Враг всего человечества: правовой статус преступников вне закона.

Введение

Юридический термин для преступников, лишенных какой-либо правовой защиты. Hostis humani generis (лат. «враг человечества») — это юридический термин, возникший в адмиралтейском праве. До принятия норм международного публичного права пираты и работорговцы обычно считались вне пределов правовой защиты и, следовательно, могли быть привлечены к ответственности любым государством, даже не подвергшимся непосредственному нападению. Данное понятие сопоставимо с прецедентным правом "письма о вне закона", которое объявляло человека вне защиты закона, буквально изгоем, подлежащим насилию и казни кем угодно. Схожими также могут быть древнеримская концепция проскрипции и статус homo sacer, связанный с проскрипцией.

Предыстория

Возможно, самым старым из морских законов является запрет пиратства, поскольку угроза нападения пиратов, не связанных национальной принадлежностью, разделяется судами и моряками всех государств и, таким образом, представляет собой преступление против всех наций. С античных времен пираты считались лицами, ведущими частную войну, частную кампанию грабежа и насилия, не только против своих жертв, но и против всех государств, и, следовательно, лица, занимающиеся пиратством, обладают особым статусом, признаваемым как *hostis humani generis* – враг человечества. Поскольку пиратство в любом месте представляет опасность для каждого моряка и судна в мире, считается универсальным правом и универсальной обязанностью всех государств, независимо от того, подвергались ли их корабли нападению конкретной банды пиратов, захватывать, судить в регулярно сформированном военном или адмиралтейском суде (в исключительных случаях – посредством военного суда, созванного офицерами захватившего судна) и, в случае признания виновным, казнить пирата через повешение с реи захватившего судна, что является общепринятым морским обычаем. Хотя некоторые государства в определенные периоды применяли немедленное наказание на поле боя к пиратам, оно считалось нерегулярным (но законным, если ослабление надлежащей правовой процедуры было обусловлено острой военной необходимостью), поскольку лица, захваченные вместе с пиратами, потенциально могли иметь защиту от обвинений в пиратстве, например, принуждение. Так, в начале 1831 года 250 членов экипажа, захваченных у острова Вознесения, были доставлены туда и немедленно повешены, поскольку они действовали мятежно и угрожали свергнуть 30-членный экипаж британского военного шлюпа, захватившего их в плен. Поскольку в данном случае немедленное наказание было обусловлено военной необходимостью, имелись явные доказательства преступления, и оно было приведено в исполнение в непосредственной близости по времени и месту от места столкновения, его можно классифицировать как просто нерегулярное, а не как нарушение морского обычая. Вместо этого эти преступления, наряду с терроризмом, пытками, преступлениями против лиц, находящихся под международной защитой, и финансированием терроризма, подпадают под принцип *aut dedere aut judicare* (то есть преследовать или выдать). В нынешней глобальной обстановке международного терроризма некоторые эксперты призывают относиться ко всем террористам как к *hostis humani generis*. Другие эксперты, такие как Джон Ю, призывают к расширению этой гипотетической связи *hostis humani generis* от пиратов до угонщиков, от террористов до «незаконных комбатантов». Незаконные комбатанты, или лица, захваченные в плен во время войны, которые не сражаются от имени признанного суверенного государства, становятся все более распространенным явлением в современных войнах, таких как война в Афганистане, война в Ираке, чеченские войны и гражданская война в Сирии.

Perhaps the oldest of the laws of the sea is the prohibition of piracy, as the peril of being set upon by pirates, who are not motivated by national allegiance, is shared by the vessels and mariners of all nations, and thus represents a crime upon all nations. Since classical antiquity, pirates have been held to be individuals waging private warfare, a private campaign of sack and pillage, against not only their victims, but against all nations, and thus, those engaging in piracy hold the particular status of being regarded as hostis humani generis, the enemy of humanity. Since piracy anywhere is a peril to every mariner and ship everywhere, it is held to be the universal right and the universal duty of all nations, regardless of whether their ships have been beset by the particular band of pirates in question, to capture, try by a regularly constituted court martial or admiralty court (in extreme circumstances, by means of a drumhead court martial convened by the officers of the capturing ship), and, if found guilty, to execute the pirate via means of hanging from the yard arm of the capturing ship, an authoritative custom of the sea. Although summary battlefield punishment was conducted by certain nations at certain times with regard to pirates, it was regarded as irregular (but lawful if the attenuation of due process was dictated by urgent military necessity), as individuals captured with pirates could potentially have a defense to charges of piracy, such as coercion. For instance, in early 1831, the 250 strong crew captured off Ascension was brought to Ascension and summarily hanged, as they were acting in a rebellious manner and threatening to overthrow the 30 man crew of , a British sloop of war, which took them captive. As the summary punishment, in this case, was due to military necessity, there was clear evidence of the offense, and it was done proximate in time and location to the battlefield, it can be classified as merely irregular, and not a violation of the custom of the sea. that they should be. Instead these crimes, along with terrorism, torture, crimes against internationally protected persons and the financing of terrorism are subject to the aut dedere aut judicare principle (meaning prosecute or extradite). In the current global climate of international terrorism some commentators have called for terrorists of all sorts to be treated hostis humani generis. Other commentators, such as John Yoo, have called for the extension of this hypothetical connection of hostis humani generis from pirates to hijackers to terrorists all the way to that of "unlawful enemy combatants". Unlawful enemy combatants, or persons captured in war who do not fight on behalf of a recognized sovereign state, have become an increasingly common phenomenon in contemporary wars, such as the War in Afghanistan, Iraq War, Chechen Wars and Syrian Civil War.

Фактическое расширенное использование термина

Единственное фактическое расширение понятия *hostis humani generis*, получившее признание в судебной практике, связано с его применением к палачам. Это было сделано на основании решений американских и международных судов; в частности, в деле, рассмотренном в США в 1980 году – *Филартига против Пенья Ирала*, 630 F.2d 876 – Второй апелляционный суд США постановил, что он имеет юрисдикцию над агентами военной диктатуры Альфредо Стросснера в Парагвае (действующими в личном качестве), признанными виновными в совершении пыток в отношении гражданина Парагвая, опираясь на пункт о преступлениях Конституции США, Закон об исках иностранцев и нормы обычного международного права. При вынесении этого решения суд знаменито заявил: «Действительно, в целях гражданской ответственности палач стал таким же, как пират и работорговец до него: *hostis humani generis*, враг всего человечества». Данное применение термина *hostis humani generis* было подтверждено решением Международного уголовного трибунала по бывшей Югославии в деле об осуждении палача – *Прокурор против Фурунджии*. В ходе суда над Эйхманом в 1961 году Иерусалимский окружной суд не объявил Адольфа Эйхмана *hostis humani generis*. Однако обвинение ссылалось на этот принцип, который в итоге был упомянут в приговоре в контексте пиратства.