Введение

Уголовное преследование животных. Судебные разбирательства с участием животных.

В истории юриспруденции судебный процесс над животным представлял собой уголовный суд над нечеловеческим существом. Такие процессы зафиксированы в Европе с тринадцатого по восемнадцатый век. Наиболее полно документированы эти процессы во Франции, но они также имели место в Италии, Португалии, Испании и других странах. В настоящее время в большинстве систем уголовного правосудия считается, что нечеловеческие животные не обладают моральной ответственностью и, следовательно, не могут быть признаны виновными в совершении какого-либо деяния.

Испытания на животных в прошлом

Животные, включая насекомых, на протяжении нескольких столетий подвергались возможности уголовного преследования во многих частях Европы. Считается, что самая ранняя сохранившаяся запись о суде над животным относится к казни свиньи в 1266 году в Фонтенэ-о-Розе. Однако более поздние исследования предполагают, что эта интерпретация может быть ошибочной, и в данном конкретном случае судебного разбирательства не было. Несмотря на эти споры, подобные суды оставались частью нескольких правовых систем вплоть до XVIII века. Обвиняемые животные представали перед церковными и светскими судами, а обвинения, предъявляемые им, варьировались от убийства до нанесения материального ущерба. Часто заслушивались показания свидетелей-людей, а в церковных судах животным обычно предоставляли адвокатов (в светских судах этого не делалось, но на протяжении большей части рассматриваемого периода этого не делалось и для обвиняемых-людей). В случае признания виновным животное обычно приговаривалось к казни или изгнанию. Однако в 1750 году ослица была оправдана по обвинению в скотоложестве благодаря свидетельствам о добродетели и хорошем поведении животного, в то время как ее соучастник-человек был приговорен к смерти. Переводы нескольких наиболее подробных записей можно найти в книге Э. П. Эванса «Уголовное преследование и смертная казнь животных», опубликованной в 1906 году. В тексте упоминаются исследования, проведенные Карлом фон Амирой, который рассматривал этот вопрос с точки зрения юриспруденции, анализируя работу «Consilia», написанную адвокатом Бартоломеем Чассенье, защитником животных, которого неоднократно вызывали для представления интересов животных в суде. Благодаря исследованиям и анализу источников, представленных Эвансом, с особым упором на работы Амиры, можно провести различие между Thierstrafen («наказанием животных») и Thierprocesse («судом над животными»). Книга Садаката Кадри «Суд: четыре тысячи лет судебной драмы» (Random House, 2006) содержит еще одно подробное исследование этой темы. Кадри показывает, что подобные суды над животными были частью более широкой картины, включавшей судебные преследования трупов и неодушевленных предметов, и утверждает, что отголоски этих ритуалов сохраняются в современном отношении к наказанию детей и психически больных.

Наказания животных

Судебные процессы над животными, обвиняемыми в убийстве людей, имели некоторые сходства с судебными процессами над людьми: их арестовывали и проводили судебное разбирательство, которое вел светский суд. Если животное признавали виновным в убийстве, ему могли назначить смертную казнь. В средневековом обществе существовали различные способы приведения в исполнение смертного приговора, вынесенного осужденным зверям, включая повешение и удушение. Эванс цитирует трактат Жана Дюре «О боли и наказаниях», где Дюре пишет, что если животное убило или съело человека, его следовало задушить или повесить, чтобы искоренить память о преступлении. Кроме того, животных, признанных виновными, часто сжигали на костре. Иногда это делали, пока они были живы, а иногда, если судья проявлял милосердие, животное обжигали, душили, а затем сжигали. Таким же образом, именно через судебные процессы над свиньями выявлялся не только непосредственный исполнитель преступления, но и могли быть признаны «соучастники», как это произошло в деревне Сен-Марсель-ле-Жеусси в 1379 году, где два стада этих животных, как утверждалось, подняли мятеж и выразили одобрение инфантициду, совершенному другими свиньями; хотя свиньи, признанные виновными в убийстве, были приговорены к казни, благодаря просьбе владельца двух стад к герцогу Бургундскому, животных, обвиняемых в соучастии, помиловали. Других животных, таких как гусеницы, мухи, кроты, черви, улитки и пиявки, также привлекали к суду, однако гораздо реже. Среди свиней распространенным преступлением было убийство, нанесение увечий или поедание одного или нескольких детей. Около 1860 года в Словении свинья откусила уши годовалой девочке и была приговорена к тому, чтобы ее тело разрезали и скормили собакам. В 1386 году в Фалезе свинья убила ребенка, изуродовав ему лицо и руки, и была наказана путем калечения собственной головы и передних ног, а затем ее одели в одежду и публично казнили.

