Осада форта Питт: Война Понтиака и восстание в Северо-Западной Канаде.

Введение

Битва в рамках войны Понтиака в XVIII веке.

События 1885 года в ходе Северо-Западного восстания в Канаде.

Осада форта Питт произошла в июне и июле 1763 года на территории нынешнего города Питтсбург, штат Пенсильвания, США. Осада была частью войны Понтиака – попытки коренных американцев изгнать англо-американцев из долины реки Огайо и Аллегеньского плато после того, как те отказались выполнять свои обещания и договоры о добровольном уходе после поражения французов. Усилия коренных американцев, как дипломатические, так и посредством осады, по изгнанию англо-американцев из форта Питт в конечном итоге не увенчались успехом. Это событие известно возможной попыткой ведения биологической войны, когда Уильям Трент и Симеон Экуер, швейцарский наемник на британской службе, предположительно преподнесли в дар посланникам коренных американцев вещи из больницы для больных оспой, надеясь распространить смертельную болезнь среди соседних племен. Эффективность этой попытки неизвестна, хотя известно, что данный метод был неэффективен по сравнению с передачей воздушно-капельным путем, и эти попытки распространения болезни трудно отличить от эпидемий, вызванных предыдущими контактами с колонистами.

Предыстория

Форт Питт был построен в 1758 году во время Французской и индейской войны, на месте, где ранее находился Форт Дюкесн, в нынешнем городе Питтсбург, штат Пенсильвания, США. Французы покинули и разрушили Форт Дюкесн в ноябре 1758 года с приближением экспедиции генерала Джона Форбса. Успех экспедиции Форбса был отчасти обусловлен Истонским договором, по которому американские индейцы согласились прекратить союз с французами. Американские индейцы – преимущественно представители Шести Наций, делавары и шауни – заключили это соглашение с пониманием, что британцы покинут этот район после войны с французами. Вместо того чтобы покинуть территорию к западу от Аппалачских гор, как было оговорено, англо-американцы остались на землях коренных народов и укрепили свои форты, а поселенцы продолжали продвигаться на запад, несмотря на Королевскую прокламацию 1763 года, которая ограничивала западную экспансию американских колоний. Военные действия между французами и британцами значительно ослабли после 1760 года, за чем последовало окончательное прекращение боевых действий и формальная капитуляция французов по Парижскому договору в феврале 1763 года. Нападения под предводительством Понтиака на британцев в начале мая 1763 года, недалеко от Форта Детройт, знаменуют собой начало войны Понтиака. Осада Форта Питт и многочисленных других британских фортов весной и летом 1763 года была частью усилий американских индейцев по возвращению своей территории, изгнав британцев из страны Огайо и оттеснив их обратно за Аппалачские горы. Хотя многие форты и аванпосты в регионе были разрушены, попытки индейцев вытеснить британцев из Форта Питт в конечном итоге не увенчались успехом.

