Джулия Кэролайн Рипли Дорр: Американская поэтесса и писательница

Введение

Американский поэт

Джулия Кэролайн Рипли Дорр (13 февраля 1825 – 18 января 1913) – американская писательница, публиковавшая как прозу, так и поэзию. Хотя она написала несколько романов и произведений о путешествиях, наибольшую известность ей принесла поэзия. Её творчество отличалось консервативностью; она не писала ничего, что сочла бы неподходящим для детского восприятия, и её работы описывали как состоящие из «уважительных, но не выдающихся и не страстных фраз, отражающих общепринятую мудрость своего времени и места». Она обладала острым чувством формы и, работая в различных жанрах, её отличало то, что она никогда не пыталась выразить в стихах то, что лучше подходило бы для прозы. К своему чувству формы она добавила наблюдательность и умение подбирать слова так, чтобы другие могли увидеть мир её глазами. Среди её книг: «Фармингдейл» (1854), «Лейнмир» (1856), «Сибил Хантингтон» (1869), «Стихи» (1872), «Искупление» (1873), «Брат Ансельмо и другие стихотворения» (1879), «Легенда о Бабушке, рождественская поэма» (1881), «Рассвет, пасхальная поэма» (1882), «Бермуды, идиллия летних островов» (1884) и «Песни после полудня» (1885).

Ранние годы и образование

Джулия Кэролайн Рипли родилась в Чарльстоне, Южная Каролина, 13 февраля 1825 года. Ее мать, Зульма Де Лейси Томас, происходила из семьи, сочетавшей в себе гугенотские и католические корни. Ее дедушка и бабушка по материнской линии были уроженцами Франции, бежавшими в Южную Каролину из Сан-Доминго (то есть Гаити) во время успешного восстания рабов на этом острове в конце XVIII века. Ее отец, Уильям Янг Рипли, родился в Миддлбери, штат Вермонт, и был сыном одного из первых поселенцев Вермонта. Благодаря ему она вела свой род от первых иммигрантов Новой Англии, включая Уильяма Брэдфорда, губернатора Плимутской колонии, и Уильяма Рипли, прибывшего в Хингем, штат Массачусетс, в 1638 году. Она считала свое раннее детство самой насыщенной и важной частью своей жизни. Вспоминались долгие переезды, в том числе путешествие в Вермонт, когда ей было полтора года, и смерть ее юной матери всего через четыре дня после прибытия в штат, который, как надеялись, улучшит ее здоровье. Был период жизни в Нью-Йорке, где Уильям занялся бизнесом и хотел, чтобы его маленькая дочь была рядом. Ярко и отчетливо она помнила поездку по реке Гудзон с отцом в трехлетнем возрасте и их прибытие в небольшую частную школу на тогда модной Бликер-стрит. В шесть лет она вернулась в Миддлбери и проводила время в большой, тщательно подобранной библиотеке своего отца – она не помнила времени, когда не умела читать. Библиотека располагалась в недавно построенном доме в четырех милях вверх по реке Оттер от деревни Миддлбери, в части города под названием Фармингдейл, которым заведовала новая мачеха. Здесь она ежедневно читала уроки отцу и выполняла свою ежедневную работу по шитью или вязанию. Дорр выросла в доме, где царили культура и утонченность, и именно здесь она начала писать в детстве. Здесь же отец вновь занялся бизнесом, посвятив себя в основном развитию мраморных карьеров Ратленда. В доме также жили ее сводные братья, Эдвард Х. Рипли и генерал-майор Уильям Ю. У. Рипли, оба из которых стали известными офицерами во время Гражданской войны в США. Образование она получала, как это было принято для девушек того времени, непоследовательно и в разных учебных заведениях. Она проучилась год в небольшой частной школе в Платтсбурге, некоторое время посещала школу на ферме Шуртлифф в Миддлбери, училась в Женской семинарии Миддлбери, провела зиму в сельской академии в Ратленде, где изучала латынь вместе с мальчиками, готовящимися к поступлению в колледж на втором курсе, и посещала один или два семестра в "Старом Т. С. А.". Именно в Миддлбери, в одноэтажном школьном доме на Плезант-стрит, она начала изучать латынь – предмет, который, по ее словам, оказался самым полезным в ее взрослой жизни. Там же, под руководством отца Меррилла, она без единой ошибки написала на доске список английских королей от Юлия Цезаря до Вильгельма IV. Этот случай был упомянут президентом Джоном М. Томасом, когда в 1910 году он присвоил ей степень доктора литературы в Миддлбери-колледже – честь, которую она с присущей ей скромностью приняла как дань уважения женщинам своего поколения.

