Конвой PQ-16: Арктический путь помощи СССР во время Второй мировой войны.

Введение

Конвой PQ 16 (21–30 мая 1942 года) был арктическим конвоем британских, американских и союзнических кораблей из Исландии в Мурманск и Архангельск в Советском Союзе во время Второй мировой войны. Этот конвой был самым крупным на тот момент и сопровождался значительным числом эскортных кораблей и подводных лодок. QP 12, возвращающийся конвой, отплыл в тот же день.

Поскольку операция «Барбаросса», вторжение Германии в Советский Союз, провалилась в 1941 году, немцы начали наращивать силы в Норвегии для перехвата арктических конвоев кораблями, самолетами и подводными лодками, вместо того чтобы рассчитывать на быструю победу. Luftflotte 5 (Авиационный флот 5), Люфтваффе в Норвегии, был усилен бомбардировщиками и торпедоносцами в начале 1942 года и реорганизован для атаки конвоев по мере их прохождения между норвежским побережьем и арктическими льдами, которые все еще находились близко к южной зимней границе. Солнце в это время года оставалось над горизонтом, и экипажи кораблей находили непрерывный дневной свет утомительным и напряженным; блики солнечного света, отражающиеся от льда, были особенно сложны для наблюдателей. 25 мая начались воздушные атаки, немецкие бомбардировщики и торпедоносцы координировали свои действия. Торпедоносцы запускались одновременно, чтобы усложнить кораблям уклонение от торпед. Воздушные атаки продолжались до 1 июня и привели к гибели шести кораблей, еще один был потоплен подводной лодкой; 3–6 немецких самолетов были сбиты и один поврежден; 27 мая было зафиксировано 108 авиационных атак. После конвоя командир эскорта рекомендовал значительно увеличить противовоздушную огневую мощь и обеспечить воздушное прикрытие с помощью эскортного авианосца. Немцы заявили о практически полном уничтожении конвоя и пришли к выводу, что воздушные операции были более эффективными, чем атаки подводных лодок в течение долгих светлых часов. Немецкая тактика комбинированного пикирования и торпедных атак, с одновременным залпом торпед («Золотой гребень»), оказалась оправданной.

Кредитная лизинга

После операции «Барбаросса», немецкого вторжения в СССР, начавшейся 22 июня 1941 года, Великобритания и СССР подписали в июле соглашение, согласно которому они «оказывали бы друг другу помощь и поддержку всех видов в текущей войне против гитлеровской Германии». К сентябрю 1941 года британцы отправили 450 самолетов, резины, 3 000 000 пар сапог, а также запасы олова, алюминия, джута, свинца и шерсти. В сентябре представители Великобритании и США отправились в Москву для изучения советских потребностей и возможностей их удовлетворения. Представители трех стран разработали в октябре 1941 года протокол, действующий до июня 1942 года, и договорились о новых протоколах, которые должны были действовать с 1 июля по 30 июня каждого последующего года до окончания программы ленд-лиза. В протоколе перечислялись поставки, ежемесячные темпы поставок и общие объемы за период. Первый протокол определял поставляемые материалы, но не корабли для их транспортировки. В СССР не хватало судов и сопровождения, и британцы и американцы, взявшие на себя обязательство «содействовать доставке», взялись доставить поставки ввиду отсутствия альтернативы. Главной потребностью Советского Союза в 1941 году была военная техника для восполнения потерь, поскольку на момент переговоров два крупных авиационных завода переносились на восток из Ленинграда и еще два – из Украины. Возобновление производства займет не менее восьми месяцев, в течение которых выпуск самолетов снизится с 80 до 30 в день. Великобритания и США обязались отправлять 400 самолетов в месяц в соотношении три бомбардировщика к одному истребителю (позже это соотношение было изменено), 500 танков в месяц и 300 бронетранспортеров Bren. Англо-американская сторона также взяла на себя обязательство отправить алюминий и 3862 станка, а также разнообразное сырье, продовольствие и медикаменты.

Северный Ледовитый океан

Между Гренландией и Норвегией находятся одни из самых штормовых вод Мирового океана, воды, вздымаемые штормовыми ветрами, полными снега, мокрого снега и града. Вокруг Северного мыса и в Баренцевом море температура воды редко поднимается выше 4° Цельсия, и человек, оказавшийся в воде, скорее всего, погибнет, если ему не будет оказана немедленная помощь. Холодная вода и воздух приводили к обледенению надстроек кораблей, которое необходимо было быстро удалять, чтобы избежать потери остойчивости. Холодные арктические воды встречались с теплым течением Гольфстрим, берущим начало в Мексиканском заливе, которое превращалось в Североатлантическое течение, достигающее юго-западного побережья Англии. Течение движется между Шотландией и Исландией. К северу от Норвегии течение разделяется. Северная ветвь направляется к северу от острова Медвежий к Шпицбергену, а южная – вдоль побережья Мурманска в Баренцево море. Смешение холодных арктических вод и более теплых, но более соленых вод создает густые банки тумана, в которых могли скрываться конвои, но при этом резко снижалась эффективность гидролокаторов ASDIC, поскольку подводные лодки перемещались в водах с разной температурой и плотностью. Зимой полярные льды могут достигать южных берегов Северного мыса, а летом отступают к Шпицбергену, вынуждая суда приближаться к авиабазам Люфтваффе или, наоборот, выходить в открытое море. Эта область погружена в вечную темноту зимой и в постоянный дневной свет летом, что делает воздушную разведку либо практически невозможной, либо чрезвычайно простой.

