Введение

Советско-китайский договор о дружбе, союзе и взаимной помощи (кит. Советско-китайский договор о дружбе, союзе и взаимной помощи), или кратко – Договор о дружбе и союзе между Китаем и Советским Союзом, был двусторонним договором о союзе, коллективной безопасности, помощи и сотрудничестве, заключенным между Китайской Народной Республикой и Союзом Советских Социалистических Республик 14 февраля 1950 года. Он заменил предыдущий китайско-советский договор, подписанный правительством Гоминьдана. Договор был подписан в условиях становления коммунистического режима в Китае и холодной войны, явившись прямым следствием внешней политической директивы Мао Цзэдуна о «присоединении к одной стороне» (социалистическому лагерю) и стратегических и идеологических соображений Иосифа Сталина, касавшихся расширения советского влияния в Восточной Азии. Председатель Коммунистической партии Китая Мао Цзэдун совершил поездку в Советский Союз для подписания договора, что стало одним из всего двух случаев за его жизнь, когда он покидал Китай. Договор заложил основу для китайско-советского сотрудничества и партнерства, предоставив Китаю гарантии безопасности и расширив возможности экономического сотрудничества между двумя странами. Однако договор не предотвратил резкого ухудшения отношений между Пекином и Москвой в конце 1950-х – начале 1960-х годов, в период советско-китайского раскола. После истечения срока действия договора в 1979 году Дэн Сяопин настаивал на том, чтобы Китай не вступал в переговоры с Советским Союзом, пока он не согласится с требованиями Китая, такими как вывод войск из Афганистана, вывод войск из Монголии и с китайско-советской границы, а также прекращение поддержки вьетнамского вторжения в Камбоджу. Истечение срока действия договора позволило Китаю атаковать Вьетнам, союзника Советского Союза, в Третьей Индокитайской войне в ответ на вторжение Вьетнама в Камбоджу, поскольку ранее договор препятствовал нападению Китая на союзников СССР.

Ялтинское соглашение

В конце Второй мировой войны Иосиф Сталин определил две стратегические цели для Советского Союза на Дальнем Востоке после войны: независимость Внешней Монголии от Китая и восстановление сферы влияния царской России в Северо-Восточном Китае для обеспечения его геополитической территориальной безопасности. С этой целью Рузвельт, Сталин и Черчилль достигли соглашения 11 февраля 1945 года на Ялтинской конференции, в котором Советский Союз признал правительство Гоминьдана (КМТ) законным правительством Китая, независимо от Коммунистической партии Китая (КПК). Соединенные Штаты надеялись, что Советский Союз вступит в войну против Японии как можно скорее и поддержит КМТ как единственное законное правительство Китая. Взамен Соединенные Штаты помогли бы Советскому Союзу убедить КМТ признать законный режим Советского Союза во Внешней Монголии. В то время отношения между Гоминьданом и КПК были крайне напряженными, и Чан Кайши постоянно стремился к помощи Соединенных Штатов и Советского Союза в урегулировании конфликта с КПК. Таким образом, хотя на Ялтинской встрече не было представителей ни одной из сторон, Рузвельт ясно дал понять, что любое соглашение, касающееся китайских проблем, требует одобрения Чан Кайши из-за его дружеских связей с КМТ. После этого, чтобы вынудить китайское националистическое правительство принять советские условия, советская Красная Армия в больших масштабах вошла в Северо-Восточный Китай, и правительство КМТ во главе с Чан Кайши было вынуждено согласиться на Китайско-советский договор о дружбе и союзе.

Сближающиеся интересы

Позже, после победы КПК в китайской гражданской войне, коренным образом изменилась ситуация в Азии и на Дальнем Востоке, что вынудило Советский Союз пересмотреть и скорректировать свою политику в отношении Китая. Интересы Китая и Советского Союза в некоторых аспектах были общими и взаимными. Для укрепления коммунистического блока против капиталистического мира во главе с США в международной системе холодной войны Сталин рассматривал Китай под руководством КПК как надежного партнера в сдерживании экспансии США в советской сфере влияния в Восточной Азии. КПК также нуждалась в поддержке и помощи Советского Союза в борьбе за консолидацию своей власти и предотвращение попыток Соединенных Штатов свергнуть коммунистический режим. Несмотря на окончательную победу КПК, война оставила множество нерешенных проблем. Поэтому Китаю требовалась советская помощь в восстановлении, экономическом развитии и развитии промышленности. Более того, идеологическое противостояние и враждебность между Китаем и западным блоком во главе с США исключали возможность получения помощи с Запада, что обусловливало необходимость установления стабильных и предсказуемых дипломатических отношений с Советским Союзом.

