Введение
Диалог, приписываемый Платону, «Клитофон» Сократу. «Клитофон» (wikt:Κλειτοφῶν (Κλειτοφῶν)), также транслитерируемый как Клеофонт; Клитофо) — диалог IV века до н.э., традиционно приписываемый Платону, хотя подлинность произведения остаётся предметом споров. Это самый короткий диалог в традиционном собрании сочинений Платона. В центре внимания — обсуждение между Клитофоном и Сократом, в котором Сократ в основном хранит молчание. До недавнего времени большинство исследований были сосредоточены на вопросе подлинности, а не на фактическом смысле и содержании «Клитофона». Диалог изображает Клитофона, жалующегося Сократу на то, что его речи носят лишь увещевательный характер; они пробуждают стремление к справедливости и добродетели, но не объясняют, как стать справедливым или что такое справедливость. На протяжении всего диалога Клитофон, по-видимому, описывает свои изменения в отношении справедливости и путь от восприятия Сократа как бога на сцене, с надеждой и верой в достижение справедливости и добродетели, к мыслям о сомнении, разочаровании и, в конечном итоге, к неповиновению Сократу. «Клитофон» затрагивает пренебрежительное отношение Клитофона к протрептическим, или увещевательным, речам. Он демонстрирует невежество Сократа и изображает, как выразился Марк Кремер, конфликт между философией Сократа и иррациональностью Клитофона.
The Clitophon (wikt:Κλειτοφῶν (Κλειτοφῶν]]), also transliterated as Cleitophon; Clitopho) is a 4th century BC dialogue traditionally ascribed to Plato, though the work's authenticity is debated. It is the shortest dialogue in Plato's traditional corpus. It centers on a discussion between Clitophon and Socrates, with Socrates remaining mostly silent. Most scholarship until recently has been concerned with the authenticity rather than the actual meaning and contents of Clitophon. The dialogue depicts Clitophon complaining to Socrates that Socrates' speeches are merely exhortative; they create a desire for justice and virtue, but do not instruct how one becomes just or what justice is. Throughout the dialogue Clitophon seems to narrate his changes towards justice and the protreptic from seeing Socrates as a god upon a stage with hopes and beliefs in attaining justice and virtue to thoughts of doubt and disappointment and eventual defiance of Socrates. Clitophon addresses Clitophon's contempt for protreptic, or exhortative, speeches. It showcases the ignorance of Socrates and depicts, as Mark Kremer puts it, the conflict of philosophy of Socrates and Clitophon's irrationality.
Клитофон вне клитофона
О историческом Клитофоне известно немного. Помимо Платона, сведения о нем содержатся в комедии Аристофана «Лягушки» и трактате Аристотеля «Афинская полития». В обоих произведениях Клитофон упоминается в связи с афинским политиком Теременом. Однако, хотя эти работы изображают Теремена как спутника Клитофона, Боу отмечает, что «Лягушки» и «Афинская полития» не являются точным отражением исторического Клитофона, поскольку в них упоминается только Теремен, и личность Клитофона не может быть определена исключительно на основании его связей с Теременом. Как следует из «Государства» Платона и диалога «Клитофон», Клитофон был афинским политиком, активным в период с 411 по 405 год до н.э., сторонником древнего права и соратником Трасимаха. В «Государстве» Клитофон защищает позицию Трасимаха о том, что справедливость – это то, что выгодно правящей силе. Клитофон придерживается этой точки зрения даже после того, как Трасимах отказывается от нее (340a–340b). Независимо от того, перефразировал ли Клитофон, речи Сократа не согласуются по содержанию с тремя несвязанными увещеваниями, следуя платонической трихотомии ценностей. Клитофон использует эту структуру с мотивами увещевания, встречающимися и в других диалогах. Начало диалога представляет собой обвинительную протрептику, аналогичную той, что встречается в «Апологии» Платона (29d9–e3). Пример обвинительной протрептики, приведенный Слингом: «Вы заботитесь о ложных ценностях x, y, а не об истинных ценностях p, q». Первый пример речи Сократа, изложенный Клитофоном, отражает мотивы богатства из диалога «Евтидем» Платона: приобретение богатства бесполезно без умения им распоряжаться (280b8–d7), лучше оставить детям мудрость, чем деньги (282a7–8, 301e1–3), и не только детей, но и самого себя следует воспитывать в мудрости (307c3–4). Последний мотив – рабство – присутствует во втором примере речей Сократа, варианты которого встречаются также в «Евтидеме» Платона (280e3–281e2) и «Алкивиаде I» (117c6–e5), в «Воспоминаниях о Сократе» Ксенофонта (4.2.25–29) и в «Протрептике» Аристотеля (62–66). То, что не под силу, следует оставить другим или оставить в покое. Использование протрептики и протрептических мотивов в диалоге «Клитофон» призвано доказать, что явная протрептика неэффективна, и предпочтительнее неявная протрептика.