Дипломатия и осада

К 27 мая восстание достигло племен в окрестностях Форт-Питта, и было множество признаков надвигающейся враждебности. Капитан ополчения Форт-Питта узнал, что племя делаверов, расположенное к северу от форта, за ночь покинуло свои жилища и кукурузные поля. Минго также покинули свои деревни выше по реке. Владелец провинциального магазина в Пенсильвании доложил, что многочисленные воины делаверов прибыли "в страхе и спешке", чтобы обменять свои шкуры на порох и свинец. Вожди делаверов, Вольф и Кикиускунг, располагали менее чем 100 воинами и поэтому не стали немедленно атаковать хорошо укрепленный Форт-Питт. Вместо этого, 29 мая они атаковали фермы, плантации и деревни вблизи форта. Паникующие поселенцы устремились в и без того переполненный форт. Капитан Симеон Экуер, 22-летний ветеран швейцарских наемников на британской службе, попытался подготовить свой форт после известий о расширении боевых действий, приведя в состояние боевой готовности своих 230 человек – половину регулярных войск и половину ополчения, собранного в спешке. Исключительные оборонительные сооружения форта, построенные из камня с бастионами, прикрывающими все направления атаки, поддерживались 16 пушками, которые он постоянно держал заряженными. Экуер разрушил близлежащие деревенские дома и постройки, чтобы лишить нападающих укрытия. Он вырыл траншеи за пределами форта и расставил бобровые капканы. В форте была обнаружена оспа, что побудило Экуера организовать временный госпиталь для карантина зараженных. 16 июня четыре шауни посетили Форт-Питт и предупредили Александра Макки и капитана Симеона Экуера, что несколько индейских наций приняли военный пояс и кровавый томагавк Понтиака и перешли в наступление против британцев, однако делаверы все еще были разделены, а старые вожди делаверов советовали воздержаться от войны. Однако на следующий день шауни вернулись и сообщили о более угрожающей ситуации, заявив, что все нации "подняли томагавк" против британцев и собираются атаковать Форт-Питт. Даже местные шауни "боялись отказаться" присоединиться к восстанию, что было тонким намеком на то, что обитателям Форт-Питта следует уйти. Экуер проигнорировал предупреждения и просьбы об уходе. 22 июня Форт-Питт подвергся атаке с трех сторон шауни, западными делаверами, минго и сенеками, что спровоцировало ответный артиллерийский огонь со стороны Экуера. Эта первоначальная атака на форт была отбита. Поскольку индейцы не были знакомы с осадной войной, они решили вновь попытаться дипломатическим путем. 24 июня Черепаховое Сердце поговорил с Макки и Трентом за пределами форта, сообщив им, что все остальные форты пали, и что Форт-Питт "остался единственным в наших землях". Он предупредил Макки, что "шесть различных индейских наций" готовы атаковать, если гарнизон форта не отступит немедленно. Они поблагодарили Черепаховое Сердце и заверили его, что Форт-Питт выдержит натиск "всех индейских наций", и подарили индейским посланникам два небольших одеяла и платок из оспенного госпиталя. В течение следующих нескольких дней сохранялась относительная тишина, хотя поступали сообщения о падении одного форта за другим под натиском крупных отрядов воинов. 3 июля четыре новоприбывших из Оттавы запросили перемирие и попытались обмануть обитателей Форт-Питта, чтобы заставить их сдаться, но обман не удался. За этим последовало несколько недель относительного спокойствия, до 18 июля, когда прибыла большая группа воинов, вероятно, из района Форт-Лигонье. Шауни сообщили Макки, что индейцы все еще надеются на мирное урегулирование, аналогичное соглашениям, недавно заключенным в Детройте. 26 июля была созвана большая конференция под председательством Экуера с несколькими лидерами племен Огайо за стенами Форт-Питта. Индейская делегация, в которую входили Шингас, Вингенум и Сероглазый, прибыла в форт под флагом перемирия для переговоров и вновь потребовала, чтобы британцы покинули это место. Они объяснили, что захват британцами индейских земель стал причиной этой войны, и Тессекумме из делаверов отметил, что британцы виновны в возникших проблемах, поскольку они нарушили свои обещания и договоры. Они пришли на индейские земли и построили форты, несмотря на просьбы об обратном, поэтому теперь племена в этом районе объединились, чтобы вернуть свои земли. Он сообщил Экуеру, что еще есть немного времени, чтобы мирно уйти. Вожди делаверов и шауни убедились, что капитан Экуер в Форт-Питте понимает причину конфликта. Черепаховое Сердце сказал ему: "Вы ввели свои армии в нашу страну и построили здесь форты, хотя мы неоднократно говорили вам, что хотим, чтобы вы ушли, эта земля наша, а не ваша". Делавэры также дали понять, "что вся страна принадлежит им; что их обманули, и что они будут вести войну, пока не сожгут Филадельфию". Британцы отказались уходить, утверждая, что это теперь их дом. Они блефовали, заявляя, что смогут продержаться три года, и хвастались, что к ним на помощь прибудут крупные армии. Это "крайне возмутило" индейскую делегацию, как написал Трент: "Уайт-Айз и Вингенум, казалось, были очень раздражены и отказались пожимать руки нашим людям при прощании". 28 июля началась настоящая осада, которая продолжалась несколько дней. Семь гарнизонных солдат были ранены, по крайней мере один смертельно; Экуер был ранен в ногу стрелой. Для Джеффри Амхерста, главнокомандующего в Северной Америке, который еще до войны отвергал возможность того, что индейцы окажут эффективное сопротивление британскому правлению, военная обстановка летом становилась все более мрачной. Фрустрация была настолько велика, что он написал полковнику Генри Буке и приказал ему не брать индейских пленных. Он предложил намеренно заражать их оспой, выслеживать с собаками и использовать "любой другой метод, который может послужить искоренению этой отвратительной расы". Амхерст приказал Буке двинуть свои войска на помощь Форт-Питту, что заняло бы несколько недель. В Форт-Питте осада не прекратилась до 1 августа 1763 года, когда большинство индейцев прервали атаку, чтобы перехватить почти 500 британских солдат, маршировавших к форту под командованием полковника Буке. 5 августа эти две силы встретились на Холме Эдж в битве при Буши-Ран. Буке выжил в атаке, и индейцы не смогли помешать его отряду снять осаду с Форт-Питта 10 августа.

