Эколингвистика: язык и экология

Введение

Область лингвистических исследований

Эколингвистика, или экологическая лингвистика, возникла в 1990-х годах как новая парадигма лингвистических исследований, расширяющая социолингвистику, чтобы учитывать не только социальный контекст, в котором язык функционирует, но и более широкий экологический контекст, включая другие виды и физическую среду. Речь Майкла Холлидея 1990 года «Новые способы выражения смысла: вызов прикладной лингвистике» часто рассматривается как работа, стимулировавшая лингвистов к рассмотрению экологического контекста и последствий использования языка. Среди прочего, Холлидей поставил задачу сделать лингвистику актуальной для важнейших современных проблем, в частности, для широкомасштабного разрушения экосистем. Главным примером, который привел Холлидей, был «экономический рост», описывая, как «бесчисленные тексты, ежедневно повторяемые по всему миру, содержат простое послание: рост – это хорошо. Больше лучше, чем меньше, больше – лучше, чем мало, крупнее – лучше, чем мелко, расти – лучше, чем сокращаться», что ведет к экологически разрушительным последствиям.

Обзор

С момента первых замечаний Холлидея эколингвистика развивалась в нескольких направлениях, используя разнообразные лингвистические инструменты для изучения языка в экологическом контексте. Международная эколингвистическая ассоциация определяет эколингвистику следующим образом: «Эколингвистика исследует роль языка во взаимосвязях, поддерживающих жизнь, между людьми, другими видами и физической средой. Первая задача – разработать лингвистические теории, рассматривающие людей не только как часть общества, но и как часть более широких экосистем, от которых зависит существование жизни. Вторая задача – показать, как лингвистика может быть использована для решения ключевых экологических проблем, начиная от изменения климата и утраты биоразнообразия и заканчивая экологической справедливостью». Таким образом, «эко» в эколингвистике соответствует экологии в её буквальном смысле – как отношениям между организмами (включая людей) и другими организмами, а также физической средой. Это понимание разделяют и другие дисциплины экологических гуманитарных наук, такие как экокритика и экопсихология. Термин «эколингвистика» также используется в метафорическом смысле «экологии», например, в «лингвистической экологии», «экологии коммуникации» или «экологии обучения», но в этих случаях обычно не учитываются другие виды или физическая среда. В настоящее время это встречается реже. Другой аспект эколингвистики – языковое разнообразие и сохранение традиционных экологических знаний в местных языках. В 1996 году в книге Дэвида Абрама «Очарование чувств: восприятие и язык в мире, большем, чем человеческий», было описано, как окружающая среда (или «мир, больший, чем человеческий») формирует язык в устных культурах, помогая людям адаптироваться к ней и жить в ней устойчиво. По мнению Абрама, письмо постепенно отчуждает людей в культурах, владеющих грамотой, от естественного мира, до такой степени, что «наша органическая связь с местной землей подавляется нашим всё возрастающим взаимодействием с собственными знаками». По мере распространения доминирующих языков, таких как английский, экологические знания, заложенные в местных культурах, утрачиваются. Для эколингвистики выделяют две основные области интересов: «экологический анализ языка» и «языковое и биологическое разнообразие».

Since Halliday's initial comments, ecolinguistics has developed in several directions, employing a range of linguistic tools to investigate language in an ecological context. The International Ecolinguistics Association characterizes ecolinguistics in these terms:"Ecolinguistics explores the role of language in the life sustaining interactions of humans, other species and the physical environment. The first aim is to develop linguistic theories which see humans not only as part of society, but also as part of the larger ecosystems that life depends on. The second aim is to show how linguistics can be used to address key ecological issues, from climate change and biodiversity loss to environmental justice. "In this way, the 'eco' of ecolinguistics corresponds to ecology in its literal sense of the relationship of organisms (including humans) with other organisms and the physical environment. This is a sense shared with other environmental humanities disciplines such as ecocriticism and ecopsychology. The term 'ecolinguistics' has also been used with a metaphorical sense of 'ecology', for example in 'linguistic ecology', 'communication ecology' or 'learning ecology' in ways which do not include consideration of other species or the physical environment. This is currently less prevalent. Another aspect of ecolinguistics is linguistic diversity and the embedding of traditional environmental knowledge in local languages. In 1996, David Abram's book, The Spell of the Sensuous: Perception and Language in a More than Human World, described how the wider environment (or 'the more than human world') shapes language in oral cultures, helping people attune to their environment and live sustainably within it. According to Abram, writing has gradually alienated people in literate cultures from the natural world, to the extent that "our organic attunement to the local earth is thwarted by our ever increasing intercourse with our own signs". As dominant languages such as English spread across the world, environmental knowledge embedded in local cultures is lost. There are two main areas of interest for ecolinguistics. The first can be described as 'The ecological analysis of language' and the second as 'Linguistic and biological diversity'.

