Чёрный пень: Австралийское выражение и его происхождение.

Введение

Австралийское выражение. "Чёрный пень" – это австралийское выражение, обозначающее воображаемую границу, за которой страна считается отдалённой или нецивилизованной, абстрактный ориентир пределов освоенных земель. Происхождение этого выражения, особенно в его современном использовании как воображаемого ориентира в ландшафте, является предметом споров. Термин "Чёрный пень" использовался в качестве ориентиров на геодезических планах и впервые был упомянут как пограничный знак в судебном разбирательстве в Новом Южном Уэльсе, связанном с земельным спором. Дело касалось незастроенной земли в Вуллоомолу, где у геодезиста возникли трудности с определением границ из-за отсутствия плана времен губернатора Лахлана Маккуори. В ходе разбирательства было сказано: "…и он указал на несколько старых пней, которые, по его словам, были отмечены. Подсудимый не признал, что поперечная линия, обозначенная мной на плане, не являлась частью его границы. Он заявил, что она проходила до чёрного пня за этой линией, который, по его словам, также был отмечен. Он сказал, что линия должна была проходить где-то в этом районе. Максимальный предел, заявленный подсудимым, – это чёрный пень, о котором я говорил, и он не предъявлял никаких претензий за пределами дороги Саут-Хед".

Одна из теорий утверждает, что выражение произошло от использования чёрных пней в качестве ориентиров для путешественников. Другие объяснения связывают его с историческими событиями, связанными с местами или географическими объектами, в названиях которых присутствует фраза "чёрный пень". По крайней мере три австралийских региональных города заявляют, что выражение возникло в их окрестностях.

Этимология

Наиболее прозаическое объяснение происхождения выражения "черный пень" связано с тем, что обугленные огнем пни деревьев широко использовались в качестве ориентиров при указании дороги путешественникам, незнакомым с местностью. Раннее использование этого выражения встречается в сиднейском журнале Bulletin (31 марта 1900 года, с. 31), что подтверждает данную версию: "Бесконечные подробности о поворотах и низинах, большом дереве, заборе, изогнутом как нога, и черном пне". В романе "Ограбление с оружием в руках" ("Robbery Under Arms") Рольфа Болдревуда, впервые опубликованном в 1888 году, Черный Пень упоминается как реальное место "в разумном расстоянии от Батерста", известное всем в округе. Болдревуд описывает его как "огромное старое дерево железной коры, чей возраст никто не знал, но верхушку которого сломало грозой, а перевозчики разводили у его корней столько костров, что оно в конце концов погибло, и его бока стали черными, как дымовая труба парохода". Раффаэлло Карбони использовал выражение "черный пень" в своем описании восстания на Юрика-Стокаде, написанном в 1855 году, вероятно, имея в виду старую курительную трубку: "Пожалуйста, дайте мне дюжину затяжек моей черной пенью, и тогда я перейду к следующей главе". Очевидной связи между использованием этого выражения Карбони и его употреблением в качестве воображаемого ориентира в ландшафте не прослеживается. Вероятно, эволюция значения выражения "черный пень" – от реального ориентира к воображаемому – произошла в течение девятнадцатого века. Широко распространено мнение, что выражение закрепилось среди погонщиков и возчиков, работавших в региональных районах Австралии. В XIX веке погонщики играли важную роль в сельской экономике, перевозя шерсть и припасы на повозках, запряженных лошадьми или волами, постоянно перемещаясь по местности и обслуживая станции и поселения, удаленные от региональных транспортных узлов и городских центров. Если выражение "черный пень" вошло в австралийский разговорный язык в девятнадцатом веке, то до двадцатого века оно редко встречалось в австралийской литературе или газетных репортажах. По крайней мере, три города в региональной Австралии претендуют на звание родины "черного пня": Кула, Новый Южный Уэльс; Мерривагга и Ганбар в Новом Южном Уэльсе; и Блэколл в Квинсленде.

