Чарльз Мойер: Лидер рабочего движения в Америке

Введение

Американский профсоюзный деятель
Американский тренер по баскетболу

Чарльз Х. Мойер (1866 – 2 июня 1929) – американский профсоюзный деятель и президент Западной федерации шахтеров (Western Federation of Miners, WFM) с 1902 по 1926 год. Он руководил профсоюзом во время трудовых войн в Колорадо, был обвинен в убийстве бывшего губернатора штата Айдахо и был застрелен в спину во время ожесточенной забастовки на медных рудниках. Он также был одной из ключевых фигур в основании Индустриальных рабочих мира, хотя впоследствии он осудил эту организацию.

Ранние годы

О Мойере до 1893 года известно немного. Он родился вблизи города Эймс, штат Айова. Он посещал государственную школу, но бросил учебу после четвертого класса. В 1872 году Мойер отправился на Запад и устроился ковбоем в Вайоминге. В 1885 году он вернулся на Восток и поселился в Чикаго, штат Иллинойс. Он совершил ограбление и отбыл год в Иллинойской государственной тюрьме. После освобождения Мойер стал шахтером на руднике Homestake в Лиде, Южная Дакота, и вступил в профсоюз шахтеров Лид-Сити. В 1893 году профсоюз шахтеров Лид-Сити был одним из нескольких профсоюзов, которые образовали Западную федерацию шахтеров.

Колорадские войны трудящихся

Стремление Мойера к организации промышленных профсоюзов втянуло профсоюз в то, что стало известно как Колорадские трудовые войны. В августе 1902 года ВФМ организовала рабочих на мельницах в Колорадо-Сити, штат Колорадо. Работодатели внедрили шпиона в профсоюз, и 42 члена профсоюза были уволены. Переговоры об увольнениях затянулись до 1903 года. 14 февраля 1903 года ВФМ объявила забастовку. Работодатели заявили о беспорядках, и губернатор Джеймс Пибоди вызвал милицию Колорадо для подавления забастовки. Шахтеры в Криппл-Крик и Теллурайде также объявили забастовку, и милиция была развернута и в этих городах. В сентябре 1903 года начались массовые аресты, которые в конечном итоге сломили забастовку. Одним из арестованных был Мойер. Он отправился в Теллурайд, чтобы выразить протест против массовых арестов и депортации шахтеров. Там он подписал плакат ВФМ, осуждавший аресты. Мойер был арестован 28 марта 1904 года за надругательство над американским флагом. Он был освобожден под залог, но арестован на следующий день по приказу адъютанта-генерала Шермана Белла из государственной милиции по обвинению в "военной необходимости". Когда Мойер успешно добился выдачи ордера habeas corpus, генеральный прокурор штата Колорадо и местный окружной прокурор отказались его освободить. Мойер обжаловал решение в Верховный суд Колорадо. 6 июня 1904 года суд постановил, что он не может ставить под сомнение выводы губернатора о наличии восстания в Колорадо и о том, что Мойер не был арестован или заключен в тюрьму с нарушением его прав. Мойер обжаловал решение в окружной суд США по округу Миссури и получил ордер habeas corpus 5 июля 1904 года. Обеспокоенный ордером, губернатор Пибоди в тот же день отменил постановление о восстании и приказал освободить Мойера к 15:45 (до того, как федеральный ордер мог быть вручен). Мойер был освобожден, но его дело продолжилось в Верховном суде США. 18 января 1909 года Верховный суд США подтвердил решение Верховного суда Колорадо по делу "Мойер против Пибоди", 212 U. S. 78. Судья Оливер Венделл Холмс-младший, изложивший позицию большинства, отказался ставить под сомнение утверждения губернатора о фактах, которые привели к объявлению военного положения или основаниям для ареста Мойера. Придя к выводу, что добросовестность губернатора защитит конституционные права человека, Холмс постановил, что гражданские свободы Мойера не были нарушены.

