Введение
Фамилия О’Ханлон (ирл. Ó h Anluain) представляла собой агнатическую расширенную семью, являвшуюся одной из череды династий вдоль границы Ольстера и Ленстера. В зависимости от того, что было выгоднее клану, вождь рода О’Ханлон поддерживал либо графа Тирона, либо власти в Английской Пале. В XV веке поддерживались тесные связи с известными графами Килдера. Члены клана часто сражались на обеих сторонах во время восстаний. Одних объявляли вне закона, других прощали, а некоторые оказывались в стане победителей. Центром “Земли О’Ханлонов” был южно-центральный Ульстер, большая часть которого находится на территории современной Республики Ирландия. Первым зафиксированным О’Ханлоном является Флайтбертах Уа Анлуайн, лорд Уи Ниаллайн, убийство которого в 983 году нашей эры зафиксировано в “Анналах четырех мастеров”. Англицизированные варианты имени обычно пишутся как Hanlon или O’Hanlon, но существует множество вариаций: Handlon, Handlan, Hanlan, Hanlen, Hanlin, Hanlyn и т.д. В некоторых случаях варианты имен Hanly, Hanley и Handly также происходят от Ó h Anluain, хотя Hanly обычно является англицизированной формой Ó h Ainle, древнего септа Роскоммона (самый ранний из известных – Донал О’Ханли, епископ Дублинский с 1085 по 1096 год).
The Ó h Anluain (anglicised as O'Hanlon) family was an agnatic extended family comprising one of a string of dynasts along the Ulster Leinster border. Depending on the advantage to the clan, the Chief of the Name—The O'Hanlon—supported either the Earl of Tyrone or authorities within the English Pale. During the 15th century, ties were close with the famed Earls of Kildare. Frequently, members of the clan would fight on both sides during a rebellion. Some would be outlawed; others pardoned; some ending up on the winning side. The heart of "O'Hanlon's Countrie" was centered on south central Ulster, much of it being in what is now the Republic of Ireland. The first O'Hanlon on record is Flaithbheartach Ua h Anluain, lord of Ui Niallain, whose murder in the year 983 AD is recorded in the Annals of the Four Masters. The anglicised version of the name is usually given as Hanlon or O'Hanlon, but there are many variants: Handlon, Handlan, Hanlan, Hanlen, Hanlin, Hanlyn etc. Occasionally some variants of the names Hanly, Hanley and Handly are also derived from Ó h Anluain, although Hanly is usually the anglicised form of Ó h Ainle, an ancient Roscommon sept (the oldest on record is Donal O'Hanly, Bishop of Dublin from 1085 to 1096).
Страна О'Хенлона
Предки септа О́ хаАнлуэйн происходили из королевства Э́йргиалла. К V веку н.э. септа владела территорией в и вокруг современной баронии Они́ленд, графство А́рма, Северная Ирландия, на юго-западном берегу озера Не́а. По мере возвышения О́'Ниллов из Дунга́ннона на западе, О́'Ханлоны переместились на территорию к западу от города А́рмаг. На протяжении полутысячелетия они были королями О́риора. Имя вождя стало синонимом территории, более известной как "Страна О́'Ханлона". Она охватывала примерно треть современного графства А́рма, преимущественно восточную треть, а также значительную часть графства Ла́ут, от Фо́харта до Ре́йвенсдейла, затем через горы Ку́ли до О́мита близ Карлингфорда. Пик расширения владений пришелся на 1504 год; в 1505 году территория за Северным проходом была передана графу Ки́лдера. Две из самых ранних карт О́льстера – карта О́льстера Джобсона (ок. 1590 г.) и карта Ирландии Нордена (1610 г.) – обе отображают Страну О́'Ханлона. В 1586 году, когда сэр Джон Пе́ррот учредил графство А́рма, Страна О́'Ханлона составляла одну из пяти бароний: А́рмаге, Тоагри́ни, О́риер, Фьюис (Фьюз) и Они́лейн (О́'Нейланд). Позднее "О́риер" разделился на баронии О́риора Верхнего и О́риора Нижнего – две самые южные из восьми бароний А́рма. Часто упускается из виду, что гэльская территория О́риора предшествовала и простиралась за пределы баронии с таким же названием в графстве А́рмаг. Страна О́'Ханлона простиралась на юг в северную часть графства Ла́ут, а на востоке незначительно вторгалась в графство Да́ун. До окончательного определения границ графств, на некоторых старых картах указано старое местопребывание О́'Ханлонов – Ло́хгилли в графстве Да́ун.