Арктические конвои

В октябре 1941 года премьер-министр Уинстон Черчилль взял на себя обязательство отправлять конвои в арктические порты СССР каждые десять дней и доставлять 1200 танков в месяц с июля 1942 года по январь 1943 года, после чего – еще 2000 танков и 3600 самолетов сверх уже обещанных. Первый конвой должен был прибыть в Мурманск примерно 12 октября, а следующий – отплыть из Исландии 22 октября. В Хвальфьёрдуре (Исландия) собирались разнообразные британские, союзнические и нейтральные суда, загруженные военными материалами и сырьем для советского военного производства, что было удобно для судов, прибывающих с обеих сторон Атлантики. К концу 1941 года на арктическом маршруте была внедрена конвойная система, отработанная в Атлантике; комодор конвоя обеспечивал присутствие капитанов судов и сигнальных офицеров на брифинге для организации управления конвоем, который двигался строями длинных колонн из коротких шеренгов. Комодор обычно был отставным морским офицером или резервистом Королевского военно-морского флота и находился на борту одного из торговых судов (идентифицируемого белым вымпелом с синим крестом). Комодору помогала сигнальная группа из четырех человек, использовавшая лампы, флаги семафорной азбуки и телескопы для передачи сигналов в коде. В крупных конвоях комодору помогали вице-комодоры и кормовые комодоры, с которыми он координировал скорость, курс и зигзагообразное движение торговых судов, а также поддерживал связь с командиром эскорта. Летом конвои доходили до 75° северной широты, затем направлялись на юг в Баренцево море и в порты Мурманск (в Кольском заливе) и Архангельск (в Белом море). Зимой, из-за расширения полярных льдов к югу, маршрут конвоя проходил ближе к берегам Норвегии. До начала марта 1942 года из 110 судов, отправленных по арктическому маршруту, было потеряно одно; состояние советских портов назначения представляло большую проблему, чем действия немецких кораблей, подводных лодок и авиации по противодействию конвоям. С приближением летнего сезона увеличивалось количество светлого времени суток, а также размер конвоев, чтобы уменьшить скопление судов, ожидающих отправки.

In October 1941, the Prime Minister, Winston Churchill, made a commitment to send a convoy to the Arctic ports of the USSR every ten days and to deliver 1,200 tanks a month from July 1942 to January 1943, followed by 2,000 tanks and another 3,600 aircraft in excess of those already promised. The first convoy was due at Murmansk around 12 October and the next convoy was to depart Iceland on 22 October. A motley of British, Allied and neutral shipping loaded with military stores and raw materials for the Soviet war effort would be assembled at Hvalfjörður in Iceland, convenient for ships from both sides of the Atlantic. By late 1941, the convoy system used in the Atlantic had been established on the Arctic run; a convoy commodore ensured that the ships' masters and signals officers attended a briefing to make arrangements for the management of the convoy, which sailed in a formation of long rows of short columns. The commodore was usually a retired naval officer or a Royal Naval Reserveist and would be aboard one of the merchant ships (identified by a white pendant with a blue cross). The commodore was assisted by a Naval signals party of four men, who used lamps, semaphore flags and telescopes to pass signals in code. In large convoys, the commodore was assisted by vice and rear commodores with whom he directed the speed, course and zig zagging of the merchant ships and liaised with the escort commander. During the summer months, convoys went as far north as 75 N latitude then south into the Barents Sea and to the ports of Murmansk in the Kola Inlet and Archangel in the White Sea. In winter, due to the polar ice expanding southwards, the convoy route ran closer to Norway. Until early March 1942 one merchant ship of the 110 sent via the Arctic route had been lost; the condition of the receiving ports in the USSR caused more difficulty than German anti convoy operations by ships, submarines and aircraft. As the summer season approached the hours of daylight increased just as the size of convoys got bigger to alleviate the accumulation of ships awaiting dispatch.

Британская стратегия

Растущая мощь немецких военно-воздушных сил в Норвегии и увеличение потерь среди конвоев и их сопровождения, особенно конвоев PQ 15 и QP 11, побудили контр-адмирала Стюарта Бонэма Картера, командующего 18-й крейсерской эскадрой, адмирала сэра Джона Тови, главнокомандующего Флотом метрополии, и адмирала сэра Дадли Паунда, первого морского лорда, профессионального руководителя Королевского флота, единогласно рекомендовать приостановку арктических конвоев в летние месяцы. Недостаточное количество советских кораблей, доступных для арктических конвоев, потери, нанесенные Люфлотте 5, базировавшейся в Норвегии, и присутствие немецкого линкора «Тирпиц» в Норвегии с начала 1942 года привели к тому, что большое число судов, груженых поставками для России, застряло на западном направлении, а пустые и поврежденные суда – на восточном. Несмотря на позицию военно-морского флота, Черчилль подвергся давлению со стороны президента США Франклина Рузвельта и советского лидера Иосифа Сталина, уступил политической необходимости и приказал отправить более крупный конвой для уменьшения скопления судов.

Парк Блетчли

Британская правительственная школа кода и шифров (GC&CS), расположенная в Блетчли-парке, представляла собой небольшую индустрию дешифровщиков и аналитиков радиоперехвата. К июню 1941 года немецкие шифры Enigma для оперативной зоны "Home Waters" (Хеймиш), используемые надводными кораблями и подводными лодками, могли быть быстро прочитаны. 1 февраля 1942 года шифровальные машины Enigma, применявшиеся на подводных лодках в Атлантике и Средиземном море, были заменены, однако немецкие корабли и подводные лодки в Арктике продолжали использовать прежние настройки Хеймиш (Hydra с 1942 года, Dolphin – британское обозначение). К середине 1941 года британские радиостанции Y-станции могли принимать и дешифровать радиопередачи Люфтваффе и заблаговременно предупреждать об операциях немецкой авиации. В 1941 году на военные корабли были отправлены специалисты военно-морской разведки "Headache", оснащенные приемниками для перехвата радиопередач Люфтваффе, а с мая 1942 года корабли стали получать группы вычислителей RAF Y, которые сопровождали адмиралов крейсеров, командующих охраной конвоев, для расшифровки перехваченных "Headache" радиосигналов Люфтваффе. Адмиралтейство передавало вычислителям данные о радиочастотах, позывных и суточных местных кодах Люфтваффе, что в сочетании с их знанием процедур немецкой авиации позволяло получать довольно точную информацию о немецких разведывательных полетах. Иногда вычислители предсказывали атаки за двадцать минут до их обнаружения радиолокаторами.

B-служба

Конкурентная немецкая B Dienst (служба наблюдения) военно-морской разведки Германии (MND, военно-морская разведка) к 1939 году взломала несколько кодов и шифров Адмиралтейства, что позволяло кораблям Kriegsmarine уклоняться от британских сил и создавать возможности для внезапных атак. С июня по август 1940 года шесть британских подводных лодок были потоплены в Скагерраке, используя информацию, полученную из перехваченных британских радиосообщений. В 1941 году B Dienst перехватил сигналы от главнокомандующего Западными подходами, информировавшие конвои о районах патрулирования немецких подводных лодок, что давало возможность подводным лодкам перемещаться в "безопасные" зоны. В феврале 1942 года B Dienst взломал Naval Cypher No 3, и к марту расшифровывал до 80 процентов перехватываемого трафика, что продолжалось до 15 декабря 1943 года. По совпадению, британцы потеряли доступ к шифру "Акула" и не имели информации для передачи в шифре No 3, которая могла бы раскрыть секреты Ultra. В начале сентября финская радиоразведка расшифровала сообщение советских ВВС, раскрывающее маршрут конвоя, и передала его немцам.