Moyer's push for industrial union organizing involved the union in what came to be known as the Colorado Labor Wars. In August 1902, the WFM organized mill workers in Colorado City, Colorado. The employers planted a labor spy in the union, and 42 union members were fired. Negotiations over the dismissals dragged on into 1903. On February 14, 1903, the WFM struck. The employers claimed a riot was in progress, and Governor James Peabody called out the Colorado militia to suppress the strike. Miners in Cripple Creek and Telluride also struck, and the militia was deployed in those cities as well. Mass arrests began in September 1903 which finally broke the strike. One of those arrested was Moyer. He had gone to Telluride to protest the mass arrests and deportation of miners. While there, he lent his signature to a WFM poster decrying the arrests. Moyer was arrested on March 28, 1904, for desecrating the American flag. He was released on bail, but re arrested the following day on the orders of Adjutant General Sherman Bell of the state militia on charges of "military necessity". When Moyer successfully petitioned for a writ of habeas corpus, the Colorado State Attorney General and the local district attorney refused to release him. Moyer appealed to the Colorado Supreme Court On June 6, 1904, the court ruled in In re Moyer, 35 Colo. 163, that it could not question the governor's finding that insurrection existed in Colorado and that Moyer had not been arrested or imprisoned in violation of his rights. Moyer appealed to the U. S. District Court for the District of Missouri, and obtained a writ of habeas corpus on July 5, 1904. Alarmed by the writ, Governor Peabody revoked the finding of insurrection the same day and ordered Moyer released by 3:45 p. m. (before the federal writ could be served). Moyer was released, but his case continued to the U. S. Supreme Court. On January 18, 1909, the U. S. Supreme Court reaffirmed the decision of the Colorado Supreme Court in Moyer v. Peabody, 212 U. S. 78. Writing for the majority, Justice Oliver Wendell Holmes Jr. refused to question the governor's assertion of facts which led to the declaration of martial law or grounds for Moyer's arrest. Concluding that the governor's good faith would protect a person's constitutional rights, Holmes held that Moyer's civil liberties had not been infringed.

Суд над Хейвудом

В 1906 году Мойер был вовлечен в убийство Фрэнка Штуненберга, бывшего губернатора штата Айдахо. 30 декабря 1905 года Штуненберг, который конфликтовал с WFM во время нескольких забастовок, был убит взрывом в своем доме в Колдуэлле, штат Айдахо. Гарри Орчард, бывший член WFM, ранее служивший телохранителем Мойера, был арестован по подозрению в совершении преступления. Используя принуждение и запугивание (включая сокращенные порции еды и угрозы немедленной казни), агент Пинкертона Джеймс Макпарланд вытянул 64-страничное признание из Орчарда. В признании Мойер и другие лидеры WFM были названы подстрекателями к взрыву. Однако Мойер находился в Колорадо, а не в Айдахо. Власти Айдахо опасались, что признания Орчарда будут недостаточны для убеждения судьи выдать ордер на экстрадицию. Действуя в сговоре с руководителями правоохранительных органов, Макпарланд дал ложные показания, чтобы убедить судью выдать ордер на экстрадицию Мойера, ложно заявив, что Мойер находился в Айдахо во время убийства и скрывался от правосудия (по закону Айдахо соучастники считались присутствующими на месте преступления). Макпарланд прибыл в Денвер в четверг, 15 февраля, и вручил ордер на экстрадицию губернатору Колорадо Макдональду, который, по предварительной договоренности с губернатором Айдахо, немедленно его принял. Однако они дождались вечера субботы, чтобы арестовать Хейвуда, Петтигрю и Мойера, затем продержали их ночь в тюрьме Денвера и отказали в просьбах связаться с адвокатами и семьей. Рано утром в воскресенье заключенных посадили в специальный поезд, и под охраной Колорадской милиции их доставили в Айдахо. Несмотря на то, что события вызвали большие споры, Верховный суд США в конечном итоге подтвердил экстрадицию. Хейвуд и Петтибоун были оправданы в отдельных судебных процессах, после чего обвинения против Мойера были сняты. Он продвигал резолюции на съезде WFM, обязывающие профсоюз придерживаться тех же ограниченных законодательных целей, которые поддерживала AFL, таких как восьмичасовой рабочий день, запрет на детский труд и контроль за иммиграцией. Пол Бриссенден отметил недовольство WFM IWW в Джероме, штат Аризона, в 1913 году, объясняя некоторые трения тем фактом, что WFM становился более консервативным, заключая контракты с работодателями и сотрудничая с AFL, в то время как IWW становился более революционным. (IWW не начал заключать контракты с работодателями до 1938 года.) Наибольшая враждебность между двумя организациями возникла в Бутте, что привело к рабочих беспорядкам в Бутте, штат Монтана, в 1914 году. Когда Мойер отправился в Бутт, чтобы урегулировать разногласия между сторонниками WFM и диссидентской фракцией, симпатизирующей IWW, он едва успел покинуть здание профсоюза WFM, прежде чем диссиденты взорвали его динамитом. Мойер скрывался от толпы, пока не покинул город до рассвета следующего дня. Однако историк Мелвин Дубофски предлагает другую точку зрения. Например, в Миннесоте шахтеры объявили забастовку в 1916 году, чтобы отменить контрактную систему, обеспечить минимальную заработную плату и положить конец эксплуатации компанией. Они обратились в AFL и WFM, которые оба не отреагировали. Дубофски отмечает: "Штаб-квартира IWW была проинформирована о недовольстве работников накануне [забастовки], и IWW немедленно направила организаторов на место". Дубофски утверждает, что забастовка началась без участия IWW, и он описывает доказательства этого как "неопровержимые". К IWW обратились за помощью, и, по словам Дубофски, IWW "достигла своих целей не принуждением, а путем предоставления бастующим шахтерам руководства, средств и освещения в прессе". В то время как компании и пресса обвиняли IWW в отправке "внешних подстрекателей", М. Э. Шустерих, один из лидеров забастовки в Месаби-Рендж, попытался "расставить все по своим местам": эта забастовка не была начата IWW, но продолжается уже шесть лет. Мы обращались ко всем профсоюзным деятелям в Миннесоте с просьбой организовать шахтеров, но нас постоянно перенаправляли между Западной федерацией шахтеров и другими организациями, которые снова перенаправляли нас, пока шахтеры не взяли дело в свои руки и не ушли без организации. По словам марксистского историка Филиппа С. Фонера, вопросы социализма и промышленного профсоюза — и, в частности, AFL против IWW — обсуждались шахтерами Миннесоты с момента забастовки WFM в Месаби-Рендж в 1907 году. Фонер заключил, что в забастовке 1916 года "большинство финнов поддерживали I. W. W.". Независимо от причин упадка, WFM особенно сильно пострадала в горнодобывающей промышленности Мичигана и Аризоны, а также в оплоте WFM вокруг Бутте, штат Монтана.

