Запрет на профсоюзы полиции в Великобритании: история и последствия

Введение

В результате забастовок британской полиции в Великобритании в 1918–1919 годах британское правительство внесло в парламент свои предложения о принятии Закона о полиции, который учредил Федерацию полиции Англии и Уэльса в качестве представительного органа для полиции. Закон запрещал сотрудникам полиции вступать в профсоюз или аффилиироваться с какой-либо другой профсоюзной организацией. Этот закон, разработанный и принятый, был принят в ответ на создание Национального союза полицейских и тюремных служащих (NUPPO). Успешная забастовка полиции в 1918 году и еще одна забастовка в июне 1919 года привели к подавлению союза правительством. 1 августа 1919 года Закон о полиции 1919 года вступил в силу. В парламенте прозвучало лишь формальное возражение со стороны небольшой группы членов парламента от Лейбористской партии.

Формирование NUPPO

В 1870 году полиция Ньюкасла-на-Тайне оказалась в конфликте с местным наблюдательным комитетом из-за условий труда и низкой заработной платы, однако не отказалась от исполнения служебных обязанностей. За этим последовали две забастовки столичной полиции в 1872 и 1890 годах. В начале XX века активизировалось создание профсоюзов, и в сентябрьском выпуске журнала Police Review за 1913 год появилось анонимное письмо, объявлявшее об учреждении полицейского профсоюза. Рядовые сотрудники начали тайно вступать в профсоюз. Полиция немедленно увольняла всех, кого заставала за членством. Однако новый профсоюз привлек внимание рядовых сотрудников, и его ряды росли. Накануне забастовки 1918 года НУППО заявила о 10 000 членах при общей численности столичной полиции в 12 000 человек. Комиссар сэр Эдвард Генри ответил изданием официального полицейского приказа, запрещавшего профсоюз и угрожавшего немедленным увольнением всем, кто с ним связан. Национальное правительство также выразило свое несогласие. Министр внутренних дел и комиссар полагали, что угроза увольнения и лишения пенсионных прав послужит достаточным сдерживающим фактором. Однако к августу 1918 года столичная полиция все же объявила забастовку.

Увольнение полицейского констебля Тиля

Полиция уволила полицейского констебля Тиля, известного сотрудника и профсоюзного организатора, за его профсоюзную деятельность. Этот шаг стал катализатором забастовки 1918 года и послужил искрой для множества накопившихся претензий по поводу оплаты труда и условий работы. Власти грубо недооценили силу поддержки, которую рядовые сотрудники оказывали решительным действиям для решения их проблем и защиты констебля Тиля. За день до начала забастовки, руководители полиции доложили комиссару на еженедельном совещании, что в полиции сохраняется спокойствие.

