Введение

Ранее предложенная единица расчёта

Банкор — это наднациональная валюта, концепцию которой разработали Джон Мейнард Кейнс и Э. Ф. Шумахер в 1940–1942 годах, и которую Соединенное Королевство предложило ввести после Второй мировой войны. Название было вдохновлено французским выражением banque or («банковское золото»). Эта новая наднациональная валюта должна была использоваться в международной торговле как единица расчёта в рамках многосторонней клиринговой системы — Международного клирингового союза, который также необходимо было создать.

Обзор

Джон Мейнард Кейнс предложил объяснение неэффективности денежно-кредитной политики в борьбе с Великой депрессией, а также неденежную интерпретацию самой депрессии и, наконец, альтернативу денежно-кредитной политике для преодоления кризиса. Кейнс полагал, что в периоды высокой безработицы процентные ставки не могут быть снижены посредством денежно-кредитной политики. Свободное перемещение капитала между странами в поисках наиболее высокой процентной ставки препятствовало реализации кейнсианской политики. Более жесткий государственный контроль над международной торговлей и движением средств позволил бы повысить эффективность кейнсианской политики в стимулировании отдельных экономик. Банкор не должен был стать международной валютой; скорее, это была бы единица счета, используемая для отслеживания международных потоков активов и обязательств, которые осуществлялись бы через Международный клиринговый союз. Золото можно было обменивать на банкоры, но банкоры нельзя было обменивать на золото. Частные лица не могли владеть или торговать банкорами. Вся международная торговля оценивалась и проводилась в банкорах. Страны с профицитом, имеющие избыточные активы в банкорах, и страны с дефицитом, имеющие избыточные обязательства в банкорах, должны были нести симметричные стимулы для принятия мер по восстановлению сбалансированной торговли. По словам Бенна Стайла, каждая единица экспорта, осуществляемая страной-членом, увеличивала бы ее счет в МКС на сумму банкоров, а каждая единица импорта уменьшала бы этот счет. Были бы установлены лимиты на объем банкоров, который страна могла бы накопить, продавая за границу больше, чем покупает, и на объем банкоров, который она могла бы накопить, покупая больше, чем продает. Это было сделано для предотвращения накопления странами чрезмерных профицитов или дефицитов. Лимиты для каждой страны были бы пропорциональны ее доле в мировой торговле. После превышения первоначальных лимитов дефицитным странам было бы разрешено обесценивать свою валюту, а странам с профицитом – повышать ее стоимость. Это сделало бы товары дефицитных стран более дешевыми, а товары стран с профицитом – более дорогими, с целью стимулирования перебалансировки торговли. Дальнейшие нарушения дебетового или кредитного положения в банкорах привели бы к обязательным действиям. Для хронических должников это включало бы обязательное обесценение валюты, увеличение процентных платежей в резервный фонд МКС, принудительную продажу золота и ограничения на экспорт капитала. Для хронических кредиторов это включало бы повышение курса валюты и выплату минимальной процентной ставки в размере 5 процентов по избыточным кредитам, увеличивающейся до 10 процентов по крупным избыточным кредитам в резервный фонд МКС. Кейнс не верил, что кредиторы действительно будут платить штрафы; скорее, он полагал, что они предпримут необходимые действия, чтобы избежать их.

Бреттон-Вудская конференция

Кейнсу удалось представить свое предложение в качестве официальной позиции Соединенного Королевства на Бреттон-Вудской конференции, но оно не было одобрено.

Предлагаемое возрождение

После финансового кризиса 2007–2008 годов предложение Кейнса вновь обрело актуальность. Его сторонники утверждают, что после прекращения действия Бреттон-Вудской системы, когда доллар США был отвязан от золота, у Соединенных Штатов появился стимул к высоким государственным расходам и дефициту бюджета, что дестабилизировало мировую финансовую систему. Кейнс и президент Барак Обама вскоре после этого отказались от комментариев Гайтнера. Он утверждал, что национальная валюта не подходит для использования в качестве глобальной резервной валюты из-за дилеммы Триффина – сложности, с которой сталкиваются эмитенты резервной валюты, стремясь одновременно достигать внутренних целей денежно-кредитной политики и удовлетворять спрос других стран на резервную валюту. Подобный анализ содержится в докладе экспертов ООН «О реформах международной валютно-финансовой системы», а также в исследовании МВФ, опубликованном 13 апреля 2010 года.