Мозес Тейлор Пайн: Финансист, филантроп и благотворитель Принстонского университета.

Введение

Американский филантроп Мозес Тейлор Пайн (21 декабря 1855 – 22 апреля 1921) был американским финансистом и филантропом, одним из крупнейших благотворителей Принстонского университета и его самым влиятельным членом совета управляющих.

Биография

Сын Перси Ривингтона Пайна (1820–1895) и Альбертины Шелтон Тейлор Пайн (1833–1900), Мозес Тейлор Пайн родился в Нью-Йорке в 1855 году, окончил Принстонский университет в 1877 году и юридическую школу Колумбийского университета в 1879 году. Он был главным юрисконсультом железной дороги Delaware, Lackawanna and Western Railroad в течение одиннадцати лет, после чего вышел в отставку, чтобы управлять своими финансовыми интересами, членством в советах директоров и заниматься благотворительностью. Пайн унаследовал состояние, которое частично происходило от огромного богатства его деда и тезки, Мозеса Тейлора (1806–1882). В партнерстве со своим отцом, Перси Ривингтоном Пайном, Мозес Тейлор заработал свое первоначальное состояние главным образом как комиссионный агент в кубинской торговле сахаром, предоставляя услуги владельцам плантаций на Кубе, которые впоследствии он инвестировал в обширный портфель финансовых, железнодорожных, горнодобывающих и коммунальных предприятий. Пайн был тесно связан с кубинской работорговлей, которая приносила ему значительную часть прибыли. За свою карьеру Пайн инвестировал три миллиона долларов, полученных от кубинских плантаторов, владевших рабами, в американские предприятия и отрасли промышленности. Рано в жизни Пайн решил посвятить себя развитию интересов своей альма-матер, и в 1884 году в возрасте 28 лет вошел в состав Совета попечителей Принстонского университета. Поселившись в городе Принстон, его поместье, Драмтвекет, в настоящее время является официальной резиденцией губернатора Нью-Джерси. Богатство Пайна позволило ему сосредоточиться на благотворительности и участии в общественных организациях, а перечень организаций, в которых он участвовал, свидетельствует о масштабе его щедрости и широте его интересов. По словам историка Уильяма Селдена: «Мозес Тейлор Пайн был директором четырех банков, четырех предприятий по производству стали и металла, одной газовой компании, одной страховой компании, восьми железных дорог и президентом одной железной дороги, двух больниц, двух средних школ, двух YMCA; а также старостой четырех епископальных церквей. Он был членом двадцати пяти клубов, двенадцать из которых были студенческими клубами питания Принстонского университета, а также президентом правления города Принстон, членом Комиссии общественных библиотек Нью-Джерси, первым президентом ранее существовавшей Принстонской исторической ассоциации и президентом правления первой гостиницы Принстон Инн, финансирование и строительство которой он помог организовать в 1891 году на части первоначального поместья Морвен. Фактически, почти четверть века ни одно важное предприятие в Принстоне не начиналось без гарантии одобрения Мозеса Тейлора Пайна».