Отношение к осуществлению Договора

Однако лидеры обеих сторон придерживались различных взглядов на содержание и реализацию договора. Сталин надеялся, что новый договор будет соответствовать духу Ялтинского соглашения, гарантировавшего советские интересы в Северо-Восточном Китае. Мао Цзэдун, в свою очередь, был озабочен формированием независимого внешнеполитического имиджа Китая и отменой всех неравноправных договоров, навязанных империалистическими державами. После образования Китайской Народной Республики заключение союзного договора между Китаем и Советским Союзом стало для китайского руководства первоочередной задачей в области дипломатии и принятия решений. Поэтому первым шагом Мао в дипломатических вопросах было стремление к личной встрече со Сталиным и подписанию нового советско-китайского договора.

Причины подписания

Пройдя через затяжную Вторую китайско-японскую войну и гражданскую войну 1945–1949 годов, новообразованный коммунистический режим унаследовал разрушенную экономику и нестабильную социально-политическую обстановку. Подписание Договора о дружбе, союзе и взаимной помощи между Китаем и Советским Союзом закрепило отношения сотрудничества между Коммунистической партией Китая и Советским Союзом. Для Китая целью было получение советской экономической помощи для внутреннего развития и замена Договора между Китаем и Советским Союзом 1945 года, заключенного правительством Гоминьдана и Советским Союзом.

Внутреннее положение КНР

Несмотря на успешные военные кампании, приведшие к изгнанию присутствия Гоминьдана с материка, годы затяжной войны оставили коммунистический режим с разрушенной промышленной базой, что отчасти было результатом массированных бомбардировок промышленного сердца страны военно-воздушными силами Гоминьдана в поздней фазе гражданской войны. Например, с октября 1949 года по февраль 1950 года ВВС Гоминьдана совершили 26 авианалетов на военные и промышленные объекты в контролируемых коммунистами регионах, среди которых наиболее эффективной была бомбардировка Шанхая 6 февраля 1950 года, нанесшая значительный ущерб местной промышленности и остановившая производство из-за парализованной энергосистемы. Лидеры Коммунистической партии Китая прекрасно осознавали свое положение: им не хватало не только финансовых средств, оборудования и промышленных предприятий, но и квалифицированных специалистов, способных руководить, управлять и восстанавливать национальную экономику и промышленное производство. Анастас Микоян, советский дипломат и член Политбюро ЦК КПСС, отвечавший за переговоры с Мао о помощи, доложил, что его китайские товарищи были политически опытны, но обладали крайне ограниченными знаниями об экономических механизмах и информации.

Военные проблемы

Военная оккупация Тайваня была поставлена в приоритет в поздней фазе гражданской войны и являлась основным источником враждебности между Китаем и США, когда победа коммунистов казалась неминуемой. Однако серьезным препятствием для захвата Тайваня стало отсутствие или недостаточность функциональных военно-воздушных и военно-морских сил, необходимых для любой военной операции через пролив. Хотя Чан Кайши к моменту переговоров о договоре отступил на Тайвань, Гоминьдан (КМТ) все еще сохранял превосходство в воздухе и на море над Народно-освободительной армией Китая (НОАК), что ставило НОАК в невыгодное положение. Отражением этого стало поражение НОАК в битве при Гунинтоу, где деревянные лодки Коммунистической партии Китая (КПК) встретились с хорошо оснащенными бронированными военными кораблями КМТ, а высадившимся войскам пришлось сражаться без воздушной поддержки. Отсутствие военно-воздушных сил, способных к перехвату, привело к частым и беспрепятственным авиаударам КМТ по промышленным объектам после захвата КПК крупных городов, что усилило важность советской помощи в создании национальных военно-воздушных сил и флота. На ранних этапах переговоров Чжу Дэ предложил закупить 100 самолетов, 100-200 вертолетов, 40-80 бомбардировщиков, а также обучить 1000 китайских пилотов и 300 специалистов в Советском Союзе. Мао Цзэдун также выразил надежду на советскую воздушную поддержку для планируемого нападения на Тайвань, но Сталин отклонил эту просьбу, опасаясь, что это даст США повод для вмешательства.