In 1906, Moyer was implicated in the assassination of Frank Steunenberg, ex Governor of Idaho. On December 30, 1905, Steunenberg, who had clashed with the WFM during several strikes, was killed by an explosion at his home in Caldwell, Idaho. Harry Orchard, a former WFM member who had once acted as Moyer's bodyguard, was arrested for the crime. Using coercion and intimidation (including restricted food rations and threats of immediate execution), Pinkerton agent James McParland wrung a 64 page confession from Orchard. The confession named Moyer and other WFM leaders as the instigators of the bombing plot. But Moyer was in Colorado, not Idaho. Idaho authorities were concerned that Orchard's confession would not be enough to persuade a judge to issue extradition papers. Acting in concert with law enforcement leaders, McParland perjured himself to convince a judge to issue the extradition papers against Moyer, falsely representing that Moyer had been in Idaho at the time of the murder, and was a fugitive from justice (under Idaho law, conspirators were considered to be present at the scene of the crime.) McParland arrived in Denver on Thursday, February 15, and presented the extradition papers to Colorado Governor McDonald, who, by prior arrangement with the governor of Idaho, accepted them immediately. But they waited until Saturday evening to arrest Haywood, Pettigrew, and Moyer, then held the three overnight in the Denver Jail, and refused requests by the three to contact lawyers and family. Early Sunday morning the prisoners were put on a special train, and guarded by Colorado militia, were sped to Idaho. Although the events were very controversial, the extradition was ultimately upheld by the US Supreme Court. Haywood and Pettibone were acquitted in separate trials, after which charges against Moyer were dropped. He pushed resolutions through the WFM convention committing the union to the same limited legislative goals favored by the AFL such as the eight hour day, a ban on child labor, and controls on immigration. Paul Brissenden noted WFM dissatisfaction with the IWW in Jerome, Arizona in 1913, attributing some of the friction to the fact that the WFM was becoming more conservative, accepting contracts with employers and affiliating with the AFL, while the IWW was becoming more revolutionary. (The IWW would not begin to accept contracts with employers until 1938.) The greatest animosity between the two organizations occurred in Butte, and resulted in the Butte, Montana labor riots of 1914. When Moyer went to Butte to mediate differences between the WFM loyalists and a dissident faction sympathetic to the IWW, he barely escaped from the WFM union hall before dissidents destroyed the building with dynamite. Moyer hid from the mob until he left town before dawn the next morning. Historian Melvyn Dubofsky, however, offers a different perspective. In Minnesota, for example, the miners went on strike in 1916 to abolish the contract system, to secure a minimum wage, and to end exploitation by the company. They approached the AFL and the WFM, both of which failed to respond. Dubofsky notes, "IWW headquarters had been advised of employee discontent on the eve of the [strike] and the IWW instantly had organizers on the spot." Dubofsky states that the walkout occurred without IWW involvement, and he describes the evidence for this as "incontrovertible". The IWW was approached for help and, according to Dubofsky, the IWW "achieved its aims not by coercion but by giving the striking miners leadership, funds, and publicity." With the companies and the press accusing the IWW of sending "outside agitators", M. E. Shusterich, one of the Mesabi Range strike leaders, attempted to "set the record straight":

