Введение

Рассказ Дж. Р. Р. Толкина "Лист Ниггла" — короткий рассказ, написанный Дж. Р. Р. Толкином в 1938–1939 годах и впервые опубликованный в журнале Dublin Review в январе 1945 года. Он был перепечатан в книге Толкина "Дерево и лист" и в нескольких последующих сборниках. Вопреки утверждению Толкина о его неприятии аллегории в любой форме, рассказ является аллегорией его собственного творческого процесса и, в определенной степени, его собственной жизни, следуя структуре «Чистилища» Данте. В нем также выражена его философия божественного творения и человеческого сотворчества. Идея рассказа пришла к нему во сне.

Контекст

Дж. Р. Р. Толкин был исследователем английской литературы, филологом и медиевистом, интересовавшимся языком и поэзией Средних веков, особенно англосаксонской Англии и Северной Европы. Его профессиональные знания, в том числе работ, таких как «Беовульф», повлияли на создание его вымышленного мира Средиземья, включая его роман-эпопею «Властелин колец».

Краткое содержание сюжета

В этой истории художник по имени Ниггл живет в обществе, которое не ценит искусство. Работая лишь для собственного удовольствия, он рисует полотно с изображением огромного дерева и леса на горизонте. Он вкладывает в каждый лист своего дерева навязчивое внимание к деталям, делая каждый лист неповторимо красивым. Ниггл в итоге выбрасывает все свои другие работы или прикрепляет их к основному полотну, которое становится единым, масштабным воплощением его замысла. Однако повседневные заботы постоянно мешают Нигглу уделять своему творчеству должное внимание, поэтому оно остается незавершенным и не полностью реализованным. В глубине души Ниггл знает, что его ждет важное путешествие, и он должен к нему подготовиться, но его сосед, садовник по имени Париш, часто заходит с просьбами о помощи. Париш хромает, его жена больна, и ему действительно нужна поддержка. Ниггл, будучи добрым человеком, находит время, чтобы помочь, но и не горит желанием, так как предпочитает работать над своей картиной. У Ниггла есть и другие неотложные дела, требующие его внимания. Затем Ниггл простужается, выполняя поручения для Париса под дождем. В конце концов, Ниггл вынужден отправиться в путешествие, от которого не может отказаться. Он не подготовился, и в результате поездка идет не по плану, и он попадает в своего рода учреждение, где вынужден ежедневно выполнять тяжелую, рутинную работу. В доме, в который он не может вернуться, картина Ниггла остается заброшенной, используется для починки крыши и почти уничтожена (за исключением одного идеального листа, упомянутого в названии истории, который помещают в местный музей). Со временем Ниггла освобождают из учреждения и отправляют в место "для легкого лечения". Он обнаруживает, что это новое место – страна дерева и леса с его великой картины. Это место – истинное воплощение его видения, а не несовершенная и незавершенная версия на полотне. Ниггл воссоединяется со своим старым соседом Паришем, который теперь доказывает свою ценность как садовник, и вместе они делают дерево и лес еще прекраснее. Наконец, Ниггл отправляется дальше и глубже в лес, а затем и в величественные горы, которые лишь смутно виднелись на его картине. Долгое время после того, как Ниггл и Париш отправились в свои путешествия, место, которое они создали вместе, становится пунктом назначения для многих путников, прежде чем они отправятся в свое последнее путешествие в горы, и оно получает название "Паришь Ниггла".

История публикаций

"Лист Ниггла" был впервые опубликован в журнале "Dublin Review" в 1945 году. Впервые в виде книги он был опубликован в 1964 году вместе с эссе "О сказках" в сборнике Tree and Leaf. Он был переиздан в сборниках "The Tolkien Reader" (1966), "Poems & Stories" (1980), "A Tolkien Miscellany" (2002) и "Tales from the Perilous Realm" (2021).

О путешествии смерти

Ученый-толкинист и коллега-филолог Том Шиппи категорически утверждает, что рассказ "вполне определенно" является аллегорией, и что его первые слова напомнят "каждому специалисту по англосаксонской культуре" начальные строки древнеанглийской поэмы "Песнь о смерти Беды". Эти строки, по его словам, уподобляют смерть путешествию, намекая читателю продолжать проводить подобные "аналогии" между вещами в мире и элементами рассказа; и далее, что читатель должен интерпретировать рассказ именно таким образом, где каждая мельчайшая деталь точно и занимательно вписывается в заданный образец. Религиозная интерпретация может привести к выводу, что аллегория "Лист Ниггла" отражает жизнь, смерть, чистилище и рай. Ниггл не подготовлен к неизбежному путешествию, как часто бывает с людьми перед лицом смерти. Его пребывание в учреждении и последующее открытие Дерева символизируют чистилище и небеса; Себастьян Ноулз пишет, что рассказ "воссоздает структуру и мельчайшие детали 'Чистилища' Данте". Майкл Милберн утверждает, что взгляд Чарльза Уильямса на Данте как на романтическую теологию – которую Милберн определяет как серьезную теологию романтических переживаний, включая романтическую любовь – применим и к рассказу Толкина. Данте, пишет он, имеет "великолепное видение" Беатриче, которое "такое же реальное", как и сама Беатриче.