Стачка 1918 года

Руководство NUPPO потребовало повышения заработной платы, улучшения военных надбавок, расширения пенсионных прав, включая вдов полицейских, сокращения стажа, необходимого для получения пенсии, и пособий на детей школьного возраста. Наиболее важным вопросом было официальное признание NUPPO в качестве представителя сотрудников полиции. NUPPO уведомила власти о том, что если их требования не будут выполнены до полуночи 29 августа, они объявят забастовку. Забастовка 1918 года застала правительство врасплох в период внутренних и международных трудовых волнений. Скорость начала забастовки и солидарность сотрудников шокировали правительство. К следующему дню, 30 августа, в забастовке участвовало 12 000 человек, практически весь личный состав столичной полиции. В ответ правительство развернуло войска в ключевых точках по всей столице, и его приоритетом было прекращение забастовки. Премьер-министр Ллойд Джордж, находившийся во Франции, когда началась забастовка, созвал 31 числа встречу с руководством NUPPO, и в тот же день забастовка была урегулирована. Условия урегулирования включали повышение для всех званий на 13 шиллингов [65 пенсов] в неделю в размере пенсионной оплаты, подняв минимальную сумму до 43 шиллингов [2,15 фунтов стерлингов]. Стаж, необходимый для получения пенсии, был сокращен с 30 до 26 лет, а вдовам была назначена пенсия в размере 10 шиллингов [50 пенсов]. Была предоставлена военная надбавка в размере 12 шиллингов [60 пенсов] в неделю, а также пособие в размере 2 шиллингов и 6 пенсов [12,5 пенсов] на каждого ребенка школьного возраста. Констебль Тиль был восстановлен в должности. Все требования NUPPO были удовлетворены, за исключением официального признания профсоюза. За пределами Лондона забастовок не было. Однако полицейские в Манчестере угрожали забастовкой; им предложили и они приняли те же условия, что и сотрудникам столичной полиции. К октябрю несколько других полицейских сил по всей стране получили повышение заработной платы. Непосредственным следствием забастовки стало увеличение членства в профсоюзе, которое выросло с 10 000 в августе до 50 000 к ноябрю 1918 года. Что касается признания профсоюза, Ллойд Джордж заявил, что это невозможно в военное время. Тот факт, что Ллойд Джордж встретился и урегулировал спор с лидерами профсоюза, был воспринят президентом профсоюза Джеймсом Марстоном как фактическое признание профсоюза. В результате забастовки 1918 года сэр Эдвард Генри, комиссар столичной полиции, подал в отставку и был заменен действующим военным, генералом сэром Невилом Макреди. Макреди немедленно приступил к реорганизации командной структуры полиции. По мнению Макреди, дни NUPPO были сочтены. Он был уверен, что, учитывая обстоятельства его назначения, он имеет полную свободу действий в своих отношениях с NUPPO и ее должностными лицами. Макреди не предпринимал никаких попыток поощрить переговоры с профсоюзом. Он отказался признавать Джеймса Марстона, президента NUPPO, и Джека Хейса, генерального секретаря. Макреди считал, что у полиции была претензия, которая теперь была удовлетворена, а NUPPO оставалась неофициальной организацией и поэтому с ней не следовало иметь дело. В попытке обойти профсоюз Макреди создал представительные советы для сотрудников полиции. При создании этих советов Макреди не консультировался ни с правительством, ни с профсоюзом. Эти советы должны были состоять из одного делегата от каждого из двадцати шести подразделений в составе столичной полиции, все из которых должны были избираться тайным голосованием. Руководство NUPPO вновь потребовало официального признания NUPPO. С одобрения Министерства внутренних дел Макреди отменил полицейские приказы, запрещающие сотрудникам полиции вступать в NUPPO, но добавил пункт, запрещающий членам профсоюза вмешиваться в полицейскую дисциплину или уговаривать сотрудников полиции покинуть службу.