This strike was not started by the I. W. W., but has been underway the past six years. We have appealed to every labor official in Minnesota to have the miners on the range organized, but we have been shuttled back and forth between the Western Federation of Miners and other organizations who passed us on again until finally the miners took things into their own hands and went out without organization. According to Marxist historian Philip S. Foner, the issues of socialism and industrial unionism — and more specifically, the AFL vs. the IWW — had been debated by the Minnesota miners since the WFM's Mesabi Range strike of 1907. Foner concluded that in the 1916 strike, "Most of the Range Finns backed the I. W. W."

Whatever the reasons for the decline, the WFM was particularly hard hit in the copper mining industries of Michigan and Arizona, and in the WFM's stronghold around Butte, Montana.</blockquote>

Первоначальное участие в забастовке

Когда 23 июля 1913 года шахтеры Медной страны начали забастовку, Мойер находился на конференции в Европе, поэтому вице-президенту Чарльзу Э. Махони пришлось взять на себя руководство забастовкой до его возвращения в Медную страну. 22 августа, вскоре после возвращения в Денвер, Мойер обратился к президенту Американской федерации труда (AFL) Сэмюэлю Гомперсу с просьбой о финансовой помощи для забастовщиков из Мичигана. Через шесть дней Исполнительный совет AFL одобрил забастовку; он не стал вводить взносы для членов профсоюзов, но предложил немедленно выделить не менее пяти центов с каждого члена. В тот же день, когда Мойер писал Гомперсу, WFM отправил в Мичиган 25 000 долларов, доведя общую сумму до 36 000 долларов, которых должно было хватить до 12 сентября. В воскресенье днем, 31 августа, толпа в 2700 человек, из которых 800 – женщины и дети, в изнуряющую жару отправилась маршем к Palestra, названной «колоссальной печью», где Мойер призвал их продолжать утренние пикеты, заявив, что они имеют право мирно убеждать мужчин не выходить на работу. Он заверил их, что Исполнительный совет WFM полностью поддерживает их забастовку. Он заявил журналистам, что у WFM есть деньги всех видов, целые кучи. Он заверил забастовщиков в скором получении выплат: у WFM было 161 000 долларов «наличными»; с каждого члена WFM за сентябрь был установлен взнос в размере 2 долларов – по словам Мойера, с 90 000 членов, что вдвое превышало фактическое число членов. В сумму в 161 000 долларов включались кредиты, которые он надеялся получить, но он не сказал им об этом. Вместо этого он представил WFM как финансово устойчивую организацию, готовую и способную финансировать забастовку – характеристика, которая была далека от реальности. Забастовщики приняли резолюции с требованием проведения расследования в Сенате, протестуя против действий милиции и осуждая заместителей шерифа. Репортер газеты Mining Gazette назвал речь Мойера освежающим контрастом с «радикальной и яростно подстрекательской» риторикой Миллера и Махони. «Если бы там было еще несколько умеренных ораторов, таких как Мойер, многие считают, что у федерации был бы шанс добиться чего-то, поскольку другой тип словесных провокаций наносит ущерб организации», – заявил репортер. Мойер был многословным и не отличался ораторским мастерством, продолжил он, но он действительно представил «довольно убедительный аргумент с точки зрения WFM». Мойер сказал, что он поддерживает присутствие милиции в округе, но «губернатор должен отдать приказ разоружить всех этих головорезов и бандитов, посадить их в поезда и вывезти за пределы штата». Репортер отметил, что «в этом заявлении Мойер нашел поддержку у многих людей с обеих сторон забастовочного вопроса». Мойер и Дарроу предоставили Феррису письменные показания, в которых утверждалось, что люди Ваделла работают заместителями шерифа. Он зачитал телеграмму, отправленную Джеймсу А. Крузу, напоминая ему о требовании о постоянном проживании для заместителей шерифа, и сказал: «Круз знает закон, но в округе Кивинау у нас есть шериф, который ни с чем не может справиться. Шериф Хеппинг даже не может позаботиться о своей кошке». В середине сентября Мойер снова вернулся в округ для встречи со следователями Министерства труда. Он и Джон Браун Леннон, казначей AFL, выступили перед толпой в 2000 человек в Palestra 14 сентября. Мойер подчеркнул, что любое предложение об урегулировании забастовки должно признавать WFM.

