Введение

В начале 1942 года элементы Императорского японского флота (IJN) предложили вторжение в материковую Австралию. Этому предложению выступили против Императорская японская армия и премьер-министр Хидеки Тоджо, которые считали его невыполнимым, учитывая географию Австралии и силу обороны союзников. Вместо этого японские военные приняли стратегию изоляции материковой Австралии от Соединенных Штатов, продвигаясь через южную часть Тихого океана. Это наступление было прекращено после битвы в Коралловом море и битвы за Мидуэй в мае и июне 1942 года, и все последующие японские операции вблизи Австралии были предприняты для замедления продвижения сил союзников. Это произошло, несмотря на ключевые сражения, включая битву при Милне-Бей, где японцы потерпели первое поражение в наземном бою от австралийской бригады, и кампанию на Кокода, где австралийцы помешали японцам достичь Порт-Морсби, столицы Австралийской территории Папуа, в конце 1942 года. Австралийские города Дарвин и Брум несколько раз подвергались воздушным атакам, а тот факт, что гавань Сиднея также подверглась нападению двух карманных подводных лодок, безусловно, создал у австралийцев и американцев впечатление, что японцы рассматривают вторжение как вполне вероятный сценарий. Это также поддержало стратегическое планирование линии Брисбен. Бывший главный историк Австралийского военного мемориала, доктор Питер Стэнли, утверждает, что японская армия отвергла эту идею как «бессмыслицу», зная, что отправка войск дальше на юг ослабит Японию в Китае и в Маньчжурии перед советской угрозой. Японская армия не только осудила этот план, но и Генеральный штаб флота также его критиковал, не имея возможности выделить миллион тонн судоходства, который потребовало бы вторжение. После падения Сингапура в феврале 1942 года австралийское правительство, военные и народ были глубоко обеспокоены возможностью японского вторжения. Широко распространенный страх привел к расширению военной мощи и военной экономики Австралии, а также к укреплению связей с Соединенными Штатами.

Дебаты между армией и флотом

Успех Японии в первые месяцы Тихоокеанской войны побудил некоторые элементы Императорского японского флота предложить вторжение в Австралию. В декабре 1941 года флот предложил включить вторжение в Северную Австралию в качестве одной из военных целей Японии "второго этапа", после завоевания Юго-Восточной Азии. Наиболее активно это предложение продвигал капитан Садатоси Томиока, начальник отдела планирования Генерального штаба флота, мотивируя это тем, что Соединенные Штаты, вероятно, используют Австралию в качестве базы для контрнаступления в юго-западной части Тихого океана. Штаб-квартира флота утверждала, что вторжение может быть осуществлено небольшим десантным отрядом, поскольку эта часть Австралии была слабо защищена и изолирована от основных населенных пунктов. Однако в составе флота не было единодушной поддержки этой идеи, и командующий Объединенным флотом Исороку Ямамото последовательно выступал против нее. Японская армия отвергла предложение флота, посчитав его непрактичным. Армия была сосредоточена на обороне периметра своих завоеваний и полагала, что вторжение в Австралию чрезмерно растянет линии обороны. Кроме того, армия не хотела выделять большое количество войск, необходимых для такой операции, из Квантунской армии в Маньчжурии, опасаясь вступления Советского Союза в Тихоокеанскую войну и желая сохранить возможность вторжения в Сибирь. Премьер-министр Хидеки Тодзё также последовательно выступал против вторжения в Австралию, предпочитая политику принуждения Австралии к подчинению путем перерезания ее коммуникаций с США. В своем последнем интервью перед казнью за военные преступления Тодзё заявил:

"У нас никогда не было достаточного количества войск для [вторжения в Австралию]. Мы уже сильно растянули наши линии коммуникаций. У нас не было достаточной военной мощи и снабжения для столь масштабного расширения наших и без того перегруженных и слишком рассредоточенных сил. Мы рассчитывали оккупировать всю Новую Гвинею, сохранить Рабаул в качестве опорной базы и совершать авиационные налеты на Северную Австралию. Но фактическое физическое вторжение – нет, никогда."

