Розуэлл Гилпатрик: Юрист, государственный деятель и Кубинский ракетный кризис.

Введение

Американский юрист и государственный деятель

Розуэлл Ливитт Гилпатрик (4 ноября 1906 года – 15 марта 1996 года) был корпоративным адвокатом из Нью-Йорка и государственным деятелем, занимавшим должность заместителя министра обороны с 1961 по 1964 год. В этот период он сыграл ключевую роль в разработке стратегии во время Карибского кризиса, консультируя президента Джона Ф. Кеннеди, а также Роберта Макнамару и МакДжорджа Банди по вопросам противодействия советской ядерной ракетной угрозе. Позднее Гилпатрик возглавлял рабочую группу по нераспространению ядерного оружия в 1964 году.

Ранние годы и карьера

Гилпатрик родился в 1906 году в Бруклине, он был сыном адвоката с Уолл-стрит Уолтера Ходжеса Гилпатрика, выпускника Амхерстского колледжа, родившегося в Уоррене, штат Род-Айленд, и Шарлотты Элизабет Левитт, урождённой Ливитт, выпускницы колледжа Маунт-Холиок, родившейся в семье американских миссионеров в Осаке, Япония. Шарлотта Элизабет Левитт, выпускница 1902 года колледжа Маунт-Холиок, mtholyoke.edu. Шарлотта Ливитт была одноклассницей и близкой подругой Франсис Перкинс, первой женщины, назначенной в кабинет президента. По материнской линии Розуэлл Гилпатрик состоял в родстве с астрономом Гарвардского колледжа Генриеттой Свон Ливитт, чей отец был конгрегациональным пастором Джорджем Розуэллом Ливиттом. С 1917 по 1920 год Гилпатрик учился в школе Poly Preparatory Country Day School, после чего семья переехала в Уайт-Плейнс, где он два года посещал среднюю школу, прежде чем перейти в школу Hotchkiss School, где он был частью выдающегося выпуска 1924 года, в который также входили Чарльз В. Йост, Пол Ниц и Чепмен Роуз. Его обязанности стипендиата, включавшие обслуживание столов и уборку комнат, ограничивали его участие во внеучебной деятельности в Hotchkiss, однако он был членом Общества Cum Laude. Он окончил Йельский университет в 1928 году (Phi Beta Kappa) и Йельскую юридическую школу в 1931 году, где был редактором Йельского юридического журнала. После окончания учёбы Гилпатрик начал работать в нью-йоркской юридической фирме Cravath, Swaine & Moore, где стал партнёром и практиковал, когда не занимал государственные должности. Гилпатрик во многом был обязан своим политическим влиянием особыми отношениями с известным юристом, дипломатом и инвестиционным банкиром Робертом А. Ловеттом, у которого Гилпатрик был протеже. С 1951 по 1953 год Гилпатрик занимал должность заместителя министра ВВС. В 1956 и 1957 годах Гилпатрик был членом Специального исследовательского проекта братьев Рокфеллеров. Гилпатрик был другом детства губернатора Нельсона Рокфеллера.

Заместитель министра обороны

Гилпатрик присоединился к новой администрации Кеннеди в 1961 году в рамках волны назначений Кеннеди. Его назначение было необычным: он был одним из немногих руководителей Пентагона, лично отобранных новым президентом. Опасаясь, что новый министр обороны, Роберт С. Макнамара, не имеет достаточного опыта работы в Вашингтоне, Кеннеди выбрал Гилпатрика, чтобы усилить свою команду опытным специалистом. Макнамара был известен как "вундеркинд", выдающийся специалист по промышленному производству Среднего Запада. Но Кеннеди почувствовал, что Макнамаре нужен сильный заместитель, хорошо разбирающийся в столичных порядках. Кеннеди выбрал Гилпатрика на пост номер два в Пентагоне, обойдя Пола Ница, старого одноклассника Гилпатрика по Хочкиссу, который претендовал на эту должность. Это оказалось удачным назначением: уже через несколько месяцев, обаятельный адвокат с Восточного побережья и его босс с Среднего Запада заканчивали фразы друг за друга. Макнамара часто начинал свои высказывания словами: "Рос и я…".