When the Copper Country miners went out on strike on July 23, 1913, Moyer was at a conference in Europe, and so Vice President Charles E. Mahoney had to assume control of the strike until his return to the Copper Country. On August 22, soon after Moyer returned to Denver, he asked American Federation of Labor (AFL) President Samuel Gompers for financial aid for the Michigan strikers. Six days later the AFL Executive Council endorsed the strike; it did not assess affiliates but suggested an immediate appropriation of at least five cents per member. On that same day on which Moyer wrote to Gompers, the WFM sent $25,000 to Michigan, bringing the total to only $36,000 which had to suffice until September 12. On Sunday afternoon, August 31, a crowd of 2,700, 800 of them women and children, marched in sweltering heat to pack the Palestra, a "colossal oven," where Moyer encouraged them to continue early morning picketing, telling them they had the right to peacefully persuade men to stay away from work. The WFM Executive Board fully sanctioned their strike, he told them. He had told reporters that the WFM had all kinds of money, piles and stacks of it. He assured the strikers that benefits would be forthcoming: the WFM had $161,000 "in cash here"; an assessment of $2 had been levied for September on each WFM member—90,000 of them, Moyer had said, doubling the actual membership figure. The $161,000 had included the loans he hoped to procure, but he did not tell them that. Rather, he depicted a financially secure WFM, ready and able to finance the strike, a characterization that was most unreal. The strikers passed resolutions calling for a Senate investigation, protesting the militia, and denouncing the deputies. A Mining Gazette reporter termed Moyer's speech a refreshing change from the "radical . viciously inflammatory" oratory of Miller and Mahoney. Were there "a few more conservative talkers such as Moyer there might be a chance, many people believe, for the federation to accomplish something, for the other class of verbal bombs is reacting against the organization," the reporter stated. Moyer was long winded and not an effective orator, he continued, but he really made "a nice little argument from the WFM point of view." Moyer said that he favored having the militia in the district but that "the governor should order them to disarm all these thugs and gunmen, load them on trains and dump them without the confines of the state." The reporter commented that "in this statement Moyer has the approval of a great many people on both sides of the strike question." Moyer and Darrow gave Ferris affidavits claiming Waddell men were serving as deputies. He read the telegram he had sent James A. Cruse reminding him of the residency requirement for deputies, and he said: "Cruse knows what the law is but in Keweenaw County we have a sheriff that can take care of absolutely nothing. Sheriff Hepping [sic] cannot even take care of his cat." In mid September Moyer returned to the district once more, to confer with the Department of Labor investigators. He and John Brown Lennon, AFL treasurer, spoke to a crowd of 2,000 at the Palestra on September 14. Moyer emphasized that any proposal for ending the strike must recognize the WFM.