- Да.

В марте 1942 года Адольф Гитлер издал директиву об усилении действий против конвоев с целью ослабить Красную Армию и предотвратить переброску войск союзников в северную Россию в преддверии высадки на побережье северной Норвегии. Люфтваффе 5 (генерал-оберст Ханс Юрген Штумпф) должно было быть усилено, а Кригсмарине – приказано положить конец арктическим конвоям и морским вторжениям. Люфтваффе и Кригсмарине должны были действовать совместно, с упрощенной структурой командования, которая была внедрена после конференции. ВМС предпочли совместное командование, но Люфтваффе настояли на обмене офицерами связи. Люфтваффе 5 должно было быть усилено 2./Kampfgeschwader 30 (KG 30), а KG 30 – повысить свою боеготовность. Эскадрилья Aufklärungsflieger Gruppe 125 (Aufkl. Fl. Gr. 125) была переброшена в Норвегию, а из Франции были направлены дополнительные дальнемагистральные патрульные самолеты Focke Wulf Fw 200 Kondor из Kampfgeschwader 40 (KG 40). В конце марта воздушный флот был разделен. Флигерфюрер Норд (Ост) [оберст Александр Холле], являясь крупнейшим командованием, дислоцировался в Киркенесе с 2./JG 5, 10.(Z)/JG 5, 1./StG 5 (5-я крыло ударных бомбардировщиков) и 1. Fernaufklärungsgruppe 124 [1./(F) 124] (1-я эскадрилья 124-го крыла дальней разведки), которым были поставлены задачи по атакам на Мурманск и Архангельск, а также на конвои. Часть Fliegerführer Nord (Ost) базировалась в Пецамо (5./JG 5, 6./JG 5 и 3./Kampfgeschwader 26 (3./KG 26)), Банаке (2./KG 30, 3./KG 30 и 1./(F) 22) и Бильфьорде (1./Kü. Fl. Gr. 125). Флигерфюрер Лофотен (оберст Ханс Рот) базировался в Бардуфоссе, но не имел постоянных подразделений, которые придавались по мере необходимости. В начале антикорабельной кампании к Fliegerführer Lofoten были прикреплены только эскадрильи берегового патрулирования 3./Küstenfliegergruppe 906 в Тронхейме и 1./Kü. Fl. Gr. 123 в Тромсё. Флигерфюрер Норд (Вест) базировался в Соле и отвечал за своевременное обнаружение конвоев и атаки к югу от линии, проходящей от Тронхейма на запад к Шетландским и Исландским островам, в его составе были 1./(F) 22, самолеты Kondor из 1./KG 40, эскадрильи прибрежной разведки ближнего радиуса действия 1./Küstenfliegergruppe 406 (1./Kü. Fl. Gr. 406) и 2./Küstenfliegergruppe 406 (2./Kü. Fl. Gr. 406), а также эскадрилья метеоразведки.

In March 1942, Adolf Hitler issued a directive for a greater anti convoy effort to weaken the Red Army and prevent Allied troops being transferred to northern Russia, preparatory to a landing on the coast of northern Norway. Luftflotte 5 (Generaloberst Hans Jürgen Stumpff) was to be reinforced and the Kriegsmarine was ordered to put an end to Arctic convoys and naval incursions. The Luftwaffe and Kriegsmarine were to work together with a simplified command structure, which was implemented after a conference; the Navy had preferred joint command but the Luftwaffe insisted on the exchange of liaison officers. Luftflotte 5 was to be reinforced by 2./Kampfgeschwader 30 (KG 30) and KG 30 was to increase its readiness for operations. A squadron of Aufklärungsflieger Gruppe 125 (Aufkl. Fl. Gr. 125) was transferred to Norway and more long range Focke Wulf Fw 200 Kondor patrol aircraft from Kampfgeschwader 40 (KG 40) were sent from France. At the end of March, the air fleet was divided. Fliegerführer Nord (Ost) [Oberst Alexander Holle], the largest command, was based at Kirkenes with 2./JG 5, 10. (Z)/JG 5, 1./StG 5 (Dive Bomber Wing 5) and 1. Fernaufklärungsgruppe 124 [1./(F) 124] (1 Squadron, Long Range Reconnaissance Wing 124) charged with attacks on Murmansk and Archangelsk as well as attacks on convoys. Part of Fliegerführer Nord (Ost) was based at Petsamo (5./JG 5, 6./JG 5 and 3./Kampfgeschwader 26 (3./KG 26), Banak (2./KG 30, 3./KG 30 and 1./(F) 22) and Billefjord (1./Kü. Fl. Gr. 125). Fliegerführer Lofoten (Oberst Hans Roth) was based at Bardufoss but had no permanently attached units, which were added according to events. At the start of the anti shipping campaign only the coastal patrol squadrons 3./Küstenfliegergruppe 906 at Trondheim and 1./1./Kü. Fl. Gr. 123 at Tromsø were attached to Fliegerführer Lofoten. Fliegerführer Nord (West) was based at Sola and was responsible for the early detection of convoys and attacks south of a line from Trondheim westwards to Shetland and Iceland, with 1./(F) 22, the Kondors of 1./KG 40, short range coastal reconnaissance squadrons 1./Küstenfliegergruppe 406 (1./Kü. Fl. Gr. 406), 2./ Küstenfliegergruppe 406 (2./Kü. Fl. Gr. 406) and a weather reconnaissance squadron.