Крепости О'Хенлона
В древности О’Ханлоны, когда правили как короли Айтира, размещали свою резиденцию и собрание клана в Лоугалле (Loch gCál), к северу от города Армаг. Даже после перемещения клана на восток, к Лоугли, Лоугли оставался летней резиденцией. Когда Эдмонд Мортимер прибыл в Ирландию в 1380 году в качестве лорда-судьи, вождь О’Ханлон был упомянут среди *righdamhna* (тех, кто имел право стать *танистом*, или наследником ирландского королевства), обязанных являться к нему с повинностью. Скала Тандереги служила опорой для семейного замка. Завладев северными низинами графства Армаг и высокогорьями, прилегающими к и окружающими кольцо Гуллиона, О’Ханлоны разместили укрепленные пункты вождя на подходах из Армаг и восточного Ольстера с севера, а также из Дублина и Английского Пэйла с юга. Северные дороги сходились у современной деревни Тандраги; подходы из Дублина и Английского Пэйла пролегали через проход Севера, и укрепленный пункт вождя, примыкавший к Форкиллу, находился в Муллаге. Третий укрепленный пункт, Муллахгласс, охранял дорогу на север от английского пограничного города Ньюри. Расположенный ближе к центру земель О’Ханлонов, чем Тандереги и Форкилл, Муллахгласс также являлся самой восточной точкой участка земли, простиравшегося от долины Ньюри до Фьюс, через озеро Камлоу и северный склон Слиаб Гуллион, куда клан отступил после падения гэльского порядка. Несмотря на капитуляцию и последующее возвращение земель при своем отце, королева Елизавета I конфисковала территорию О’Ханлонов в 1571 году, передав все земли Ориор капитану Томасу Чаттертону. Он не смог основать поселение, как того требовалось, и его грант был отменен, что позволило сэру Эокху “Оги” О’Ханлону из Тандереги вновь установить контроль над южным Армагом. После завоевания Ольстера Оливер Сент-Джон (лорд-депутат Ирландии) взял на себя управление и восстановил замок О’Ханлонов. Во время восстания в Ольстере в 1641 году клан предпринял попытку вернуть свои прежние земли, но потерпел неудачу, и замок был сожжен. После перехода замка в другие руки он стал известен как замок Тандраги и оставался в руинах на протяжении 200 лет, пока не был полностью восстановлен графами де Салис, а затем герцогами Манчестера.
Различные ветви септа О'Хенлона
После битвы при Бойне носители фамилий О’Хенлон и Ханлон разошлись в социальном плане: одни ассимилировались в колониальном ирландском обществе, а другие остались верны своему гэльскому наследию. Период с 1590 по 1690 год ознаменовал столетие, разделившее прошлое и настоящее. До этого времени существовал лишь один гэльский клан. После этих лет каждая ветвь семьи выбирала – или была вынуждена выбирать – между сохранением своей исконной идентичности и приобщением к ирландской колониальной элите. О’Хенлоны всегда были посредниками в приграничных землях между английским Пейлом и гэльским севером. Теперь им пришлось разделиться по этим линиям. Два члена клана наиболее ярко воплощают эти растущие противоречия: сэр Эохайд “Оги” О’Хенлон и outlaw-тори, граф Аодх Руад (“Редмонд”) О’Хенлон.
