Введение

Blencoe v British Columbia (Human Rights Commission), [2000] 2 S. C. R. 307 является знаковым решением Верховного суда Канады относительно сферы действия статьи 7 Канадской хартии прав и свобод, а также принципа естественной справедливости в административном праве.

Предыстория

Робин Бленко несколько лет был министром правительства Британской Колумбии, когда Фрэн Янор публично заявила о сексуальных домогательствах и подала жалобу в Совет по правам человека Британской Колумбии (впоследствии – Комиссию по правам человека Британской Колумбии). Через несколько месяцев еще две женщины подали жалобы на сексуальные домогательства. Из-за задержек в проведении слушаний по делу жалобы не были рассмотрены в течение 30 месяцев после первой подачи в 1995 году. За это время Бленко подвергся массированной освещении в средствах массовой информации, что привело к краху его карьеры, а также к социальным и психологическим страданиям его и его семьи.

Мотивы суда

Судья Бастараш, от имени большинства, отклонил претензию Бленко и постановил, что трибунал должен продолжить работу.

Раздел 7

Судья Бастараш рассматривает применимость статьи 7. Он приходит к выводу, что статья 7 может распространяться "за пределы сферы уголовного права, по крайней мере, в тех случаях, когда имеются "государственные действия, которые непосредственно затрагивают систему правосудия и ее функционирование". Процесс анализа статьи 7, по словам Бастараша, состоит из двух этапов. Сначала необходимо установить, имело ли место нарушение права на жизнь, свободу или безопасность личности. Затем необходимо доказать, что такое нарушение противоречит принципам фундаментальной справедливости. Бастараш исследовал значение терминов "свобода" и "безопасность личности". "Свобода", по его мнению, связана с личной автономией. Она "затрагивается, когда государственное принуждение или запреты влияют на важные и основополагающие жизненные выборы". "Безопасность личности" касается психологического вреда. Необходимо установить, что государство причинило реальный психологический вред и повлекло за собой серьезные последствия. Рассмотрев доводы Бленко, Бастараш пришел к выводу, что нарушения свободы не было, поскольку задержка не повлияла ни на один основополагающий жизненный выбор. Также не было нарушения безопасности личности, поскольку вред был причинен обвинениями, а не самой задержкой, которая не оказала существенного влияния.

Административная задержка

Вопрос, поднятый Бастарашем, заключался в том, "может ли задержка в данном деле рассматриваться как лишение права на справедливое судебное разбирательство, даже если возможность ответчика получить справедливое слушание не была нарушена". Он отклонил предположение о несправедливости судебного процесса, поскольку не обнаружил доказательств того, что Бленко был лишен возможности представить полную защиту и возражения. Бастараш рассматривал, нарушает ли задержка принципы справедливого судебного разбирательства, причинив серьезный ущерб Бленко. Он пришел к выводу, что причиненный ущерб ограничивался личными тяготами и не был существенным. Далее он исследовал, может ли задержка нарушить принципы справедливого судебного разбирательства, подрывая авторитет Комиссии по правам человека. Суд отметил, что многие задержки были вызваны действиями Бленко или согласованы им. В результате авторитет Комиссии не был подорван.

Не согласен

Судья ЛеБель, выразив особое мнение, постановил о нарушении принципов административного права, однако не рассматривал это как вопрос, относящийся к Хартии прав и свобод.