The executive of NUPPO demanded a pay increase, improved war bonuses, extension of pension rights to include policemen's widows, a shortening of the pension entitlement period, and an allowance for school aged children. The most significant issue was that NUPPO be officially recognised as the representative of the police workers. NUPPO informed the authorities that unless their demands were met by midnight on the 29 August, they would call a strike. The strike of 1918 caught the government off guard at a time of domestic and international labour unrest. The swiftness of the strike and the solidarity of the men shocked the government. By the next day, 30 August, 12,000 men were on strike, virtually the entire complement of men in the Metropolitan Force. The government deployed troops at key points across the capital in response and its priority was to end the strike. Prime Minister Lloyd George, who had been in France when the strike started, called a meeting on the 31st with the executive of NUPPO, and the strike was settled that same day. The terms of the settlement included an increase for all ranks of 13 shillings [65p] per week in pensionable pay, raising the minimum to 43 shillings [£2.15]. The right to a pension was reduced from 30 years' service to 26 years' service, and widows were awarded a pension of 10 shillings [50p]. A war bonus of 12 shillings [60p] per week was granted, and a grant of 2 shillings and sixpence [12 1/2p] for each child of school age was given. Constable Thiel was reinstated. All NUPPO's demands had been met except official recognition of the union. Outside London there had been no strikes. But policemen in Manchester threatened to strike; they were offered and accepted the same terms given to the Metropolitan Police. By October, several other police forces around the country had been given pay increases. An immediate consequence of the strike was the increase in union membership, which jumped from 10,000 in August to 50,000 by November 1918. As far as union recognition was concerned, Lloyd George stated that this could not be granted in time of war. The fact that Lloyd George had met, and settled the dispute, with the union leaders was viewed by union president James Marston as de facto recognition of the union. As a consequence of the 1918 strike, Sir Edward Henry, the Commissioner of the Metropolitan Police resigned and was replaced by a serving soldier, General Sir Nevil Macready. Macready immediately began reorganising the command structure of the police. As far as Macready was concerned the days of the NUPPO were numbered. He had the comforting knowledge that, given the circumstances in which his appointment was made, he was to have carte blanche in his dealings with the NUPPO and its officials. Macready did nothing to encourage talks with the union. He refused to recognise both James Marston, the president of NUPPO, and Jack Hayes, the general secretary. As far as Macready was concerned the police had had a grievance that was now settled, and NUPPO remained an unofficial body therefore they were not to be dealt with. In an attempt to circumnavigate the union, Macready established representative boards for police officers. In instituting the boards, Macready had neither consulted the government nor the Union. These boards would consist of one delegate from each of the twenty six divisions within the Metropolitan force – all of whom were to be elected by secret ballot. The NUPPO executive demanded once again that NUPPO be officially recognised. With the approval of the Home Office, Macready lifted Police Orders ban barring police from joining NUPPO, but added an addendum forbidding union members from interfering with police discipline or imploring police to withdraw from duty.

Комитет Десборо и забастовка 1919 года

Правительство объявило о созыве комитета под руководством лорда Десборо, которому было поручено рассмотреть все аспекты деятельности полицейских сил Англии, Уэльса и Шотландии. Одной из проблем, на которую обратил внимание комитет, была непоследовательность в оплате труда полицейских. В то время единой системы оплаты труда для полиции не существовало. Местные наблюдательные комитеты были единственными, кто определял размер заработной платы полицейских. Заработная плата сельскохозяйственных рабочих и неквалифицированных рабочих превысила заработную плату полицейских. Комитет Десборо зафиксировал, что средний констебль, служащий в провинциальной полиции с пятилетним стажем, женатый и имеющий двоих детей, зарабатывал 2 фунта 15 шиллингов [2,75 фунта стерлингов], включая все надбавки, такие как арендная плата и пособие на ребенка. Комитет Десборо привел примеры, когда дворник в Ньюкасле-на-Тайне получал такую же зарплату, как и констебль в провинциальной полиции. Десять других примеров, приведенных комитетом, также показали, что полиция получала меньше, чем работники, занятые на низкоквалифицированном труде, причем шесть из этих профессий оплачивались выше, чем в столичной полиции. Лорд Десборо, таким образом, испытывал немало сочувствия к положению рядового полицейского в вопросах оплаты труда и, следовательно, рекомендовал сравнительно щедрые повышения. К концу 1918 года и в 1919 году казалось, что все профсоюзы, крупные и мелкие, были вовлечены в споры по всей Великобритании. К середине 1919 года на доках, среди железнодорожников и других транспортных рабочих начались забастовки или угрозы забастовок. Произошла общенациональная забастовка пекарей и забастовка арендаторов в Глазго. В прессе тем временем сообщалось о том, что в Британию пришла большевистская революция. Правительство не могло допустить возможности того, что полиция присоединится к другому профсоюзу или TUC. Правительство расценило недовольство рабочих, включая полицию, как признак нелояльности. Было решено, что оно больше не допустит повторения подобной ситуации. Закон о полиции 1919 года стал смертным приговором для НУППО. Он учредил Федерацию полиции Англии и Уэльса – версию профсоюза в государственном секторе, призванную заменить НУППО. В соответствии с законом, НУППО была объявлена вне закона как представительный орган полиции и запрещена принадлежность полицейских к профсоюзам. У НУППО не оставалось иного выбора, кроме как бороться или прекратить свое существование; неудивительно, что они выбрали борьбу. Однако на этот раз именно профсоюз неверно оценил настроение сотрудников, когда призвал к новой забастовке. Из 18 200 сотрудников столичной полиции в забастовке 1919 года приняли участие лишь 1156 человек.