Справедливость
Как отмечает Слингс, справедливость является второстепенной темой в диалоге «Клитофон»; она используется прежде всего для демонстрации невежества Клитофона. В «Клитофоне» представлены концентрические определения результатов справедливости, где каждое последующее определение расширяет предыдущее, приближаясь к искомому объекту и приводя к апории – затруднению или недоумению. Однако в «Клитофоне» апория достигается преждевременно, до того как Сократ формулирует собственное определение. Первый набор определений результата справедливости заимствован из «Государства» I с некоторыми отличиями: в «Клитофоне» отсутствует понятие «выгодного» и «благоприятное» помещено в начало списка вместо конца. Второе определение – «дружба в государствах» – является распространенной концепцией в философской литературе IV века, однако Слингс возражает против того, чтобы дружба определяла результат справедливости, поскольку она сама является параллелью справедливости. В «Никомаховой этике» Аристотеля справедливость и дружба имеют один и тот же предмет и объект, и поэтому возрастают пропорционально (1159ab25–26, 1160a7–8). Что касается третьего определения, то Платон первым отверг представление о том, что справедливость заключается в нанесении вреда врагам и оказании помощи друзьям. Этот отказ обусловлен другим определением Сократа, согласно которому справедливость приносит пользу всем, однако это определение остается неразвитым. В конечном итоге, ни одно из этих определений не соответствовало критериям искусства, имеющего два результата.
Невежество Клитофона
Клитофон на протяжении всего диалога демонстрирует собственное невежество, будь то намеренно или нет. Наиболее важным для понимания диалога является его незнание речей Сократа, его методологии и, что особенно важно, незнание собственного невежества. Как отмечает Мур, Клитофон не понимает речей Сократа: он перефразирует их, вырывает из контекста и предполагает, что аудитория для этих выступлений была значительно больше, чем могла быть на самом деле. Возможно, Сократ использует протрептические речи, поскольку считает справедливость тождественной желанию быть справедливым, а значит, справедливость достигается посредством речи. Клитофон же полагает, что именно поступки и действия должны приводить к изменениям и делать человека справедливым. Это явное непонимание справедливости служит примером того, как Клитофон искажает смысл речей Сократа, ведь ответ на вопрос о том, как достичь справедливости, ему уже был дан. Не понимая речей Сократа, Клитофон не постигает и его методов. Клитофон пытается придать протрептическим речам Сократа практическую эффективность, хотя по своей природе они предназначены лишь для побуждения и формирования желания справедливости. Клитофон неправильно понимает сократический метод эленхоса – искусство ведения опроса и перекрестного допроса собеседников. Он пытается применить эленхос, когда допрашивал спутников Сократа, но его манера изложения беседы при пересказе Сократу оказывается слишком односторонней, сосредоточенной лишь на собственных ответах и перефразировке ответов других. Это приводит Брайана к тому, чтобы охарактеризовать диалог с Клитофоном как псевдодиалог, основанный на псевдоэленхосе. После беседы с Сократом о справедливости становится очевидно, что либо Клитофон не был подвергнут сократическому эленхосу, либо не осознал, что ему уже был дан ответ на вопрос о том, как достичь справедливости. Стремление Клитофона к тому, чтобы ему сказали, что думать, не делает его подходящим партнером для эленхоса. Главным препятствием и наиболее ярким примером невежества Клитофона является его неспособность осознать собственное невежество. Слингс, анализируя различные аспекты характера Клитофона, описывает его как бесцеремонного молодого человека, склонного к обороне при провокации. Это проявляется в его надменных заявлениях о знании речей и методов Сократа, а также в его нападках на Сократа. Желая обрести знания о том, как достичь справедливости для продвижения по политической лестнице, Клитофон понимает, что для получения желаемого ответа ему необходимо притвориться, что он впадает в апорию.