Тактика Люфтваффе

Как только поступала информация о формировании конвоя, Fliegerführer Nord (West) направлял самолеты дальнего радиуса действия для разведки Исландии и северной Шотландии. После обнаружения конвоя самолеты должны были поддерживать с ним контакт как можно дольше, несмотря на суровые погодные условия в этом районе. В случае потери контакта, его курс определялся путем экстраполяции по последним данным, и осуществлялись перекрывающиеся вылеты для восстановления контакта. Все три Fliegerführer должны были взаимодействовать по мере продвижения конвоя через свои зоны ответственности. Fliegerführer Lofoten начинал операцию против конвоя к востоку до линии от Северного мыса до острова Шпицберген, после чего Fliegerführer Nord (Ost) брал на себя управление, используя свои самолеты и самолеты Fliegerführer Lofoten, которые перебазировались в Киркенес или Петсамо для обеспечения радиуса действия. Fliegerführer Nord (Ost) не имел права перенаправлять авиацию на поддержку наземных войск во время операции. Как только конвой оказывался в пределах досягаемости, самолеты должны были вести непрерывное нападение до прибытия конвоя в Мурманск или Архангельск. С конца марта по конец мая воздушные усилия против конвоев PQ 13, 14, 15 и QP 9, 10 и 11 оказались малоэффективными: двенадцать из шестнадцати кораблей, потопленных в конвоях QP, и два из пяти – в конвоях PQ были приписаны Люфтваффе. 166 торговых судов вышли в море к России, и 145 благополучно завершили плавание. Плохая погода была почти столь же опасна, как и Люфтваффе, вынудив 16 кораблей конвоя PQ 14 вернуться в порт. В апреле весеннее оттаивание привело к тому, что многие самолеты Люфтваффе были вынуждены оставаться на земле, а в мае из-за плохой погоды был потерян контакт с конвоями, которые рассеялись и стали недоступными для обнаружения в долгой арктической ночи. Во время воздушных атак на конвои, их состав редко превышал двенадцать самолетов, что значительно облегчало задачу артиллеристам конвоя, которые сбили несколько самолетов в апреле и мае. Были выявлены недостатки во взаимодействии между Люфтваффе и Кригсмарине, и тактическое сотрудничество было значительно улучшено. Герман Бём (Kommandierender Admiral Norwegen) отметил, что в ходе операции против PQ 15 и QP 11 не возникло проблем во взаимодействии между авиацией, подводными лодками и эсминцами. Численность Luftflotte 5 возросла с 152 самолетов в январе до 221 боевого самолета к марту 1942 года за счет поступления подкреплений. К маю Luftflotte 5 располагала 264 самолетами, базирующимися в районе Северного мыса в Северной Норвегии, в состав которых входили 108 бомбардировщиков дальнего действия Ju 88, 42 торпедоносца Heinkel 111, 15 гидроторпедоносцев Heinkel He 115, 30 пикирующих бомбардировщиков Junkers Ju 87 и 74 самолета дальнего действия Focke Wulf 200, Junkers 88 и Blohm & Voss BV 138.

As soon as information was received about the assembly of a convoy, Fliegerführer Nord (West) would send long range reconnaissance aircraft to search Iceland and northern Scotland. Once a convoy was spotted aircraft were to keep contact as far as possible in the extreme weather of the area. If contact was lost its course at the last sighting would be extrapolated and overlapping sorties would be flown to regain contact. All three Fliegerführer were to co operate as the convoy moved through their operational areas. Fliegerführer Lofoten would begin the anti convoy operation east to a line from the North Cape to Spitzbergen Island, whence Fliegerführer Nord (Ost) would take over using his and Fliegerführer Lofoten's aircraft, which would to Kirkenes or Petsamo to stay in range. Fliegerführer Nord (Ost) was not allowed to divert aircraft to ground support during the operation. As soon as the convoy came into range, the aircraft were to keep up a continuous attack until the convoy docked at Murmansk or Archangelsk. From late March to late May the air effort against PQ 13, 14, 15 and QP 9, 10 and 11 had little effect, twelve sinkings out of 16 lost in QP convoys and two out of five sinkings from QP convoys being credited to the Luftwaffe; 166 merchant ships had sailed for Russia and 145 had survived the journey. Bad weather had been nearly as dangerous as the Luftwaffe, forcing 16 of the ships in PQ 14 to turn back. In April, the spring thaw grounded many Luftwaffe aircraft and in May bad weather led to contact being lost and convoys scattering, being impossible to find in the long Arctic night. When air attacks on convoys had taken place, the formations rarely amounted to more than twelve aircraft, greatly simplifying the task of convoy anti aircraft gunners, who shot down several aircraft in April and May. Failings in liaison between the Luftwaffe and Kriegsmarine were uncovered and tactical co operation greatly enhanced, Hermann Böhm (Kommandierender Admiral Norwegen) noting that in the operation against PQ 15 and QP 11, there were no problems in co operation between aircraft, submarines and destroyers. From 152 aircraft in January, reinforcements to Luftflotte 5 increased its strength to 221 front line aircraft by March 1942. By May Luftflotte 5 had 264 aircraft based around the North Cape in northern Norway, consisting of 108 Ju 88 long range bombers, 42 Heinkel 111 torpedo bombers, 15 Heinkel He 115 float plane torpedo bombers, 30 Junkers Ju 87 dive bombers and 74 long range Focke Wulf 200s, Junkers 88s and Blohm & Voss BV 138s.

Немецкое воздушно-морское спасание

Служба морского спасения Люфтваффе (Seenotdienst) совместно с Кригсмарине, Норвежским обществом морского спасения (RS) и проходящими судами поднимала экипажи сбитых самолетов и потерпевших кораблекрушение моряков. Служба состояла из Seenotbereich VIII в Ставангере, охватывающего Ставангер, Берген и Тронхейм, и Seenotbereich IX в Киркенесе, ответственного за Тромсё, Бильфьорд и Киркенес. В спасательных операциях, как и в операциях против судоходства, сотрудничество было жизненно важным, чтобы спасти людей до того, как они погибнут от климата и неблагоприятных погодных условий. В состав спасательных самолетов входили гидросамолеты Heinkel He 59, Dornier Do 18 и Dornier Do 24. Оберкомандо дер Люфтваффе (OKL, высшее командование Люфтваффе) не смогло увеличить количество поисково-спасательных самолетов в Норвегии из-за общей нехватки самолетов и экипажей, несмотря на то, что Штумпфф указывал на необходимость чрезвычайно быстрой эвакуации при падении в такие холодные воды и на то, что его экипажам "необходимо предоставить шанс на спасение", иначе поддержание боевого духа было бы невозможно. После опыта операции PQ 16, Штумпфф поручил эту задачу береговым разведывательным эскадрильям, самолеты которых обычно не привлекались к атакам на конвои. Отныне они должны были находиться в готовности для спасения экипажей во время операций против судоходства.

