Введение

Художественный прием представления обыденных вещей в непривычном или странном виде. Дефамилиаризация, или остранение, – это художественный прием представления аудитории обычных вещей в непривычном или странном свете, чтобы зрители могли получить новые взгляды и увидеть мир иначе. Согласно русским формалистам, которые ввели этот термин, это центральная концепция искусства и поэзии. Эта концепция оказала влияние на искусство и теорию XX века, затронув такие направления, как дадаизм, постмодернизм, эпический театр, научная фантастика и философия; кроме того, она используется как тактика современными движениями, например, культурологическим саботажем.

В романтической поэзии

Эта техника встречается в английской романтической поэзии, особенно в поэзии Уордсуорта, и была определена следующим образом Сэмюэлем Тейлором Колриджем в его «Biographia Literaria»: «Сохранять чувства детства, перенося их в зрелую силу; сочетать детское чувство удивления и новизны с тем, что повседневность, возможно, сорока лет, сделала привычным – вот сущность и привилегия гения». До формулировки Колриджа обратился немецкий поэт и философ-романтик Новалис: «Искусство отчуждения в определенном смысле, представляющее предмет как чуждый, но в то же время знакомый и манящий – вот что такое романтическая поэтика».

В русской литературе

Чтобы проиллюстрировать, что он подразумевает под остранением, Шкловский приводит примеры из Толстого, который, по его словам, использовал эту технику в своих произведениях: "Например, рассказчик в 'Холстомере' – это лошадь, и именно точка зрения лошади (а не человека) делает содержание истории непривычным". Как русский формалист, многие примеры Шкловского используют русских авторов и русские диалекты: "И в настоящее время Максим Горький меняет свой слог со старого литературного языка на новый литературный разговорный язык Лескова. Таким образом, обычная речь и литературный язык поменялись местами (см. работы Вячеслава Иванова и многих других)". Остранение также включает использование иностранных языков в произведении. В то время, когда Шкловский писал, происходило изменение в использовании языка как в литературе, так и в повседневной русской речи. Как говорит Шкловский: "Русский литературный язык, который изначально был чужд России, настолько проник в язык народа, что смешался с их разговорной речью. С другой стороны, в литературе сейчас наблюдается тенденция к использованию диалектов и/или варваризмов". Повествовательные сюжеты также могут быть остранены. Русские формалисты различали фабулу, или исходный материал повествования, и сюжет, или оформление этого материала в конкретный сюжет. Для Шкловского сюжет – это остраненная фабула. Шкловский приводит роман Лоуренса Стерна «Тристам Шенди» в качестве примера истории, остраненной непривычной структурой. Стерн использует временные сдвиги, отступления и нарушение причинно-следственных связей (например, представляя следствия до причин), чтобы замедлить способность читателя восстановить (привычный) ход событий. В результате, сюжет делает фабулу странной.

Необычный

Влияние русского формализма на искусство и культуру двадцатого века во многом обусловлено литературным приемом остранения, или «деланием незнакомым», и также связано с фрейдовским понятием «ужасного». В работе «Das Unheimliche» («Чужое») Фрейд утверждает, что «ужасное – это класс пугающего, который возвращает к давно известному и привычному», однако это не страх перед неизвестным, а скорее ощущение чего-то одновременно странного и знакомого. Связь между остранением и «ужасным» проявляется в размышлениях Фрейда о технике литературного «ужасного»: «Действительно, писатель вначале создает в нас своего рода неопределенность, намеренно не давая понять, ведет ли он нас в реальный мир или в чисто фантастический мир собственного вымысла». Когда «писатель притворяется, что действует в мире обычной реальности», он может помещать сверхъестественные события, такие как оживление неодушевленных предметов, в повседневную реальность современного мира, вызывая у читателя ощущение отчуждения и провоцируя чувство «ужасного».

Эффект отчуждения

Дефамилиаризацию связывают с поэтом и драматургом Бертольтом Брехтом, чей эффект отчуждения ("Verfremdungseffekt") был мощным элементом его театральной практики. Фактически, как отмечает Виллетт, "Verfremdungseffekt" – это "перевод фразы русского критика Виктора Шкловского "Прием остранения", или "прием, делающий вещи странными"". Брехт, в свою очередь, оказал значительное влияние на художников и кинематографистов, включая Жана-Люка Годара и Ивонн Райнер. Критик научной фантастики Саймон Шпигель, определяющий дефамилиаризацию как "формальный риторический прием, превращающий привычное в странное (в понимании Шкловского)", разграничил его с эффектом отчуждения Брехта. По мнению Шпигеля, отчуждение – это эффект, производимый на читателя, который может быть вызван дефамилиаризацией или намеренной переконтекстуализацией знакомого.