В своих выступлениях перед японским парламентом 12 января и 16 февраля 1942 года Тодзё утверждал, что политика Японии заключается в "уничтожении британских колоний в Гонконге и на Малайском полуострове, поскольку они являются 'злыми базами, используемыми против Восточной Азии', и превращении этих мест в плацдармы для обороны Великой Восточной Азии. Бирма и Филиппины получат независимость, если будут сотрудничать с Японией; Нидерландская Ост-Индия и Австралия будут разгромлены, если будут сопротивляться; но если они признают истинные намерения Японии, то получат помощь в продвижении своего благосостояния и развития". Расчеты армии и флота относительно необходимого количества войск для вторжения в Австралию значительно различались и стали центральным вопросом обсуждения. В декабре 1941 года флот оценил, что для обеспечения безопасности северо-восточных и северо-западных прибрежных районов Австралии будет достаточно трех дивизий (от 45 000 до 60 000 человек). В отличие от этого, армия оценила, что потребуется не менее десяти дивизий (от 150 000 до 250 000 человек). Армейские планировщики подсчитали, что для переброски этих сил в Австралию потребуется от 1,5 до 2 миллионов тонн грузов, что потребовало бы задержки возвращения реквизированных торговых судов. Эта ударная группировка была бы больше, чем все силы, использованные для завоевания Юго-Восточной Азии. Армия также отвергла предложение флота ограничить вторжение в Австралию захватом анклавов на севере страны, посчитав это нереалистичным, учитывая вероятные контрнаступления союзников против этих позиций. Основываясь на опыте в Китае, армия полагала, что любое вторжение в Австралию должно включать попытку завоевания всего австралийского континента, что было за пределами возможностей Японии. Возможность вторжения в Австралию неоднократно обсуждалась японской армией и флотом в феврале 1942 года. 6 февраля Министерство флота официально предложило план, предусматривающий вторжение в восточную Австралию одновременно с захватом Фиджи, Самоа и Новой Каледонии другими японскими силами, но армия вновь отклонила его. 14 февраля, за день до захвата Сингапура, армейские и военно-морские подразделения Генерального штаба вновь обсудили вторжение в Австралию, и в ходе обсуждения капитан Томиока утверждал, что Австралию можно захватить "небольшим отрядом". Это заявление было названо "полной бессмыслицей" в секретном дневнике Генерального штаба. Генерал Томоюки Ямасита:

"Он сказал, что после захвата Сингапура хочет обсудить с Тодзё план вторжения в Австралию. Тодзё отклонил этот план, сославшись на удлинение линий снабжения, которые были бы ненадежными и уязвимыми для атак противника."

Разногласия между армией и флотом были разрешены в конце февраля решением не вторгаться в Австралию, а изолировать ее. Армия продолжала придерживаться точки зрения, что вторжение в Австралию непрактично, но согласилась расширить стратегический периметр Японии и отрезать Австралию от США, вторгнувшись на Фиджи, Самоа и Новую Каледонию в рамках так называемой операции FS. Вопрос о вторжении в Австралию был в последний раз обсужден в штабе Императора 27 февраля, и в ходе этой встречи армия заявила, что считает, что Австралия защищена 600 000-й армией. Во время дальнейшей встречи, состоявшейся 4 марта, штаб Императора официально утвердил "Основные направления рекомендаций по будущему военному руководству", в которых возможность вторжения в Австралию была отнесена к "будущим вариантам", только в случае успеха всех остальных планов. Этот план был представлен Императору премьер-министром Хидеки Тодзё и фактически положил конец обсуждению вторжения в Австралию. Операция FS не была реализована из-за поражений Японии в сражениях у Кораллового моря и Мидуэя и была отменена 11 июля 1942 года.