The son of Percy Rivington Pyne (1820 1895) and Albertina Shelton Taylor Pyne (1833 1900), Moses Taylor Pyne was born in New York City in 1855, graduated from Princeton in 1877, and Columbia University Law School in 1879. He was general solicitor of the Delaware, Lackawanna, and Western Railroad for eleven years before retiring to manage his financial interests, board memberships, and philanthropic activities. Pyne inherited a fortune that had originated in part from the enormous wealth of his grandfather and namesake, Moses Taylor (1806 1882). In partnership with Pyne's father, Percy Rivington Pyne, Moses Taylor earned his initial fortune primarily as commission agent in the Cuban sugar trade providing services to plantation owners in Cuba, which he later parlayed into a large portfolio of financial, railroad, mining, and utility investments. Pyne was heavily involved in the Cuban slave trade, which produced a large portion of his profits. Over the course of his career, Pyne invested three million dollars from slaveholding Cuban planters in American businesses and industries. Pyne decided early on in his life to dedicate himself to advancing the interests of his alma mater, and in 1884 gained a seat on the Board of Trustees of Princeton at age 28. Settling in the town of Princeton, his estate, Drumthwacket, is now the official residence of the governor of New Jersey. Pyne's wealth allowed him to focus on his philanthropy and involvement in civic organizations, and the list of organizations in which he was involved speaks to the extent of his generosity and the breadth of his interests. According to historian William Selden: “Moses Taylor Pyne was a director of four banks, four steel and metal manufacturing companies, one gas company, one insurance company, eight railroads and president of one railroad, two hospitals, two secondary schools, two YMCAs; and a vestryman of four Episcopal churches. He was a member of twenty five clubs, twelve of which were Princeton University undergraduate eating clubs, as well as president of the Princeton township governing board, a member of the New Jersey Public Library Commission, the first president of the earlier Princeton Historical Association, and president of the board of the first Princeton Inn which he helped to finance and build in 1891 on part of the original Morven property. In fact, for nearly a quarter of a century no enterprise of importance in Princeton would be started without the assurance of endorsement from Moses Taylor Pyne.”

Он умер 22 апреля 1921 года в Принстоне, штат Нью-Джерси, и был похоронен на Принстонском кладбище.

Благотворитель Принстона

Общая сумма денег, которую Пайн пожертвовал Принстону, включая университет, его студентов, преподавателей и связанные с ним учреждения, поистине не поддается исчислению. «Степень его финансовой поддержки Принстона никогда не была обнародована. Известно, что она была очень значительной, но он никогда не стремился это обсуждать». Он вложил неимоверные средства в общий фонд, и хотя Пайн никогда не раскрывал точную сумму, «известно, что на протяжении нескольких лет он лично выписывал чеки для покрытия дефицита университетского бюджета». Согласно Princeton Alumni Weekly:

The total amount of money that Pyne gave to Princeton, including the University, its students, faculty, and related institutions, is truly incalculable. “The extent of his financial aid to Princeton has never been disclosed. It was known to be very large but the point was one which he never cared to discuss.” He poured an untold amount of money into the general fund, and while Pyne never disclosed how much, “it is known that for several years he drew his own check to cover the deficit in the university budget.” According to the Princeton Alumni Weekly:

Pyne served also as the chairman of the Committee on Grounds and Buildings, and the physical appearance, style and footprint of the Princeton campus are also due to his vision, in advocating for Collegiate Gothic architecture, and generosity, in the form of the hundreds and hundreds of acres that Pyne bought and gave to the University, free of charge: “The choice of the uniform and beautiful architectural style which enriches the and Princeton campus was largely his work. The purchase of large tracts of land, far in advance of any apparent need, came of his faith in Princeton’s future.”

In the words of University president John Hibben, “more than any one man he is responsible for the development of what is now so widely known as the Princeton spirit.” The strong connection of alumni to Old Nassau was developed into a lasting force by Pyne, who founded both the Princeton Alumni Association and the Princeton Alumni Weekly. Many of the other unique and endearing features of the Princeton community can be traced to Momo Pyne, including even the black squirrels that populate the campus, which were introduced by Pyne to add to the unique menagerie at Drumthwacket. Of all the Princeton institutions that were influenced by Moses Taylor Pyne, none were shaped more consistently or decisively than the upperclass eating clubs of Prospect Avenue, whose origin, growth and survival was ensured by the patronage of "Momo" Pyne. Pyne believed that permanent eating clubs established in their own clubhouses was the key to stabilizing the social life of campus, and he provided generous loans and architectural advice to help this process along. He had a documented role in the establishment of Ivy Club, Cap and Gown Club, Elm Club, Campus Club, Cloister Inn and Tower Club, and many others, as demonstrated by the fact that he was made an honorary member of twelve out of the fourteen eating clubs in existence at Princeton in 1907.