Круизер и дальние эскорты

После военно-морского боя 2 мая Адмиралтейство пришло к выводу, что угроза со стороны немецких эсминцев снизилась, и крейсерам не требуется сопровождать PQ 16 дальше острова Медвежий. (Адмирал Гарольд Берроу, командующий силами крейсерского прикрытия) и его эсминцы отплыли из Сейдисфиорда 23 мая с эскортирующими эсминцами для PQ 16, , , и. Тяжелые крейсера , и легкий крейсер прибыли позднее из Хвальфьёрдура на западном побережье Исландии. Адмиралтейство предполагало, что основной угрозой для PQ 16/QP 12 являлись крейсер «Адмирал Шеер», находившийся в Нарвике к 10 мая, и тяжелый крейсер «Лютцов», прибывший 26 мая, танкер снабжения (Troßschiff) «Дитмаршен», эсминец «Ханс Лоди» и торпедный катер T7. Для защиты от выхода в море линкора «Тирпиц» авианосец, линкоры (адмирал Джон Тови, командующий дальней силой прикрытия) и «Вашингтон», тяжелые крейсера «Вичита» и с девятью британскими и четырьмя американскими эсминцами должны были патрулировать к северо-востоку от Исландии. Пять британских и три советских подводных лодки должны были патрулировать у побережья Норвегии, а советское руководство пообещало атаковать аэродромы Люфтваффе в Северной Норвегии 200 бомбардировщиками Военно-воздушных сил (Voyenno Vozdushnyye Sily, VVS). (Советская сторона могла предоставить только 20 бомбардировщиков для атаки после завершения основной немецкой операции против конвоя.)

Конвоировщики

36 кораблей PQ 16 (Конвой под командованием коммодора Н. Х. Гейла RNR) – крупнейший из всех арктических конвоев – отплыли из Хвальфьёрдура в Исландии 21 мая 1942 года; об отплытии донес немецкий шпион в Рейкьявике. Конвои имели стандартное построение в виде коротких колонн, при этом колонна №1 располагалась слева по направлению движения. Каждая позиция в колонне была пронумерована: 11 – первый корабль в колонне 1, 12 – второй корабль в колонне 1, 21 – первый корабль в колонне 2. Корабли в колоннах шли с интервалом до 1943 года, когда интервал был увеличен до, а затем до, чтобы учесть неопытных капитанов, не желавших держаться так близко. Конвой сформировал девять колонн, сопровождение обеспечивали тральщик и морские траулеры St Elstan, Lady Madeleine, Northern Spray и французский тральщик Retriever, который вернулся через три дня из-за недостаточной скорости. Транспортное судно – это торговое судно с катапультным самолетом, перевозившим истребитель Hawker Hurricane для противовоздушной обороны. 23 мая к конвою из Сейдисфьорда (Seidisfiord) присоединился вспомогательный крейсер ПВО. Переоборудованный пароход «Алинбанк» был оснащен радаром, четырьмя спаренными 4-дюймовыми орудиями с дистанционным управлением, двумя счетверенными установками 2-фунтовых орудий QF Mark VIII "pom pom" и 20-мм орудиями Oerlikon, с экипажем Королевского флота и капитаном Генри Нэшем в качестве командира. «Алинбанк» сопровождали корветы Honeysuckle, Starwort и французский корвет Roselys. К конвою присоединились подводные лодки класса T и класса S, а также Force Q – флотский танкер и эсминец класса Hunt. Союзные подводные лодки P37, P46, P614, голландская O 10, французская Minerve и советские подводные лодки С-102, Щ-422 и К-1 образовали фланговый экран.

24 мая

Крейсерское соединение прикрытия было обнаружено немецким самолетом-разведчиком в 19:00 24 мая, а в полночь наткнулось на густой туман. Крейсеры и эсминцы "Ашанти", "Мартин", "Ахатес", "Волонтер" и "Гарленд" повернули на северо-восток, чтобы избежать столкновений; в условиях плохой видимости эсминцы разошлись для обеспечения безопасности. "Гарленд" потерял строй и вернулся к крейсерам, в то время как остальные эсминцы искали конвой. Конвой PQ 16 испытывал собственные трудности и избежал рассредоточения лишь благодаря радарам, установленным на кораблях сопровождения, особенно на "Волонтере" и "Хайдарабаде". Транспортные суда продвигались сквозь туман, подавая на сиренах сигнал "курс 080°, скорость 6 узлов" азбукой Морзе, но конвой не смог восстановить строй до вечера. В пределах Арктического круга с мая по июль царит полярный день, а переменчивый туман продолжал затруднять работу экипажей, изматывая наблюдателей и вахтенных. Около 5:00 утра видимость улучшилась, и крейсеры присоединились к конвою парами, располагаясь между центральными колоннами транспортных судов. 17-я эсминская флотилия, находящаяся в распоряжении Онслоу, предоставила свои корабли командующему Ричарду Онслоу, капитану (D) на "Ашанти", командующему ближним эскортом.

25 мая

Ашанти принял на борт группу летчиков Королевских ВВС, говоривших по-немецки и оснащенных высокочастотными радиоприемниками для перехвата радиопереговоров Люфтваффе. Иногда летчики RAF слышали переговоры пилотов на земле и затем слушали их сообщения по возвращении на аэродромы. В 6:00 утра появился FW 200 «Кондор» и был обстрелян эсминцем, когда конвой маневрировал зигзагом. Наблюдался более густой туман, и зигзагообразное движение было остановлено и возобновлено на просветах. Эсминцы пополнили запасы топлива от танкера «Блэк Рейнджер», после чего соединение Q покинуло конвой. QP 12 пересек район в 14:00 и доложил об обнаружении подводной лодки в 13:00; в 15:00 «Мартин», находившийся на правом борту конвоя, заметил подводную лодку и атаковал ее, ведя огонь до тех пор, пока она не ушла под воду, после чего сбросил глубинные бомбы и вернулся на позицию. Конвой двигался на восток при умеренном морском бризе, но непрерывный дневной свет продолжал угнетать команды на верхней палубе, вызывая напряжение и усталость. В 19:10 началась первая воздушная атака. Несколько Ju 88 и 9 торпедоносцев Heinkel 111 из 3./KG 26 (гауптманн Эйке), шесть из которых вернулись из-за хорошей видимости. Оставшиеся Heinkel 111 атаковали с солнечной стороны и заявили об одном потопленном и одном поврежденном корабле. «Эмпайр Лоуренс» запустил пилота-офицера Мея на катапультном «Харрикейне», который атаковал Heinkel 111. Мей поджег один и повредил другой; он был ранен в обе ноги ответным огнем, а его «Харрикейн» был поврежден зенитным огнем с одного из кораблей. Хей катапультировался на «Харрикейне» на пути конвоя, где его подобрал «Волонтер». «Хайнкели» сбросили торпеды, все они прошли мимо цели, а 6 «Юнкерсов» Ju 88 совершили пикирование. «Хайдарабад» избежал прямого попадания, а американский торговый корабль «Карлтон» получил повреждение паропровода. Противолодочный траулер «Нортерн Спрей» взял «Карлтон» на буксир и повернул обратно к Исландии, где оба судна благополучно прибыли. Позже прибыли шесть He 111 из 2./KG 26 и четыре He 115 из 1./Kü. Fl. Gr. 406. Британские наблюдатели заметили, что один из He 115 после атаки начал кружить, предположительно готовясь к спасению сбитых летчиков. He 111 заявили об одном возможном попадании и пяти промахах, He 115 заявили о запуске одной торпеды и возвращении трех самолетов из-за видимости.