Наклоняться в одну сторону

В своей работе «О народной демократической диктатуре», опубликованной 1 июля 1949 года, Мао сформулировал директиву внешней политики «уклон в одну сторону», в которой представил мир, разделенный на противостоящие социалистический и империалистический лагеря, и заявил, что «сидеть на заборах недопустимо, и третьего пути нет». Таким образом, столкнувшись с тяжелой ситуацией и угрозами как внутри страны, так и извне, Мао, в контексте холодной войны середины XX века, увидел необходимость и преимущества в твердой ориентации на Советский Союз и присоединении к социалистическому лагерю для укрепления коммунистического режима. Он рассматривал сотрудничество в социалистическом лагере как проявление доброй воли и искренней помощи в развитии стран, в отличие от плана Маршалла, который Мао считал прикрытием для эксплуатации и инструментом американской политики по установлению политического влияния в странах-получателях. Для Китая одной из главных целей была быстрая индустриализация посредством экономической помощи, что обусловило потребность в советской экономической и технологической поддержке как главную движущую силу заключения договора 1950 года.

Идеология

Столкнувшись с выбором между западным блоком во главе с США и восточным блоком во главе с СССР, Мао выбрал сторону Советского Союза из-за идеологической близости. В отличие от плана Маршалла, который воспринимался как "империалистический" и "интервенционистский", советская помощь представлялась как международная поддержка революционных сил мирового пролетариата. Братские отношения между Китаем и Советским Союзом воплощали социалистический интернационализм и последовательную идеологическую основу, что послужило импульсом для подписания договора. По словам Сталина, присоединение Китая "сформировало сильный и единый социалистический лагерь для противостояния капиталистическому лагерю" и создало более искреннюю основу для социалистического международного сотрудничества, чем капиталистическая.

Прелюдия к переговорам

6 декабря Мао вместе с Чэнь Бода, главным секретарем Мао по политическим и идеологическим вопросам, Е Силуо, личным секретарем Мао по секретным делам, Ван Дунсином, ответственным за безопасность Мао, и Ши Чжэ, переводчиком Мао, отправился в Москву на поезде. Первая официальная встреча Мао и Сталина состоялась в Кремле в ночь на 16-е. Мао прежде всего заявил, что для Китая наиболее важной задачей является обеспечение мира. Китаю требовалось три-пять лет мира для восстановления экономики до довоенного уровня и стабилизации обстановки в стране. Решение ключевых проблем Китая во многом зависело от перспектив сохранения мира. Эта обеспокоенность Мао нашла отклик у Сталина, который ответил, что прямой угрозы для Китая со стороны иностранных держав нет, поскольку Япония и Германия все еще восстанавливаются. Большинство западных стран, включая Соединенные Штаты, не стремились к новой войне. Сталин также заявил, что если обе страны будут сотрудничать и поддерживать дружественные отношения, они смогут гарантировать мир на 20-25 лет и даже дольше. Таким образом, эта точка зрения соответствовала позиции ЦК КПК того времени.

Разногласия

Сразу после этого Мао выразил свою обеспокоенность относительно Договора о дружбе и союзе, подписанного между китайским националистическим правительством и Советским Союзом в августе 1945 года, который Лю Шаоци также поднимал в июле 1949 года до прибытия Мао. Поэтому КПК придавала этому вопросу большое значение, и заключение нового договора с Советским Союзом было одной из главных целей Мао. С другой стороны, Сталин предпочитал, чтобы действующий договор с Гоминьданом оставался в силе. Сталин утверждал, что положения договора регулировались Ялтинскими соглашениями, касающимися, в частности, администрирования Курильских островов, Южного Сахалина и Порт-Артура. Иными словами, заключение договора было одобрено Соединенными Штатами и Великобританией, поэтому любые изменения в его пунктах дали бы США и Великобритании возможность изменить положения, касающиеся Курильских островов или Южного Сахалина – территориальных приобретений Советского Союза, достигнутых в Ялте. В ответ на стремление Мао заключить новый договор, Сталин предложил формально сохранить действующий договор, изменяя его на практике. Например, Советский Союз сохранял за собой право размещать войска в Порт-Артуре, но одновременно вывел оттуда подразделения, как предлагала КПК. Мао уклончиво заметил о необходимости учитывать законность решений Ялтинской конференции, однако в китайском обществе преобладало мнение, что поскольку Гоминьдан потерпел поражение, действующий Договор о дружбе и союзе утратил свою цель и значимость. Сталин, в свою очередь, заявил, что действующий договор в конечном итоге будет изменен.