Julia Caroline Ripley was born in Charleston, South Carolina, on February 13, 1825. Her mother, Zulma De Lacy Thomas, shared a mingled Huguenot and Catholic descent. Her maternal grandparents were natives of France, who fled to South Carolina from San Domingo (i. e. Haiti) at the time of the successful slave insurrection in that island, near the close of the 18th century. Her father, William Young Ripley, was born in Middlebury, Vermont, the son of one of Vermont's pioneers, and it is through him that she was descended from some of the first New England immigrants, including William Bradford, governor of Plymouth Colony, and William Ripley, who arrived in Hingham, Massachusetts, in 1638. She referred to her early girlhood as the most eventful part of her life. There was the long journey to Vermont the summer she was 18 months old, and her young mother's death only four days after reaching the state which it had been hoped would give her health. There was the sojourn in New York, where William had established himself in business, and where he wanted his little daughter's company. Clear and vivid was her memory of that trip down the Hudson River taken with her father when she was three years old, and of their arrival at the small boarding school on then fashionable Bleecker Street. At six, she was back in Middlebury, browsing in her father's large and well chosen library —she could not remember the time when she did not know how to read—a library established in a newly built house four miles up the Otter from Middlebury village in a quarter of the town called Farmingdale, a house presided over by a new step mother. Here, also she recited daily lessons to her father and did her daily "stent" of sewing or knitting. Dorr grew to womanhood in a home of culture and refinement, and it is here where she began writing as a little child. It is here also that the father engaged in business again, and devoted himself chiefly to the development of the Rutland marble quarries. The home also included her half brothers, Edward H. Ripley and Major General William Y. W. Ripley, both of whom became prominent officers in the American Civil War. Schooling came to her, as it was apt to come to a girl of her period, intermittently and in variety. She spent a year in a small boarding school in Plattsburg; an interval at a school kept at the Shurtliff homestead in Middlebury; attendance at the Middlebury Female Semimary; a winter at a village Academy in Rutland, where she recited Latin with boys preparing to enter college as sophomores; and a term or two at "Old T. C. A." It was at Middlebury, in a one story school house on Pleasant Street, that she began the study of Latin, the subject of all others most useful in her adult life, as she declared. There, too, under Father Merrill, she wrote on the blackboard the list of English kings from Julius Caesar to William the Fourth, without a blunder. The feat was recalled by President John M. Thomas when in 1910 he conferred on her the degree of Doctor of Letters from Middlebury College, an honor which with characteristic modesty she accepted as a tribute to the women of her generation.

Карьера

22 февраля 1847 года она вышла замуж за Сенеку М. Дорра из Нью-Йорка. После свадьбы они прожили десять лет в старинном голландском поместье в Генте, штат Нью-Йорк. В этом доме родились трое из её пятерых детей, и там началась её публичная литературная деятельность. В 1847 году он, без её ведома, отправил одно из её стихотворений в журнал Union Magazine, где оно было впервые опубликовано. В следующем году её первый опубликованный рассказ "Изабел Лесли" получил приз в 100 долларов, учрежденный журналом Sartain's Magazine. Эдвард Эверетт Хейл и Джеймс Рассел Лоуэлл также были удостоены этой награды. Затем семья Дорр перебралась на Дальний Запад через Ратланд. Запланированный визит обернулся совсем другим, когда они построили новый дом, названный "Клёны".

