Введение

"Лигея" (англ. Ligeia) – ранний рассказ американского писателя Эдгара Аллана По, впервые опубликованный в 1838 году. Повествование ведется от лица безымянного рассказчика и посвящено его жене Лигее, прекрасной и умной женщине с волосами цвета воронова крыла. Она заболевает, сочиняет поэму "Червь-завоеватель" и незадолго до смерти цитирует строки, приписываемые Джозефу Гланвиллу (которые намекают на то, что жизнь поддерживается лишь силой воли). После её смерти рассказчик женится на леди Роуэне. Роуэна также заболевает и умирает. Сокрушенный рассказчик остается с её телом на ночь и наблюдает, как Роуэна медленно возвращается к жизни – но уже преобразившись в Лигею. Возможно, рассказ является опиумным видением, и существует дискуссия о том, была ли эта история сатирой. После первой публикации в журнале "Американский музей" рассказ был значительно переработан и переиздавался на протяжении всей жизни По.

Краткое содержание сюжета

История рассказывается безымянным повествователем, который описывает качества Лигеи: прекрасной, страстной и интеллектуальной женщины с вороными волосами и темными глазами. Он полагает, что встретил ее "в каком-то большом, старом, обветшалом городе у Рейна". Он не может вспомнить ничего о прошлом Лигеи, даже имени ее семьи, но помнит ее дивную внешность. Однако ее красота не была обычной. Он описывает ее как изможденную, с некоторой "странностью". Он подробно описывает ее лицо, от "безупречного" лба до "божественных зрачков" ее глаз. Они женятся, и Лигея поражает мужа своими обширными знаниями в области физики и математики, а также владением классическими языками. Она начинает открывать мужу тайны метафизической и "запретной" мудрости. По прошествии некоторого времени Лигея заболевает, борется с осознанием человеческой смертности и, в конечном итоге, умирает. Незадолго до смерти она сочиняет стихотворение под названием "Покоритель Червя", в котором отражает свое душевное состояние и смирение перед лицом смерти. Потрясенный горем повествователь покупает и восстанавливает аббатство в Англии. Вскоре он вступает в брак без любви с "прекрасноволосой и голубоглазой леди Ровеной Треванион из Тремейна". На втором месяце брака Ровена начинает страдать от усиливающейся тревоги и лихорадки. Однажды ночью, когда она вот-вот потеряет сознание, повествователь наливает ей кубок вина. Под воздействием опиума он видит (или ему кажется, что видит) капли "яркой, рубиново-красной жидкости" падающие в кубок. Ее состояние стремительно ухудшается, и через несколько дней она умирает, и ее тело готовят к погребению. Во время ночного бдения повествователь замечает мимолетное возвращение цвета к щекам Ровены. Она неоднократно подает признаки возвращения к жизни, прежде чем снова погружаться в видимую смерть. Пытаясь ее реанимировать, он замечает, что признаки жизни становятся все сильнее, а рецидивы – все более окончательными. С наступлением рассвета, и повествователь, измученный эмоционально после ночной борьбы, сидит, завернутое в саван тело оживает вновь, встает и идет в середину комнаты. Когда он касается фигуры, повязки на ее голове спадают, обнажая пряди вороных волос и темные глаза: Ровена превратилась в Лигею.

История публикаций

"Лигея" была впервые опубликована 18 сентября 1838 года в журнале "Американский музей", который редактировали два друга По, доктор Натан С. Брукс и доктор Джозеф Э. Снодграсс. Журнал заплатил По 10 долларов за "Лигею". Рассказ неоднократно перерабатывался на протяжении всей истории его публикации. Он был перепечатан в первом томе "Сказки гротеска и арабеска" (1840), в сборнике "Фантастические произведения" (1842), в "Рассказах Эдгара Аллана По" (1845), в "Новом мире" (15 февраля 1845) и в "Бродвейском журнале" (27 сентября 1845). Стихотворение "Покоритель червя" впервые было включено в текст (как стихотворение, написанное Лигеей) в "Новом мире".

Критический прием

Чарльз Эймс из "Нового мира" отметил: "Сила и смелость замысла, а также высокое художественное мастерство, с которым автор осуществляет свою задумку, одинаково достойны восхищения". Томас Данн Инглиш, писавший в октябрьском выпуске журнала Aristidean 1845 года, утверждал, что "Лигея" – "самое выдающееся произведение такого рода из всего, что он создал". Критик и драматург Джордж Бернард Шоу говорил: "История леди Лигеи – это не просто одно из чудес литературы: она не имеет себе равных и непревзойденна".