Сэр Эоча "Оги" О Ханлон
Истоки колониальных О’Ха́нлонов лежат в двух сыновьях Шона, О’Ха́нлона (ок. 1510–1575). Помимо сэра Эо́хайда О’Ха́нлона, последнего из рода, был также его брат, Фе́йдлиминх, и его четверо сыновей. Все они, в большей или меньшей степени, поддерживали монархию Тюдоров во время Девятилетней войны и получили земли в южном Армаге за верность Короне. Эо́ха “О́ги” О’Ха́нлон, сын Шейна О́ге О’Ха́нлона, сохранил свою резиденцию в Тандраги, близ современного Пойнтцпасса, графство Армаг. О́ги был лордом бароний Нижнего и Верхнего Ориора и, согласно ирландской традиции (закону Брехона), вождем своего имени. В 1595 году он женился на сестре графа Тирона. Это сделало его сына и наследника, Эо́ха О́га О’Ха́нлона, правнуком графа Килдера. Юный О́ги также был правнуком Конна О’Нилла, принца Ольстера, и обладал всеми связями с гэльской аристократией, которые это подразумевало. Когда его сослали на службу к королю Швеции, он унёс с собой кровь ирландских и английских королей. Королева Елизавета проводила политику капитуляции и повторного пожалования земель ирландским дворянам: гэльские вожди сдава́ли свои земли, но получали их обратно с английским титулом после присяги на верность Короне и обещания соблюдать английские законы и обычаи. Среди тех, кто так поступил, был Хью О’Нилл, которому в 1587 году был пожалован английский титул графа Тирона. Эо́хайд последовал его примеру и в том же году получил патент на повторное пожалование своих земель. Он стал рыцарем по английскому праву – “сэр” Эо́ха О́ги О’Ха́нлон, наследственный королевский знаменосцем к северу от реки Бойн. Несмотря на то, что Эо́хайд был английским пэром, он так и не перешёл к иной культуре, сохранив гэльские обычаи. Как отредактировал Джон О’Донован в “Ирландских племенах” О’Дейли, Спенсер ссылался на гэльскую пословицу, которую употребляли, когда кто-то был очень близок к своим корням во внешности и повадках. Таких людей называли “ирландцами, как задница О’Ха́нлона”. Спенсер не принижал достоинство О’Ха́нлона, а скорее отмечал, что некоторые бывшие английские семьи, такие как Фитцсимоны из графств Каван и Даун, со временем “одичали”.
Spenser was referring to the Gaelic proverb, applied when someone was heavily native in their appearance and actions. Such people
were "as Irish as O'Hanlon's breech." Spenser was not denigrating The O'Hanlon, as much as he was noting that erstwhile English families such as the Fitzsimons of counties Cavan and Down, had 'gone native' over the years.
Редмонд О'Хенлон
Родился около 1640 года в Пойнтцпасе, в землях О’Хенлонов, граф Редмонд О’Хенлон был сыном Лофлина О’Хенлона. В юности он служил пажом у сэра Джорджа Эчесона из Маркетхилла, но стал ярым противником англичан. Он провел несколько лет в изгнании во французской армии и пытался организовать французское вторжение в Ирландию с целью свержения британцев. Он пользовался популярностью во Франции, где, по слухам, ему был пожалован титул графа О’Хенлона (английский титул прекратился в семье со смертью сэра Эохайда О’Хенлона; семья лишилась замка Тандраги во время плантации Ольстера в 1609 году). Когда французские переговоры провалились, Редмонд вернулся в Армаг в 1671 году и стал печально известным разбойником или рэпари. Подобно настоящему Робину Гуду, Редмонд грабил английских поселенцев, вымогал деньги у шотландцев и был обожаем преимущественно католическим крестьянством. В письме того времени говорится, что его преступная деятельность приносила больше денег, чем королевские сборщики налогов, и поэтому граф-изгой мог легко подкупать военных офицеров и чиновников. В 1674 году правительство короля Карла II объявило награду за его голову, расклеив объявления о его поимке, живым или мертвым. В конечном итоге он был убит во сне своим сводным братом и близким соратником Артом МакКоллом О’Хенлоном 25 апреля 1681 года на мосту «Восемь миль» недалеко от Хиллтауна. Арт получил полное помилование и двести фунтов стерлингов за убийство своего предводителя. Как было принято в Ирландии, находившейся под английским правлением, последовали жестокие демонстрации частей его тела, включая голову, которая была выставлена на кольях над тюрьмой Даунпатрик. Говорят, что его останки покоятся в семейном склепе на кладбище Церкви Ирландии в Леттеркенни, графство Донегал.