Ashanti had embarked a party of RAF airmen who spoke German and had high frequency wireless receivers to eavesdrop on Luftwaffe R/T traffic. Sometimes the RAF men heard pilots on the ground talking to each other and later listened to their claims as they returned to their airfields. An FW 200 Kondor appeared at 6:00 a. m. and was fired on by a destroyer as the convoy zig zagged. More fog was encountered and the zig zagging was stopped and started again in the clear patches. The destroyers took on fuel from Black Ranger and then Force Q left the convoy. QP 12 crossed at about 2:00 p. m. and reported sighting a U boat at 1:00 p. m.; at 3:00 p. m., Martin, on the starboard side of the convoy, spotted a U boat and attacked, firing until the submarine dived, then depth charged the area before returning to its station. The convoy sailed eastwards in a moderate sea breeze but the endless daylight continued to affect the crews above decks, making them more tense and fatigued. A BV 138 took over the shadowing from the Kondor and the first air attack began at 7:10 p. m. Several Ju 88s and 9 Heinkel 111 torpedo bombers from 3./KG 26 (Hauptmann Eicke), six of which turned back due to the clear sky. The remaining Heinkels 111s attacked out of the sun and claimed one ship sunk and one damaged. Empire Lawrence launched Pilot Officer May in its catapult Hurricane, who attacked the Heinkel 111s. May set one on fire and damaged another; he was wounded in the legs by return fire and his Hurricane was hit by anti aircraft fire from one of the ships. Hay ditched his Hurricane in the path of the convoy, where he was picked up by Volunteer. The Heinkels dropped torpedoes, all of which missed and six Junkers Ju 88s dive bombed. Hyderabad was near missed and the US merchantman Carlton suffered a broken steam pipe. The anti submarine trawler Northern Spray took Carlton in tow and turned back to Iceland, the pair arriving safely. Six He 111s of 2./KG 26 and four He 115s of 1./Kü. Fl. Gr. 406 arrived later. British observers noticed that one of the He 115s circled after attacking, thought to be ready to rescue shot down aircrew. The He 111s claimed one possible hit and five misses, the He 115s claimed one torpedo launched and three aircraft turning back due to the visibility.

26 мая

Низкая облачность приземлила бомбардировщики до почти полуночи; 20 Ju 88 из III./KG 30 и семь торпедоносцев He 111 из 3./KG 26 атаковали конвой, не добившись результатов и потеряв два самолета от огня зенитной артиллерии конвоя и эскорта. He 111 заявили о трех потопленных и трех поврежденных кораблях; пятнадцать Ju 88 сообщили о неудаче в обнаружении конвоя, а из пяти, которые его нашли, ни один не сообщил о попадании. Конвой столкнулся с дрейфующим льдом, и в этих условиях удалось избежать «волчьей стаи» U-boat, но около 3:00 утра были установлены гидроакустические контакты и применена глубинные бомбы. В 3:05 утра «Сирос», находившийся в конце седьмой колонны, был торпедирован U 703, погибли девять членов экипажа; выжившие были спасены «Хаггардом» и «Леди Мадлен». Пока эскорт сбрасывал глубинные бомбы, Берроуз взял крейсер прикрытия и его эсминцы и направился на север, чтобы присоединиться к QP 12. Зенитная огневая мощь сил была очень ценной, и уход был воспринят экипажами торговых судов как дезертирство, особенно американскими и советскими моряками. Торпеды, выпущенные U 436 и U 591, не попали в один из торговых судов и «Ашанти»; в течение остальной части дня велось наблюдение за подводными лодками и атаки на них эскортом. Наблюдательные самолеты поддерживали контакт в течение всего дня; в 18:00 семь торпедоносцев He 111 из KG 26 и одиннадцать Ju 88 из KG 30 атаковали, но были отбиты огнем зенитной артиллерии конвоя и эскорта. Вечером, к западу от острова Медвежий, конвой повернул на юго-восток, почти прямо к Банаку, из-за ледового затора.

Утро

В 3:20 утра немецкие самолеты предприняли очередную безуспешную атаку. Погода улучшилась, стала ясной с редкими слоями облаков. Конвой держался вблизи припая, и к середине утра смог изменить курс на восток, однако маневр сблизил колонну PQ 16 с немецкими авиабазами в Северной Норвегии. Люфтваффе 5 приложило максимальные усилия, координируя атаки волнами на протяжении около десяти часов. Первыми атаковали шесть торпедоносцев He 111 из 2./KG 26, пять из которых сбросили торпеды, а один вернулся с ними. Четыре Ju 88 из III./KG 30 совершили отвлекающие торпедные заходы, в то время как другие Ju 88 бомбили и заявили о нескольких попаданиях. Разрывы облаков на высоте 914,40 м и тонкий слой слоистых облаков на высоте 457,20 м использовались пикирующими бомбардировщиками для маскировки подхода, и их не замечали до последнего момента. После ухода крейсерской группой прикрытия, только «Алинбанк» и «Мартин» могли возвести своё основное артиллерийское вооружение для ведения зенитного огня; остальным эсминцам и корветам приходилось ждать, пока самолеты не окажутся в зоне досягаемости их менее мощных орудий.

По обеду

Экипаж "Алинбанка" насчитал 108 атак в течение дня, и около полудня советский корабль "Старый большевик", перевозивший боеприпасы и технику, был поражён бомбой в носовой части и загорелся. Экипаж боролся с огнём, когда начали взрываться готовые к применению боеприпасы для орудия в носовой части; орудие провалилось сквозь палубу в носовой отсек. Корабль потерял ход, и, находясь под воздушным нападением, "Мартин" спустил шлюпку и отправил корабельного врача, лейтенанта Р. Рэнсома Уоллиса, к нему. Врач и команда шлюпки эвакуировали трёх тяжелораненых советских моряков на "Мартин" для проведения экстренной операции. "Розелис" помогла "Старому большевику" потушить пожар, и корабль вернулся на позицию, оставаясь в течение следующих двух дней под столбом дыма.

Добрый день.

