tripura and Manipur were more agreeable hosts – probably because they did not like the expansionist policy of Aurangzeb – and played a crucial role in concealing Shuja's whereabouts. Shah Shuja and his party arrived at Tripura on 16 May, Aware that Aurangzeb’s scouts and spies were searching for the former Shah, the Tripura officials spread misinformation that Shuja had died at Arakan, or was travelling to Mecca, among other stories. Mir Jumla II learned of the situation and sent three men to Manipur in late December, to detain and retrieve Shuja's family. However, the Qazi of Manipur, Muhammad Sani, detained the chief emissary of the Mughals, Nur Beg to ensure that the others, Dur Beg and Rustam Beg, did not provide information regarding Shuja’s presence in Manipur. At that time, Shuja was in hiding at a cave known later as Shuja lok ("Shuja Cave"), Haignang, Kairang (east of Imphal). According to some accounts he later died at the cave. The Manipuri Muslims are the descendants of the soldiers from Sylhet and the local Meitei women. The Meitei Kings of Manipur gave their surnames based on their professions. For example, Fundreimayum was the surname given to those who worked on lathe. Likewise, Chesam was given as surname to those who worked in paper industry.

Население

Их нынешняя численность населения составляет 239 886 человек, что составляет 8,40% населения штата Манипур по данным переписи населения 2011 года. Пангалы в основном расселились на окраинах Манипура, вблизи речных берегов, озер и подножий гор. Пангалы преимущественно сосредоточены в окрестностях Имфала, столицы Манипура, и Тубала. Значительное число пангалов проживает в Качаре (Ассам), Ходжае (Ассам), Комолпуре (Трипура) и Бангладеш. Считается, что предки мейти-пангалов, поселившихся в этом регионе, мигрировали из Манипура во время семилетнего разорения, также известного как Чахи Тарет Хунтакпа – темного периода в истории Манипура, когда происходили бирманские вторжения в Ассам и завоевание Манипура примерно в 1815 году нашей эры.

Культура

У метей-пангалов много фамилий. Они – коренное и миролюбивое сообщество. Традиционная одежда для мужчин – лунги и пижамы, а для женщин – курти, шальвары и фанек. Они также носят и западную одежду. Они сохранили свою самобытность, несмотря на ассимиляцию и смешение с другими местными общинами.

Стратификация

Метей-пангалы делятся на множество кланов или семейных наименований. Айекпам происходят от художника. Айекпам переводится как "тот, кто пишет картины". Басемайум происходят из царства в Силете, известного как Баса (или Паша). Однако Р. Б. Пембертон предполагает, что это царство находилось в Качаре. Макаки возводят своё происхождение к основателям Бармакама Пова Мекка XII века, отреставрированного султаном Бенгалии Алауддином Хусейн Шахом в XV веке. Они делятся на три клана: клан Макаким Ариба происходит от члена племени Бану Махзум в Мекке. Клан Макака Амуба происходит от Лукхиярфула, который является потомком Нуруллы Герати, субадара Камрупа/Шуджабада в 1677 году, родом из Герата, Афганистан. Клан Макака Ангуба происходит от Сунарфула, который является потомком Лутфуллы Ширази, мусульманского чиновника при дворе Великих Моголов. Мальсам происходят от человека начала XVII века по имени Малса, который мигрировал в Манипур из долины Брахмапутры. Мансам происходят от человека XVII века, который мигрировал в Манипур из долины Сурма.

Дискриминация

Несмотря на долгую историю пангалов в этом регионе, их общие культурные черты с немусульманскими соседями и, как правило, мирное сосуществование в качестве меньшинства, в последнее время они столкнулись с дискриминацией, маргинализацией и исламофобией со стороны правительства Манипура, некоторых политиков и других жителей Манипура. К стереотипам о пангалах относятся представления об их асоциальности и склонности к определенным преступлениям, таким как воровство или торговля наркотиками. Приход к власти Бхаратия Джаната Парти (БДП) в Манипуре с 2016 года привел к увеличению числа нападений на пангалов. В сентябре 2018 года толпа линчевала предпринимателя-пангала Мохамеда Фарука Хана, и видео его линчевания быстро распространилось в социальных сетях. Его обвинили в краже скутера, однако появились сообщения о том, что Хана могли несправедливо обвинить в этом преступлении. Этот инцидент вызвал страх за свою безопасность среди местных пангалов. Пангалы, как правило, получают непропорционально меньший объем государственной помощи по сравнению с мейте и другими коренными группами в регионе. Программа КГБВ была внедрена среди народов нага и куки, но не в районах с существенным населением пангалов. В 2018 году правительство Манипура принудительно выселило 400 пангалов из их домов, заявив, что они проживают на территории лесных заповедников и рисовых полей. Правительство задействовало полицию и использовало природоохранное законодательство для проведения выселений. Пангалы до сих пор не получили компенсацию за эти выселения. Правозащитники утверждают, что аналогичные территории, населенные мейте, подвергаются гораздо меньшему контролю и выселениям. Чингиз Хан, пишущий для Manipur Daily, заявил, что эти действия государства подтолкнули другие коренные группы в регионе к угрозам в адрес пангалов и их бизнеса с требованием покинуть это место.