Коренные
После заселения Ольстера контроль клана О’Ханлон над землями в графстве Арма уменьшился. К началу Английской гражданской войны в 1641 году два члена рода все еще владели землей на основании английского права. Аод Буйде О’Ханлон владел самым большим участком – 2045 акров, простиравшимся от северного склона Слайв Гуллион в северо-западном направлении к Беллексу, у подножия Фьюз. А Падрейг МакРори О’Ханлон владел еще 133 акрами. Земли, принадлежавшие Аодху Буйде и Падрейгу О’Ханлону, оставались в центре владений семьи на протяжении последующих двух столетий.
Прохождение как восходящее
В соответствии с Актом о заселении Ирландии (1652) и Пенальными законами, последовавшими за поражением Якова II, потомки сэра Эохайда и его рода О’Ха́нлон могли владеть землей или даже арендовать ее только при условии соблюдения обрядов Церкви Ирландии. Сторонники римского обряда были лишены права заниматься юридической практикой, носить оружие и занимать государственные должности. После битвы при Бойне Тандраги стал центром О́рдена О́ранжа. О’Ха́нлоны, оставшиеся в графстве Арма, отступили в город Арма или в их прежнее сердце земли на юге, в приходе Киллеви и его окрестностях. О’Ха́нлоны из Ньюри. Среди тех, кто придерживался обрядов Церкви Ирландии, были О’Ха́нлоны из Ньюри, прямые потомки Па́дрига Мо́ра О́ Ха́нлойна, сына Э́оха О́га О́ Ха́нлойна, последнего лорда Орио́ра и наследника сэра Эохайда. Сын Па́дрига, Э́дмонд, служил при Я́кове II. Его сын, Фе́ликс, остался в приходе Киллеви, когда офицеры якобитов последовали за королем в изгнание, как и сын Фе́ликса, Э́дмонд. Ко второй половине XVIII века эта ветвь переехала в город Ньюри. Сыновья Хью из Ньюри (1721–1807) приняли эти обряды, и один из них, Па́дриг, был допущен к ирландской коллегии адвокатов. Он сначала служил магистратом в графствах Тайро́н и Арма. В 1808 году оранжисты распространили информацию в Дублинском замке, ставящую под сомнение его лояльность. Он был оправдан по результатам расследования, проведенного герцогом Ричмо́ндом. После переезда на Милл-стрит в XVIII веке Хью О’Ха́нлон возглавил самую известную римско-католическую семью в Ньюри. Хью был прямым потомком сэра Эохайда и, через него, лордов Орио́ра. Семья переехала с востока от холмистых районов южного Арма́га на запад. Отцом Хью был Хью Руад О’Ха́нлон из Киллеви, а его дядей был «бард Арма́га», Па́трик Доннелли, епископ Дро́мора (1679–1716). Эта ветвь семьи участвовала в Движении добровольцев. Хью из Ньюри служил в Католическом комитете Дублина. Считается, что он также частично основал Банк Ньюри и умер в 1808 году. Свод О’Ха́нлонов на кладбище Святой Марии в Ньюри украшен гербом О’Ха́нлонов. Хью Па́дриг О’Ха́нлон-младший, старший сын Хью из Ньюри, был допущен к адвокатской практике после снятия запрета на римско-католиков и был известен в округе как «адвокат О’Ха́нлон». Адвокат был членом Движения добровольцев, но радикализировался и ненадолго покинул колониальный круг своего отца, став ирландским националистом Объединенной Ирландии. Переместив ветвь Ньюри в националистический, республиканский лагерь, Хью-младший был другом и знакомым Теоба́льда Вулфа То́уна, упомянутого в дневниках То́уна. О’Ха́нлон стал владельцем таверны «Crown Inn» по адресу 106–108 Hill Street, Ньюри, где была сформирована и собиралась местная ячейка Объединенных ирландцев. Хотя многие члены Объединенных ирландцев были арестованы после поражений в битве при Баллинахи́нче и битве при Винегаре, Хью и его брат избежали осуждения. В 1812 году Хью-младший поддержал неудачную кампанию Джона Филпо́та Керра́на, Мастера роллов, в качестве члена парламента (Вестминстера) от