By May 27, the uprising reached the tribes near Fort Pitt, and there were many signs of impending hostilities. The captain of the Fort Pitt militia learned that the Delaware tribe just north of the fort had abandoned their dwellings and cornfields overnight. The Mingo had also abandoned their villages further up the river. The proprietor of the Pennsylvania provincial store reported that numerous Delaware warriors had arrived "in fear and haste" to exchange their skins for gunpowder and lead. The western Delaware warrior leaders Wolf and Keekyuscung had fewer than 100 warriors, so did not immediately attack the well fortified Fort Pitt. Instead, on May 29, they attacked the supporting farms, plantations and villages in the vicinity of the fort. Panicked settlers crowded into the already overcrowded fort. Captain Simeon Ecuyer, a 22 year veteran Swiss mercenary in British service, tried to ready his fort after this news of expanding hostilities, putting his 230 men, half regulars and half quickly organized militia, on alert. The fort's exceptional structural defenses, made of stone with bastions covering all angles of attack, were supported by 16 cannons which he had permanently loaded. Ecuyer demolished the nearby village houses and structures to deny cover for attackers. He had trenches dug outside the fort, and set out beaver traps. Smallpox had been discovered within the fort, prompting Ecuyer to build a makeshift hospital in which to quarantine those infected. On the June 16, four Shawnee visited Fort Pitt and warned Alexander McKee and Captain Simeon Ecuyer that several Indian nations had accepted Pontiac's war belt and bloody hatchet and were going on the offensive against the British, but that the Delaware were still divided, with the older Delaware chiefs advising against war. The following day, however, the Shawnee returned and reported a more threatening situation, saying that all the nations "had taken up the hatchet" against the British, and were going to attack Fort Pitt. Even the local Shawnee themselves "were afraid to refuse" to join the uprising, a subtle hint that the occupants of Fort Pitt should leave. Ecuyer dismissed the warnings and ignored the requests to leave. On June 22, Fort Pitt was attacked on three sides by Shawnee, western Delaware, Mingo and Seneca, which prompted return fire from Ecuyer's artillery. This initial attack on the fort was repelled. Since the Indians were unfamiliar with siege warfare, they opted to try diplomacy yet again. On June 24, Turtleheart spoke with McKee and Trent outside the fort, informing them that all of the other forts had fallen, and that Fort Pitt "is the only one you have left in our country." He warned McKee that "six different nations of Indians" were ready to attack if the garrison at the fort did not retreat immediately. They thanked Turtleheart and assured him that Fort Pitt could withstand "all nations of Indians", and they presented the Indian dignitaries with two small blankets and a handkerchief from the smallpox hospital. For the next several days it remained relatively quiet, although reports were coming in about fort after fort falling before large bands of attacking warriors. July 3, four Ottawa newcomers requested a parley and tried to trick the occupants of Fort Pitt into surrender, but the ruse failed. This was followed by several weeks of relative quiet, through July 18 when a large group of warriors arrived, likely from the Fort Ligonier area. McKee was informed by the Shawnee that the Indians were still hopeful of an amicable outcome, similar to agreements just made at Detroit. On July 26, a large conference headed by Ecuyer was convened with several leaders of the Ohioan tribes outside the walls of Fort Pitt. The Indian delegation, Shingas, Wingenum and Grey Eyes among them, came to the fort under a flag of truce to parley, and again requested that the British leave this place. They explained that by taking the Indian's country the British caused this war, and Tessecumme of the Delaware noted that the British were the cause of the trouble since they had broken their promises and treaties. They had come onto Indian land and built forts, despite being asked not to, so now the tribes in the area have amassed to take back their lands. He informed Ecuyer that there was still a short time remaining to leave peacefully. The Delaware and Shawnee chiefs made sure Captain Ecuyer at Fort Pitt understood the cause of the conflict. Turtleheart told him, "You marched your armies into our country, and built forts here, though we told you, again and again, that we wished you to move, this land is ours, and not yours." The Delaware also let it be known, "that all the country was theirs; that they had been cheated out of it, and that they would carry on the war till they burnt Philadelphia". The British refused to leave, claiming that this was their home now. They bluffed that they could hold out for three years, and bragged that several large armies were coming to their aid. This "very much enraged" the Indian delegation, Trent wrote, "White Eyes and Wingenum seemed to be very much irritated and would not shake hands with our people at parting." On July 28, the siege began in earnest and continued for several days. Seven of the fort garrison were wounded, at least one mortally; Ecuyer was wounded in the leg by an arrow. For Commander in Chief, North America Jeffery Amherst, who before the war had dismissed the possibility that the Indians would offer any effective resistance to British rule, the military situation over the summer had become increasingly grim. The frustration was so great, he wrote to Colonel Henry Bouquet and instructed him not to take any Indian prisoners. He proposed that they should be intentionally exposed to smallpox, hunted down with dogs, and "Every other method that can serve to Extirpate this Execrable Race." Amherst had directed Bouquet to take his troops to relieve Fort Pitt, a march that would take several weeks. At Fort Pitt, the siege didn't let up until August 1, 1763, when most of the Indians broke off their attack in order to intercept the body of almost 500 British troops marching to the fort under Colonel Bouquet. On August 5, these two forces met at Edge Hill in the Battle of Bushy Run. Bouquet survived the attack and the Indians were unable to prevent his command from relieving Fort Pitt on August 10.