Экологический анализ языка

Экологический анализ языка опирается на широкий спектр лингвистических инструментов, включая критический анализ дискурса, теорию фрейминга, когнитивную лингвистику, теорию идентичности, риторику и системно-функциональную грамматику, чтобы выявить лежащие в основе мировоззрения или «истории, которыми мы живем». Истории, которыми мы живем, – это когнитивные структуры в сознании отдельных людей или в обществе (социальное познание), которые влияют на экокультурную идентичность людей и на то, как люди относятся друг к другу, к другим животным, растениям, лесам, рекам и физической среде. Эти истории подвергаются критической оценке с экологической точки зрения, опираясь на экологическую рамку (или экософию), и оцениваются с точки зрения того, побуждают ли они людей защищать экосистемы, от которых зависит жизнь, или поощряют поведение, наносящее этим экосистемам вред. Эколингвистика стремится внести практический вклад в изменение мира, противодействуя разрушительным историям и способствуя поиску новых, полезных историй, которыми можно жить. Разрушительными, по мнению эколингвистов, являются истории, связанные с потребительством, неограниченным экономическим ростом, рекламой, интенсивным сельским хозяйством, а также те, которые представляют природу как машину или ресурс. Используя «позитивный анализ дискурса», эколингвистика также ищет новые истории, исследуя природописные тексты, поэзию, экологическую литературу и традиционные формы языка по всему миру. Этот вид анализа начался с применения критического анализа дискурса к текстам об охране окружающей среды, чтобы выявить скрытые предположения и сообщения и оценить их эффективность в достижении экологических целей (например, Harré et al. 1999). Затем он расширился, включив анализ любого дискурса, который может иметь последствия для будущего экосистем, такого как неолиберальная экономика, потребительство, журналы о стиле жизни, политика или агробизнес. Когнитивный подход и термин «истории, которыми мы живем» были введены Арраном Стиббе в 2015 году, с выделением восьми типов историй: идеология, фрейминг, метафора, оценка, идентичность, убеждение, значимость и вытеснение. Этот подход был обновлен во втором издании книги «Эколингвистика: язык, экология и истории, которыми мы живем» в 2021 году. Силы глобализации позволяют доминирующим языкам (например, английскому) распространяться и вытеснять местные языки (Nettle и Romaine 2000). Это приводит к потере как устойчивых местных культур, так и важных традиционных экологических знаний, содержащихся в этих языках. Эколингвистические исследования направлены на защиту как культурного, так и языкового разнообразия, которое его поддерживает. Программа ООН по окружающей среде описывает это следующим образом: text="Биоразнообразие также включает в себя культурное разнообразие человека, на которое могут влиять те же факторы, что и на биоразнообразие, и которое оказывает влияние на разнообразие генов, других видов и экосистем". Nettle и Romaine (2000:166) пишут, что «особенно деликатные тропические среды нуждаются в бережном и умелом управлении. Именно коренные народы обладают соответствующими практическими знаниями, поскольку они успешно обеспечивают себе средства к существованию в этих средах на протяжении сотен поколений. Большая часть этих подробных знаний о местных экосистемах закодирована в языках коренных народов и быстро утрачивается». Мюльхаусслер утверждает, что «быстрое сокращение языкового разнообразия в мире должно вызывать опасения у тех, кто осознает взаимосвязь между языковым и биологическим разнообразием». В целом, языковое разнообразие является частью эколингвистики из-за корреляции между разнообразием языка и биологическим разнообразием, а знание природы, заложенное в местных культурах, служит связующим звеном между ними.

The ecological analysis of language draws on a wide range of linguistic tools including critical discourse analysis, framing theory, cognitive linguistics, identity theory, rhetoric and systemic functional grammar to reveal underlying worldviews or the 'stories we live by'. The stories we live by are cognitive structures in the minds of individuals or across a society (social cognition), which influence people's ecocultural identities and how humans treat each other, other animals, plants, forests, rivers and the physical environment. The stories are questioned from an ecological perspective with reference to an ecological framework (or ecosophy), and judged to encourage people to protect the ecosystems that life depends on, or encourage behavior which damages those ecosystems. Ecolinguistics attempts to make a practical difference in the world through resisting destructive stories and contributing to the search for beneficial new stories to live by. Stories which ecolinguists claim are destructive relate to consumerism, unlimited economic growth, advertising, intensive farming, and those which represent nature as a machine or a resource. Using "positive discourse analysis", ecolinguistics has also searched for new stories to live by through exploring nature writing, poetry, environmental writing and traditional forms of language around the world. This form of analysis started with the application of critical discourse analysis to texts about environmentalism, in order to reveal hidden assumptions and messages and comment on the effectiveness of these in achieving environmental aims (e. g. Harré et al. 1999). It then developed to include analysis of any discourse which has potential consequences for the future of ecosystems, such as neoliberal economics, consumerism, lifestyle magazines, politics, or agribusiness. The cognitive approach and the term 'stories we live by' were introduced by Arran Stibbe in 2015, with eight kinds of story: ideology, framing, metaphor, evaluation, identity, conviction, salience and erasure. The approach was updated in the second edition of Ecolinguistics: language, ecology and the stories we live by in 2021 The forces of globalisation are allowing dominant languages (such as English) to spread, and replace these local languages (Nettle and Romaine 2000). This leads to a loss of both sustainable local cultures and the important traditional ecological knowledge contained within their languages. Ecolinguistic research aims to protect both cultural diversity and the linguistic diversity that supports it. The United Nations Environment Program describes how:

text="Biodiversity also incorporates human cultural diversity, which can be affected by the same drivers as biodiversity, and which has impacts on the diversity of genes, other species, and ecosystems". Nettle and Romaine (2000:166) write that "delicate tropical environments in particular must be managed with care and skill. It is indigenous peoples who have the relevant practical knowledge, since they have been successfully making a living in them for hundreds of generations. Much of this detailed knowledge about local ecosystems is encoded in indigenous language and rapidly being lost". Mühlhaüsler states "the rapid decline in the world's linguistic diversity thus must be regarded with apprehension by those who perceive the interconnection between linguistic and biological diversity". Overall, language diversity is part of ecolinguistics because of the correlation between the diversity of language and biological diversity, with the knowledge of nature embedded in local cultures being the link between the two.

Сайты

Международная эколингвистическая ассоциация – это международная сеть эколингвистов. На сайте представлены библиография, онлайн-журнал (Language & Ecology) и другие ресурсы. «Истории, которыми мы живем» – бесплатный онлайн-курс по эколингвистике, разработанный Университетом Глостершира и Международной эколингвистической ассоциацией.