Переломный момент

Подобно отказу в новом договоре, Мао получил и другие отказы от Сталина. Один из них касался военной помощи для поддержки НОАК в преддверии наступления на Тайвань. Сталин полагал, что военная помощь со стороны Советского Союза даст Соединенным Штатам предлог для вмешательства. После празднования 70-летия Сталина Мао вновь настоял на заключении нового договора, но получил лишь новые отказы. По словам самого Мао, он неоднократно пытался связаться со Сталиным, однако в Кремле отвечали, что Сталин отсутствует, и предлагали встретиться с его соратниками. Мао решил продолжить ожидание. С распространением слухов о тайном удержании Мао Сталиным, обе стороны наконец согласились предпринять действия для опровержения этих слухов. Они решили организовать интервью Мао для советского информационного агентства ТАСС. Это интервью также ознаменовало переломный момент в переговорах о договоре с Мао.

Достигнуто соглашение

2 января 1950 года Сталин наконец согласился начать переговоры с Мао Цзэдуном для решения вопроса о договоре. Мао представил три предложения: заключение нового договора, публикация официальных заявлений от обеих стран, подтверждающих достижение соглашения по вопросам, касающимся предыдущего договора, и, наконец, подписание декларации об отношениях между двумя странами без необходимости в новом договоре. Мао, безусловно, отдавал предпочтение первому предложению, поскольку считал, что оно принесет значительную политическую выгоду обеим странам, особенно в противостоянии другим империалистическим державам. После одобрения советской стороной обе стороны согласовали прибытие Чжоу Энлая в Москву. Премьер-министр Чжоу Энлай прибыл в Москву с китайской переговорной делегацией 20 января 1950 года. После ряда подготовительных мероприятий переговоры, наконец, состоялись вечером 22 января. В составе советской делегации были Сталин, Молотов, Маленков, Микоян, Вышинский и Федоренко; от Китая участвовали Мао Цзэдун, Чжоу Энлай, Ли Фучунь, Ван Цзясян, Чэнь Бода и Ши Чжэ. В ходе переговоров стороны пришли к соглашению о необходимости замены Договора о дружбе и союзе от 14 августа 1945 года новым договором. Также было достигнуто соглашение по вопросам Порт-Артура, и Сталин согласился вывести войска из Порт-Артура. Однако полного согласия по китайской Чанчуньской железной дороге (КЧД) достигнуто не было. Хотя Сталин согласился сократить срок действия соглашения по КЧД 1945 года, он отклонил просьбу Китая о передаче управления железной дорогой Китаю и увеличении доли китайского капитала. Советский проект договора был впервые передан китайской стороне 23 января 1950 года. Чжоу Энлай незамедлительно представил китайский проект вечером того же дня. В китайско-советский договор о дружбе, союзе и взаимной помощи 1950 года были включены следующие положения: предотвращение агрессии, международные действия в интересах мира и безопасности, пункт о взаимной помощи, запрет на заключение союзов, отказ от проведения отдельных переговоров с Японией, пункт о консультациях, а также экономическое и культурное сотрудничество и взаимная помощь. Обе стороны согласились, что срок действия договора должен составлять тридцать лет. Договор, соглашения и ноты были официально подписаны 14 февраля 1950 года в Кремле.

Общее соглашение

Статья 1. Обязательство коллективной безопасности, рассматривающее нападение на одну из сторон как нападение на обе, с целью предотвращения возрождения японского империализма. Обе стороны обязывались оказывать военную и иную помощь в случае агрессии и войны. Обе договаривающиеся стороны взяли на себя обязательство поддерживать принципы сотрудничества, способствующие международному миру и безопасности. Статья 2. Подписавшие стороны должны заключить мирный договор с Японией совместно с другими союзными державами Второй мировой войны. Статья 3. Подписавшиеся стороны не должны участвовать в коалициях и союзах, направленных против другой стороны. Статья 4. Взаимные консультации по важнейшим вопросам, касающимся жизненно важных интересов подписавших сторон. Статья 5. Обе стороны согласились руководствоваться принципами "равноправия, взаимной выгоды, уважения суверенитета и территориальной целостности, и невмешательства во внутренние дела", содействовать тесному сотрудничеству, оказывать экономическую и промышленную помощь и стремиться к укреплению дружбы между Китаем и СССР. Статья 6. Договор действует в течение тридцати лет, и если ни одна из сторон не заявит о своем возражении против его продления за год до истечения срока действия, он автоматически продлевается еще на пять лет.