Последствия

Более 500 британских солдат и, возможно, около двух тысяч поселенцев погибли в долине Огайо, и из более чем дюжины британских фортов к пику этого восстания устояли лишь Детройт, Ниагара и Питт. 7 октября 1763 года Корона издала Королевскую прокламацию 1763 года, запрещавшую любое поселение к западу от Аппалачских гор — прокламацию, которую британские поселенцы игнорировали, а британская армия не могла обеспечить её соблюдение. Форт Питт оставался под контролем британцев и стал центральным пунктом для переселенцев, которые в течение следующего десятилетия всё более активно продвигались на запад.

Передача медицинских принадлежностей

Весной 1763 года вблизи Форт-Питта вспыхнула эпидемия оспы, которая впоследствии распространилась и туда. Там же была создана больница для лечения оспы. Более ранняя эпидемия среди племен Огайо наблюдалась в начале 1750-х годов, поскольку вспышки оспы происходили примерно каждые десять-двенадцать лет. По словам Джона Маккалоу, находившегося в плену, некоторые воины деревни Махонинг, совершавшие набег на поселение Джуниата, заразились там оспой, от которой впоследствии скончались. В 1924 году в "Миссисипской долине: историческом обзоре" был опубликован дневник Уильяма Трента, торговца мехами и купца, назначенного капитаном в Форт-Пит. 24 июня 1763 года Трент записал о встрече с двумя индейцами Делавера в форте: "Из уважения к ним мы подарили им два одеяла и платок из больницы для больных оспой. Надеюсь, это окажет желаемый эффект". (В прошлые века широко распространено было убеждение, что оспой можно заразить на расстоянии через зараженную одежду или постельные принадлежности. Однако в 1960-х годах подробные исследования А. Р. Рао, проведенные в последние годы, когда заболеваемость оспой была достаточно высокой для изучения путей ее передачи, не выявили доказательств такого способа заражения. Он пришел к выводу, что оспа – это воздушно-капельное заболевание, передающееся при "вдыхании"). Два одеяла и платок из лазарета, по всей видимости, были завернуты в кусок льняной ткани. Одеяла и платок были нестиранными и грязными. В 1955 году был обнаружен документ торговой фирмы Трента, содержащий счет-фактуру на платок, два одеяла и лен, предназначенные для коренных жителей. Расходы были подписаны Экуайером. Экуайер был относительно неопытен: капитаном он стал лишь в апреле предыдущего года и принял командование фортом в ноябре того же года. Вероятно, Трент был главным инициатором этой идеи, учитывая его больший опыт в борьбе с болезнью и даже участие в организации больницы для больных оспой. Александр Макки, наполовину индеец, также участвовал в передаче сообщений, но, возможно, не знал о содержимом отправляемых вещей. Этот план был осуществлен независимо от генерала Амхерста и полковника Буке. Встреча состоялась 24 июня. Накануне "Два Делавера позвали мистера Макки и сказали, что хотят поговорить с ним утром". Конференция проходила непосредственно у стен Форт-Питта. В ней участвовали Экуайер, Макки, Черепаховое Сердце и еще один делегат от Делавера, "Мамалти, вождь". Два индейца Делавера пытались уговорить людей, укрывшихся в форте, покинуть его, но Экуайер решительно отказался, заявив о скором прибытии подкрепления в Форт-Пит и о способности крепости выдержать осаду. После совещания со своими вождями они "вернулись и сказали, что будут крепко держаться цепи дружбы", однако их словам не было веры. Посланники просили подарки, такие как еда и алкоголь, "чтобы вернуться домой". Запросы на подарки были обычным делом, но в данном случае Экуайер проявил особую щедрость. Черепаховое Сердце и его спутник получили "значительное количество" продовольствия, около "600 пайков". В этот комплект входил и сверток из льняной ткани, содержащий платок и два одеяла. Месяц спустя, 22 июля, Трент вновь встретился с теми же делегатами, и, по всей видимости, они не заразились оспой: "Серые Глаза, Вингенум, Черепаховое Сердце и Мамаулти прибыли с противоположного берега реки и сообщили нам, что их вожди находятся на совете и ждут Кусталугу, которого ожидали в тот день". Гершом Хикс, свободно владевший языком Делавера и знавший также язык шауни, свидетельствовал, что с весны 1763 года по апрель 1764 года около ста коренных жителей из различных племен, таких как Лени Ленапе (Делавэр) и шауни, умерли от оспы, что делало эту вспышку относительно незначительной. После посещения Питтсбурга спустя несколько лет, Дэвид МакКлюр записал в своем дневнике, опубликованном в 1899 году: "Мне сообщили в Питтсбурге, что когда Делавэры, шауни и другие внезапно и вероломно осадили Форт-Пит в 1764 году, в мирное время, люди внутри нашли способ передать им оспу, которая оказалась гораздо более разрушительной, чем пушки со стен или вся артиллерия армии полковника Боке, что вынудило их отказаться от предприятия".