Четыре бомбы были сброшены вблизи "Гарланда", и первая взорвалась при контакте с морем, вызвав детонацию остальных трех, обрушив на "Гарланд" осколки, убив 25 членов экипажа и ранив 43. Орудия "А" и "Б" были выведены из строя вместе с "Оерликоном", несколько дымовых шаров были подожжены и выброшены за борт, а радиоантенны повреждены, что потребовало от "Леди Мадлен" подойти вплотную для ретрансляции сообщений от "Ашанти". Еще одна воздушная атака началась в 13:20 и обрушилась на "Аламар"; через несколько минут "Мормаксул" был поражен и загорелся. Корабли потеряли ход, и "Старворт" остался для спасения выживших, оба судна затонули в 13:30. Три Ju 88 бомбили "Empire Lawrence" и попали в трюм №2. Бомба пробила борт и взорвалась, образовав пробоину, вызвав крен на левый борт, осадку носовой части и потерю скорости. Спасательные шлюпки уже были спущены, и когда корабль остановился, их спустили на воду. Как только "Empire Lawrence" был поражен, "Леди Мадлен" и "Хайдарабад" повернули к нему, после чего последовал еще один удар по трюмам №4 и №5 и боезапасу. Когда "Леди Мадлен" приблизилась, "Empire Lawrence" разломился надвое, и корабль исчез в облаке дыма. Шлюпка с правого борта была сорвана взрывом и перевернулась; шлюпка с левого борта была разбита вместе с несколькими находившимися в ней людьми, после чего немецкие бомбардировщики обстреляли обломки. "Леди Мадлен" спустила на воду шлюпку и быстро подобрала выживших, в основном из шлюпки с правого борта. "Хайдарабад" спас еще 30 членов экипажа, многие из которых долгое время держались за обломки дерева или нефтяные бочки в ледяной воде. Спасательные суда вернулись в конвой, когда больше не было видно выживших. "Empire Baffin" и "City of Joliet" были потрясены близкими разрывами, "Joliet" был временно покинут. Обнаружен более тонкий лед, и в 14:35 курс был изменен на северо-северо-восток, юго-восточнее острова Медвежий. Некоторым из выживших, поднятых на борт "Леди Мадлен", требовалась срочная медицинская помощь, и "Мартин" подошел так близко, что Рэнсом Уоллис смог перепрыгнуть между судами. Раненые были переданы на "Мартин" на носилках Нила Робертсона, в спешке, из-за атаки восьми Ju 88.

Four bombs were dropped close to Garland and the first one exploded on contact with the sea, setting off the other three, showering Garland with splinters, killing 25 crewmen and wounding 43. A and B guns were knocked out along with an Oerlikon, some smoke floats were set alight and dumped overboard and the wireless aerials were brought down, requiring Lady Madeleine to sail alongside to relay messages from Ashanti. Another air attack began at 1:20 p. m. and hit Alamar; a few minutes later Mormacsul was hit and caught fire. The ships lost way and Starwort stood by to rescue survivors, the two ships sinking at 1:30 p. m. Three Ju 88s bombed Empire Lawrence and hit No. 2 hold. A bomb went through the side of the hull and exploded, making a hole and causing a list to port, the bow to settle and the ship to lose speed. The lifeboats had already been swung out and as the ship stopped they were lowered. As soon as the ship had been hit Lady Madeleine and Hyderabad had turned towards it and then another attack hit Nos. 4 and 5 holds and the magazine. As Lady Madeleine drew near, Empire Lawrence broke into halves and the ship disappeared in a cloud of smoke. The starboard lifeboat was blown clear and capsized; the port lifeboat was shattered along with several of its occupants and then German bombers strafed the wreckage. Lady Madeleine launched its boat and swiftly recovered survivors, most from the starboard lifeboat. Hyderabad saved another 30 crewmen, many hanging onto smashed wood or oil drums for a considerable time in the freezing water. The rescue ships returned to the convoy after no more survivors could be seen. Empire Baffin and City of Joliet were shaken by near misses, Joliet being abandoned temporarily. Thinner ice was encountered and at 2:35 p. m. course was altered north north east south east of Bear Island. Some of the survivors taken on board by Lady Madeleine needed urgent medical attention and Martin came so close alongside that Ransome Wallis was able to jump the gap. The wounded were passed over to Martin in Neil Robertson stretchers, in something of a rush, due to an attack by eight Ju 88s.

Вечером

Все корабли испытывали нехватку боеприпасов, но атаки прекратились до 7:35–8:00 вечера, когда семь He 111 атаковали торпедами, не добившись успеха. Немецкие самолеты возобновили пикирование, а торпедоносцы использовали это как отвлекающий маневр. Немецкие экипажи заявили о потоплении пяти кораблей и повреждении пяти, но три Ju 88 были сбиты. Нехватка боеприпасов лишила некоторые грузовые суда возможности вести огонь по бомбардировщикам. Empire Purcell был поражен двумя бомбами в №2 трюме, загорелся и получил повреждения от двух близких разрывов. Обрушилась переборка бункера, высыпав уголь в топку, а стрелка из Оерликона сорвало с мостика. Экипаж начал покидать корабль, но некоторые тросы для одной из спасательных шлюпок замерзли, из-за чего она опустилась одним концом, опрокинув людей в море, где погибло восемь человек. Матрос Уильям Томпсон по одному вытаскивал людей, оказавшихся под водой. Четыре члена экипажа успели спустить другую шлюпку непосредственно перед взрывом огромной силы; Hyderabad подобрал выживших. Lowther Castle был поражен двумя торпедами с He 111, выпущенными с большого расстояния; экипаж пытался уклониться, но торпеды попали в левый борт, воспламенив содержимое №2 трюма. Удар торпед вывел из строя рулевое управление; двигатели были остановлены, и был отдан приказ покинуть корабль. Катастрофа на Empress Purcell подорвала моральный дух части экипажа, и одна из шлюпок упала в воду, выбросив людей в море, но все, кроме капитана, были спасены. Корабль подвергся обстрелу и бомбардировке, пока Honeysuckle спасал выживших; Lowther Castle горел еще восемь часов, прежде чем взорвался в большом столбе дыма позади конвоя. Поскольку Hyderabad подобрал выживших с Empress Purcell, ему было приказано перегрузить боеприпасы с John Randolph на Hybert, а Pieter de Hoogh также запросил пополнение. Онслоу обеспокоился нехваткой боеприпасов на некоторых американских грузовых судах и приказал экипажу John Randolph загрузить ящики с боеприпасами на кормовую палубу. Корабль отклонился от курса, и пока его искали, поступил еще один запрос на боеприпасы от Ironclad; Hyderabad сумел перегрузить боеприпасы с John Randolph. Ocean Voice, на котором находился флагманский офицер конвоя, был поражен бомбой, пробившей пробоину в корпусе у ватерлинии возле переднего трюма и вызвавшей пожар. Корабль удерживал позицию, пока экипаж боролся с огнем, но Гейл был вынужден передать командование вице-флагману, капитану Empire Selwyn, Дж. Т. Хэйру. Атаки прекратились, и City of Joliet был снова поднят на борт, все еще шедший носом вниз и отставая. Ожидалось, что Ocean Voice затонет, а Garland был настолько поврежден, что ему было приказано идти самостоятельно; Онслоу отдал приказ об экономии боеприпасов.

