Введение

Французский оперный певец Адольф Нурит (3 марта 1802 - 8 марта 1839) был французским оперным тенором, либреттистом и композитором. Один из самых уважаемых оперных певцов 1820-х и 1830-х годов, он был особенно связан с работами Джоахино Россини и Джакомо Мейербера.

Ранние годы

Нурит родилась 3 марта 1802 года и выросла в Монпелье, Геральте. Его отец, Луи Нурит, был известным оперным тенором и торговцем алмазами. Пример Людовика оказал глубокое влияние на Адольфа (и брата Адольфа, Аугуста, который также стал тенором). Адольф учился пению и музыкальной теории у своего отца, а затем, несмотря на возражения отца, учился у Мануэля дель Популо Висенте Гарсии. Он начал свою карьеру вскоре после окончания учебы у Гарсии, которая длилась 18 месяцев.

Карьера

В возрасте не 20 лет Адольф Нурит дебютировал в опере в 1821 году в роли Пилада в "Ифигении и Тавриде" Глюка, которого приветствовал его отец, исполнявший крошечную роль скифа. В 1826 году он сменил Луи на посту главного тенора в Парижской опере, занимая эту должность до 1836 года. В Опере он стал учеником Джоахино Россини, с которым он часто работал. Нурит создал все главные роли тенора во французских операх Россини, а именно Néocles в Le siège de Corinthe (1826), Aménophis в пересмотренной версии Moïse et Pharaon (1827), главную роль в Le comte Ory (1828) и Арнольд в Уильяме Телле (1829). Он также первым исполнил роли Масаниелло в "La muette de Portici" Аубера (1828), Роберта в "Robert le Diable" Мейербира, Элеазара в "La Juive" Халеви (1835), и Рауля в "Les Huguenots" Мейербира (1836), среди других ролей. Когда 25 августа 1830 года в Брюсселе была исполнена "Музка Портичи", дуэт "Святая любовь к Родине" с Нурит в роли тенора был ключом к "операльному бунту", который вызвал Бельгийскую революцию. Нурит была умной и культурной певицей. В расцвете сил он обладал мягким и мощным вокальным тембром и был мастером голоса. Его дальность достигала E5, хотя он никогда не поднимался выше D5 на публике. Он пел во время переломного момента во французском оперном вокализме, когда исполнители начали использовать более крутой, более открытый и итальянский метод производства голоса, чем до сих пор, с меньшим прибежением к фальцету теноров. Действительно, партитуры музыкальных отрывков, написанных для Нурит Россини, Джакомо Мейербер и другими, содержат оркестровые отметки, которые указывают на то, что он не мог петь фальцет в верхнем регистре. Это было отклонением от практики ранних мужских оперных переводчиков. По мере того, как статус Нурита в Опере рос, росло и его влияние на новые постановки. Композиторы часто обращались к нему за советом и обычно его принимали. Например, когда дело дошло до La Juive, он написал слова арии Элеазара "Рейчел, quand du Seigneur"; а также настоял, чтобы Мейербер переработал кульминацию дуэта любви из 4-го акта "Гугенотов", пока он не встретил его одобрение. Находясь в Опере, Нурит получал последовательные положительные отзывы о своих выступлениях, и его популярность привела к назначению профессором де декламации для трагедии лирики в Парижской консерватории в 1827 году. У него было много успешных учеников, в том числе драматическое сопрано Корнели Фалькон. Кроме того, он был более обеспокоен социальными аспектами пения, особенно "миссионерской" ролью исполнителя. В начале 1830-х годов он принял идеи Saint Simonianism и мечтал основать grand opéra populaire, который представил бы оперные произведения массам. Помимо пения и преподавания, Нурит сочинял и писал сценарии для балетов в Парижской опере, в том числе либретто к "Силфиде" (1832). Однако слава Нурит угасла в конце 1830-х годов, когда новые певцы завоевали расположение парижской публики. В октябре 1836 года импресарио Дюпоншель нанял Гильберта Дюпреза, который командовал захватывающим высоким До из груди, в качестве совместного "Первого Тенора" с Нуритом в Парижской опере. Нурит принял это предложение как защиту от болезни. Он спел свою роль Гийома Телла исключительно хорошо с Дюпрезом в аудитории 5 октября 1836 года, но пять дней спустя, во время La muette de Portici, когда Дюпрез снова был в доме, он внезапно стал хриплым. После спектакля Гектор Берлиоз и Джордж Осборн проводили Нурита по улицам, пока он отчаивался и говорил о самоубийстве. 14 октября он ушёл из Оперы. В течение этого периода в его жизни, Нурит пользовался успехом в качестве рециталиста. Он был первым, кто представил лидер Франца Шуберта парижской аудитории на знаменитых вечерах, организованных Францем Листом, Критиеном Урханом и Александром Баттой в Салонах Эррара в 1837 году. Интимность салона, по-видимому, хорошо подходила ему, и хотя его критиковали за ослабление голоса, его пение демонстрировало впечатляющие нюансы чувства и широкий драматический диапазон. Его прощальное выступление в Опере состоялось 1 апреля 1837 года. Он сразу же отправился в тур по провинциям, но болезнь печени (возможно, вызванная алкоголизмом) заставила его прервать это предприятие. Слушая Дюпреза в Опере 22 ноября 1837 года, он решил отправиться в Италию в надежде освоить итальянский способ пения, чтобы сменить великого итальянского виртуоза-тенора Джованни Баттисту Рубини, когда Рубини ушел со сцены. Он покинул Париж в декабре того же года. В марте следующего года он начал обучение в Неаполе у композитора Гаэтано Доницетти, который был другом �...

Смерть

По мере того как болезнь печени Нурита ухудшалась, ухудшалось и его психическое состояние, а также началась потеря памяти. 7 марта 1839 года он пел на благотворительном концерте, но был разочарован качеством своего выступления и реакцией зрителей на него. На следующее утро он прыгнул с отеля Барбая. Его тело было возвращено в Париж для захоронения; в Марселе, пока тело было в пути в Париж, Фредерик Шопен сыграл органную транскрипцию песни Шуберта Die Sterne на поминальной службе. Джордж Сэнд дает описание игры Шопена на поминальной службе Нурит в Марселе в письме от 28 апреля 1839 года: Шопен пожертвовал собой, играя на органе на возвышении и какой орган! В любом случае, наш мальчик сделал все возможное, используя менее диссонансные остановки, и он сыграл "Смерть звезды" Шуберта, не с страстным и ярким тоном, который использовал Нурит, а с плаксивым звуком, мягким, как эхо из другого мира. Всем присутствующим было не больше двух-трех человек, которые почувствовали его значение и слезы на глазах. Нурит похоронен на кладбище Монмартр вместе со своей женой, которая пережила его всего на несколько месяцев, умерла вскоре после рождения их младшего сына.