Пайн также занимал должность председателя Комитета по земельным ресурсам и зданиям, и облик, стиль и планировка кампуса Принстона также являются результатом его видения, заключавшегося в поддержке архитектуры в стиле коллегиальной готики, и щедрости, выразившейся в сотнях акров земли, которые Пайн приобрел и безвозмездно передал университету: «Выбор единого и прекрасного архитектурного стиля, обогащающего кампус Принстона, во многом является его заслугой. Покупка обширных земельных участков, задолго до очевидной необходимости, была продиктована его верой в будущее Принстона». По словам президента университета Джона Хиббена, «больше, чем кто-либо другой, он ответственен за формирование того, что теперь широко известно как «принстонский дух». Крепкая связь выпускников со Старым Нассау была превращена Пайном в устойчивую силу, поскольку он основал как Ассоциацию выпускников Принстона, так и еженедельник Princeton Alumni Weekly. Многие другие уникальные и привлекательные черты сообщества Принстона также восходят к Момо Пайну, включая даже черных белок, обитающих в кампусе, которых Пайн завез, чтобы пополнить уникальный зоопарк в Драмтвекете. Из всех институтов Принстона, на которые повлиял Мозес Тейлор Пайн, ни один не был сформирован столь последовательно и решительно, как клубы старшекурсников на проспекте Prospect Avenue, чье возникновение, развитие и выживание были обеспечены покровительством «Момо» Пайна. Пайн считал, что постоянные клубы с собственными зданиями – ключ к стабилизации социальной жизни кампуса, и он предоставлял щедрые ссуды и архитектурные консультации для содействия этому процессу. Он документально засвидетельствовал свое участие в создании клубов Ivy Club, Cap and Gown Club, Elm Club, Campus Club, Cloister Inn и Tower Club, а также многих других, что подтверждается тем фактом, что в 1907 году он стал почетным членом двенадцати из четырнадцати действующих клубов питания в Принстоне.

Расовые взгляды

Помимо формирования кампуса, чтобы напоминать студентам Принстона об их английском наследии, Пайн выразил свои взгляды на англосаксонское расовое превосходство, присоединившись к другим интеллектуалам, разделявшим подобные убеждения. Одним из тех, с кем Пайн подружился, сотрудничал, поддерживал и продвигал, был Мэдисон Грант, выдающийся природоохранник и один из главных сторонников ныне дискредитированного «научного» расизма. В книге Гранта «Гибель великой расы, или Расовая основа европейской истории» (1916) «нордическая раса» (включая англосаксов) была вознесена как естественно доминирующая и превосходящая все другие человеческие расы. В книге предупреждалось о надвигающемся вымирании англосаксов в результате смешения с неполноценными расами, если их не защитить посредством селекционного разведения, включая уничтожение «дефектных» младенцев, стерилизацию «дефектных» взрослых и запрет на въезд в Соединенные Штаты «генетически неполноценных иммигрантов». Грант выразил благодарность Пайну во введении к каждому изданию книги за рецензирование и комментирование ее черновиков, признав свою признательность М. Тейлору Пайну за «помощь и множество предложений». Тот факт, что помощь Пайна была отмечена в нескольких изданиях книги Гранта «Гибель великой расы», свидетельствует об уровне взаимного уважения к идеям друг друга. Поддержка Пайном расистских идей Гранта также подтверждается его финансированием Общества Гальтона для изучения происхождения и эволюции человека. Основанное в 1918 году Грантом, Генри Фэрфилдом Осборном (однокурсником и близким другом Пайна в Принстоне) и евгенистом Чарльзом Давенпортом, Общество Гальтона было создано для привлечения отобранных «ученых» к изучению «расовой антропологии». Однако эти теории все чаще подвергались сомнению в Соединенных Штатах и в конечном итоге были опровергнуты и признаны опасными. Тем не менее, они продолжали находить благодарную аудиторию в нацистской Германии.