Ньюри. На ужине в честь Керра́на, состоявшемся в отеле Whitecross на Маргарет-стрит, Хью был отмечен за усилия, предпринятые ради избрания адвоката-патриота. Во время агитации Да́ниэля О’Коннелла за католическую эмансипацию путем отмены оставшихся законов апартеида, Хью-младший яростно выступал за религиозную терпимость и равную защиту перед законом. Однако в 1826 году он отправился в колониальную Индию. Он стал ведущим адвокатом. В 1846 году он собрал средства в Калькутте для помощи голодающим. Хью О’Ха́нлон III, старший сын адвоката О’Ха́нлона, вернулся из колониальной службы в Индии, чтобы стать лондонским адвокатом в Ирландском колониальном офисе в Вестминстере. Там Хью III основал ирландскую систему местного самоуправления посредством пилотной программы для Ньюри в форме законопроекта Вестминстера о «лучшем освещении, охране, очистке и мощении». Законодательная система оказалась настолько успешной, что была применена на национальном уровне. Затем Хью III был назначен юридическим советником Дублинского замка, высшим постом в колониальной администрации. Другими сыновьями Хью-младшего были Прингл, служивший в Первой Бенгальской кавалерии, и Эдвард, умерший на колониальной службе в Рангуне, в Британской Ост-Индии. О’Ха́нлоны из Дублина. Среди тех, кто также вошел в ирландское колониальное общество, был полковник О’Ха́нлон 1821 года, который просил восстановить почетную должность сэра Эохайда О’Ха́нлона в качестве королевского знаменосца (или королевы) «к северу от реки Бойн». Ирландец эмигрировал в Бостон, штат Массачусетс. Он стал мастером по изготовлению седел и одним из основателей компании Hanlon & Bradstreet, производителя седел и упряжи. Эоган был членом Древней и Почетной артиллерийской роты Массачусетса и служил в ней вместе с Его Королевским Высочеством Альбертом Эдуардом, принцем Уэльским.
Титул О'Хенлона
Земли между крепостями окружали "креагхт" септа – единицу земли по гаэльскому праву, использовавшуюся для выпаса скота и сезонных перегонов стад. Управлял креагхтами и крепостями септа вождь рода, "О Ханлон". По гаэльскому закону, все мужчины, имевшие общую прабабушку с умирающим вождем, имели право на "аккламацию" в качестве следующего вождя рода на коронационном камне септа, Cairn Magha в Клонтигоре, или "Камне Убоя". О’Ханлоны правили восточной частью средневекового королевства Ойргиалла, столицей которого был Клонес в современном графстве Монаган. На них возлагалась обязанность защищать восточные границы Ойргиаллы от ульстерцев, вытесненных к побережью в V веке нашей эры. Регион простирался от берега озера Лох-Ней, прилегающего к границе графств Тирон и Армаг, до залива Карлингфорд. Он назывался Croich na n'Airthear, то есть regio Orientalium, название которого позже сохранилось в наименованиях бароний Ориора. Титул "О’Ханлон" был упразднен английским законом, и последний вождь рода принял английский титул "барон Ориора". Считается, что титул О’Ханлона (барония) пресекся со смертью первого владельца, сэра Оги (Эоха) О’Ханлона в 1600 году. К моменту смерти сэра Эоха его наследник, Эоха "Очи" Ог, возглавлял О’Ханлонов, сражавшихся вместе с графом Тирона в Девятилетней войне (1596–1603) против английской короны и ее колониальной элиты в Пейле. Таким образом, титул не мог перейти к наследнику барона. Исключение Оги Оге из списка получателей земли, похоже, подтверждает это. То же самое можно сказать о включении двух сыновей Оги Оге, Фелима и Брайна, в одну запись; если бы кто-либо из них унаследовал титул, они, несомненно, были бы указаны отдельно. Оги Оге был еще жив во время земельной реформы. Он умер лишь в 1611 году, сражаясь