Микеле Заза: Король контрабанды сигарет Неаполя

Введение

Микеле Заза (; Прочида, 10 апреля 1945 – Рим, 18 июля 1994) был членом преступной организации Каморра, также прошедшим обряд посвящения в сицилийскую мафию. Он возглавлял клан Заза (впоследствии клан Мацарелла) в Неаполе. Заза был известен как ’О Паццо (безумец) из-за своих резких и невероятных публичных высказываний. Он был одним из первых каморристов, заявивших о себе как о влиятельном организаторе индустрии контрабанды сигарет в 1960-х и 1970-х годах.

Начало карьеры

Сын рыбака из Прочиды (самого маленького из трех островов в Неаполитанском заливе), он вырос в бедном районе Портичи в Неаполе. Заза, второй из трех братьев, в юности был склонен к переделкам: занимался кражами, драками и даже покушением на убийство. Его первое столкновение с законом произошло в 1961 году, когда он был арестован за участие в уличной драке. В 1960-х годах он стал лидером успешной группы по контрабанде сигарет через порт Неаполя, наряду с другой влиятельной группировкой – кланом Майсто. Вместе со своими родственниками из семьи Маццарелла он контролировал территории от Сан-Джованни-а-Тедуччо до Санта-Люсии. Заза был расточительным и весьма успешным контрабандистом сигарет. Однажды он описал свою деятельность во время допроса следователя: “Сначала я продавал по пять ящиков Philip Morris, потом десять, потом тысячу, потом три тысячи, и купил себе шесть или семь кораблей, которые у меня конфисковали. Я загружал по пятьдесят тысяч ящиков в месяц. Мог загружать и сто тысяч, на 10 миллионов долларов одним движением – достаточно было сделать телефонный звонок. За три месяца я закупал Philip Morris на 24 миллиона долларов. Мой адвокат предоставит вам чеки. Я горжусь этими 24 миллионами!” Прибыль была огромной: в 1959 году ящик Chesterfield, Camel или Pall Mall покупался за 23 доллара и продавался на улице за 170 долларов. В 1961 году был закрыт свободный порт Танжер в Марокко, служивший базой для пополнения запасов контрабандных сигарет. Незаконная торговля в Средиземноморье переместилась к берегам Югославии и Албании. Это значительно укрепило позиции Каморры. Неаполь обладал идеальным стратегическим положением в Средиземном море и легким доступом к югославскому и албанскому побережьям, и вскоре стал основным транзитным пунктом для контрабандных товаров, превратившись в столицу контрабанды Средиземноморья. Транспортные суда с нелегальными сигаретами прятались вблизи Капри. Ночью к ним подходили небольшие синие скоростные катера (motoscafi) для выгрузки товара, избегая таможенного контроля. Клану Заза удалось воспользоваться этой ситуацией. Заза получил прозвище "король блондинок" – так в французском и итальянском сленге называют сигареты, и руководил полноценной многонациональной операцией вместе со своим братом Сальваторе.

A son of a fisherman from Procida (the smallest of the three islands in the Gulf of Naples) he grew up in the poor neighbourhood Portici in Naples. The second of three brothers, Zaza had a troubled youth with involvement in burglaries, fighting, and even attempted murder. His had his first encounter with the law in 1961 when he was arrested for being involved in a street fight. In the 1960s, he became the leader of a successful cigarette smuggling group through the port of Naples besides the other predominant group, the Maisto clan. With his relatives, the Mazzarella family, he controlled the zones from San Giovanni a Teduccio to Santa Lucia. Zaza was an extravagant and prolific cigarette smuggler. He once described his activities during questioning by an investigating magistrate: “First I’d sell five cases of Philip Morris, then ten, then a thousand, then three thousand, and I bought myself six or seven ships that you took away from me I used to load fifty thousand cases a month I could load a hundred thousand cases, US$10 million on thrust; all I had to do was make a phone call I’d buy US$24 million worth of Philip Morris in three months. My lawyer will show you the receipts. I’m proud of that US$24 million!” The profit margins were lucrative: in 1959 a case of Chesterfield, Camel or Pall Mall was bought for US$23 and sold on the streets for US$170. In 1961, the Free Port of Tangiers in Morocco, a smuggling restocking base for cigarettes, was closed. The illegal trade in the Mediterranean shifted towards the Yugoslavian and Albanian coasts. This relocation greatly benefited the Camorra. Naples had an ideal strategic position in the Mediterranean and easy access to the Yugoslavian and Albanian coastlines, and took over as the major transit point for smuggled goods. It transformed Naples into the smuggling capital of the Mediterranean. Mother ships carrying the illegal cigarette loads hid just behind Capri. At night small blue speedboats (motoscafi) came to off load the goods, avoiding Custom control. The Zaza clan managed to take advantage of this situation. Zaza became known as "the King of the blondes", as cigarettes are called in French and Italian slang, and ran a fully multinational operation together with his brother Salvatore.