Когда кубинский кризис начал разворачиваться, Гилпатрик был включен в состав EXCOMM – высшей рабочей группы, созданной Кеннеди для оценки советской ракетной угрозы на Кубе. В один из моментов напряженного противостояния во время Карибского кризиса, МакДжордж Банди выступал за бомбардировку Кубы Соединенными Штатами с целью устранения угрозы советского ядерного нападения. Макнамара возразил, заявив, что бомбардировки недопустимы, поскольку советская реакция непредсказуема. В этот критический момент Гилпатрик вмешался, чтобы разрешить спор. "По сути, господин президент, – сказал Гилпатрик Кеннеди, – перед нами выбор между ограниченными и неограниченными действиями, и большинство из нас считает, что лучше начать с ограниченных действий". Именно вмешательство Гилпатрика изменило ход дискуссии, по словам профессора Гарварда и бывшего сотрудника Министерства обороны Грэхема Т. Эллисона, автора книги "Суть решения" о кризисе. Предложение о морской блокаде было решением Макнамары и Гилпатрика, призванным обеспечить президенту Кеннеди решительный ответ, но без нанесения авиаудара, на котором настаивали МакДжордж Банди и другие. Разработав это решение, и благодаря тому, что обычно сдержанный Гилпатрик решительно его поддержал, им удалось изменить направление политики. Президент последовал рекомендации Гилпатрика и Макнамары. Гилпатрик не всегда придерживался умеренных взглядов. Он часто занимал жесткую позицию в отношении коммунистической угрозы и не стеснялся применять силу в других вопросах международной безопасности. В администрации Эйзенхауэра Гилпатрик возглавлял секретную группу, которой было поручено "предотвратить коммунистическое доминирование во Вьетнаме". Гилпатрик настойчиво выступал за приверженность США делу предотвращения коммунистической угрозы в Южном Вьетнаме. Находясь в администрации Кеннеди, Гилпатрик впоследствии одобрил свержение правительства Диема. Гилпатрик также был членом специальной группы, разработавшей "Операцию Мангуст" – кампанию тайных операций, направленную на дестабилизацию правительства Фиделя Кастро на Кубе. В то же время Гилпатрик продемонстрировал свою интеллектуальную гибкость. Например, в вопросе о приеме Китая в Организацию Объединенных Наций Гилпатрик в письме в The New York Times, написанном еще во время правления Эйзенхауэра, убедительно утверждал, что Соединенные Штаты должны прекратить попытки блокировать вступление коммунистической страны в международный орган. "Прекратив блокировать вступление коммунистического Китая в Организацию Объединенных Наций, Соединенные Штаты могли бы добиться снижения напряженности в Юго-Восточной Азии, что уменьшило бы вероятность дальнейшей коммунистической агрессии типа "укусов" или "мелких стычек"". Гилпатрику не всегда было легко выступать посредником между генералами Пентагона и Белым домом. Например, у Кеннеди развилась такая сильная неприязнь к генералу Кертису Лемею, что каждый раз, когда его имя упоминалось, Кеннеди приходил в ярость. "Я имею в виду, он просто приходил в бешенство после встречи с Лемеем, – вспоминал Гилпатрик, – потому что Лемей не умел слушать или не хотел воспринимать информацию, и он выдвигал предложения, которые Кеннеди считал возмутительными и не соответствовали реальному положению дел в 1960-х годах. И президент никогда не встречался с ним, кроме как на каких-то церемониальных мероприятиях или когда чувствовал, что должен зафиксировать факт выслушивания Лемея, как это было по вопросу об авиаударе по Кубе. И ему приходилось сидеть и слушать. Я видел президента сразу после этого. Он был вне себя от гнева". Именно спокойствие и здравый смысл Гилпатрика, писал Роберт Ф. Кеннеди, заставили его брата, президента, полагаться на Гилпатрика, особенно в кризисные времена. Когда Макнамара познакомился с этим адвокатом из Бруклина по предложению Кеннеди, по словам историка Артура Шлезингера-младшего, он нашел Гилпатрика "легким в общении, находчивым и умным, и партнерство было заключено мгновенно". Гилпатрик сделал себя "незаменимым" человеком в администрации Кеннеди, писал давний помощник Джона Ф. Кеннеди Тед Соренсен.