The government announced that a committee be convened under Lord Desborough that would look at all aspects of police forces in England, Wales, and Scotland. One of the things the committee highlighted was the inconsistency in police pay. At the time, there was no uniform pay structure for the police. Local Watch Committees were the sole arbiters of police pay. The pay of agricultural workers and unskilled labourers had outstripped that of the police. The Desborough Committee recorded that the pay for the average constable serving in a provincial force with five years service who was married with two children would earn 2 pounds 15 shillings [£2.75], including all their allowances such as rent and a child allowance. The Desborough Committee cited examples that a street sweeper in Newcastle on Tyne was on the same rate of pay as a constable in the provincial force. Ten other examples cited by the committee also showed police were paid less than menial labour occupations, six of which paid higher than the Metropolitan Police. Lord Desborough was therefore quite sympathetic to the plight of the ordinary policeman regarding pay, and consequently recommended comparatively generous increases. By the end of 1918 and into 1919 it seemed that all the unions, large and small, were active in disputes throughout Britain. By mid 1919 there were strikes or the threat of strikes on the docks and among railway and other transport workers. There was a nationwide bakers' strike and a rent strike by council tenants in Glasgow. The press, meanwhile, was reporting that a Bolshevik revolution had arrived in Britain. The government could not afford the possibility of the police aligning with another union or the TUC. The government interpreted labour discontent, including the police, as a sign of disloyalty. It was determined that it would not be caught napping a second time. The Police Act 1919 was the death knell of NUPPO. It established the Police Federation of England and Wales, a public sector version of a company union, to replace NUPPO. Under the Act, NUPPO was outlawed as a representative body for the police and forbade police from belonging to a trade union. NUPPO had no options but to fight or fold; unsurprisingly, it chose to fight. This time, however, it was the union that misread the mood of the men when it called for another strike. Out of a force of 18,200 men in the Metropolitan Police, only 1,156 participated in the strike in 1919.

Ливерпуль

Полиция города Ливерпуль, однако, поддержала забастовку 1919 года. Из 1874 сотрудников полиции города Ливерпуль 954 приняли участие в забастовке. Профсоюз полиции Бутла заявил, что к забастовке присоединились 69 из 70 офицеров.

Исход

В конечном итоге результаты забастовок 1918 и 1919 годов частично пошли на пользу работникам полиции. Им было повышено жалование, которое удвоило их заработную плату, и правительство на некоторое время было вынуждено обратить внимание на их проблемы. Однако сотрудникам полиции было запрещено вступать в профсоюзы, запрещено предпринимать какие-либо будущие трудовые акции (например, забастовки), и правительство учредило Федерацию полиции, функционально схожую с корпоративным профсоюзом. Эти две забастовки повысили осведомленность правительства о важности полиции для обеспечения собственной стабильности.

Дополнительная информация

Bean, R. "Полицейские беспорядки, профсоюзы и забастовка 1919 года в Ливерпуле", Журнал современной истории, 15, 1980, с. 647.
Cronin, J. E. Труд и общество в Великобритании 1918–1979 гг. (Лондон, 1984).
Cronin, J. E. "Преодоление трудностей с рабочей силой, 1918–1928 гг.", в J. E. Cronin и J. Schneer, eds, Социальный конфликт и политический порядок в современной Великобритании (Лондон, 1982).
Judge, A. и Reynolds, G. W., Ночь, когда полиция объявила забастовку (Лондон, 1968).
Wrigley, C. Британское рабочее движение в десятилетие после Первой мировой войны (Лоугборо, 1979).

Современные счета

Журнал "Полиция и тюремные офицеры": выпуски от 2 января 1919 года, 20 февраля 1919 года, 30 апреля 1919 года, 21 мая 1919 года, 2 июля 1919 года, 20 августа 1919 года и 3 сентября 1919 года.