Декабрь 1913 года

Напряженность возросла после убийств Джейн Далли. Специальный прокурор округа Хоутон Джордж Э. Николс предупредил Мойера, что привлечет его к ответственности, если забастовщики нападут на парады Альянса. Сообщалось, что Мойер действовал «оперативно и достойно, объединившись с прокурором в попытке предотвратить подобное». Накануне собраний Мойер призвал забастовщиков в Ред-Джакете избегать насилия и заявил, что Альянс ищет любую возможность спровоцировать беспорядки. Организаторы Томас Стризич, Янко Терзич, Мор Оппман и Бен Гоггин перевели его обращение к забастовщикам. Мойер уведомил конгрессмена Уильяма Джозиа Макдональда и представителей AFL о том, что операторы шахт и Альянс объявили 10 декабря, что предоставят всем представителям организованного труда из других штатов двадцать четыре часа на отъезд, и что «в противном случае они будут выдворены из округа наиболее удобным и эффективным способом». Мойер призвал AFL максимально широко осветить этот вопрос и немедленно довести его до сведения президента Вудро Вильсона. Мойер также телеграфировал губернатору Феррису, что «операторы и другие, называющие себя сторонниками закона и порядка, угрожают депортировать или удалить из этого округа самыми быстрыми способами граждан других штатов, против которых не предъявлено никаких обвинений, кроме того, что они осмеливаются представлять интересы рабочих». Феррис немедленно посоветовал Николсу, что «граждане не должны применять насилие к гражданам Мичигана или любого другого штата. Всем должна быть обеспечена защита». Он приказал ему проконсультироваться с военными властями и обеспечить поддержание мира и правопорядка. Возвращение Мойера в медный район Мичигана после убийств Джейн Далли стало его пятой поездкой в Страну Меда во время забастовки и первой с октября. Это будет его самый продолжительный визит. Местные газеты публиковали имена «внешних подстрекателей», все еще находящихся в округе. С началом работы большого жюри для усиления юридического отдела WFM прибыл судья Оррин Н. Хилтон из Денвера. Мойер, один из первых свидетелей перед жюри, давал показания два дня. Жюри получило книги и записи местной организации WFM в Калумете, но лидеры Ахмика, как и в Саут-Рейндже, заявили, что их книги были отправлены в Денвер. Шериф Крус разместил в местных газетах объявления, осуждающие беззаконие, беспорядки и запугивание, и заявил, что Мойер был уведомлен о необходимости уважать право на труд и что каждый желающий работать будет защищен. Сотрудники правоохранительных органов, казалось, особенно внимательно следили за деятельностью лидеров забастовки. Гоггина «изгнали из Лауриума» после того, как свидетели опознали его как причастного к избиению жителей Калумета в Лауриуме некоторое время назад. 10 декабря судья Патрик Генри О’Брайен выдал судебный запрет адвокатам WFM, запрещающий членам Альянса вмешиваться в деятельность организаторов, членов или должностных лиц WFM. Торгово-промышленный совет Хоутона 11 декабря телеграфировал Феррису, выразив опасения по поводу кровопролития со стороны Альянса и попросив немедленно провести федеральное расследование ситуации.