Медведь Катя

Медведь Катя – самка бурого медведя, родом из Казахстана, которая была заключена в тюрьму в 2004 году после того, как её признали виновной в нанесении увечий двум людям в разных происшествиях. Катю содержали в Аркалыкской тюрьме в Костанае. Согласно местному фольклору, в Хартлпуле (Англия) была повешена обезьяна. Во время Наполеоновских войн французский корабль потерпел крушение в шторме у берегов Хартлпула. Единственным выжившим с корабля была обезьяна, которую, как утверждается, одели в форму французской армии для развлечения команды. Обнаружив обезьяну на пляже, некоторые местные жители решили устроить самосуд; поскольку обезьяна не могла ответить на их вопросы, а также потому, что они никогда раньше не видели ни обезьяны, ни француза, они пришли к выводу, что обезьяна – французский шпион. Признанная виновной, она была приговорена к смертной казни и повешена на пляже. Местное прозвище жителей Хартлпула – "вешатели обезьян".

Железный корпус

Жак Феррон был французом, которого судили и повесили в 1750 году за половой акт с ослицей. Суд проходил в коммуне Ванвес, и Феррон был признан виновным и приговорен к смерти через повешение. В подобных случаях обычно и животное приговаривали к смерти, но в этом случае ослица была оправдана. Суд решил, что животное было жертвой и не действовало по собственной воле. В суд от имени ослицы был представлен документ от 19 сентября 1750 года, удостоверяющий ее добродетельный характер. Подписанный приходским священником и другими влиятельными жителями коммуны, он гласил, что "они готовы засвидетельствовать, что она во всех своих словах и поступках и во всех привычках жизни – существо безупречной честности".

Судебные разбирательства против животных

В отличие от легкости поимки животного, как указано выше, судебные процессы над животными также преследовали цель осудить вредителей за уничтожение урожая, чтобы изгнать их. Церковному трибуналу приходилось прибегать к иным вопросам и методам для их осуждения, поэтому они обращались за вмешательством церкви, начиная с соответствующих метафизических действий, таких как экзорцизм и заклинания, основным элементом которых была святая вода. Было установлено, что чаще всего через подобные процессы судили крыс, саранчу, мышей, улиток, жуков-долгоносиков, мух, шмелей, гусениц и других насекомых или «вредителей», нападавших на посевы или виноградники, что церковь объясняла «подстрекательством сатаны». Израильский ученый Эстер Коэн отметила роль защитника в случаях, когда животное вызывали в суд, который постоянно использовал процессуальные приемы, чтобы исключить возможность продолжения процесса, например, возражение из-за отсутствия юрисдикции, поскольку животные не могли совершать преступления, будучи недееспособными перед законом. Другой линией защиты было утверждение о том, что уведомление о суде было составлено с нарушением закона, поскольку оно направлялось непосредственно саранче, крысам или другим насекомым, которые не обладали волей и тем более разумом, чтобы явиться в суд. В ходе процессов и аргументов защиты иногда упоминалась роль животных в мире с точки зрения телеологии, как, например, у Фомы Аквинского, который указывал на недопустимость таких судов, поскольку животные являются творением Божьим, и обвиняя их в преступлениях, земной судья идет против божественной воли.

В популярной культуре

В юмористической поэме Льюиса Кэрролла "Охота на Снарка" (1876) адвокат мечтает о суде над свиньей, обвиняемой в побеге из хлева. В музыкальной адаптации это воплощено в песне "Свинью нужно казнить". Джулиан Барнс описывает судебный процесс над древоточцем в своей книге 1989 года "История мира в 10½ главах". Фильм 1993 года "Час свиньи", выпущенный в США под названием "Адвокат", посвящен судебному преследованию свиньи, совершившей убийство. Некоторые эпизоды отражают исторические события, и сценаристы, очевидно, консультировались с подлинными протоколами судебных заседаний, хотя сюжет строится вокруг исторической выдумки – Колин Ферт играет адвоката свиньи, но нет зафиксированных случаев, когда адвокат представлял животное, обвиняемое в убийстве. (В отличие от этого, существуют случаи, когда адвокаты выступали в защиту существ в церковных судах, и некоторые крысы и жуки, например, одержали известные победы в суде.) В романе Ольги Токарчук 2009 года "Бегуны" главная героиня пишет в полицию, приводя исторические примеры судебных процессов над животными, чтобы обосновать свою теорию о том, что животные несут ответственность за недавние местные убийства. Видеоигра-визуальная новелла 2013 года Phoenix Wright: Ace Attorney – Dual Destinies предлагает дополнительное судебное дело в качестве загружаемого контента, где главный герой Феникс Райт защищает косатку, обвиняемую в убийстве.