Железная дорога Чанчуна, Порт-Артур и Далянь

Обе стороны договорились о полной и безвозмездной передаче всех прав и сопутствующего имущества Чанчуньской железной дороги Китаю до заключения мирного договора с Японией, но не позднее 1952 года. Советский Союз выведет свои войска из совместно используемой военно-морской базы в Порт-Артуре после заключения мирного договора с Японией, а китайское правительство возьмет на себя расходы, понесенные Советским Союзом с 1945 года на строительство и монтажные работы. Для надзора за военными вопросами до передачи собственности должна быть создана Совместная китайско-советская военная комиссия с системой ротации должностей. Право собственности на порт Далянь, вместе с сопутствующим имуществом, временно управляемым Советским Союзом, будет передано Китаю через совместную комиссию, состоящую из представителей обеих сторон.

Советский кредит Китаю

С января 1950 года Китаю был предоставлен заём в размере 60 миллионов долларов США в год и 300 миллионов долларов США в общей сложности под 1 процент годовых в форме строительства железных дорог, промышленной инфраструктуры, оборудования и материалов для восстановления и реконструкции, необходимых для преодоления последствий войны.

Советские специалисты

Советские специалисты направлялись на работу в китайские учреждения, предприятия и организации для оказания помощи и консультаций в вопросах восстановления, индустриализации и экономического развития Китая сроком на один год, с условиями оплаты труда, аналогичными условиям для китайских техников. Китайская сторона несет ответственность за расходы на проезд, содержание, проживание и заработную плату советских экспертов, а расходы, вызванные досрочным отзывом экспертов советской стороной, возлагаются на Советский Союз.

Споры вокруг национальных интересов

Китай, занимающий обширную территорию и обладающий богатыми природными ресурсами, имел стратегическое значение для Советского Союза. Поэтому Советский Союз пошел на значительную уступку, отказавшись от своих интересов в Северо-Восточном Китае, что выразилось в возвращении Китаю Китайской Чанчуньской железной дороги, Порт-Артура и Даляня, чтобы укрепить солидарность социалистического лагеря в противостоянии с капиталистическим блоком и обеспечить оборону Дальнего Востока. Китайско-советское стратегическое партнерство представляло собой дилемму для Сталина. С одной стороны, поддержка и наличие надежного социалистического союзника, такого как Китай, в Восточной Азии, существенно склонили бы баланс сил в пользу Советского Союза и укрепили советское лидерство в коммунистическом мире. С другой стороны, Сталин опасался, что Мао станет вторым Тито, бросившим вызов советской воле после восстановления после войны. Хотя в итоге было выделено 300 миллионов долларов, соглашение сопровождалось гораздо более жесткими условиями, чем те, что были заключены между Советским Союзом и восточноевропейскими социалистическими странами. Например, в советских договорах с восточноевропейскими странами говорилось о "немедленном предоставлении всей доступной военной и иной помощи". Однако Сталин пересмотрел соглашение о помощи, заменив формулировку на "оказание всей возможной экономической помощи" и ужесточив условия пребывания советских специалистов. Кроме того, технологическая помощь в области ядерного оружия была отложена до эпохи Хрущева. По словам Мао, только после Корейской войны Китай завоевал доверие Советского Союза, что привело к увеличению помощи, сотрудничеству и реализации 156 проектов. Для Китая советская помощь была важнейшим и наиболее реальным средством восстановления и развития. Таким образом, Китай столкнулся с необходимостью выбора между помощью и пересмотром признания независимости Внешней Монголии, закрепленного в китайско-советском договоре, подписанном правительством Гоминьдана. Существовали также опасения относительно создания китайско-советских совместных предприятий, которые, по мнению Мао, отражали определенную степень советского патернализма и недоверия. К тому же, советский кредит был не безвозмездным. Сталин потребовал, чтобы все излишки китайского производства стратегически важных ресурсов продавались Советскому Союзу в качестве погашения долга. В период с 1954 по 1959 год Китай поставил в Советский Союз 160 000 тонн вольфрамовой руды, 110 000 тонн меди, 30 000 тонн сурьмы и 90 000 тонн каучука. Тем не менее, учитывая важность этого договора для обеих сторон, ничто из этого не помешало заключению окончательного соглашения.