Анализ

Рассказчик полагается на Лигею, словно он ребенок, взирая на нее с "детской доверчивостью". После ее смерти он становится "ребенком, блуждающим во тьме" с "детской извращенностью". Биограф По, Кеннет Сильверман, отмечает, что, несмотря на эту зависимость от нее, рассказчик испытывает одновременно желание забыть ее, что, возможно, мешает ему полюбить Ровену. Это желание забыть проявляется в его неспособности вспомнить фамилию Лигеи. Однако в рассказе говорится, что рассказчик никогда ее и не знал. Лигея, как сообщает нам рассказчик, необычайно умна, "такой, какой я никогда не встречал у женщины". Самое главное, она была наставницей рассказчика в "метафизических исследованиях", передавая "мудрость, слишком божественную, чтобы ее можно было открыть!". Так что ее знания в области мистики, в сочетании с сильным стремлением к жизни, могли привести к ее воскрешению. Эпиграф, открывающий рассказ и повторяющийся в его тексте, приписывается Джозефу Гланвиллу, хотя эта цитата не найдена в сохранившихся трудах Гланвилла. По, возможно, сфабриковал цитату и указал имя Гланвилла, чтобы связать ее с верой Гланвилла в колдовство. Лигея и Ровена выступают как эстетические противоположности: Лигея – черноволосая жительница города на Рейне, а Ровена (предположительно названная в честь персонажа из "Айвенго") – светловолосая англосаксонка. Это символическое противопоставление подразумевает контраст между немецким и английским романтизмом. То, что именно По пытался изобразить в сцене метаморфозы, остается предметом споров, подогреваемых одним из его личных писем, в котором он отрицает, что Лигея переродилась в теле Ровены (заявление, которое он позже отзывает). Если Ровена действительно превратилась в умершую Лигею, это подтверждается лишь словами рассказчика, что оставляет место для сомнений в их достоверности. Рассказчик уже признан опиумным наркоманом, что делает его ненадежным повествователем. В начале рассказа он описывает красоту Лигеи как "сияние опиумного сна". Он также говорит, что "в возбуждении от опиумных грез я взывал к ней по имени в ночной тишине, словно мог вернуть ее на путь, с которого она сошла на земле". Это можно интерпретировать как доказательство того, что возвращение Лигеи было не более чем наркотическим галлюцинацией. Однако, если возвращение Лигеи из мертвых – буквальный факт, то оно, по-видимому, проистекает из ее утверждения о том, что человек умирает лишь по слабости воли. Это подразумевает, что сильная воля способна поддерживать жизнь. Однако неясно, чья воля – Лигеи или ее мужа – возвращает Лигею из мертвых. Возможно, она страдала от чахотки. Профессор Пол Льюис отмечает тесную параллель между "Лигеей" и "Не буди мертвых" Эрнста Раупаха (1823), утверждая, что обе повести обращаются к "почти идентичному материалу, но совершенно разными способами". Льюис заключает, что, хотя нет источников, подтверждающих, что По читал повесть Раупаха, это не является окончательным, поскольку По, "постоянно обвиняя других в плагиате, тщательно скрывал свои собственные заимствования". Ученый Хайде Кроуфорд полагает, что По, вероятно, заимствовал или испытал влияние "Не буди мертвых" в переводе на английский язык, опубликованном в "Популярных сказках и романах северных народов" (1823) или "Легендах ужаса!" (1826), обе из которых опубликовали повесть без указания авторства, что может объяснить, почему По не упоминает никого в качестве источника вдохновения для "Лигеи". Поэма в рассказе, "Повелитель червей", также вызывает сомнения в предполагаемом воскрешении Лигеи. Поэма по сути демонстрирует признание ее собственной неизбежной смертности. Включение горькой поэмы, возможно, было задумано как ирония или пародия на распространенную в то время традицию, как в литературе, так и в жизни. В середине XIX века было принято подчеркивать святость смерти и красоту умирания (вспомните персонажа Чарльза Диккенса, Маленького Джонни, в романе "Наш общий друг", или смерть Хелен Бернс в романе Шарлотты Бронте "Джейн Эйр"). Вместо этого Лигея говорит о страхе, воплощенном в "алой крови". Однако были предложены и другие интерпретации. Друг По и соавтор, южный писатель Филип Пендлтон Кук, предположил, что рассказ был бы более художественным, если бы одержимость Ровены Лигеей происходила более постепенно; По позже согласился, хотя он уже использовал более медленную одержимость в "Морелле". По также писал, что ему следовало заставить Лигею, завладевшую Ровеной, вернуться к своей истинной сущности, чтобы ее можно было похоронить как Ровену, "постепенно исчезнув телесные изменения". Однако в последующем письме он отказался от этого утверждения.

Как сатира

Были споры о том, что По, возможно, задумывал "Лигею" как сатиру на готическую литературу. В год публикации "Лигеи" По опубликовал лишь еще два прозаических произведения: "Сиопа — Басня" и "Психея Зенобия", оба – сатирические произведения в готическом стиле. В поддержку этой теории свидетельствует то, что Лигея, предположительно, родом из Германии, основного источника готической литературы в XIX веке, а также то, что описание её намекает на многое, но ничего конкретно не сообщает, особенно в описании её глаз. Рассказчик описывает их "выражение", которое, как он признает, является "бессмысленным словом". Кроме того, в рассказе есть намек на то, что Лигея придерживается идей трансцендентализма, течения, которое По часто критиковал.

Кино, телевидение или театральные адаптации

Роджер Корман адаптировал историю в фильме "Гробница Лигеи" в 1964 году. Это была последняя из восьми экранизаций произведений Эдгара Аллана По, осуществленных Корманом. Тема смерти и воскрешения любимой женщины, затронутая в "Лигее", впоследствии была развита Альфредом Хичкоком в фильме "Головокружение". В 1978 году композитор Жорж Апергис адаптировал историю в оперу под французским названием "Je vous dis que je suis mort". В 2008 году история была положена в основу независимого художественного фильма, первоначально известного как "Лигея Эдгара Аллана По", но позже переименованного в "Гробницу". В фильме снялись Уэс Бентли, Майкл Мэдсен и Эрик Робертс.