на стороне короля Швеции против поляков. В Государственном архиве Северной Ирландии хранится патент 1609 года (номер документа D/1854), в котором король Яков I бессрочно предоставляет Патрику О’Ханлону различные города и земли вблизи Маунтнорриса, графство Армаг. Неизвестно, является ли это одним из двух Патриков Хэнлонов, упомянутых выше в списках получателей земли, и/или относится ли это к семи земельным участкам, предоставленным потомкам сэра Оги О’Ханлона. Как бы то ни было, земли недолго оставались во владении О’Ханлонов: поместье Маунтноррис вскоре перешло в собственность Фрэнсиса Энсли, 1-го виконта Валентии (англичанина). Что касается титула "О’Ханлон", то он существовал по гаэльскому праву, а не по английскому или даже по ирландскому праву, разработанному после провозглашения Республики. Вероятно, собрание О’Ханлонов по-прежнему могло бы провозгласить одного из своих "О’Ханлоном", гэльский An tAnluain, так же, как это делали другие септы и кланы.
XVI век: Покорение и Девятилетняя война
1537 год. Дублинский замок проводит Реформацию в Ирландии, распуская монастыри и другие религиозные учреждения. Среди них – древний монастырь Святой Моннинны в Киллеви, служивший убежищем для женщин клана О’Ханлон. 1564 год. Шейн О’Нил, граф Тайрон, восстает против Елизаветы I. О’Ханлон выбирает сражаться на стороне О’Нила. В ответ Корона в 1569 году конфискует большую часть Ориорa. Она передается Томасу Чаттертону, которому было предписано «покорить коренное население» графства Армаг. Ему это не удается. 1569 год. В соответствии с Актом о конфискации, Елизавета I передает территорию О’Ханлон авантюристу Томасу Чаттертону. 1573 год. Елизавета I наделяет Чаттертона полномочиями на «семь лет вторгаться, покорять или изгонять, либо примирить народ Орере». 1585 год. О’Дейли пишет «Племена Ирландии». 1587 год. О’Ханлон вновь признает власть Тюдоров и получает титул сэра Эохайда О’Ханлона, барона Ориорa. Ему возвращаются земли на условии «верности». Оги О’Ханлон, «вождь и капитан своего народа», сдал свои территории в «Верхнем и Нижнем Орри» 20 сентября 1587 года. 1 декабря 1587 года был издан новый патент, подтверждавший права О’Ханлона на земли пожизненно, затем его наследникам мужского пола, а при их отсутствии – его братьям. Одновременно сэр Оги обязался содержать двенадцать пехотинцев, называемых кернами, и восемь всадников, всех хорошо вооруженных, для сопровождения лорда-заместителя или другого губернатора Ольстера во всех походах и восстаниях, обеспечивая их продовольствием и всем необходимым. Важно отметить, что документ также предусматривал прекращение титула О’Ханлон Ориор. Сэр Оги согласился выплачивать королеве 60 фунтов стерлингов в год. 1593–1603 гг. н.э. Во время Девятилетней войны сэр Эохайд меняет свою лояльность, приспосабливаясь к меняющимся линиям осады между Ольстером и английской Пале. Иногда он был союзником Хью О’Нилла, графа Тайрона, иногда – Генри Багенала из Ньюри, королевского маршала. Турлох О’Ханлон сражался в гэльской армии под командованием О’Нилла в битве при Желтом Броде (1598), где был убит Багенал. Девятилетняя война (1594–1603). После восшествия на престол в 1558 году королева Елизавета I провозгласила себя главой Ирландской церкви (Акт о верховенстве) и начала замену «староанглийского» духовенства и администрации на англичан, недавно назначенных на должности. Свергнутые «староанглийцы» утратили расположение из-за приобретенных местных привычек в одежде, говорения на гэльском языке и умеренных симпатий к коренным ирландцам. (В конце концов, к концу XVI века прошло четыреста лет с тех пор, как они прибыли в Ирландию во время