Исторический против литературного Сократа
Характер Сократа в диалоге затрудняет интерпретацию как самого диалога, так и молчания Сократа. Сократ, представленный в «Клитофоне», не обязательно отождествляется с историческим Сократом. В философских текстах IV века, относящихся к жанру logos Sokratikos, литературный образ Сократа играл значительную роль. Читателю необходимо дистанцироваться и воспринимать «Клитофон» как художественное произведение. Сократ используется как символ протрептики, что приводит к неверному толкованию диалога и значения его молчания. Образ Сократа в диалоге следует понимать как инструмент протрептики, а не как точное отражение исторической личности Сократа.
Молчание Сократа
Одним из самых загадочных аспектов диалога является молчание Сократа. «Клитофон», кажется, содержит критику в его адрес, однако никаких опровержений замечаниям Клитофона не последовало. Какой смысл, если таковой имеется, придает диалогу это молчание? Хейден Аусланд предполагает, что молчание Сократа может быть просто характерной чертой проторептического жанра. Это молчание оставляет диалог открытым, побуждая читателя задуматься о том, что могло произойти, и осмыслить сказанное. Молчание Сократа может также объясняться его неспособностью продвинуться дальше в обучении Клитофона. Как уже отмечалось, Клитофон не осознает своих недостатков и не понимает методов Сократа. Возможно, Сократ не в силах ему помочь. Разрыв между Сократом и Клитофоном становится очевидным и демонстрирует неспособность речи помочь Клитофону понять учение Сократа. Кроме того, молчание является платонической особенностью, позволяющей показать, кто такой Сократ, через демонстрацию того, кем он не является. Сократ предстает на фоне невежества Клитофона, подчеркивая различия между ними. Кремер отмечает, что Клитофон изображен как антипоэтический контрапункт Сократу. Диалог начинается с того, что Сократ говорит о себе и Клитофоне в третьем лице, что можно сравнить с юридическим заявлением. Далее следует, по сути, защита Клитофона. Важно отметить, что Сократ обещал ответить, поскольку заявил о готовности выслушать претензии Клитофона и извлечь из них урок. В том же духе Сократ стремится понять, как люди воспринимают его самого и его учение. Характерной чертой платонических диалогов является то, что Сократ внимательно слушает. В «Клитофоне» он выступает в роли слушателя для Клитофона, который берет на себя роль прямолинейного собеседника. Сократ также задает образец правильного поведения во время разговора, чего сам Клитофон не демонстрирует.
Подлинность
Многие древние авторы, такие как Диоген Лаэртский, утверждавший, что текст был взят непосредственно с руки Платона, цитировали «Клитофона». Переводы Фичино 1491 года и издания Платона, выпущенные типографией Альда Мануция в 1513 году, указывают на то, что «Клитофон» не принадлежит Платону. Эти утверждения основывались на греческих рукописях, в которых авторство «Клитофона» не было четко обозначено. В XIX веке ученые стали считать «Клитофон» апокрифом, поскольку он не соответствовал их субъективным представлениям о том, что можно отнести к платоновским произведениям. Предпринимались попытки доказать его подлинность, однако среди сторонников этой точки зрения до сих пор нет единого мнения относительно того, следует ли считать произведение фрагментом, завершенным и самостоятельным текстом или относящимся к «Государству».
Неправда
Отторжение "Клитофона" обусловлено как тематическими, так и филологическими причинами. Хайдель и другие полагали, что словарный запас, используемый в "Клитофоне", не характерен для Платона; однако этот аргумент был опровергнут Бруннеке, Кестером и Грубе. Язык Платона слишком разнообразен, а интерпретации стиля слишком субъективны, чтобы использовать язык как основание для признания "Клитофона" неаутентичным. Другой аргумент основан на антисократических настроениях, выраженных в диалоге. Поначалу сложно понять, почему Сократ подвергается критике со стороны своего ученика и последователя. Шлейермахер одним из первых предложил считать "Клитофона" апокрифом; признавая его включение в платоновский корпус, он не мог согласовать несократический дух диалога. Если "Клитофон" – подделка, то кто мог быть его автором? Слингс изначально заметил, что из-за стилистического сходства с произведениями Платона, диалог должен был быть написан его учеником. Шлейермахер полагал, что его написала современная школа риторики, создав этот диалог как атаку на Сократа.
