Введение

Семён Денисович Игнатьев (Семён Денисович Игнатьев; 14 сентября 1904 – 27 ноября 1983) — советский политический деятель и последний руководитель органов безопасности, назначенный Иосифом Сталиным.

Начало карьеры

Игнатьев, сын крестьянской семьи украинского происхождения. Когда ему было десять лет, его родители переехали в Узбекистан, и он выучил узбекский язык. После Большевистской революции он вступил в комсомол, стал профсоюзным организатором в Бухаре и инженером, вступил в Коммунистическую партию в 1926 году. На протяжении большей части своей карьеры он был незаметным региональным работником партийного аппарата в приграничных республиках СССР. В 1934–1938 годах работал в центральном партийном аппарате в Москве, но получил неожиданное повышение в 1938 году в результате Большого террора, когда был назначен первым секретарем коммунистической партии Бурятской АССР. Впоследствии он был первым секретарем Башкирской АССР в 1944–1946 годах и занимал высокие партийные должности в Дагестанской АССР и Узбекистане. В мае или июне 1946 года он был вызван в Москву для работы инспектором партийных организаций по рекомендации Николая Патоличева, который стал партийным секретарем. В марте 1947 года он был назначен секретарем коммунистической партии Белоруссии, ответственным за сельское хозяйство, но был снят с должности в начале 1950 года и направлен в Узбекистан.

Начальник службы безопасности

В декабре 1950 года Игнатьев был отозван в Москву и назначен руководителем отдела ЦК КПСС, курировавшего партийный, комсомольский и профсоюзный аппарат, и ему было поручено расследование в отношении министра государственной безопасности (предшественника КГБ) Виктора Абакумова, которого его соперник Иван Серов обвинил в коррупции. Когда Абакумов был уволен и арестован в июле 1951 года, Игнатьев был первоначально назначен представителем ЦК в МГБ. 9 августа 1951 года он был назначен министром Государственного контроля СССР. Его пребывание в должности совпало с антисемитской кампанией, которая началась с арестов всех известных евреев, работавших в МГБ – Льва Шварцмана, Леонида Эйтингона, Леонида Райхмана, Андрея Свердлова, сына Якова Свердлова, и многих других – и завершилась печально известным делом врачей. 5 марта 1953 года, после смерти Сталина, Игнатьев был освобожден от должности в МГБ, поскольку Берия включил МГБ в состав своего МВД, и был назначен секретарем ЦК. В апреле в газете "Правда" и других изданиях было объявлено, что дело врачей было судебной ошибкой, и что Игнатьев виновен в "политической близорукости и невежестве", допустив это.

Роль в антисемитской чистке

Подчиненный Игнатьева, Михаил Рюмин, был обвинен в том, что являлся главным подстрекателем заговора врачей, за что был расстрелян. В то же время Игнатьеву посчастливилось стать первым бывшим главой органов безопасности почти за 30 лет, избежавшим ареста и казни – участи, постигшей Генриха Ягоду, Николая Ежова, Всеволода Меркулова, Берию и Абакумова. Позднее Игнатьев утверждал, что не был вовлечен в заговор врачей, кроме как в передаче сообщений между Сталиным и Рюминым. В своих мемуарах Хрущев утверждал:

В отличие от него, бывший офицер МГБ Павел Судоплатов утверждал, что "на пике антисемитской кампании руководили уголовным расследованием и избиением врачей не Рюмин, а Мецетов, Коняткин и Игнатьев". Он описывал Мецетова и Коняткина, заместителя Рюмина, как "некомпетентных". Рюмина уволили в ноябре 1952 года, а Игнатьев остался на посту, хотя 14 ноября 1952 года он потерял сознание после передачи прямого приказа Сталина о пытках заключенных. Возможно, он испытывал нежелание выполнять это указание, но историки Джонатан Брент и Владимир Наумов отмечают, что "недомогание и истощение Игнатьева не помешали ему проявлять слепое послушание". Судоплатов также утверждал, что Игнатьев планировал убийства пожилых противников советского режима в Германии и Париже, включая эмигрантов-меньшевиков и украинского националиста, который "перевалил за семьдесят, не был активен, но группа Игнатьева стремилась доложить о его устранении, чтобы произвести впечатление на руководство". Среди других предполагаемых целей убийства, как утверждается, были Иосип Броз Тито и Александр Керенский.

Поздняя карьера

В феврале 1954 года Игнатьев был вновь назначен на должность первого секретаря в Башкирской республике, которую он занимал десять лет ранее. В июне 1957 – октябре 1960 года он возглавлял коммунистическую партию в Татарстане. Татарские историки отмечают, что он лоббировал вопрос о возрождении татарского языка в Москве в 1958 году. По словам историка Римзиля Валеева, «ни один другой партийный лидер не проявлял столь фундаментальной и эффективной заботы о татарском языке и культуре, как Игнатьев в 1957–1960 годах», отчасти потому, что ни один другой партийный функционер в Татарстане не обладал опытом Игнатьева в политике на высоком уровне в Москве. Игнатьев вышел на пенсию «по состоянию здоровья» в возрасте 55 лет. Он умер от естественных причин в 1983 году и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве, вместе с многими представителями советской элиты.