All of the ships were running short of ammunition but a lull in the attacks occurred until 7:35 to 8:00 p. m. when seven He 111s attacked with torpedoes to no effect. German aircraft resumed dive bombing and torpedo bombers used this as a diversion. The German aircrews claimed five ships sunk and five damaged but three Ju 88s were shot down. The lack of ammunition left some freighters with no means of engaging the bombers. Empire Purcell was hit twice by bombs in no. 2 hold, set on fire and damaged by two near misses. The bunker bulkhead collapsed, depositing its coal into the stokehold and an Oerlikon gunner was knocked off the bridge. The crew began to abandon ship but some of the ropes for one lifeboat had frozen, leading it to drop at one end, tipping the men in the boat into the sea, where eight were killed. Men trapped underneath were rescued one at a time by Able Seaman William Thompson. Four crewmen got the other lifeboat away just before the ship exploded with a huge bang; Hyderabad rescued the survivors. Lowther Castle was hit by two torpedoes from a He 111 dropped at long range; the crew had tried to comb the tracks but the ship was hit on the port side, setting the contents of No. 2 hold alight. The shock of the torpedo explosions disabled the steering; engines were stopped and an abandon ship was ordered. The disaster on Empress Purcell had broken the morale of some of the crew and one of the lifeboats was dropped into the water throwing its occupants into the sea but all but the captain were rescued. The ship was strafed and dive bombed as Honeysuckle rescued the survivors; Lowther Castle burned for another eight hours before exploding astern of the convoy in a big plume of smoke. As Hyderabad had recovered survivors from Empress Purcell it had been ordered to transfer ammunition from John Randolph to Hybert and Pieter de Hoogh also requested replenishment. Onslow became concerned at the ammunition shortages on some of the US freighters and got the crew of John Randolph to load ammunition boxes on the after deck. The ship was out of station and while looking for it, another request for ammunition was received from Ironclad; Hyderabad managed to transfer the ammunition from John Randolph. Ocean Voice, carrying the convoy commodore, was hit by a bomb which blew a hole in the hull close to the waterline near the forward hold and caused a fire. The ship kept position as the crew fought the fire but Gale had to hand over to the vice commodore, the captain of Empire Selwyn, J. T. Hair. The attacks ended and City of Joliet was re boarded, still down by the head and falling behind. Ocean Voice was expected to sink and Garland was so badly damaged that it was ordered to sail independently; Onslow gave orders for ammunition conservation.

28-29 мая

Город «Джолиет» затонул рано утром 28 мая, и по мере понижения температуры вновь появились айсберги и образовался лёд на надстройках корабля. Мартин проводил погребения в море, в то время как «Старый большевик» и «Океанский голос» окутывались дымом. Вдалеке BV 138 продолжал кружить над конвоем, и воздушные атаки возобновились в 9:30 утра. Двенадцать Ju 88 и пять He 115 из 1./Kü. Fl. Gr 906 атаковали конвой, и два He 115 заявили об обнаружении судна, стоявшего в стороне от конвоя; два не смогли обнаружить корабли, а один He 115 был сбит. Конвой встретили советские эсминцы «Грозный», «Сокрушительный» и «Валериан Куйбышев», оснащённые отличным зенитным вооружением, которые усилили корабли конвоя, всё ещё располагавшие боеприпасами, помогая отразить воздушные атаки. Рано утром 29 мая произошла новая атака: семь торпедоносцев He 111 из 2./KG 26 и несколько Ju 88 вышли на цель; Ju 88 оказались неэффективны, а два He 111 вернулись из-за технических неисправностей; два самолёта выпустили торпеды, в то время как Ju 88 выполняли отвлекающие манёвры, но атака провалилась; было заявлено о трёх попаданиях, однако они оказались ошибочными. Вечером, когда PQ 16 находился к северо-востоку от Кольского залива, прибыл восточный местный эскорт (1-я флотилия тральщиков, капитан Джон Кромби), состоящий из тральщиков «Брамбл», «Леда», «Сигал», «Нигер», «Гусар» и «Госсамер». Флотилия должна была сопроводить шесть судов, направлявшихся в Архангельск, вместе с «Мартином» и «Алинбанком», лишив PQ 16 его лучших радиолокационных станций дальнего действия, как раз перед тем, как конвой должен был войти в район, патрулируемый подводными лодками. Онслоу организовал противолодочную защиту, несмотря на то, что это снизило концентрацию зенитного огня, обеспечиваемого торговыми судами и эскортом. В 23:20 18 Ju 87 и Ju 88 пикировали на PQ 16, а 15 Ju 88 атаковали отделившиеся корабли, пока обе группы оставались в пределах видимости; оба налёта были безуспешными, и два Ju 88 были сбиты. Авиация Северного флота Советского Союза перехватила нападавших.

30 мая 1 июня

Часть конвоя, следовавшая в Архангельск, прошла через Беломорское горло в Белое море. Когда конвой PQ 16 направился к Мурманску, на него трижды нападали, но ни один корабль не был задет, а два Ju 88 были сбиты. В 13:00 российские истребители "Харрикейн" начали сопровождение конвоя, а в 16:00 конвой вошел в Кольский залив. Отделенная часть достигла устья Северной Двины и встретила ледокол "Сталин" у Созонои, проведя следующие сорок часов, следуя за ним в кильватер, в течение которых они подверглись атаке пикирующих бомбардировщиков Ju 87, но безрезультатно. "Мартин" мог ответить лишь огнем из стрелкового оружия и бронебойными снарядами из главных орудий, но "Алинбанк" сумел отбить атакующих. "Мартин" отклонился к Вэнге в Кольском заливе для пополнения боезапаса, прибыв 1 июня. Корабли пришвартовались у Бакарицкой пристани, выше по течению от Архангельска, на противоположном берегу.