Tensions grew following the Jane Dally murders. Special Houghton County Prosecutor George E. Nichols warned Moyer that he would hold him accountable if strikers attacked the Alliance parades. Moyer was said to have acted "promptly and creditably in joining with the prosecutor in an effort to prevent anything of that kind." The night before the meetings, Moyer told strikers at Red Jacket to avoid violence, and that the Alliance was looking for any opportunity to make trouble. Organizers Thomas Strizich, Yanko Terzich, Mor Oppman and Ben Goggin translated his message to the strikers. Moyer notified U. S. Representative William Josiah MacDonald and AFL officials that mine operators and the Alliance had announced on December 10 that they would give all representatives of organized labor from outside the state twenty four hours to leave and that "if they fail to do so, they [would] be sent out of the district in a manner most convenient and effective." Moyer urged the AFL to give this the greatest publicity and call it to the immediate attention of President Woodrow Wilson. Moyer also wired Governor Ferris that "operators and others, calling themselves law and order citizens, threaten to deport from this district or remove by the quickest possible means of citizens of other states against whom no charges have been made other than that they dare to represent labor." Ferris then advised Nichols at once that "citizens must not commit violence on any citizen of Michigan or of any other state . protection must be given to all alike." He commanded him to consult with military authorities and to see that peace and dignity were maintained. Moyer's return to the Michigan copper district in the wake of the Jane Dally murders marked his fifth trip to the Copper Country during the strike and his first since October. It would be his longest stay. Local newspapers printed names of "outside labor agitators" still within the district. As the grand jury started its work, Judge Orrin N. Hilton of Denver arrived to reinforce the WFM's legal staff. Moyer, one of the first witnesses before the jury, testified for two days. The jury got possession of the books and records of the Calumet WFM local, but the Ahmeek leaders, alike those over at South Range, claimed that their books had been sent to Denver. Sheriff Cruse placed notices in the local newspapers reviewing lawlessness, disorder, and intimidation and stating that Moyer had been notified that the right to work must be respected, and that every man who wanted to work would be protected. Law officers appeared to be especially vigilant of activities of the strike leaders. Goggin was "run out of Laurium" after witnesses identified him as being involved in the beating of Calumet men in Laurium some time previous. On December 10 Judge Patrick Henry O'Brien granted a writ of injunction to WFM attorneys restraining members of the Alliance from interfering with WFM organizers, members, or officers. The Houghton Trades and Labor Council wired Ferris on December 11 saying that it feared bloodshed from the Alliance and asked for an immediate federal investigation of the situation.

После трагедии в итальянском Зале

Мойер находился в Хэнкоке, штат Мичиган, когда узнал по телефону о трагедии в Итальянском зале. Он созвал собрание WFM в Рождество, на котором сформировал многоязычный комитет для консультаций с семьями погибших о подготовке к похоронам. Мойер объявил: «Западная федерация горняков похоронит своих погибших. Американское рабочее движение позаботится о родственниках умерших. Мы не примем никакой помощи от тех граждан, которые совсем недавно клеймили этих людей как нежелательных». Женщины из Гражданского альянса сталкивались с отказами в доме за домом. В одной особенно нуждающейся семье деньги приняли, но вернули их на следующий день. В большинстве домов люди говорили, что им велели принимать помощь только от членов профсоюза. Позже Мойер отрицал, что давал такие рекомендации, но факты говорили об обратном.

"Депортация"

Комитет помощи "Альянса граждан" впоследствии решил обратиться к Мойеру с просьбой выступить перед ними и объяснить ситуацию. Шериф Крус отклонил это предложение. Настроения в Калумете были настолько накалены, что Крус полагал, если Мойер "появится там даже под моей защитой, его подвергнут самосуду". Заголовки в "Mining Gazette" отражали эти настроения: "ПОКА СТРАНА МЕДНЫХ РУДНИКОВ ПЛАЧЕТ ПО СВОИМ ПОГИБШИМ, МОЙЕР ПЫТАЕТСЯ ИЗВЛЕЧЬ ВЫГОДУ ИЗ БЕДСТВИЯ" и "ИСПОЛЬЗУЕТ СМЕРТЬ ДЕТЕЙ В ИНТЕРЕСАХ СВОЕЙ ЗАБАСТОВКИ". Крус позвонил Мойеру и договорился о встрече с небольшим комитетом вечером 26 декабря в Хэнкоке. Крус хотел ограничиться небольшой группой, чтобы иметь возможность контролировать ситуацию, если вспыхнет гнев. На Мойера было совершено нападение – его избили и застрелили в спину люди, работавшие на владельцев шахт. В тот же вечер детективы из города Калумет сопроводили его, все еще истекающего кровью, к местному поезду и "выдворили" (то есть выгнали из города). Мойер обратился за медицинской помощью в Чикаго. Государственные и конгрессные расследования не смогли установить личности нападавших, и преступление осталось нераскрытым.

Выход на пенсию и смерть

Мойер не смог остановить падение численности членов профсоюза "Майн Милл". После ожесточенной внутренней борьбы Мойер и весь его исполнительный комитет подали в отставку в 1926 году. Мойер доживал в относительной безвестности до своей смерти. Он скончался в Помоне, Калифорния, 2 июня 1929 года.