柴田是真: Японский лакировщик и художник XIX века

Введение

Шибата Зешин (柴田是真) – японский художник XIX века, живописец-лакист и гравер конца периода Эдо и начала эпохи Мэйдзи. Его называют "величайшим мастером лака Японии", однако его репутация как художника и гравера более неоднозначна: в Японии он известен одновременно как излишне современный, угодничающий вестернизации, и как чрезмерно консервативный традиционалист, не стремившийся выделиться среди современников. Несмотря на эту сложную репутацию в Японии, Зэшин получил широкое признание и активно изучается в западном мире искусства, особенно в Великобритании и Соединенных Штатах.

Биография

Зэсин родился и вырос в Эдо (современный Токио). Его дед, Идзуми Чобей, и отец, Итигоро, были мастерами-столярами (миядаику) и умелыми резчиками по дереву. Отец, принявший фамилию жены, Сибата, также был опытным художником укиё-э, учившимся у Кацукавы Сюнсё. Это, безусловно, дало ему отличный старт на пути к профессии художника и мастера. В одиннадцать лет Каметаро, как Зэсина называли в детстве, стал учеником лакировщика Кома Кансай II. В тринадцать лет юноша, которому предстояло стать Зэсином, оставил имя Каметаро и взял имя Дзюнзо. Кома Кансай решил, что его юному подопечному необходимо научиться рисовать, писать и создавать оригинальные эскизы, чтобы стать великим мастером лака. Он организовал обучение молодого Сибаты у Судзуки Нанрэя, выдающегося художника школы Сидзё. Сибата принял еще одно художественное имя, отказавшись от Дзюнзо и подписывая свои работы «Рэйсай», используя «Рэй» из имени Судзуки Нанрэя и «сай» из имени Кома Кансай. Именно во время учебы у Нанрэя ему дали имя Зэсин, которое он сохранил на всю жизнь. Это имя имеет значение, близкое к «это истина» или «Истина», отсылая к старинной китайской истории о короле, принимавшем множество художников. В то время как почти все художники проявляли должное уважение к королю, кланяясь ему и ведя себя подобающе, один прибыл полуобнаженным, не поклонился и сел на пол, облизывая кисть; король воскликнул: «Вот это настоящий художник!» Отсюда и произошло имя Зэсин. Зэсин изучал не только основы живописи и рисования, но и японскую чайную церемонию, хайку и поэзию вака, историю, литературу и философию. Это заложило основу его подготовки не только в технике традиционных искусств, но и, возможно, что более важно, в эстетике и философии японского традиционного искусства. Многие его работ периода обучения у Нанрэя были веерными росписями. Великий художник укиё-э Утагава Куниёси был впечатлен этими веерными росписями и, подойдя к молодому художнику, завязал дружбу, которая продлилась много лет. Позже Зэсин учился у других выдающихся художников школы Киото, включая Маруяму Окё, Окамото Тоёхико и Госин. Хотя впоследствии он прославился в основном своими работами с лаком, Зэсин преуспел в традиционной живописи тушью и создал множество работ на традиционные темы, такие как тигры и водопады. Говорят, что один из учителей Зэсина, как и многие японские мастера (сэнсэй), отличался эгоизмом и высокомерием перед своими учениками, заметил: «Так же, как нельзя оценить величие горы Фудзи, стоя на ней, так нельзя по-настоящему оценить мои навыки и репутацию, находясь в Киото; когда ты вернешься в Эдо, ты осознаешь мой невероятный вклад и свою удачу, учившись у меня». Зэсин, напротив, по преданию, говорил своим ученикам, что не хочет, чтобы их знали как «учеников Зэсина, а скорее как великих художников, учившихся у человека по имени Зэсин». Кома Кансай умер в 1835 году, и Зэсин унаследовал мастерскую школы Кома. Он взял учеником молодого человека по имени Икэда Тайсин, который оставался его учеником и близким другом до своей смерти в 1903 году. В 1849 году Зэсин женился и назвал своего первого сына Рэйсай, но вскоре потерял мать и жену. В 1830-х и 1840-х годах Япония пережила экономический кризис, и художникам законом строго ограничивалось использование серебра и золота, почти необходимых для традиционных стилей лакового декора. Зэсин компенсировал это использованием бронзы для имитации внешнего вида и текстуры железа, а также различными другими материалами и декоративными стилями, чтобы сохранить красоту и традиционность своих работ. Многие его произведения можно сказать, воплощают концепцию ваби – красоту и элегантность в простоте, как это проявляется в японской чайной церемонии. Хотя сохранилось очень мало его работ периода Эдо (до 1868 года), во многих его более поздних работах видно, что он иногда использовал очень простой и почти бесцветный стиль декора, продолжая использовать традиционные мотивы, такие как цветы и тростник. Начиная с 1869 года, Зэсин был приглашен к работе на императорское правительство и создал для него множество произведений искусства, которые больше не существуют. Среди них был набор золотых лакированных стульев для Императорского дворца, украшенных мотивом сакуры (цветка вишни). Позже он был назначен официальным представителем Японии на несколько международных выставок, включая Венскую в 1873 году, Филадельфийскую в следующем году и Парижскую, хотя лично он ни на одной из них не присутствовал. За год до своей смерти в 1891 году Зэсин был удостоен огромной чести – членства в недавно созданной Императорской художественной комиссии и сегодня является единственным художником, признанным в двух областях (живопись и маки-э). Почетное звание Художника, получившего заказ от Императора, было присвоено всего 53 художникам в период с 1890 по 1944 год. Сегодня одна из крупнейших коллекций работ Зэсина находится в Коллекции Халили в Лондоне, насчитывающей более 100 работ художника.

