Введение
Алара был царем Куша, которого его потомки из 25-й династии обычно считают основателем напатанской царской династии и первым зафиксированным правителем Куша. Он объединил всю Верхнюю Нубию от Мероэ до Третьего порога и, возможно, упоминается в Храме Амона в Каве. Алара также сделал Напату религиозной столицей Куша. Сам Алара не был царем Куша 25-й династии, поскольку во время своего правления он не контролировал ни одного египетского региона, в отличие от его двух непосредственных преемников – Кашты и Пие. Нубийская литература приписывает ему долгое правление, поскольку последующие нубийские цари просили, чтобы их царствование длилось так же, как и правление Алары. Память о нем также была центральной в мифе о происхождении кушитского царства, который со временем дополнялся новыми элементами. Алара был глубоко почитаемой фигурой в нубийской культуре и первым кушитским царем, чье имя дошло до ученых.
Алара в исторических записях
Существование Алары впервые задокументировано в египетской иероглифической стеле царицы Табири, которая была дочерью Алары от царицы Касаки, жены Алары. Хотя Аларе не было присвоено царское звание на стеле царицы Табири, его имя было написано в форме картуша, что подтверждает, что он действительно был кушитским царем. Алара также упоминается как брат бабушки Тахарки в надписях Кава IV, строки 16f (ок. 685 г. до н.э.) и VI, строки 23f (ок. 680 г. до н.э.).
Один нубийский археолог, Тимоти Кендалл, предположил, что Алара – это царь «Ари» Мерьямун, 23-й год правления которого указан на фрагментированной стеле из храма Амона в Каве. Однако венгерский египтолог Ласло Тёрок отвергает эту точку зрения в своей книге 1997 года «Королевство Куш: справочник по напатанской и меройской цивилизации» (Handbuch der Orientalistik 31) и считает, что Ари был скорее Ариамани, более поздним кушитским царем, правившим после 25-й династии из Мероэ, что следует из текста и стиля его стелы. Эпиграфические аргументы Кендалла также не принимаются другими исследователями.
Могила
Алару сменил Кашта, который распространил влияние Нубии на Элефантину и Фивы. Он был похоронен на королевском кладбище Эль-Курру ниже по течению от Напаты. Жена Алары, королева Касака, была похоронена в гробнице Ku.23 (Эль-Курру 23). Ее гробница находилась рядом с гробницей Ku.9, которая, предположительно, принадлежала самому Аларе. Кендалл отмечает, что погребенный в Ku.9 (вероятно, Алара) был похоронен в традиционном нубийском стиле: на ложе, в небольшой закрытой боковой камере внизу вертикального шахтного ствола. Видимая надстройка гробницы включала в себя множество египетских элементов. Вершина, по-видимому, была украшена грубо отлитой, полым бронзовым изображением Ба. В часовне находился простой, прочный каменный стол для приношений в египетском стиле, а стены часовни были украшены грубым низким рельефом. На одном из блоков сохранилась верхняя часть мужской головы, в короне с надстройкой и лентами, а также петлевидный орнамент над лбом, имитирующий урей. Эта деталь позволяет предположить, что владелец гробницы к концу своего правления почти приравнял себя к истинному фараону, или что его преемник (Кашта?), построивший гробницу и санкционировавший рельефы, выразил подобные чувства в посмертном изображении. Тёрок согласен с этим и пишет, что "часовня погребального культа гробницы Ku.9, по-видимому, была первой, которая получила погребальную стелу и стол для подношений" в Эль-Курру, царском некрополе ранних кушитских царей.
was interred in the traditional Nubian manner, lying on a bed and placed in a small enclosed side chamber at the bottom of a vertical shaft, the visible tomb superstructure incorporated many Egyptian features. The apex seems to have been adorned with a crudely cast, hollow bronze ba statue The chapel had contained a plain, hard stone Egyptian style offering table, and the chapel walls had been adorned with crude low relief. One block preserved what appeared to be the upper part of a male head, wearing a crown with a superstructure and streamers and a loop like ornament over the brow, imitative of a uraeus This feature suggests either that the owner of the tomb, by the end of his reign, had come close to identifying himself as a true pharaoh, or that his successor (Kashta?) who would have built the tomb and authorized the reliefs, provided such sentiments in the posthumous depiction. Török concurs and writes that "the mortuary cult chapel of Ku.9 seems to have been the first to be provided with a tomb stele and a funerary offering table" in el Kurru, the royal burial grounds of the early Kushite kings.