The most prosaic explanation for the origin of 'black stump' derives from the general use of fire blackened tree stumps as markers when giving directions to travellers unfamiliar with the terrain. An early use of the phrase from the Sydney journal Bulletin (31 March 1900, p. 31) seems to lend support to this explanation: "A rigmarole of details concerning the turns and hollows, the big tree, the dog leg fence, and the black stump". Robbery Under Arms, a fictionalised work by Rolf Boldrewood first published in 1888, refers to the Black Stump as an actual place "within a reasonable distance of Bathurst" and known to everybody for miles around. Boldrewood says it "had been a tremendous old Ironbark tree nobody knew how old, but it had had its top blown off in a thunderstorm, and the carriers had lighted so many fires against the roots of it that it had been killed at last, and the sides were as black as a steamer's funnel." Raffaello Carboni used the phrase 'black stump' in his account of the Eureka Stockade uprising which he wrote in 1855, probably referring to a well worn pipe: "Please, give me a dozen puffs at my black stump, and then I will proceed to the next chapter". There appears to be no obvious link between the use of the phrase by Carboni and the expression being used as an imaginary marker in the landscape. The evolution of meaning of the phrase 'black stump', from the real to an imaginary marker of landscape, probably occurred during the nineteenth century. There is a widespread belief that the expression took root amongst carriers or teamsters that operated in the regional districts of Australia. Carriers were an integral part of the rural economy during the nineteenth century; they transported wool and supplies by drays drawn by horse or bullock teams, travelling constantly across the landscape servicing stations and settlements distant from regional transport hubs and urban centres. If the use of the expression 'black stump' entered the Australian vernacular in the nineteenth century, it rarely appeared in Australian literature or newspaper reports until the twentieth century. At least three towns in regional Australia claim to be home to the 'black stump': Coolah, NSW; Merriwagga and Gunbar in NSW; and Blackall in Queensland.

Кула, Новый Южный Уэльс

Район к северу от современного Кулаха местные аборигены называли «Виталиба Валлаган», что, по-видимому, означает «место, где огонь погас, оставив обгорелый пень». В попытке контролировать расселение колонии Новый Южный Уэльс губернатор Дарлинг издал в 1829 году постановления, ограничивающие заселение колонии землями в пределах девятнадцати округов вокруг Сиднея. В этих постановлениях были определены «пределы заселения», и утверждается, что эта граница проходила «вдоль приблизительного расположения трассы «Чёрный пень»» (находящейся к северо-западу от современного Кулаха). Земли к северу от этой части границы губернатора Дарлинга (как утверждается) стали описываться как «за Чёрным пнём». Это ставит вопрос: была ли трасса «Чёрный пень» занята к 1829 году (или, по крайней мере, к середине 1830-х годов)? «Пределы заселения» Дарлинга были недолговечной концепцией; в 1836 году губернатор Бурк разрешил лицам, занимающим земли за пределами девятнадцати округов, получать ежегодные лицензии для легализации своей деятельности, и «пределы заселения» официально утратили свою актуальность. В списке лиц, получивших лицензии на выпасание скота за пределами пределов заселения в округе Блай за год, заканчивающийся 30 июня 1847 года, содержится запись «Launt Joseph – Чёрный пень». Архивные исследования могут предоставить более ранние упоминания. В мае 1851 года Джеймс М'Каббин из Кулаха опубликовал объявление, предупреждающее о несанкционированном проникновении скота или людей на его трассу «Чёрный пень» в округе Блай. К 1885 году трасса «Чёрный пень» была объединена с трассой «Квинсборо» в пасторальное хозяйство «Квинсборо» площадью около 46 000 акров. Название сохранилось в местном употреблении, и в настоящее время в окрестностях первоначальной трассы есть три названия мест, утвержденных Советом по географическим названиям Нового Южного Уэльса, а именно: Black Stump Graveyard/Cemetery (Кладбище/Мемориальное кладбище Чёрный пень), Black Stump Creek (Ручей Чёрный пень) и Black Stump Resting Place (Место отдыха Чёрный пень). По-видимому, возчик по имени Джон Хиггинс занял землю в окрестностях трассы «Чёрный пень» (возможно, в начале 1860-х годов, когда земельные законы Робертсона разрешили выбор земли). Хиггинс построил в 1860-х годах трактир, который назвал «The Black Stump Inn», расположенный на перекрестке дорог, ведущих в Гуннедах и Куонабаран. Позже трактир стал винным салоном «Black Stump Wine Saloon» и был уничтожен пожаром в 1908 году. Предполагается, что салон был важным перевалочным пунктом для путешественников на северо-запад Нового Южного Уэльса и стал ориентиром, по которому люди определяли расстояние своего пути.