англо-норманнского наступления.) Новая администрация была яростно анти-гэльской, но также и анти-католической. К их ужасу, это означало, что галлы (гальские потомки норманнов) внезапно также оказались в немилости. Недовольство привело к восстанию северных кланов в 1594 году. Возглавили его О’Ниллы, включая некоторых О’Ханлонов под командованием Оги Ога, сына сэра Эохая, и О’Доннеллы, поддержанные их новыми союзниками – галлами. Восстание началось в Ольстере и распространилось по всей Ирландии, превратившись в Девятилетнюю войну. Галлы и гелы надеялись на помощь католической Испании, но она прибывала медленно. В сентябре 1601 года, после семи лет войны в Ирландии, испанская Армада отправила 4000 человек на помощь Хью О’Ниллу и Хью О’Доннеллу. Однако Армада высадилась в Кинсейле на юге, в то время как основные силы О’Нилла и О’Доннелла находились на севере. Несмотря на неблагоприятные обстоятельства, гелы двинулись на юг через вражескую территорию, чтобы встретить испанцев, и прибыли за несколько недель с 12 000 человек, чтобы осадить англичан в Кинсейле. К декабрю 1601 года объединенные испанские и гэльские силы имели преимущество, но их численность сократилась до 10 000 человек. Испанцы, нетерпеливые к отъезду, потребовали атаки, которая состоялась в канун Рождества 1601 года. Она оказалась катастрофической, и поражение в битве при Кинсейле фактически ознаменовало конец Девятилетней войны. Хотя война официально закончилась только в марте 1603 года, когда О’Нилл, граф Тайрон, сдался англичанам. 1599 год. В «Трактате об Ирландии» Диммока отмечается, что сэр Оги О’Ханлон 28 апреля 1599 года мог собрать двести пехотинцев и сорок всадников для графа Тайрона. Его территория простиралась от Ньюри до Армага и была в основном «безлесной».
Описание септа клана О Ханлон, или членов клана, в популярных СМИ
Изображение клана О’Хенлон и его членов в популярной культуре восходит к появлению ранних средств массовой информации в Великобритании после Реставрации. Сохранение и, возможно, намеренное приукрашивание жизни и подвигов графа Редмонда О’Хенлона создало образ, который средства массовой информации эксплуатировали в последующие годы. Эта тенденция сохранялась, даже когда потомки и родственники графа оставались жертвами обстоятельств, сложившихся в результате системы апартеида, созданной посредством Пенальных законов после 1690 года. В 1862 году в Дублине и Лондоне была опубликована книга Уильяма Карлтона «Редмонд, граф О’Хенлон, ирландский рапар, историческая повесть». Это нехудожественное произведение стало одним из серии романов, изданных Карлтоном на волне кельтского возрождения XVIII века и его отголосков в XIX веке. Подобно «Блэксплойта» 1970-х годов, оно изобилует стереотипами, апеллирующими к массовой культуре того времени – индустриальному пролетариату и формирующейся буржуазии, страдающей от культурной дезориентации и порожденного ею кризиса идентичности. Работы, подобные роману Карлтона, пользовались спросом, поскольку якобы предлагали «подлинность» в мире, который перестраивался и все больше отрывался от ирландской клановой системы. В «Редмонде, графе О’Хенлоне» Карлтон предоставляет мало или совсем не предоставляет информации о графе или его семье, за исключением того, что они были ранними якобитами, лишенными имущества за верность дому Стюартов. Сам Редмонд изображен как ловкий, но при этом вежливый. Он предстает в образе ирландского Робин Гуда или Роба Роя Макгрегора, приходящего на помощь прекрасной деве и ее встревоженному жениху, чью целомудрие (и его имущество) угрожал развратный сын англо-ирландской колониальной элиты, правившей Южным Армахом.