Sometime in the spring of 1763, a smallpox epidemic broke out near Fort Pitt and subsequently spread there. A smallpox hospital was then also established there to treat sick troops. There had also been an earlier epidemic among Ohio tribes in the early 1750s, as smallpox outbreaks occurred every dozen or so years. According to John McCullough, who was held captive, some of the Mahoning village warriors raiding a Juniata settlement caught smallpox from there that then killed some of them. In 1924 the Mississippi Valley Historical Review published a journal written by William Trent, a fur trader and merchant commissioned as a captain at Fort Pitt. For June 24, 1763, Trent wrote about a meeting with two Delaware Indians at the fort. "Out of our regard to them we gave them two Blankets and an Handkerchief out of the Small Pox Hospital. I hope it will have the desired effect." (It was commonly believed in past centuries that smallpox could be readily spread at a distance through infected clothing or bedding. However, in the 1960s A. R. Rao’s detailed research, during the last years that smallpox was sufficiently prevalent for its mode of transmission to be studied, found no evidence for this mode of transmission. He concluded that it was a breath borne disease, transmitted by "inhalation".) The two blankets and the handkerchief from the infirmary were seemingly wrapped in a piece of linen. The blankets and handkerchief were unwashed and dirty. In 1955 a record of Trent's trading firm was found. It had an invoice for the handkerchief, two blankets and the linen to be given to the Natives, and the expense was signed by Ecuyer. Ecuyer was relatively inexperienced, having only been a captain since April the year before and having taken over the command of the fort the same November. Trent was likely the main orchestrator of the idea, considering he had more experience with the disease and had even helped out setting the smallpox hospital. Half Native Alexander McKee also played a part in parlaying messages, but he possibly didn't know about the items. This plan was carried out independently from General Amherst and Colonel Bouquet. The meeting happened on June 24. The night before "Two Delawares called for Mr. McKee and told him they wanted to speak to him in the Morning." The conference took place just outside of Fort Pitt. The participants were Ecuyer, McKee, Turtle's Heart, and another Delaware, "Mamaltee a Chief." The two Delaware men tried to coax the people holed up in the fort to leave, an option that Ecuyer promptly rejected and stated that reinforcements were coming to Fort Pitt and that the stronghold could easily hold out. After conferring with their chiefs, the two "returned and said they would hold fast of the Chain of friendship", but they were not genuinely believable. The messengers had asked for presents such as food and alcohol, "to carry us Home." Requesting gifts was common, but Ecuyer in this case seemed especially generous. Turtle's Heart and his companion received food in "large quantities", some "600 Rations." Included among this was the linen bundle containing the handkerchief and two blankets. A month after meeting on July 22, Trent met with the same delegates again and they seemingly had not contracted smallpox: "Gray Eyes, Wingenum, Turtle's Heart and Mamaultee, came over the River told us their Chiefs were in Council, that they waited for Custaluga who they expected that Day." Gershom Hicks, who was fluent in the Delaware language and also knew some Shawnee, testified that starting from spring 1763 up to April 1764 around a hundred Natives from different tribes such as Lenni Lenape (Delaware) and Shawnee died in the smallpox epidemic, making it a relatively minor smallpox outbreak. After visiting Pittsburgh a few years later, David McClure would write in his journal published in 1899, "I was informed at Pittsburgh, that when the Delawares, Shawanese & others, laid siege suddenly and most traitorously to Fort Pitt, in 1764, in a time of peace, the people within, found means of conveying the small pox to them, which was far more destructive than the guns from the walls, or all the artillery of Colonel Boquet's army, which obliged them to abandon the enterprise."