Жизнь Толкина

В автобиографической интерпретации Толкин отождествляет себя с Нигглом – как в повседневных, так и в духовных вопросах. Толкин был болезненно сосредоточен на своем творчестве, бесконечных редакциях, стремлении к совершенству формы и "реалистичности" придуманного им мира, его языков, хронологии, самого его существования. Подобно Нигглу, Толкин отказывался от других проектов или включал их в свое "Древо" – Средиземье. Как и Ниггл, Толкин сталкивался с множеством дел и обязанностей, отвлекавших его от любимой работы; Шиппи перечисляет несколько элементов аллегории в "Листе Ниггла". + Анализ Тома Шиппи "Листа Ниггла" как аллегории жизни Толкина.

Элемент истории жизни Толкина | Аспект жизни Толкина
Ниггл, художник | Толкин, писатель
"Лист" Ниггла | "Хоббит", опубликованный в 1937 году
"Дерево" Ниггла | "Властелин колец", над которым Толкин работал во время написания "Листа Ниггла"
"Страна", открывающаяся из него | Средиземье
"Другие картины, прикрепленные к краям его великой картины" | Стихи и другие произведения Толкина, которые он интегрировал в свой роман
"Картофель", принесенный в жертву "живописи" | Исследования в области средневековой литературы, принесенные в жертву "Властелину колец"

Создания и суб-создания

"Лист Ниггла" также можно интерпретировать как иллюстрацию религиозной философии Толкина о творении и подтворении. В этой философии истинное творение является исключительной прерогативой Бога, а те, кто стремится к созиданию, могут лишь создавать отголоски (благое) или пародию (злое) на истину. Подсоздание произведений, отражающих истинные творения Бога, – один из способов, которым смертные воздают честь Богу. Эта философия проявляется и в других работах Толкина, особенно в "Сильмариллионе", где один из Валар, Моргот, создает расу орков как мерзкую пародию на эльфов. Другой Вала, Ауле, создает расу гномов как акт подтворения, прославляющий Эру Илуватара (аналог Бога в произведениях Толкина), который Эру принимает и воплощает в реальность, подобно тому, как дерево Ниггла обретает реальность. Стремление Ниггла к истине и красоте (творениям Бога) находит отражение в его великой картине. После смерти Ниггл получает награду – воплощение своего стремления; или, альтернативно, дерево Ниггла всегда существовало, и он лишь отразил его в своем искусстве. С точки зрения метанарратива, Арда Толкина сама по себе является подтворением, призванным воздать должное истинным историям реального мира. Таким образом, "Властелин колец", несмотря на отсутствие явных религиозных элементов, может быть истолкована как глубоко религиозное произведение.

Сюрреалистическая память о сновидениях

Майкл Орган, пишущий в журнале Tolkien Research, отмечает, что Толкин заявил в письме, что история явилась ему однажды утром в 1939 году, незадолго до начала Второй мировой войны, когда он проснулся с историей, которую он назвал "той странной вещью", в его сознании "практически" завершенной. Орган описывает рождение "Leaf by Niggle" как "порыв деятельности", напоминающий автоматическое письмо, "популяризованное сторонниками дадаизма и сюрреализма" в начале XX века.

Визуальные образы

Джеффри МакЛеод и Анна Смол пишут в "Мифлоре", что, хотя Толкин определяет подсоздание "в лингвистических терминах", он часто связывает такое словесное творчество с визуальными образами. Например, в своем стихотворении "Митопоэя" он упоминает "письмо и лиминг, насыщенные разнообразными красками", которые они интерпретируют как "письмо и рисунок, алфавит и изображение, лингвистическая и визуальная стороны, представленные вместе". Подобным образом, они отмечают, что в "Листе Ниггла" аллегория использует образ живописца. В своей жизни Толкин совмещал написание художественной литературы со своим искусством, а сам воображение определял как "ментальную способность к созданию образов".