Подлинная работа Платона
Иксэм первым подверг сомнению место Клитофона в альдинском издании 1513 года. Как уже упоминалось, существуют древние авторы, которые цитировали Клитофона и не выражали сомнений в его подлинности. Гроте утверждал, что безопаснее считать это произведение принадлежащим Платону, чем приписывать его другому автору.
Нападение Платона на Антистенеса
Бруннеке, Кестер и Суйльхэ полагают, что данный диалог представляет собой атаку на Антисфена. Исходя из того, что Диоген Лаэртский приписывает Антисфену три книги протрептических сочинений в своей "Жизни и мнения знаменитых философов" vi 16, "Клитофон" вполне может являться критикой Антисфена. Автор "Клитофона" использует одно из протрептических сочинений Антисфена и резюмирует его содержание. На протяжении всего "Клитофона" Платон принижает ценность протрептических речей. Это может служить объяснением того, почему Платон кажется антисократиком; он стремится косвенно осудить Антисфена, используя образ Сократа.
Фрагмент или черновик Платона
Многие полагают, что «Клитофон» — это фрагмент или черновик, написанный Платоном. Грубе считает, что «Клитофон» был черновиком Платона, отражающим его недовольство более ранними подходами, что соответствует тону, характерному для работ Платона среднего периода, но был оставлен в том виде, в каком он есть, о чем свидетельствует отсутствие редактуры. Бьюри полагал, что если «Клитофон» действительно написан Платоном, то он представляет собой фрагментарное предисловие к «Государству», с чем согласны Шори и Гроте. Однако Слингс отмечает, что ни один древний автор никогда не указывал на то, что «Клитофон» был неполным или незавершенным. В «Сравнительных жизнеописаниях» Плутарх, хорошо знакомый с «Клитофоном», упоминает, что жизнь Платона оборвалась до завершения его труда (32.2), а именно «Крития», а не «Клитофона»; это свидетельствует о том, что древние авторы считали «Клитофон» законченным произведением.
Завершенные работы Платона, связанные с Республикой
Ранее обсуждалось, что Грюб считал «Клитофона» не обязательно законченным произведением, а связанным с «Государством». Трасилл Мендесский, астролог Тиберия, включил «Клитофона» в Платоновский корпус вместе с «Государством», «Тимеем» и «Критием». Грюб полагал, что «Клитофон» представляет собой критику первой книги «Государства», а остальная часть «Государства» является ответом на него. Учитывая, что в «Государстве» Клитофон и Сократ находятся в конфликте без каких-либо объяснений, Орвин предположил, что «Клитофон» может быть недостающим столкновением между Сократом и Клитофоном. Возможно, «Клитофон» был написан после «Государства», и использует определения, содержащиеся в «Государстве». Однако, независимо от времени написания, его можно рассматривать как введение к «Государству», которое завершается только в нём.
Независимая завершенная работа Платона
Хотя существуют явные тематические связи с "Государством" в плане обсуждения справедливости, "Клитофон" затрагивает совершенно иные темы, касающиеся философских методов, что обуславливает его классификацию как самостоятельного произведения. Выше уже упоминалось, что "Клитофон" можно рассматривать как юридическое исследование, не связанное с другими диалогами. С другой стороны, Слингс определяет "Клитофон" как короткий диалог в соответствии со стандартами Мюллера. В таком понимании "Клитофон" используется для критики протрепсиса, поскольку сподвижники Сократа смогли усвоить лишь отдельные лозунги и мотивы, связанные со справедливостью, но не достигли полного её понимания. "Клитофон" также служит предупреждением о том, как не следует читать протрептические диалоги и об опасностях, связанных с их использованием для обретения прозрения. Клитофон не стремился к самостоятельному мышлению, а желал, чтобы Сократ указывал ему, что думать. В качестве альтернативы протрептической речи Слингс предполагает, что "Клитофон" отстаивает эленхос как путь к достижению добродетели и справедливости посредством достижения апории.