Письма Амхерста

Месяц спустя, в июле, полковник Буке подробно обсудил войну Понтиака с генералом Амхерстом в переписке, а в приписках к трём письмам, написанных в более свободной форме, Амхерст также вскользь затронул вопрос об использовании оспы в качестве оружия. Буке упомянул одеяла как возможный способ, не вдаваясь в детали, и Амхерст поддержал эту идею со словами "искоренить эту презренную расу". Сам Буке, вероятно, так и не получил возможности "распространить оспу". Он сильно опасался заразиться оспой, поскольку сам ею никогда не болел. В письмах к Экуэ он не упоминал об этой болезни. Он умер всего через два года, в 1765 году, от жёлтой лихорадки.

Последующие оценки

Это событие обычно описывается как ранняя попытка ведения биологической войны. Однако эффективность этого плана обычно ставится под сомнение.

Ранние исследования

Рассказ о том, что британцы заразили коренных жителей оспой во время войны Понтиака в 1763 году, впервые появился в трудах историка девятнадцатого века Фрэнсиса Паркмана. Его версия была использована последующими авторами. Он охарактеризовал ответ Амхерста Буке как «гнусное предложение» и заключил: «Нет прямых доказательств того, что Буке реализовал этот позорный план заражения индейцев, хотя через несколько месяцев после этого оспа, как известно, причинила огромный ущерб племенам Огайо». Паркман полагал, что Амхерст спланировал эту акцию, хотя сам Амхерст обратился к этому вопросу лишь спустя месяц. За Паркманом последовал Говард Пекхэм, который больше интересовался ходом войны в целом и лишь поверхностно коснулся этого инцидента, кратко описав, как Экуайер передавал платки и одеяла из больницы для больных оспой. Он процитировал свидетельство о вспышке оспы и отметил, что это, безусловно, повлияло на способность коренных жителей вести боевые действия. Бернхард Кноленберг был более критичен и указал, что ни Паркман, ни Пекхэм не заметили, что эпидемия оспы среди племен, по сообщениям, началась весной 1763 года, задолго до этой встречи. Кноленберг даже сначала сомневался в подлинности документов, пока не получил письмо от историка Дональда Х. Кента, который обнаружил запись списка различных вещей Трента, подписанную Экуайером.