Посвящен в Коза Ностра

Чтобы обеспечить свою долю в процветающей незаконной индустрии контрабанды сигарет, сицилийская мафия вовлекала неаполитанцев в свою организацию. Заза вместе с Лоренцо Нуволеттой и Антонио Барделлино были посвящены, чтобы скрепить пакт о контрабанде сигарет в 1975 году. Заза был связан с Томмазо Спадаро, имевшим связи с боссом мафии Стефано Бонтаде. Все трое неаполитанцев были региональными представителями мафии и представлялись Микеле Греко в Комиссии сицилийской мафии. Несколько кланов Каморры и мафии заключили соглашение о разделе партий контрабандных сигарет на встрече в 1974 году в Марано, оплоте босса Каморры Лоренцо Нуволетты. Соглашение действовало с 1974 по 1979 год, когда была достигнута новая и более выгодная договоренность. Она заключалась в системе ротации разгрузки: четыре группы, состоящие как из неаполитанцев, так и из сицилийцев, помогали друг другу в контрабанде, разгрузке и распространении товара. Разгрузка стала более эффективной и скоординированной, что способствовало укреплению прочных деловых отношений и дружбы. Хитрость Зазы помогла ему постепенно выходить из тени своих покровителей из мафии. Соглашение в Марано между сицилийцами и неаполитанцами было расторгнуто на второй встрече в Марано в 1979 году, отчасти потому, что Заза стал неуправляемым. Мафиозный информатор Томмазо Бускетта вспоминал: «По словам Стефано Бонтаде, смеясь, Микеле Заза использовал все возможные уловки, чтобы разгрузить свои собственные сигареты, а не сигареты палермских семей».

Подчиненный Кутоло становился все более влиятельным, посягая на территории других кланов и сломив традиционную власть отдельных семей Каморры. Подполковник был слишком жесток, чтобы ему могли противостоять семьи, которые изначально были слабы и разобщены, и их было легко запугать. Если другие преступные группировки хотели сохранить свой бизнес, они были обязаны платить НКО за защиту своей деятельности, включая процент с каждой партии контрабандных сигарет, ввозимых в Неаполь. Эта процедура получила название ICA (Imposta Camorra Aggiunta – или налог с продаж Каморры), копируя государственный налог на добавленную стоимость IVA (Imposta sul Valore Aggiunto). Заза должен был заплатить Кутоло 400 000 долларов США за право продолжать заниматься контрабандой сигарет. В 1982 году, когда за ним следили агенты DEA, он, предположительно, был причастен к импорту 93 кг героина в свой особняк в Беверли-Хиллз в сотрудничестве с боссом мафии Антонио Саломоне. Однако DEA не обнаружили груз. Заза получал поставки героина от корсиканского гангстера Гаэтано Зампа, базировавшегося в Марселе. В 1982 году, когда полиция совершала рейды на героиновые лаборатории на Сицилии и разгоралась мафиозная война, Заза, как полагают, создал собственную лабораторию во французском городе Руан, при поддержке контактов из старых производителей героина French Connection и нужных связей с сицилийской мафией, таких как Джузеппе Боно в Нью-Йорке, Саламон и клан Cuntrera Caruana. Он приобрел помещение стоимостью 2 миллиона долларов. Заза надеялся получать прибыль от 20 000 до 32 000 долларов США в день, пока его план не был сорван арестом 11 декабря 1982 года в Риме. Он, по всей видимости, был вовлечен в преступную деятельность на высоком уровне, предположительно, организовав саммит наркоторговцев Каморры в отеле Elysée Palace в Ницце в феврале 1989 года. В 1990 году партнеры Зазы, в частности его тесть Лигуори, почти приобрели казино в Ментоне, на французской стороне франко-итальянской границы. В результате 15 апреля 1991 года 200 членов организации Зазы были подвергнуты расследованию франко-итальянскими властями по подозрению в отмывании денег через казино в Ментоне.