Проза

Ее работы постоянно появлялись в лучших изданиях, и ее книги выходили одна за другой с интервалами до 1885 года, когда был опубликован сборник «Песни после полудня». Среди ее книг: «Фармингдейл» (Нью-Йорк, 1854), «Ланмер» (Нью-Йорк, 1855), «Сибил Хантингтон» (Нью-Йорк, 1869), «Стихи» (Филадельфия, 1871), «Искупление» (Филадельфия, 1873), «Брат Ансельмо и другие стихотворения» (Нью-Йорк, 1879), «Легенда о бабушке» (Нью-Йорк, 1881), «Рассвет» (Нью-Йорк, 1882), «Бермуды» (Нью-Йорк, 1884), «Песни после полудня» (Нью-Йорк, 1885). Ее рассказы отличались особой тщательностью в деталях и построении сюжета, а также глубоким пониманием характера жителей Новой Англии. Серия эссе о браке, написанных Дорр для журнала Новой Англии под названиями «Письма к молодой жене» и «Письма к молодому мужу», была опубликована в виде книги без ее согласия под названием «Невеста и жених» (Цинциннати, 1873). Ее путевые книги, включая «Бермуды», пользовались спросом у туристов. Еще две красочные книги о путешествиях были написаны по итогам двух лет, проведенных в Великобритании: «Цветок английской земли» и «Паломничество к собору». «В королевских резиденциях» – роман для юношества, действие которого разворачивается во времена королевы Анны.

Поэзия

Актуальность жизненного опыта, послужившего основой для ее дорожных зарисовок, составляла значительную часть ее поэзии. Большинство ее лирических стихотворений рождались под впечатлением от событий, больших и малых. Сонет был ее любимой стихотворной формой, и именно его строгие рамки ее привлекали. "Кого любят боги", "Признание", "Щедрость" и "Пробуждение" – лишь немногие из ее сонетов. Гражданская война в США, в которой сражались ее выдающиеся сводные братья, генералы У. Й. У. Рипли и Э. Х. Рипли, вдохновила ее на создание патриотических стихов. Ее ода "Вермонт" была написана к столетию Беннингтона, штат Вермонт, в 1877 году, а "Голос Башни" – к открытию памятника Итану Аллену в Берлингтоне. Поэзия Дорр отличалась силой и мелодичностью, нежностью и сочувствием, глубоким знанием поэтического мастерства и, что самое главное, возвышенной целью, благодаря которой ее произведения сохраняют ценность и по сей день. Одно из ее стихотворений вошло в антологию Эмерсона "Парнас", изданную в 1894 году.

Влияние и восприятие

Дорр принадлежала по дружбе и знакомству к той группе поэтов и писателей Новой Англии, прославленных в американской литературе именами Лонгфелло, Эмерсона, Уиттьера, Холмса и Лоуэлла. Они знали ее как единомышленника и коллегу, а также как женщину редкой душевности и силы. Следующее поколение, в которое входили Томас Бейли Олдрич, Эдмунд Кларенс Стетман и Уильям Дин Хауэллс, также знало и ценило ее как друга и соратника. В своей "Американской антологии" Стетман писал: "Миссис Дорр занимает выдающееся и завидное положение среди американских женщин". Фрэнсис Андервуд, в своей книге "Создатели американской литературы", отмечал: "Судя по ее стихам, она должна вести идеальную жизнь". Ее работы были представлены в сборнике "The Lyric Year" – коллекции лучших американских стихотворений 1912 года, включавшей всего 100 произведений, отобранных из тысяч присланных. Лично ее влияние исходило от человека, прожившего жизнь, полную культуры и трудолюбия. Она искренне стремилась привлечь внимание своих соотечественниц к спокойствию и уюту домашнего очага, освободить их от власти бессмысленной моды. Она порицала обычаи, не приносящие ни пользы, ни счастья. Жить жизнью истинной культуры и практической доброты, быть готовой вдохновлять прекрасными стихами, ободрять, поддерживать и тихо вразумлять по мере необходимости – такова была ее миссия. В родном городе ее социальное влияние было велико: "Когда летние дни были долгими, и она, как молодая жена и мать, несла бремя и жару дня, жизнь миссис Дорр была тихой и уединенной, а ее перо – почти единственной связью с внешним миром. Но с наступлением осеннего покоя пришли и более широкие возможности и сферы деятельности. Вокруг ее прекрасного дома, украшенного сокровищами из разных стран, развернулась богатая интеллектуальная жизнь, душой и центром которой она являлась. Она любима и почитаема в своем городе, и сотни женщин всех сословий обращаются к ней за помощью и вдохновением."