Китай

Советская помощь Китаю, как это было предусмотрено в договоре, сыграла решающую роль в формировании китайской экономической системы, обеспечив выживание новообразованного коммунистического режима и способствовав восстановлению после разрушительных последствий затяжных войн, индустриализации и модернизации коммунистического Китая. В частности, советская помощь, включавшая как техническую экспертизу, так и материальную поддержку в виде оборудования, средств и строительства инфраструктуры, помогла заложить основу для плановой экономики Китая, государственных предприятий и различных отраслей промышленности. Массивный приток советской помощи в короткий срок компенсировал отсутствие необходимого для развития экономики накопления капитала и значительно сократил время, требуемое для освоения знаний и технических навыков, которые обычно приобретаются поколениями рабочих посредством практики и обучения. Кроме того, вхождение в социалистический лагерь во главе с Советским Союзом обеспечило Китаю столь необходимую международную поддержку, которая нивелировала последствия экономической блокады, эмбарго на 400 видов товаров, введенного капиталистическим блоком, и военные угрозы. Комплексная помощь также преобразила промышленный облик новообразованной страны. До подписания договора около 70% промышленности Китая было сосредоточено в прибрежной зоне юго-востока, где в XIX веке велась торговля между западными державами и правительством Цин. В отличие от этого, проекты, осуществляемые при советской поддержке, размещались преимущественно в северо-восточных, центральных и западных регионах Китая, что оптимизировало пространственное распределение промышленности, стимулировало развитие экономики ранее отсталых внутренних районов и в целом способствовало индустриализации и модернизации Китая. Договор оказал влияние на китайский принцип внешней политики невмешательства, который впоследствии стал одним из основополагающих принципов китайской внешней политики после включения в Пять принципов мирного сосуществования.

Недостатки советской модели

Советская помощь принесла с собой жесткую и чрезмерно централизованную систему власти и плановую экономику. С идеологической точки зрения, любая попытка признать положительную роль рыночных механизмов рассматривалась как сближение с капитализмом. Кроме того, существовало институциональное несоответствие между впечатляющей способностью к мобилизации ресурсов, масштабным строительством промышленных предприятий и слабыми механизмами управления и координации производства. Характерный недостаток, присущий сталинской модели, также проявился в плановой экономике Китая. В ходе первого пятилетнего плана быстрая индустриализация непропорционально сильно акцентировала внимание на оборонной и тяжелой промышленности, при этом значение гражданской и легкой промышленности недооценивалось и сводилось к вспомогательной роли.

Китайско-советские отношения и международная система

С одной стороны, подписание китайско-советского договора о дружбе, союзе и взаимной помощи способствовало укреплению братских отношений между двумя сторонами и восстановило послевоенный баланс сил между капиталистическим и социалистическим лагерями. Восприятие русских как доброжелательных «старших братьев», направляющих Китай на путь к модернизации, пользовалось большой популярностью в китайском обществе и политическом дискурсе. Положения договора также укрепили солидарность внутри коммунистического блока во главе с Советским Союзом, усилив его в противостоянии с капиталистическим блоком и внеся значительный вклад в консолидацию власти Китая и легитимность правящего режима. Советская помощь социалистическим странам и договор, заключенный с Китаем, совпавшие с американской помощью по плану Маршалла и «Программе четырех пунктов» Трумэна, продемонстрировали соперничество великих держав за сферы влияния в условиях холодной войны и соответствующей ментальности, благодаря чему Советскому Союзу удалось обеспечить поддержку нового коммунистического режима Китая и защитить свои интересы на Дальнем Востоке. С другой стороны, в ходе дипломатических обменов китайские лидеры часто апеллировали к преимуществам «синизации марксизма», включая «окружение городов крестьянством», «земельную революцию» и «тайную и открытую борьбу в городах» – адаптации, основанные на китайском контексте, которые существенно отличались от ортодоксальной советской интерпретации марксизма-ленинизма. Это заложило основу для советско-китайского раскола в конце 1950-х – начале 1960-х годов. Остин Джерсилд в своей книге «Китайско-советский альянс: международная история» придерживается схожей точки зрения, согласно которой потенциально патерналистская советская программа консультирования и годы взаимодействия вызвали непреднамеренное возмущение советским вмешательством, которое напомнило китайцам об империализме.