Zeshin was born and raised in Edo (modern day Tokyo). His grandfather Izumi Chobei and his father Ichigoro were shrine carpenters (miyadaiku) and skilled wood carvers. His father, who had taken his wife's family name of Shibata, was also an experienced ukiyo e painter, having studied under Katsukawa Shunshō. This, of course, gave him an excellent start on the road to being an artist and craftsman. At age eleven, Kametaro, as Zeshin was called in his childhood, became apprenticed to a lacquerer named Koma Kansai II. At age 13, the young man who would become Zeshin abandoned the name Kametaro and became Junzo. Koma Kansai decided that his young charge would need to learn to sketch, paint, and create original designs in order to become a great lacquerer. He arranged for young Shibata to study under Suzuki Nanrei, a great painter of the Shijō school. Shibata then took on yet another artist's name, abandoning Junzo and signing his works "Reisai," using the Rei from Suzuki Nanrei, and the sai from Koma Kansai. It was during his time with Nanrei that he was given the name Zeshin, which he would stick with for the rest of his life. The name has a meaning similar to "this is true" or "the Truth", a reference to an old Chinese tale of a king who held an audience with a great number of painters. While nearly all of the painters afforded the king the proper respect, bowing before him and comporting themselves appropriately, one arrived half naked, did not bow, and sat on the floor licking his paintbrush; the king exclaimed "now, this is a true artist!" From this the name Zeshin was taken. Zeshin learned not only the basics of painting and sketching, but also Japanese tea ceremony, haiku and waka poetry, history, literature and philosophy. This would form the foundation of his training in not only the techniques of the traditional arts, but also, and perhaps more importantly, the aesthetic and philosophy of Japanese traditional art. Many of his works from the period of his studies with Nanrei were fan paintings. The great ukiyo e artist Utagawa Kuniyoshi was impressed with these fan paintings and, approaching the young painter, began a friendship which would last for many years. Zeshin later studied under other great artists of the Kyoto school, including Maruyama Ōkyo, Okamoto Toyohiko, and Goshin. Though he would later be known primarily for his work with lacquers, Zeshin excelled at traditional ink painting, and produced many works of traditional subjects such as tigers and waterfalls. Though Japanese masters (sensei) are often quite egotistical and arrogant before their students, one of Zeshin's teachers is reputed to have made the comment that "just as you cannot appreciate the size of Mt. Fuji while standing upon it, so you cannot truly appreciate my skill and reputation while in Kyoto; when you return to Edo you will realize my incredible import and your great fortune in having studied under me." Zeshin, on the other hand, is reputed to have told his own students that he did not wish them to be known as "a pupil of Zeshin's, but rather as a great artist who studied under a man called Zeshin." Koma Kansai died in 1835, and Zeshin inherited the Koma School workshop. He took on a young man by the name of Ikeda Taishin as a pupil; Taishin would remain his pupil and close friend until his death in 1903. Zeshin married in 1849 and named his first son Reisai, but lost his mother and his wife both soon afterwards. In the 1830s and 1840s, Japan suffered an economic crisis, and artists were strictly limited, by law, in their use of silver and gold, both nearly essential for traditional styles of lacquer decoration. Zeshin compensated by using bronze to simulate the look and texture of iron, and with a variety of other substances and decorative styles to keep his work beautiful, while remaining traditional and doable. Many of his pieces could be said to embrace the concept of wabi, that is, beauty and elegance in the very simple, as exemplified by the Japanese tea ceremony. Although very few of his Edo period (pre 1868) pieces survive, it is evident in many of his later pieces that he would use, at times, a very simple and nearly colorless style of decoration, while continuing to use the traditional designs such as flowers and reeds. Beginning in 1869, Zeshin was commissioned to work for the Imperial government, and created many works of art for them which are no longer extant. These included a set of gold lacquered chairs for the Imperial Palace decorated in a sakura (cherry blossom) motif. He was later made Japan's official representative to several international expositions, including Vienna in 1873, Philadelphia the following year, and Paris, although he did not personally attend any of these. One year before his death in 1891, Zeshin was granted the immense honor of membership in the newly created Imperial Art Committee and is today the only artist who has been recognized in 2 fields (painting and maki e) of work. The honor of Imperial Commissioned Artists was only granted to 53 artists between 1890 and 1944. Today, one of the greatest collections of Zeshin's works is the Khalili Collections of London, containing over 100 works by the artist.