As the Cuban crisis began to unfold, Gilpatric was appointed to the EXCOMM team, the top level working group appointed by Kennedy to assess the Soviet missile threat in Cuba. At one point during the tense standoff of the Cuban Missile Crisis, McGeorge Bundy was arguing for United States bombing of Cuba to eliminate the threat of a Soviet nuclear attack. McNamara countered, arguing that there should be no bombing because the Soviet Russian response was unpredictable. It was at this critical moment that Gilpatric stepped in to settle the argument. "Essentially, Mr. President," Gilpatric was recorded telling Kennedy, "this is a choice between limited action and unlimited action, and most of us think it is better to start with limited action." It was Gilpatric's intervention that changed the direction of the discussion, according to Harvard professor and former Department of Defense official Graham T. Allison, who authored a book, Essence of Decision, about the crisis. Proposing the blockade was McNamara and Gilpatric's solution to providing President Kennedy with a strong response – but short of the airstrike that McGeorge Bundy and others were pushing. By crafting their solution, and with the normally reticent Gilpatric speaking up forcefully for it, the two managed to change the thrust of policy. The President followed Gilpatric and McNamara's recommendation. Gilpatric was not always so dovish. He often took a hard line against the Communist threat, and was not above using force in other matters of international security. In the Eisenhower administration, Gilpatric headed a secret task force charged with "preventing Communist domination of Vietnam." Gilpatric argued forcefully for U. S. commitment to halt the Communist threat in South Vietnam. In his position with the Kennedy administration, Gilpatric later signed off on the overthrow of the Diem government. Gilpatric was also a member of a special task force which hatched "Operation Mongoose", a dirty tricks campaign aimed at destabilizing the government of Fidel Castro in Cuba. At the same time, Gilpatric showed that he could be intellectually flexible on occasion. When it came to the admission of China into the United Nations, for instance, Gilpatric argued forcefully in a letter to The New York Times, written during his Eisenhower years, that the United States should stop trying to block the Communist country's admission into the international governing body. "By no longer trying to block Communist China's admission to the United Nations the United States might be able to bring about a reduction in tensions in southeast Asia that would lessen the chances of further Communist 'nibbling' or 'brush fire' type of aggression." Gilpatric did not always face an easy task while acting as go between for the Pentagon generals and the White House. For example, Kennedy developed such an intense dislike of General Curtis Lemay that every time his name came up, Kennedy went ballistic. "I mean he just would be frantic at the end of a session with LeMay", Gilpatric recalled, "because, you know, LeMay couldn't listen or wouldn't take in, and he would make what Kennedy considered outrageous proposals that bore no relation to the state of affairs in the 1960s. And the President never saw him unless at some ceremonial affair, or where he felt he had to make a record of having listened to LeMay, as he did on the whole question of an air strike against Cuba. And he had to sit there. I saw the President right afterwards. He was just choleric." It was Gilpatric's calm demeanor and good judgment, wrote Robert F. Kennedy, that led his brother the President to rely on Gilpatric, especially in times of crisis. When McNamara met the Brooklyn born lawyer at Kennedy's suggestion, according to historian Arthur Schlesinger Jr., he found Gilpatric "easy, resourceful and intelligent, and the partnership was immediately sealed." Gilpatric made himself an "indispensable" figure in the Kennedy administration, wrote longtime JFK aide Ted Sorensen.

Предполагаемый любовник Джеки Кеннеди

Гилпатрик иногда привлекал внимание прессы в своей личной жизни, и его часто связывали романтически с бывшей первой леди Жаклин Кеннеди. В 1970-х годах коллега-адвокат с Уолл-стрит предложил продать собрание личных писем между Гилпатриком и бывшей первой леди. Переписка охватывала пять лет. Публичное обнародование его частной переписки с бывшей первой леди настолько возмутило Гилпатрика, что он официально попросил аукционный дом отозвать на продажу четыре письма, написанные ему Жаклин Кеннеди, поскольку они были украдены из его нью-йоркского юридического офиса в Cravath. После замужества с Аристотелем Онассисом Жаклин Кеннеди Онассис написала Гилпатрику: "Я надеюсь, ты знаешь, кем ты был, есть и всегда будешь для меня. С любовью, Джей". Гилпатрик утверждал, что он и бывшая первая леди были лишь друзьями, хотя он часто был ее спутником, и многие сообщения в прессе намекали на романтические отношения. "В частном порядке, – отмечала газета The Independent в некрологе, – широко считалось, что он был любовником Жаклин Кеннеди Онассис". В период между браками Гилпатрик часто сопровождал бывшую первую леди в Палм-Бич, штат Флорида, где у Гилпатрика был дом.

Федеральный резерв и благотворительность

Гилпатрик занимал должность председателя Федерального резервного банка Нью-Йорка и на протяжении многих лет был членом совета попечителей Нью-Йоркской публичной библиотеки, Нью-Йоркского университета и Фонда Вудро Вильсона. Он также был вице-председателем и членом совета попечителей Метрополитен-музея, а также возглавлял комитет по празднованию 100-летия Метрополитен-музея. Гилпатрик также был давним членом Совета по международным отношениям. Он вышел на пенсию в качестве партнера в компании Cravath, Swaine & Moore, где с 1966 по 1977 год был управляющим партнером. У Гилпатрика было множество клиентов, в числе которых семья Грэм из The Washington Post Company, в совет директоров которой он входил. Гилпатрик также преподавал в Йельской юридической школе и был членом Совета Йельского университета с 1957 по 1962 год. Гилпатрик скончался от рака простаты 15 марта 1996 года в Нью-Йорке и был похоронен в Сомсвилле, на острове Маунт-Дезерт, в штате Мэн, где у него был загородный дом. Документы Гилпатрика, относящиеся к периоду его работы на государственной службе, хранятся в Президентской библиотеке Джона Ф. Кеннеди.