Введение
Студиоло – небольшая комната с бочкообразным сводом в Палаццо Веккьо, Флоренция, Италия. Её заказал Франческо I де Медичи, великий герцог Тосканы. Комната была завершена для герцога в период с 1570 по 1572 год группами художников под руководством Джорджо Вазари и учёных Джованни Батиста Адриани и Винченцо Боргини. Эта небольшая комната служила одновременно кабинетом, лабораторией, тайником и кабинетом редкостей. Здесь принц занимался алхимией и хранил свою коллекцию небольших, ценных, необычных или редких предметов. Стены и потолок были украшены картинами, изображающими разнообразные сюжеты, включая экзотические виды промышленности и мифологические сцены. В настоящее время в комнате сохранились только встроенные картины, представляющие собой всё, что осталось от первоначального убранства. Они значительно больше, чем обычно подразумевается под термином "картина для кабинета". Позднеманьеристская декоративная программа живописи и скульптуры была основана на предметах, входящих в коллекцию. Сама коллекция предметов хранилась примерно в 20 шкафах. В центре находится фреска с изображением Прометея, получающего драгоценности от природы, символизирующая взаимодействие божественного начала, природы и человечества – цель как художественных, так и научных изысканий.
The Studiolo is a small painting encrusted barrel vaulted room in the Palazzo Vecchio, Florence, Italy. It was commissioned by Francesco I de' Medici, Grand Duke of Tuscany. It was completed for the duke from 1570 to 1572, by teams of artists under the supervision of Giorgio Vasari and the scholars Giovanni Batista Adriani and Vincenzo Borghini. This small room was part office, part laboratory, part hiding place, and part cabinet of curiosities. Here the prince tinkered with alchemy and kept his collection of small, precious, unusual or rare objects. The walls and ceiling were decorated with paintings showing a similar variety of subjects, some showing exotic forms of industry and others mythology. The inset paintings are now all that remains in the room of the original contents. They are rather larger than what is normally meant by the term cabinet painting. The late Mannerist decorative program of paintings and sculpture was based on items encompassed by the collection. The object collection itself was stored in ~ 20 cabinets. In the center is a fresco of Prometheus receiving jewels from nature, commenting on the interplay of divine, nature, and humanity, that is the goal of both artistic and scientific interests.
Картины
Стены были также украшены 34 картинами, изображающими мифологические или религиозные сюжеты, либо ремесла. Расположение картин было продумано таким образом, чтобы они были связаны со своими соседками и символизировали предметы, находившиеся в шкафах внизу. Современная экспозиция во многом является гипотетической, и связи между картинами не всегда очевидны. Например, «Алмазные копи» Томазо д’Антонио Манзуоли висят над «Падением Икара» Мазо де Санфриано. Картина Джованни Баттисты Нальдини «Дом сновидений» подчеркивала связь с прилегающей спальней принца. Кроме того, здесь первоначально находился портрет матери Франческо, Элеоноры Толедской, кисти Бронзино, словно оберегавший комнату. Хотя в студио работали многие выдающиеся флорентийские художники своего времени, их работы, созданные для этого помещения, в большинстве случаев не являются их лучшими произведениями. Сегодня комната представляет больший интерес как свидетельство интровертности и эксцентричности монарха; с художественной точки зрения, стиль этих картин – вершина флорентийского маньеризма, что проявляется в нарочито вычурных и искаженных композициях. Попытки придать значимость наукам, в сочетании с ощущением, что они просвещали образованного правителя, предвосхищают энциклопедическую философию эпохи Просвещения. Однако Франческо в конечном итоге оказался не лучшим воплощением любознательного ума; в лучшем случае эта комната служила мастерской-кабинетом, местом уединения для этого лично неловкого монарха от жены, семьи и двора. Вскоре после смерти великого герцога комната была заброшена и разобрана к 1590 году, и лишь в XX веке была частично восстановлена как ренессансная диковинка в средневековом дворце. Отсутствие мебели и закрытой двери не позволяет этой реконструкции достоверно передать клаустрофобную атмосферу оригинала.