Стиль

Зешин экспериментировал с техническими аспектами лака. Он смешивал свои лаки с различными веществами для достижения разных цветов и текстур, а также для контроля консистенции и гибкости. Он изобрел метод рисования лаковым соком непосредственно на бумагу, проклеенную доса (раствором квасцов и животного клея), чтобы предотвратить отслаивание при сворачивании его картин уруши-э. Он использовал бронзу в лаке для имитации внешнего вида и текстуры железа, а также крахмал из злаков для загущения лака и имитации, по крайней мере в некоторой степени, эффекта западной масляной живописи. Зешин, по сути, остается единственным художником, добившимся успеха в технике уруши-э, поскольку она требует специально обработанной бумаги и очень специфической консистенции лака для использования в качестве краски. Зешин также возродил сложную лаковую технику, называемую секай-ха, для создания волнообразных форм путем проведения гребнем по быстро застывающему лаку; эта техника настолько сложна, что не применялась более столетия. Однако, несмотря на использование множества революционных элементов в своей работе, как в техническом, так и в творческом плане, работы Зешина в целом оставались очень традиционными. В новом виде лаковой живописи он изображал традиционные сюжеты, такие как птицы и цветы, насекомые, водопады и драконы. Он скопировал знаменитую картину тигра, написанную его учителем Маруямой Окё, в лаке. Красный, черный и золотой лаковый набор для пикника, выполненный Зешином, служит еще одним хорошим примером этого революционного традиционализма. Набор для пикника выполнен в очень традиционном стиле, почти полностью из красного и черного лака с золотыми украшениями в виде листьев и ветвей. Однако на подносе изображены бабочки и стрекозы, инкрустированные в поверхность подноса и вырезанные из перламутровой ракушки. Подпись Зешина всегда была довольно сдержанной, и иногда он игриво относился к идее подписи. Существует декоративная цуба (рукоять меча), изготовленная им, на которой муравей, изображенный в рельефе лаком, уносит символ "син" (真) из подписи Зешина на другую сторону изделия. Говорят, что большая часть работ Зешина ярко отражает эстетическую концепцию ики (粋), которую можно перевести как "шик". Концепция ики в Эдо, известная как суи в Кансаи, была наиболее авторитетно описана Куки Шузо, но, как и английские понятия шика, крутости и стиля, точные цвета, узоры и другие стилистические элементы, составляющие ики, почти невозможно определить. Тем не менее, работы Зешина часто называют ики и считают, что они обладают правильным балансом между традицией и новым, являясь красивыми, но не кричащими, простыми, но не скучными, умными, но не надменными. Его стиль сравнивали с хайку, поскольку его красота и смысл заключаются скорее в том, что не показано, чем в том, что есть. Наряду с Накаямой Комином и Шираямой Шосаем, он считается одним из трех великих поздних мастеров лаковой живописи Японии.

Zeshin experimented with the technical aspects of lacquer. He mixed his lacquers with a variety of substances to achieve different colors and textures, and to control the consistency and flexibility. He invented a method of painting with lacquer sap directly on paper sized with dōsa (a solution of alum and animal glue), to prevent flaking when his urushi e scroll paintings were rolled up. He used bronze in his lacquer to simulate the appearance and texture of iron, and cereal starch to thicken his lacquer to simulate, at least in some respects, the effect of Western oil painting. Zeshin remains, in fact, the only artist to be successful in the medium of urushi e, as it requires specially treated paper, and a very particular consistency of lacquer to be used as paint. Zeshin also revived a complex lacquer technique called seikai ha to produce wave forms by drawing a comb through the rapidly solidifying lacquer; this technique is so difficult it had not been used for over a century. However, although he used many revolutionary elements in his work, both technically and creatively, Zeshin's works were always, on the whole, very traditional. In the brand new medium of lacquer painting, he would paint traditional subjects like birds and flowers, insects, waterfalls and dragons. He copied a famous painting of a tiger by his teacher Maruyama Okyo, in lacquer. A red, black and gold lacquer picnic set by Zeshin serves as another good example of this revolutionary traditionalism. The picnic set is made in very traditional style, almost entirely of red and black lacquer with gold decorations of leaves and branches. However, on the serving tray is a series of butterflies and dragonflies, inlaid into the surface of the serving tray and carved out of iridescent seashell. Zeshin's signature was always quite subdued, and on occasion he would be playful with the idea of the signature. There is a decorative tsuba (sword handguard) made by him on which an ant, displayed in relief in lacquer, is carrying away the "shin" character (真) of Zeshin's signature to the other side of the piece. It has been said that much of Zeshin's work strongly represents the aesthetic concept of iki (粋), which might be translated as "chic." The Edo concept of iki, known as sui in Kansai, was described most authoritatively by Kuki Shūzō, but like the English ideas of chic, cool, and stylish, the precise colors, patterns, and other stylistic elements that constitute iki are nearly impossible to pin down. Nevertheless, that said, Zeshin's works are often labeled as iki, and considered to have just the right balance of tradition with the new, being beautiful but not gaudy and simple but not boring and smart but not arrogant. His style has been compared by some to haiku, in that its beauty and meaning is more powerful in what is not shown than by what is. Along with Nakayama Komin and Shirayama Shosai, he is considered one of the three great late lacquerers of Japan.