Cutolo's NCO was becoming more powerful by encroaching and taking over other clans' territories and was able to break the traditional power held by single Camorra families. The NCO was too violent to be confronted by any of the families that were initially too weak and divided, and easy to intimidate. If other criminal groups wanted to keep their business, they were obliged to pay the NCO protection on their activities, including a percentage for each case of cigarettes smuggled into Naples. This procedure came to be known as ICA (Imposta Camorra Aggiunta – or Camorristic Sale Tax), copying the state VAT sale tax IVA (Imposta sul Valore Aggiunto). Zaza had to pay Cutolo US$400,000 for the right to carry on operating in contraband cigarettes. In 1982, with the DEA on his tail, he allegedly was involved in importing 93 kg of heroin to his mansion in Beverly Hills in cooperation with Mafia boss Antonio Salamone. However, the DEA could not find the shipment. Zaza got his heroin supplies from the Corsican gangster Gaetano Zampa, based in Marseille. In 1982, with police raiding heroin refineries in Sicily and a raging Mafia war, Zaza is believed to have set up a refinery on his own in the French city of Rouen, with support of contacts from the old French Connection heroin refiners and the right contacts with the Sicilian Mafia, such as Giuseppe Bono in New York, Salamone and the Cuntrera Caruana Mafia clan. He bought the premises worth $2 million. Zaza hoped to make a profit of between US$20,000 and $32,000 a day until the scheme was interrupted by his arrest on December 11, 1982, in Rome. he appears to have engaged in top level criminal activity, apparently hosting a Camorra drugs summit at the Elysée Palace hotel in Nice in February 1989. In 1990 Zaza's associates, in particular his father in law Liguori, almost managed to buy the casino at Menton, on the French side of the Franco Italian border. As consequence on April 15, 1991, 200 members of Zaza's organization are investigated by Franco Italian authorities by money laundering in the casino of Menton

В июле 1991 года французский суд приговорил его к 3 годам тюремного заключения за контрабанду сигарет. Воспользовавшись французским законом, облегчающим освобождение заключенных, отбывших 90% срока, Заза был освобожден в ноябре 1991 года, в то время как итальянские власти запросили его экстрадицию по обвинениям в связях с мафией, убийстве, наркоторговле и контрабанде сигарет.

Последний арест и смерть

В марте 1993 года полиция ликвидировала преступную группировку, объединявшую представителей Коза Ностры и Каморры, состоявшую из 39 человек, занимавшихся торговлей кокаином и отмыванием денег в Италии, Франции и Германии (операция "Зеленое море"). 12 мая следующего года Заза был арестован в Вильнев-Любе на Лазурном берегу, недалеко от Ниццы, на юге Франции. 18 июля 1994 года он скончался от сердечного приступа в римской больнице, куда был переведен из тюрьмы Ребиббиа. Его племянник Чиро Маццарелла, оставшийся в Неаполе для контроля над территорией, сменил Зазу в качестве главы клана, который стал называться кланом Маццарелла, а не кланом Заза.

Огромное богатство

Заза стал чрезвычайно богатым благодаря своим незаконным торговым операциям. При аресте у него в карманах обнаружили чеки на сумму 950 000 долларов США. К 1989 году Министерство финансов США оценило его активы только в США в 3,2 миллиона долларов США. Одновременно с этим ФБР оценило его депозиты в швейцарских банках в 15 миллионов долларов США. Его дочь являлась номинальной владелицей виллы с десятью спальнями в Беверли-Хиллз, квартиры в Париже, виллы недалеко от Ниццы и недвижимости в Неаполе. Согласно сообщениям в прессе, на момент его смерти его состояние оценивалось в 700 миллиардов лир (700 миллионов долларов США). Его пережили жена, Анна Мария Лигуори, бывшая студентка университета с французской матерью, и трое детей, проживающих в Риме с матерью и обучающихся в американской школе, не имея никакого отношения к незаконному бизнесу отца.