Введение

Рассказ китайского писателя Лу Сюня 1918 года "Дневник сумасшедшего", также переводимый как "Записки сумасшедшего", – это рассказ китайского писателя Лу Сюня, опубликованный в 1918 году. Он стал первым и одним из самых влиятельных произведений, написанных на разговорном китайском языке в период Китайской Республики, и впоследствии превратился в краеугольный камень Движения новой культуры. В своих рассказах Лу Сюнь часто критиковал китайское общество начала XX века, а "Дневник сумасшедшего" заложил новый язык и создал революционный образ в китайской литературе, предприняв попытку оспорить устоявшееся мышление и традиционное понимание. Форма дневника и идея о сумасшедшем, который видит реальность яснее окружающих, были вдохновлены рассказом Николая Гоголя "Дневник сумасшедшего". "Безумец" Лу Сюня видит "людоедство" как в своей семье, так и в окружающем его обществе, а затем обнаруживает его и в конфуцианской классике, которой издавна приписывали гуманистическую заботу о взаимных обязательствах в обществе и которую использовали для оправдания превосходства конфуцианской цивилизации. Рассказ можно рассматривать как саркастическую атаку на традиционную китайскую культуру и общество и призыв к новому культурному направлению. "Дневник сумасшедшего" является первым рассказом в первом сборнике Лу Сюня и часто упоминается как "первый современный китайский рассказ". Наряду с произведением Чэнь Хэнчжэ "Один день", он был одним из самых влиятельных современных произведений на разговорном китайском языке, опубликованных после Синьхайской революции. Он был включен в список 100 лучших книг в истории Всемирной библиотекой Bokklubben, а в 2014 году The Telegraph отнесла его к десяти лучшим азиатским романам всех времен.

Синопсис

История начинается с записки рассказчика, написанной на классическом китайском языке, в которой он описывает свою встречу со старым другом. Узнав, что брат друга болен, он навещает их, но обнаруживает, что брат выздоровел и поступил на государственную службу. Остальная часть истории состоит из 13 фрагментов, которые рассказчик переписал из дневника брата, веденного им в период "помешательства", на разговорном китайском языке. Дневник раскрывает, что он страдал от "комплекса преследования" и стал с подозрением относиться ко всем, включая взгляды прохожих, действия врача, поведение брата и даже лай собак. Он пришел к убеждению, что жители его деревни питают к нему неприязнь и являются людоедами, намеревающимися его съесть. Читая историческую книгу, "безумец" стал видеть слова "есть людей" между строк, как комментарии, добавленные в классических китайских текстах. По мере развития его "помешательства" он переживает психотические эпизоды, думая, что односельчане пытаются толкнуть его на самоубийство, что его брат съел его сестру и что он сам мог бы поступить так же. Он пытается убедить жителей деревни "изменить свои сердца", но приходит к выводу, что люди поедают друг друга на протяжении тысячелетий. Последняя глава заканчивается призывом "спасти детей".

Литературные средства

Использование Лу Синем образов, символики и метафоры служит символической интерпретацией его презрения к традиционным китайским ценностям и мышлению. Безумец представляет собой «пробудившегося» индивида, который обретает свою индивидуальность и отказывается подчиняться традиционным и вредным культурным нормам общества.

Поскольку Китай на протяжении долгой истории был построен на конфуцианской морали и принципах, такие понятия, как демократия, индивидуализм, естественные права и свобода мысли отсутствовали и, следовательно, испытывали трудности с укоренением в китайской психике. Лу Синь заметил: «Мы, китайцы, всегда были немного высокомерны, но, к сожалению, это никогда не было «индивидуальным высокомерием», а исключительно «коллективным и патриотическим высокомерием». Это высокомерие проявляется в «Дневнике безумца», когда безумец говорит: «Желая есть людей, одновременно боятся быть съеденными, и все смотрят друг на друга с глубочайшим подозрением» – метафора коррупции китайского народа посредством оков традиции, формирующая фрагментированное и характеризующееся низким уровнем доверия общество, неспособное совместно работать ради лучшего будущего. Другой тревожный пример – использование литературного приема: «медицинская наука» используется для легитимизации и увековечения существующих угнетающих феодальных систем вместо исцеления болезней разума и тела. Как показывает пролог, безумец/революционер «излечивается» от своего «комплекса преследования» и в конечном итоге ассимилируется обратно в каннибалистическую и бесчеловечную культуру, которую он когда-то осуждал.

Исторический контекст

Начало XX века ознаменовалось бурным периодом в китайской истории, отмеченным падением династии Цин в результате революции 1911 года и началом республиканской эры в Китае. В это время среди населения широко распространились как протесты против западного империализма, так и призывы к большей демократии, заимствованию западных идей и модернизации. Китай был охвачен эпохой милитаризма, регионализма и гражданских беспорядков. Политическая нестабильность царила в молодой и раздробленной республике, номинально возглавляемой Сунь Ятсеном, и велись активные дебаты о будущем политическом курсе страны. Масштабные социальные перемены оказали значительное влияние на развитие китайской литературы и способствовали формированию лингвистической системы, известной как байхуа. Лу, выдающийся интеллектуал и ключевая фигура Движения 4 мая, считается «отцом современной китайской литературы», а вклад Лу Синя в китайскую литературу продемонстрировал радикальные изменения в китайском языке и стиле. Ху Ши, важная фигура Движения 4 мая и плодовитый писатель современного Китая, основал в 1917 году «Движение за новую литературу». Целью движения было создание реформированной версии китайской письменности, замена классического китайского языка, чтобы обычные китайцы могли легче его изучать и понимать. Таким образом, была создана новая система письма – байхуа. Байхуа представлял собой разговорный литературный язык, широко использовавшийся в народных рассказах, пьесах и в качестве повседневной речи. Некоторые ученые выступали за замену традиционного вэньяня и использование байхуа в качестве стандарта письменности и общения среди населения. В период Реформационного движения 1898 года первые шаги к применению байхуа можно было заметить в газетах и журналах. «Дневник сумасшедшего» – знаменитое и показательное произведение литературы, написанное в стиле Движения 4 мая, представлено как фрагменты дневника, написанные автором на разговорном языке. К 1940-м годам байхуа стал стандартной формой письменного китайского языка.

Прием

Несмотря на успех и доминирование в китайской литературе, потребовалось пять лет, чтобы рассказы Лу Сюня получили широкое признание как выдающиеся произведения. До публикации "Дневника" Лу Сюнь находился в состоянии глубокой безнадежности и отчаяния, и его душевное состояние было неизвестно читателям, за исключением немногих близких ему людей. Таким образом, "Дневник сумасшедшего", с использованием новаторских приемов, не был легко понятен большинству современников. Тема каннибализма и идея "пожирания самого себя" вызвали споры и критику из-за своей неоднозначности и трактовки как резкой критики китайской культуры и традиционных устоев. Попытки Лу Сюня излечить культурный недуг, поразивший традиционное китайское общество, через свои произведения не были встречены с энтузиазмом. Однако "беспрецедентность" рассказа, его острые темы и актуальность привлекли внимание многих писателей и критиков. В целом, творчество Лу Сюня является летописью исторических перемен в Китае республиканской эпохи и острой социальной критикой проблем, которые остаются актуальными для современного китайского общества. Рассказы Лу Сюня признаны значительным произведением современной классической китайской литературы, отражающим борьбу китайского общества за освобождение от многовекового тиранического имперского гнета, проблемную социальную структуру и политические вопросы того времени.