Поздние исследователи

У историка Фрэнсиса Дженнингса, который тщательно изучил труды Паркмана, была более критическая оценка. Он отметил, что боеспособность коренного населения была серьезно подорвана этим планом. Микробиолог Марк Уиллис утверждает, что акт биологической агрессии в Форт-Питт является неоспоримым, но в то время редкие попытки передачи инфекции редко оказывались успешными и, вероятно, становились излишними на фоне естественных путей распространения. Эта практика ограничивалась недостатком знаний. Элизабет Фенн пишет, что "фактическая эффективность попытки распространить оспу остается невыясненной: всегда существует вероятность того, что заражение произошло естественным путем". Филип Ранлет считает явным признаком неэффективности одеял тот факт, что через месяц состоялась повторная встреча с теми же делегатами, и почти все коренные жители, с которыми встретились, прожили после этого еще десятилетия. Он также задается вопросом, почему Трент не выразил радость по поводу возможного успеха в своем дневнике, если бы таковой был. Дэвид Диксон полагает, что передача произошла другим путем и, возможно, связана с событием, описанным Джоном Маккалоу. Барбара Манн утверждает, что распространение сработало, объясняя, что свидетельство Гершома Хика о начале эпидемии весной можно объяснить отсутствием у Хика календаря. Манн также предполагает, что документы, связанные с этим инцидентом, были уничтожены. Исследователи Джеймс У. Мартин, Джордж У. Кристофер и Эдвард М. Эйцен, опубликовавшие свои работы в издании Центра и школы медицинского департамента армии США, Института Бордена, пришли к выводу, что "в ретроспективе трудно оценить тактический успех биологической атаки капитана Экуэра, поскольку оспа могла быть передана после других контактов с колонистами, как это уже происходило ранее в Новой Англии и на Юге. Хотя считается, что струпья больных оспой обладают низкой заразностью из-за связывания вируса в фибриновой матрице, а передача через контаминированные предметы считается неэффективной по сравнению с передачей воздушно-капельным путем". В статье, опубликованной в журнале "Клиническая микробиология и инфекции", исследователи Винсент Баррас и Жильбер Грёб заключают, что "в свете современных знаний остается сомнительным, оправдались ли его надежды, учитывая, что передача оспы через подобный вектор гораздо менее эффективна, чем респираторная передача, и что коренные американцы контактировали с оспой более чем за 200 лет до проделки Экуэра, в частности, во время завоевания Писарро Южной Америки в XVI веке. В целом, анализ различных "домикробиологических" попыток биологического оружия иллюстрирует сложность разграничения преднамеренной биологической атаки и естественных эпидемий".

Francis Jennings, a historian who extensively studied Parkman's writings, had a more damning view. He indicated that the fighting strength of the Natives was greatly compromised by the plan. Microbiologist Mark Wheelis says the act of biological aggression at Fort Pitt is indisputable, but that at the time the rare attempts to transmit infection rarely worked and they were probably made redundant with natural routes of transmission. The practice was restrained by lack of knowledge. Elizabeth A. Fenn writes that "the actual effectiveness of an attempt to spread smallpox remains impossible to ascertain: the possibility always exists that infection occurred by some natural route." Philip Ranlet describes as a clear sign that the blankets had no effect the fact that the same delegates were met a month later, and that nearly all of the met natives were recorded to have lived for decades afterwards. He also questions why Trent didn't gloat about any possible success in his journal if there was such. David Dixon holds likely that the transmission happened via some other route and possibly from the event described by John McCullough. Barbara Mann holds that the distribution worked, describing that Gershom Hick's testimony of the epidemic starting by spring is explainable by Hicks lacking a calendar. Mann also estimates that papers related to the incident have been destroyed. Researchers James W. Martin, George W. Christopher and Edward M. Eitzen writing in a publication for the US Army Medical Department Center & School, Borden Institute, found that "In retrospect, it is difficult to evaluate the tactical success of Captain Ecuyer's biological attack because smallpox may have been transmitted after other contacts with colonists, as had previously happened in New England and the South. Although scabs from smallpox patients are thought to be of low infectivity as a result of binding of the virus in fibrin metric, and transmission by fomites has been considered inefficient compared with respiratory droplet transmission." In an article published in the journal Clinical Microbiology and Infection researchers Vincent Barras and Gilbert Greub conclude that “in the light of contemporary knowledge, it remains doubtful whether his hopes were fulfilled, given the fact that the transmission of smallpox through this kind of vector is much less efficient than respiratory transmission, and that Native Americans had been in contact with smallpox >200 years before Ecuyer’s trickery, notably during Pizarro’s conquest of South America in the 16th century. As a whole, the analysis of the various ‘pre microbiological” attempts at BW illustrate the difficulty of differentiating attempted biological attack from naturally occurring epidemics.”