Последующие японские операции в юго-западной части Тихого океана

Поскольку возможность вторжения в Австралию была отклонена в феврале 1942 года и больше не рассматривалась, японские атаки на Австралию во время войны не были прелюдией к вторжению, как иногда утверждают. Крупный воздушный налет на Дарвин 19 февраля 1942 года и атака на Брум 3 марта были предприняты, чтобы не допустить использования этих городов союзниками в качестве баз для противодействия вторжению в Нидерландскую Ост-Индию и не были связаны с планами вторжения. По словам Фрея: более того, попытка японцев захватить Порт-Морсби в Новой Гвинее путем продвижения по тропе Кокода и высадки в заливе Милне с июля по сентябрь 1942 года была направлена на захват города для завершения японского оборонительного периметра в регионе. После захвата Порт-Морсби он должен был использоваться в качестве базы, с которой японская авиация могла бы доминировать в Торресовом проливе и Коралловом море, а не для поддержки вторжения в Австралию. Небольшой японский разведывательный отряд совершил кратковременную высадку на австралийском материке в январе 1944 года. Подразделение "Мацу Кикан" ("Сосновое дерево"), совместная разведывательная группа армии и флота, высадилась для оценки сообщений о том, что союзники начали строительство крупных новых баз на крайнем севере региона Кимберли в Западной Австралии, выходящего к Тиморскому морю. Покинув базу в Купанге (Западный Тимор), отряд, состоящий из 10 японских военнослужащих на реквизированном рыболовецком судне, которым управляли гражданские лица с Западного Тимора, совершил кратковременные визиты на необитаемые рифы Эшмор и остров Брауз. 19 января "Мацу Кикан" вошел в залив Йорк на материке. Хотя на востоке в холмах виднелся дым, японское судно было закреплено и замаскировано ветвями деревьев. Высадочные группы высадились недалеко от устья реки Ро. Они разведали окрестности в течение примерно двух часов и сняли их на 8-миллиметровую камеру. На следующий день личный состава "Мацу Кикан" снова разведал район, прежде чем вернуться в Купанг. "Мацу Кикан" не обнаружил признаков недавней человеческой деятельности, и миссия не принесла значимой военной информации. Сообщается, что один из офицеров, участвовавших в миссии, вскоре после этого вернулся в Японию, где предложил высадить 200 японских заключенных в Австралии для организации партизанской войны. Однако это предложение не было принято. По словам историка Питера Стэнли, "ни один уважаемый историк не верит, что у японцев был план вторжения в Австралию, нет абсолютно никаких доказательств".

Австралийцы боятся вторжения

После падения Сингапура премьер-министр Австралии Джон Кертин сравнил его потерю с битвой за Дюнкерк. Битва за Британию произошла после Дюнкерка; "падение Сингапура открывает битву за Австралию", – сказал Кертин, которая угрожала Содружеству, Соединенным Штатам и всему англоязычному миру. Не зная, что Япония не планировала вторжение в Австралию и в феврале 1942 года не имела возможности успешно его осуществить, австралийское правительство и народ ожидали вторжения в ближайшее время. Страх был наиболее сильным до июня 1942 года. 16 февраля Кертин заявил:

Защита этой страны – это больше не вклад в мировую войну, а сопротивление врагу, угрожающему вторгнуться на наши берега. Теперь это работа или бой, как мы никогда раньше не работали и не сражались. От того, что мы делаем сейчас, зависит все, что мы сможем сделать после этого кровавого испытания. Бывший глава Центра исторических исследований Национального музея Австралии доктор Питер Стэнли критиковал часто повторяемый и широко распространенный миф о том, что Япония намеревалась вторгнуться в Австралию, отметив, что "миф о вторжении помогает оправдать узкое видение австралийцами их военных усилий". В альтернативно-историческом романе Джона Бирмингема "Определенные цели" (2004) Имперская Япония начинает вторжение в северную Австралию. В сборнике эссе по альтернативной истории "Восходящее солнце победитель" (2001) под редакцией Питера Г. Цураса есть глава "Самураи в Австралии" Джона Гилла, в которой описывается кратковременно успешное японское вторжение на побережье Квинсленда в районе Кейп-Йорк, Кэрнса и Таунсвилла.