The area just north of present day Coolah was known by local Aboriginal peoples as 'Weetalibah Wallangan', apparently meaning "place where the fire went out and left a burnt stump". In an attempt to control the settlement patterns of the colony of New South Wales Governor Darling issued regulations in 1829 limiting settlement in the colony to land within the Nineteen Counties surrounding Sydney. The regulations defined the "limits of location", and it is claimed this boundary passed "along the approximate location of the Black Stump Run" (located just north west of present day Coolah). Land to the north of this part of Governor Darling's boundary (it is asserted) began to be described as "beyond the Black Stump". This raises the question: had the Black Stump Run been taken up by 1829 (or at least by the mid 1830s)? Darling's "limits of location" was a short lived concept; in 1836 Governor Bourke allowed individuals occupying lands beyond the Nineteen Counties to obtain annual licenses to legitimise their activities and the "limits of location" became officially irrelevant. In a list of persons who obtained licences to depasture stock beyond the limits of location in the district of Bligh for the year ending 30 June 1847 appears the entry "Launt Joseph The Black Stump". Archival research may produce earlier references. In May 1851, a notice was published by James M'Cubbin of Coolah, warning against trespassing by cattle or persons on his run "The Black Stump" in the district of Bligh. By 1885, the Black Stump run had been consolidated with the Queensborough run into the Queensborough Pastoral Holding of some 46,000 acres. The name lived on in local usage, and there are currently three place names in the vicinity of the original run approved by the Geographical Names Board of New South Wales, i. e. Black Stump Graveyard/Cemetery, Black Stump Creek and Black Stump Resting Place. Apparently a teamster named John Higgins took up land in the vicinity of the Black Stump Run (possibly in the early 1860s when Robertson's Land Bills allowed land selection to occur). Higgins built an inn in the 1860s which he called The Black Stump Inn, located at the junction of roads leading to Gunnedah and Coonabarabran. The inn later became the Black Stump Wine Saloon and was destroyed by fire in 1908. It has been suggested that the saloon was an important staging post for traffic to north west New South Wales and it became a marker by which people gauged their journeys.

Мерривагга / Гунбар, Новый Южный Уэльс

Деревня Мерривагга и близлежащее поселение Гунбар в районе Риверина штата Новый Южный Уэльс имеют серьезные основания считать себя местом происхождения выражения "черный пень". На кладбище Гунбар похоронена миссис Барбара Блейн, женщина, чья случайная смерть в марте 1886 года, возможно, дала начало этому термину. Муж Барбары Блейн, Джеймс, был извозчиком или погонщиком, базировавшимся в городе Хей. В марте 1886 года Джеймс и Барбара Блейн вместе с другими извозчиками остановились для ночлега на сосновом холме на станции "Гунбар". Джеймс и другие мужчины ушли загружать столбы на свои повозки, а Барбара начала готовить ужин. Когда они вернулись, мужчины обнаружили, что миссис Блейн смертельно обожжена, вероятно, после того как ее платье загорелось от пламени костра. Барбара Блейн была похоронена на близлежащем кладбище Гунбар, и впоследствии было проведено расследование ее смерти. Джеймс Блейн, по всей видимости, сказал, что когда он нашел свою жену, она "выглядела как черный пень" (возможно, в качестве части его показаний на допросе). Место для водопоя недалеко от места трагедии – примерно на полпути между Гунбаром и деревней Мерривагга – стало известно как "Черный Станк". На территории для пикников "Черный Пень" в Мерривагге установлена повозка и мемориальный камень с надписью, в которой изложены подробности этих событий.

Блэколл, Квинсленд

Город Блэколл, Квинсленд, выдвигает следующее утверждение относительно происхождения этого выражения. В 1887 году группа геодезистов прибыла в Блэколл (вблизи центра Квинсленда, на расстоянии более 1000 километров к западу от Брисбена) и основала на этом месте астрономическую станцию для проведения геодезических измерений с целью установления главной меридиональной траверсы вокруг города. Пни и другие подходящие устойчивые площадки часто использовались вместо штатива, поскольку они обеспечивали большую устойчивость для тяжелых теодолитов, применяемых для проведения продольных и широтных наблюдений. Окаменевший пенек дерева, отмечающий местоположение первоначальной астрономической станции, находится на памятнике на улице Тистл рядом с государственной школой Блэколл. Этот окаменевший пенек заменил первоначальный почерневший деревянный пенек, который был уничтожен пожаром.

Современная культура

Beyond the Black Stump – это синдицированный комикс, в котором персонажами являются австралийские аборигенные животные. Он публикуется в газетах по всей Австралии, включая The Courier Mail в Брисбене, штат Квинсленд. Фестиваль музыки и искусства Black Stump был четырехдневным христианским фестивалем, проходившим в районе Большого Сиднея в длинные выходные, связанные с Днем труда, обычно в первые выходные октября, с 1985 по 2014 год. В Аделаиде Центр Гренфелла, самое высокое здание города в 1970-х годах, прозвали "черный пень". Сеть ресторанов также работала под этим названием, предлагая популярные австралийские блюда, с филиалами, простиравшимися вплоть до Гонконга. В Соединенном Королевстве Laithwaite Wines продает купаж дюриф и шираз от Casella Wines под названием "Black Stump".