Dorr belonged by friendship and association to that New England group of poets and writers famous in American literature through the names of Longfellow, Emerson, Whittier, Holmes, and Lowell. They knew her as a workman of like temper with themselves and a woman of rare companionableness and power. The group following these, that including Thomas Bailey Aldrich, Edmund Clarence Stedman, and William Dean Howells, also knew and valued her both as friend and fellow craftsman. In his American Anthology Stedman wrote, "Mrs. Dorr holds a distinguished and enviable position among American women." Writing of Dorr in his book, The Builders of American Literature, Francis H. Underwood remarked, "If one can judge from her poems, she must lead an ideal life." She was represented in The Lyric Year, a collection of the best American verse of 1912, limited to 100 poems culled from many thousands submitted. Personally, her influence was that of one who has lived a life of culture and industry. She made earnest efforts to draw the attention of her countrywomen to ways of calm, domestic quiet, and to emancipate them from the thraldom of foolish fashion. The customs that avail nothing as aids to comfort and happiness she deprecated. To live the life of true culture and practical benevolence,
ready to uplift to heights of delightful song, and to cheer, encourage and quietly reprove as necessity demands — this was her mission. In her own city, her social influence had been wide: "When summer days were long, and she was bearing the burden and heat of the day as a young wife and mother, Mrs. Dorr's life was eminently quiet and secluded, her pen being almost her only link with the outside world. But with the autumn rest, have come to her wider fields and broader activities. In and around her beautiful home, enriched with treasures from many lands, there has grown up a far reaching intellectual life of which she is the soul and centre. She is loved and honored in her own town, and there hundreds of women, of all ranks, turn to her for help and inspiration.

Личная жизнь

Из "Кленов", ее дома в Ратленде, Дорр активно включилась в жизнь общества, возглавив деятельность по расширению кругозора женщин. В течение 33 лет она была президентом "The Fortnightly" – литературного общества при ее церкви. В "Кленовых деревьях", за более чем полувековую историю, побывало множество писателей, среди них Эмерсон, искавший в окрестностях затерявшуюся могилу своего деда, погибшего в войне за независимость США. На завтраке, устроенном в Атлантическом клубе в честь 70-летия доктора Холмса, Дорр предупредили, что Эмерсон, ослабленный потерей памяти, может ее не узнать. Но как только он увидел ее, он воскликнул: "О, миссис Дорр, я никогда не забуду вид на Киллингтон с вашей террасы!" Здесь же гостили и сами писатели, и их книги с дарственными надписями, и их письма – поздравительные и просто дружеские, от Лонгфелло, Уиттьера, Эмерсона, охватывающие многие годы, от доктора Холмса, которого она знала лучше всех из кембриджской группы, от Стетмана, Р.Х. Стоддарда, его жены, от Хауэллса. Но перечислить их всех – значит повторить длинный список создателей американской литературы, да и не только американской. Одним из самых приятных итогов ее последнего публичного выступления на ужине в честь дня рождения Хауэллсов стало личное знакомство с английским поэтом Уильямом Уотсоном. В 1884 году, в год смерти мужа, Дорр возглавила группу женщин, основавших Рутлендскую бесплатную библиотеку. Она была президентом ассоциации и подарила библиотеке в память о муже, как говорили, самую богатую и полную коллекцию книг по политологии, которую можно было найти в Новой Англии в то время, и одну из лучших в англоязычном мире за пределами Кембриджского университета. Она умерла 18 января 1913 года.